Колдовство {slash, AU, romance, Tom/Bill, NC-17}

Aliena
Tell me how you love me with all your heart no more...
Аватара пользователя
Сообщения: 2377
Зарегистрирован: 11 фев 2018, 10:57

Колдовство {slash, AU, romance, Tom/Bill, NC-17}

#1

Непрочитанное сообщение Aliena » 01 май 2018, 19:14


Название: Колдовство
Автор: Romaria
Пэйринг и персонажи: Том Трюмпер/Билл Каулитц и еще кое-кто…
Рейтинг: NC-17
Жанры: AU, romance
Размер: midi
Статус: закончен
Содержание: Том Трюмпер будет моим, даже если для этого мне придется стать ведьмой и прибегнуть к помощи колдовства!
Посвящение: Мыши. Температура +20 на улице влияет на меня положительно, и даже ты кажешься няшей. С днем рождения :)…
От автора: Просто школьная love story. Захотелось чего-нибудь летнего. Милого, немного наивного, не обремененного потугами на интеллект. Отдыхаю после «Сдвига» :).
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Aliena
Tell me how you love me with all your heart no more...
Аватара пользователя
Сообщения: 2377
Зарегистрирован: 11 фев 2018, 10:57

#2

Непрочитанное сообщение Aliena » 01 май 2018, 19:17




1.

- Черт бы тебя побрал, Келли, хватит ржать! – прошипела красивая блондинка, со злостью уставившись на свою подругу.

- Прости… - проскулила брюнетка, прикрывая лицо руками, не в силах сдержать очередной приступ истеричного хохота. – Но... «взять три лягушачьих лапки среднего размера и добавить пять капель ослиной мочи...» Ингрид, ты реально веришь в эту чушь?

- Это не чушь! – огрызнулась девушка, изящным жестом откинув прядь длинных светлых волос за спину. – Веками женщины использовали магию для достижения своих целей… - торжественно проговорила она фразу, явно сворованную из какого-то фильма. – Ведьмы существовали с сотворения мира, и сейчас их знания просто забыты, но это не значит, что их нельзя применить на практике. Кроме того, у меня просто не осталось других вариантов, - жалобно закончила Ингрид, посмотрев на подругу печальными, очень темными, почти черными глазами.

- Ну, послушай, - тут же принялась утешать ее Келли, ласково поглаживая по волосам. – Ты же у нас красавица, умница, любой парень сочтет за честь встречаться с такой девушкой как ты…

- Он не любой! – вскрикнула Ингрид, отбрасывая руку подруги. – Он самый крутой парень в школе! Самый популярный, самый красивый, самый умный…

- А вот тут я бы поспорила… - ехидно хихикнула брюнетка, за что тут же получила уничтожающий взгляд. – Да ему удовлетворительные отметки ставят, только потому что мяч в корзину закидывать хорошо умеет, а не из-за его мега-интеллекта.

- Это не так уж и важно! Ум в мужчине не главное! – тут же принялась защищать Ингрид свое божество. – Он замечательный! Ты видела его глаза?! Золотисто-карие, страстные, лукавые, как у лиса… Нахрена ему интеллект, когда у него ТАКИЕ глаза?! А его дреды?! Это же просто невероятно круто! Про то, что он делает со своей подковкой в губе, я вообще молчу…

- Ладно, ладно, согласна, он совершенство, - не в силах больше переносить это воспевание сомнительных достоинств, поспешила согласиться Келли. – Но, дорогая, ты ведь тоже не абы кто, а как-никак одна из самых красивых и популярных девушек в школе, не считаешь, что это он должен за тобой бегать, а не наоборот?

- Шутишь?! Да он в жизни ни за кем не бегал, и не будет. Такое даже предполагать смешно! Нет уж. Пора брать все в свои руки. Том Трюмпер будет моим, даже если для этого мне придется стать ведьмой и прибегнуть к помощи колдовства!

- Хорошо. Раз уж ты его так хочешь… но как насчет чего-нибудь более традиционного? Пригласи его в кафе, или в кино…

- Да я уже куда только его не приглашала! Даже в луна-парк… он в ответ улыбается, гладит пирсинг кончиком языка, так что я на него прямо при всех наброситься готова, говорит, что перезвонит… и тишина. Вот если бы я совсем ему не нравилась, другое дело, но, во-первых, я просто не могу не нравиться, а во-вторых, мы же с ним не один раз на разных вечеринках целовались, и он явно делал это не через силу, - Ингрид мечтательно закусила губу и тихонько проскулила. – Ты даже не представляешь, как он целуется…

- Да я, в принципе, как-то не особо и хочу это представлять, - едва слышно пробормотала Келли себе под нос и нормальным голосом спросила. – И ты точно уверена, что других способов, кроме как приворожить его, нет?

- Уверена! Я не понимаю, чего ты сейчас такую панику развела?! Это же ты нашла заклинание. Кто там говорил: «Я потомственная ведьма, моя бабушка в совершенстве умела колдовать, у нас все получится!» - передразнивая подругу, протянула девушка.

- Да. Я так говорила, - принялась защищаться Келли. – Потому что уже просто не в силах была терпеть твое нытье! Я же уже три месяца слушаю дифирамбы Томасу Трюмперу – единственному и неповторимому! Сил моих больше нет! Кроме того, когда я говорила, что найду заклинание, это не значило, что добывать ингредиенты и варить эту гадость тоже буду я!

- Ты мне подруга или кто?! – воинственно нахмурилась блондинка.

- Подруга, - согласилась брюнетка. – Но воровать лягушачьи лапки из кабинета биологии было страшно. Если бы меня поймали, точно настучали бы родителям, и тогда прощай интернет, телефон и вечеринки на целый месяц.

- Ну, не поймали же… сейчас-то чего об этом вспоминать?

- Хватит, - разозлилась Келли. От нарисованной воображением жуткой картины полной изоляции стало нехорошо. – Все необходимое у нас есть, раз уж тебе так нужен этот идол, давай его привораживать!

- Давай! – с энтузиазмом согласилась Ингрид и подхалимски добавила. – Ты у меня самая замечательная на свете! Ты же знаешь? Хочешь, мы и тебе кого-нибудь приворожим?..

- Нет! – испуганно вскрикнула Келли. – Я уж как-нибудь сама, традиционными способами. Зажигай свечи.

В доме у Келли кроме них никого не было: отец еще не пришел с работы, а мама решила забежать к подруге «на несколько минут», которые обычно растягивались часа на два, а то и больше.

Девушка до сих пор не понимала, как позволила втянуть себя в эту авантюру. Все началось с обычной шутки. Они смотрели какой-то дурацкий фильм про ведьм, и Келли, не подумав, ляпнула что-то про то, что ее бабушка тоже была ведьмой. Кто же знал, что ее ненормальная подруга вцепится в эти слова так, будто они последняя надежда на спасение человечества.

Сколько Келли ее знала, а знакомы они были с самого детства, Ингрид всегда была сумасбродной и избалованной, зато более верного и преданного друга, на которого можно положиться в любой, даже самой трудной ситуации, найти невозможно. За это Келли ее очень любила и готова была потворствовать любым, даже самым сумасшедшим идеям. Таким как, например, идеи приворожить понравившегося парня с помощью черной магии.

Том Трюмпер появился в их жизни три месяца назад, точнее жил по соседству и учился в параллельном классе он всегда, просто раньше Ингрид на него внимания не обращала. Но в первый день в этом учебном году, когда все они собрались после летних каникул, и Том появился весь такой изменившийся с новой прической и пирсингом в губе, оказалось, что он любовь всей ее жизни.

Вот с тех пор для Келли и начались мучения. Популярным Том был с самой начальной школы. Самоуверенный нагловатый капитан баскетбольной команды, которая почти никогда не проигрывала, он априори не мог быть аутсайдером, но после своего триумфального преображения стал просто недосягаем. А Ингрид стала непереносимой. Бесконечные истерики, ревность, неудачные попытки привлечь внимание пережить было очень трудно. Келли жалела, уговаривала, гладила по голове и вытирала слезы, а сейчас, чувствуя себя настоящей идиоткой, помешивала в кастрюльке, за которую мама ее точно убьет, что-то отвратительно булькающее и серо-зеленое.

- Давай аммиак, - приказала она, повелительно протянув руку.

- Ты точно уверена, что он подойдет? - робко спросила Ингрид, решив побыть паинькой, раз уж и так получила все, что хотела.

- А у тебя есть ослиная моча? – нарочито удивилась Келли.

- Нет, но…

- А если нет, то помолчи уже и не мешай мне работать! Кто у нас здесь ведьма, в конце-то концов! – в то, что весь этот идиотизм сработает, Келли не верила ни секунды.

- Хорошо-хорошо, будем делать все так, как ты скажешь…

- Сразу бы так, а то тянешь резину… - серьезно отозвалась брюнетка, решив забыть, что это она не могла перестать смеяться целых двадцать минут. – Лапы давай… и только посмей использовать для этого мою любимую вилку!

- Ну не руками же мне эту гадость брать! – возмутилась Ингрид.

- А зачем ты их вообще берёшь?! Они же в пакетике лежат, вот прямо из него и вытряхивай… да аккуратнее ты! Если эта хрень попадет на мою любимую футболку, я тебя убью!

- Эй, великая повелительница дохлых лягушек, что-то ты немного оборзела, не думаешь?

- Нет, не думаю. А будешь возмущаться, сама эту фигню доваривать станешь!

- А кто возмущается? – захлопала глазами Ингрид. – Я бы ни за что не посмела проявить такое неуважение, моя госпожа.

- Вот и молчи, - изо всех сил попыталась спрятать улыбку Келли. – Фууу, как же эта дрянь воняет…

- Да. Пахнет не розами, - согласилась блондинка, поморщившись. – А мне точно ее на себя выливать придется?

- Радуйся, что хоть не пить! Там же ясно сказано: «Сварить, настоять пять дней, и вылить половину на себя, а половину на того, кого приворожить хочешь». И, знаешь, я очень удивлюсь, если Том тебя после этого не прибьет. Может, еще раз ему свидание назначишь, а?..

- Кел, хватит! Готово?

- Да, - проворчала Келли, снимая кастрюльку с плиты и переливая варево в баночку. Она терпеть не могла, когда ее так называли, и Ингрид об этом прекрасно знала. – Теперь пять дней настаивать в темном теплом месте, процедить и можно выливать.

- Пять дней, - мечтательно проговорила Ингрид, прикрывая глаза. – Всего пять дней, и он будет моим…


Пять дней спустя…

Том внимательно всматривался в свое отражение в зеркале, пытаясь понять, что с ним не так. Ухоженные дреды. Чистая кожа, без всяких подростковых проблем. Обожаемый пирсинг, на который он раскручивал маму целый год. Он выглядел идеально. Проблема была не во внешности, а там, внутри.

Том всегда считал себя крутым и самоуверенным, и обычно так и было… кроме одного случая. Он не мог справиться с этим уже довольно давно. Понимал, что ведет себя как трус и рохля, упуская возможность, но поделать ничего не мог. Не хватало смелости. Он накручивал себя, говорил, что все получится, даже полностью поменял имидж, надеясь придать себе этим недостающей храбрости, но, увы, проблема так никуда и не делась.

- Сегодня… - пробормотал он, вглядываясь в глаза своему отражению. – Я обязательно сделаю это сегодня.

Том провел ладонями по лицу, как бы стряхивая с себя нехарактерную ему робость, решительно выпрямился и пошел выбирать подходящую одежду, решив приготовиться с особой тщательностью и быть поистине неотразимым. Таким, как и положено быть великому и непобедимому Томасу Трюмперу.

Он забежал на кухню в поисках еды. Родители уже ушли на работу, но мама всегда оставляла ему что-нибудь перекусить. На этот раз были бутерброды и Том, схватив один, выскочил из дома, жуя на ходу. Время тратить не хотелось, у него дела. Вытащив из кармана ключи от машины, Том подошел к своей малышке и любовно погладил ее по зеркалу.

- Привет, красавица, - прошептал он, открывая дверку. – Как прошла ночь?

Свою старушку-ауди Том обожал. Машину ему подарили год назад, на шестнадцатилетие. Точнее, отец отдал ему свою, а себе купил новую. Огромный, жутко навороченный джип. Том искренне не понимал, как можно променять такое сокровище на какой-то танк на колесах. Лично он ни за что от нее не откажется, даже несмотря на то, что она старенькая и потрепанная. Чтобы довести ее до ума, пришлось повозиться, но от этого она стала только более любимой и родной. Том готов был жить в ней, если бы родители позволили.

Вырулив на соседнюю улицу, он проехал пару метров и тормознул, нетерпеливо нажимая на сигнал.

- Ну же, Гео, пошевеливайся, улитка-переросток…

Словно услышав его, друг выскочил из дома, на бегу собирая волосы в хвост. Том фыркнул. Его всегда очень забавляло то, как Георг носится со своими длинными, не по-мужски шелковистыми локонами.

- Никак с шевелюрой справиться не мог, златовласка? – прокомментировал увиденное Том, приветственно махнув рукой.

- Заткнись, - отмахнулся Георг, плюхаясь на сидение и захлопывая дверку. – Родители задрали.

- Эй, а поаккуратнее можно? – возмутился Том, снова тронувшись с места. – Так со своими подружками обращаться будешь, а с моей красавицей, чтобы был трепетным и нежным!

- Прости, малышка, - покаянно склонил голову парень, осторожно проведя ладонью по двери. – Клянусь, я больше так не буду.

- Вот так-то лучше. Чего опять с предками не поделил?

- Да как обычно. Мать нотации читает о приличном поведении, а отцу лишь бы из дома свалить…

- Весело, - прокомментировал Том, останавливая машину.

- Не то слово. Я сегодня у тебя переночую?

- Да без проблем, я тебе всегда рад, ты же знаешь.

- Ага, - согласился Георг. Они зашли в школу и направились к своему классу. Время было раннее, и людей было еще сравнительно немного. – Черт, Келли, - неожиданно, тихо произнес Георг, увидев темноволосую хорошенькую девушку, сидящую на подоконнике и что-то оживленно обсуждающую со своей подругой.

- Ты чего? – спросил Том, удивленно оглядываясь по сторонам.

- Брюнетку у окна видишь?

- Мгм, - подтвердил Трюмпер.

- Её Келли зовут. Она в параллельном учится. Да ты должен знать, за тобой ее подруга, Ингрид, бегает, - Том опять неопределенно хмыкнул, соглашаясь. - Я на эту брюнеточку глаз еще недели две назад положил, да все подойти не получается, она же одна никогда не бывает. Вот если бы от подруги на время избавиться… помоги, а?

- Бедняжка. Такой большой мальчик, а с девочкой познакомиться не в состоянии, - насмешливо покачал головой Том. – Мне что, все за тебя делать прикажешь? Или, хочешь, я могу соблазнить ее для тебя?!

- Да ну тебя, неотразимый ты наш. С Келли я как-нибудь сам справлюсь. Просто эта ее подруга… она меня реально пугает.

- И я даже знаю, почему.

- И почему? – с подозрением спросил Георг.

- Ты просто не можешь пережить того, что чьи-то волосы более длинные и шелковистые, чем у тебя, - ехидно отозвался Том.

- Да пошел ты. Навертел себе каких-то облезлых веревок на голове, теперь завидует нормальным прическам.

- Ты как всегда прав, златовласка! – рассмеялся Трюмпер, уворачиваясь от подзатыльника.

- Слушай, - умоляюще проныл Георг. – Отвлеки Ингрид на несколько минут, а? Для тебя это не проблема, все знают, что она к тебе неровно дышит, а я быстренько Келли на свидание приглашу…

- И как ты себе это представляешь? Подойти и заговорить не вариант, – проворчал Том. У него было запланировано очень важное дело и всякие отвлекающие факторы, вроде навязчивых поклонниц, были сейчас совершенно ни к чему. - Я же потом от нее не отвяжусь.

- Ну, можно что-нибудь придумать…

- Давай, импровизируй, великий комбинатор, - насмешливо фыркнул Том, складывая руки на груди и всем своим видом показывая, что он с места двигаться не собирается.

Георг несколько секунд постоял в задумчивости, и вдруг улыбнувшись с победным видом, словно ему в голову пришла какая-то гениальная мысль, направился прямо к девушкам.

- Привет, красавицы, а что это у вас тут такое интересное? - почти пропел он, выхватывая из рук Ингрид какую-то странную баночку.

- Отдай! – взвизгнула блондинка, протянув руки в сторону принадлежащей ей вещи.

- Поймай, - ухмыльнулся Георг и, не глядя, бросил баночку себе за спину.

Девушки потрясенно выдохнули, приоткрыв рты, одинаково и очень смешно. Подошедший Том, выдрессированный годами тренировок, машинально поймал брошенный предмет.

- Что за хрень? - спросил он, с любопытством откручивая крышку.

- Не смей! – закричала Ингрид, кидаясь к нему. Том отскочил в сторону, пытаясь заглянуть внутрь… в нос ударил едкий, сильный запах, заставив задохнуться…

- Осторожно! – раздался предостерегающий крик Георга, но было поздно.

Том резко развернулся, почувствовав, что на кого-то налетел. Глаза потрясенно распахнулись, но предотвратить падение, он был уже не в силах. Баночка в его руках перевернулась, обдавая вязкой жидкостью и его, и человека, на которого он падал. На несколько секунд исчезло все. Дыхание перехватило от удара. Правую руку и колено прострелила боль. Потом послышался придушенный писк, и Том понял, что на ком-то лежит.

От едкого отвратительного запаха выплеснувшейся из банки жидкости глаза заслезились, и стало трудно дышать. Том тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Замер, ощутив, как слабо дергается под ним, в попытке выбраться, тощее костлявое тело. Медленно повернул голову, внимательно разглядывая ошарашенное испуганное лицо, и не собираясь двигаться с места. Лежать так было невыразимо приятно. Мысли словно окутал плотный туман, не позволяя думать и сосредоточиться.

- Я тебя люблю, - очень четко проговорил Том, глядя в огромные, ничего не понимающие глаза лежащего под ним парня.



2.

- Не может быть! – потрясенно выдохнула Келли.

- Нет! – взвизгнула Ингрид, в ярости топнув ногой. – Это невозможно, неправильно! Это я тебя люблю, и зелье для нас сварила, ты должен быть со мной!

- Что? – в ступоре спросил Георг, переводя взгляд с девушек на все еще лежащую на полу парочку и обратно. – О чем вы вообще говорите? Трюмпер, а ты какого черта несешь? Ты же вроде коленкой ударился, а не башкой?!

Том нехотя приподнялся и сел. Глубоко вздохнул, собирая мысли в кучу, и повернулся к однокласснику, на котором до этого лежал.

- Билл, ты как? Ничего не сломал?

- Не знаю, - тихо ответили ему.

Том улыбнулся, почувствовав как от звуков красивого хрипловатого голоса, внутри разливается приятное тепло. Наклонился, бережно помогая все еще не пришедшему в себя парню сесть. Очень осторожно провел руками по всему телу брюнета, проверяя его на наличие повреждений. Не обнаружив таковых, успокоился и, прижав находящегося в шоке одноклассника к своему боку, остался спокойно сидеть на месте.

- Тооом, - осторожно позвал его Георг. – Ты серьезно считаешь, что сидеть на полу, посреди школьного коридора в обнимку с парнем нормально? – Том пожал плечами, посмотрел ему в глаза долгим внимательным взглядом… и не сделал ни одной попытки исправить положение.

- Это все зелье… поверить не могу, что оно работает! – произнесла все еще до крайности удивленная Келли.

- Неправильно работает! – снова взвизгнула Ингрид. – Исправь это немедленно!

- И как по-твоему я это сделаю? Процесс необратим!

- Ты его сварила, значит и противоядие должна сварить!

- Тихо! – рявкнул Георг, стараясь осмыслить ситуацию.

Он зажмурился ненадолго, пытаясь не сойти с ума в этом дурдоме. Что теперь делать, Георг не представлял совершенно. У него в наличии имелось две сумасшедших истеричных девицы, несущих чушь про какое-то зелье, и друг, крыша которого поехала настолько, что он уже несколько минут сидит на полу и с совершенно счастливым выражением на лице наглаживает по спине их одноклассника, вообще пожизненно находящегося в другой реальности.

- Ну, вот что, - решительно проговорил Листинг, сообразив, что командовать этим парадом придется именно ему. – Том, вставай немедленно. Скоро уроки начнутся, уже народ подтягивается, а публичное выступление в программе сегодняшнего дня не значится. Так что отрывай зад от пола, бери свое сокровище, или кто он тебе теперь там… и валим отсюда. А вы, - указал он на девушек. – Сейчас идете за нами, а потом объясняете все подробненько, по пунктикам и, главное, говорите, как мне друга в нормальное состояние вернуть.

Все беспрекословно подчинились. Девушки вытянулись по струнке, готовые следовать куда бы им ни приказали, а Том, с трудом поднявшись на ноги, протянул руку, помогая встать Биллу. Так, дружной компанией, они и пошли по коридору в поисках места, где можно спокойно поговорить без свидетелей. До начала урока оставалось минут двадцать, время у них еще есть.

Георг поглядывал на переплетенные пальцы парней, отмечая, что, судя по судорожным движениям, Билл был бы совсем не против, чтобы его отпустили, но Том делать этого категорически не желал. Они нашли какой-то пустой класс, войдя в который, Том, несмотря на свое невменяемое состояние, додумался закрыть дверь и подпереть ее стулом, чтобы никто не мешал, потом сел на парту, не забыв притянуть к себе слабо сопротивляющегося Билла и, положив подбородок ему на плечо, абсолютно довольный замер, приготовившись слушать.

- Я даже не думала, что это сработает, - не дожидаясь приказа говорить, начала рассказывать более адекватная Келли. – Я просто устала слушать как Ингрид постоянно твердит о своей любви к Тому, и решила ей помочь. Моя бабушка была ведьмой, ну, не совсем ведьмой, - исправилась девушка, поняв, как глупо это звучит. – Просто от сглаза лечить умела и ранки заговаривать. Я когда маленькая была, она все мои болячки зашептывала, чтобы боль ушла. И она, правда, уходила. Потом бабушка умерла, и я как-то об этом и забыла совсем, а тут мы с Ингрид фильм смотрели про ведьм, ну я ей про бабушку и рассказала… Ингрид за эту идею ухватилась. Я нашла в книжке рецепт приворотного зелья, и мы его сварили. Но, честное слово, я была уверена, что оно не сработает. Да мы даже указаниям не точно следовали! Весь рецепт переврали…

- А что конкретно эта хрень делает? – перебил Георг, с брезгливостью покосившись на заляпанные мерзкой слизью футболки обнимающейся парочки.

- Обычное приворотное зелье, - пожала плечами брюнетка. – Как в сказках. Используй его, и твой избранник будет любить тебя всю жизнь. Ингрид должна была вылить половину на себя, а половину на Тома, и тогда их сердца будут навечно связаны. Любовь до гробовой доски и все такое.

- Простите, - робко вмешался Билл. – Но я в себе великой любви не чувствую, так что можно я уже пойду? Мне на урок нужно, и в порядок себя привести лишним не будет, я воняю… - Том после этой речи нахмурился и сильнее сжал руки на талии брюнета, не желая его отпускать.

- Подожди, - вдруг сообразил Георг. – А почему ты не влюбился? Эта дрянь ведь на вас обоих попала, значит, по идее, вы оба должны испытывать друг к другу нежные чувства. Так почему ты не испытываешь? - ему даже стало как-то немного обидно за друга, которому не ответили взаимностью.

- Не знаю, - смутился брюнет. – Может, я просто к этому не склонен, ну, бывают же люди, которые не поддаются гипнозу, - пояснил он свою мысль. – Вот и я такой же…

- А может, все потому что приворожить нужно было именно Тома, - задумчиво протянула Келли. Все вопросительно уставились на нее. Девушка немного засмущалась от такого пристального внимания, но твердо продолжила развивать свою гипотезу. – Зелье ведь рассчитано на то, чтобы влюбился именно Том, Ингрид-то и так была в него влюблена по уши, поэтому все так и получилось. Том, под действием зелья, любит Билла, а Билл, как и предполагалось, испытывает те же чувства, что и раньше. То есть, в его случае, - никаких.

Все замолчали, обдумывая сказанное. Том тяжело вздохнул и печально уткнулся носом в шею парня, которого все так же не выпускал из своих рук. Билл покосился на него немного настороженно, но отдвигаться не стал.

- И что нам теперь делать? – наконец спросил Георг. – Не могут же они так и ходить за ручку до конца жизни.

- Я точно не могу, - снова вклинился Билл. – Мне на урок нужно, и переодеться…

- Да что ты заладил одно и то же! – рявкнул Георг, разозлившись. – Твое мнение вообще никого не интересует, так что заткнись и не вмешивайся! – брюнет весь как-то сжался от его крика и прикрыл глаза, словно в ожидании удара.

- Не смей. На него. Орать, - четко и раздельно произнес молчавший до этого Том. Билл удивленно оглянулся, тут же смутившись под совершенно спокойным, уверенным взглядом золотисто-карих глаз.

- Прости, - пробормотал Георг, немного испугавшись холодного, какого-то незнакомого голоса своего друга. Все снова замолчали, потеряв нить разговора.

- Так что делать-то будем? – наконец, спросила Ингрид, не выдержав затянувшейся паузы. И, обратившись уже к Келли, добавила. – Ты сможешь найти противоядие?

- Не знаю, - замялась та. – Мне надо в книжках посмотреть, но на это время понадобится…

- Значит так, пока противоядие не найдено, будем действовать следующим образом, - снова раскомандовался Георг, возвращая себе роль лидера. Ему никто не возражал. Девушки безоговорочно подчинились сильному и уверенному в себе мужчине. Билл вообще возражал очень редко, и за сегодня уже исчерпал собственный лимит. А Тому было плевать, кто и что говорит, лишь бы Каулитц не вырывался и не пытался сбежать от него. – Во-первых, обменяемся телефонами, чтобы постоянно быть на связи. Во-вторых, пока Том в себя не придет, никаких личных дел ни у кого быть не может…

- А я завтра собиралась сходить на Пятничную Вечеринку Барри Ливингстона… - печально вздохнула Келли.

- Мы с Томом вообще-то тоже, - усмехнулся Георг, решив не упускать представившуюся возможность. – Ладно. Вечеринку отменять не будем, пойдем все вместе. Отдых никому не помешает. Билл, это и тебя касается. Пока у меня друг в порядок не придет, будешь везде ходить с ним, и выполнять все его желания… в пределах разумного, - тут же поправил он сам себя, заметив странное выражение, моментально появившееся на лице Тома после этих слов. – И старайся его не нервировать, а то мало ли какой побочный эффект это варево вызвать могло…

- Ну а прямо сейчас-то что нам делать? – недоуменно переспросила Ингрид, глядя на всех по очереди.

- Прямо сейчас, - закатил глаза донельзя раздраженный Георг. – Мы с вами, барышни, идем на уроки, а эта парочка - по домам. Не думаю, что в классе обрадуются, когда они появятся за ручку, вонючие как скунсы.

Том насмешливо фыркнул, оттолкнулся от парты и, потянув за собой Билла, пошел на выход. К всеобщему удивлению, брюнет не стал вырываться и говорить, что ему нужно на урок.

- Смотри вперед и ни на кого не обращай внимания, - посоветовал Том, когда они вышли в коридор.

Они быстро шли к школьной стоянке, все так же держась за руки, и Билл, дико смущаясь от направленных на него взглядов, старался следовать полученному совету. Нормально вздохнуть он смог только оказавшись в машине. Он совершенно не привык к вниманию посторонних.

- Черт, - ругнулся Том, захлопнув дверку. – Пока едем, вся машина этой хренью провоняет, потом не выветришь… домой? – спросил он без перехода, оборачиваясь к Биллу.

- Мне домой нельзя, - вздохнул Каулитц. – Середина дня, я, по идее, в школе должен быть. Да и бабушка испугается, увидев меня в таком виде.

- Тогда ко мне, - кивнул Том, поворачивая ключ в замке зажигания. – Дома никого. Приведем себя в порядок, примем душ, а потом можем какой-нибудь фильм посмотреть, чтобы убить время. Согласен?

Билл кивнул, другого выбора у него все равно не было. Ехать пришлось недолго, всего минут пятнадцать, с учетом времени потраченного на светофоры. Их городок вообще был довольно маленьким. Чуть больше трех тысяч жителей. Частные двухэтажные домики, один супермаркет, один кинотеатр, две школы - начальная и старшая - и несколько маленьких торговых лавочек и кафешек, вот собственно и все.

Дом у Тома оказался большим и красивым. Билл не ожидал, что он будет таким. Почему-то жилище Трюмпера представлялось простым, немного аляповатым и чтобы обязательно были обои в цветочек. На самом же деле все выглядело совершенно не так. Билл с интересом оглядывался по сторонам, отмечая изящную элегантную мебель, и сдержанную, очень гармонично подобранную, цветовую гамму. Билл любил рисовать, даже какое-то время ходил в художественную школу, и сейчас, как зачарованный, разглядывал висевшие на стенах, явно недешевые картины.

- Это мама от таких штук с ума сходит, - сказал Том, заметив его интерес.

- Они невероятные, - выдохнул Билл, с сожалением отводя взгляд от полотен.

- Давай в душ сходим, а потом можешь любоваться ими, сколько захочешь, идет? – предложил Том.

- В смысле я… мы… - забормотал Билл и страшно покраснев, опустил голову.

- В смысле по очереди, - пытаясь скрыть ласковую улыбку, пояснил Том. – Сейчас поднимемся в мою комнату, я найду тебе какую-нибудь одежду, провожу в ванную, а потом оставлю одного. Пошли.

Билл согласно кивнул и последовал за хозяином дома, так до конца и не вернувшись к обычному цвету лица. Комната Тома находилась на втором этаже и подходила ему идеально. Очень светлая, с минимальным количеством мебели и огромным разнообразием всевозможной электротехники. Завешенная постерами чернокожих мужчин в золотых побрякушках, и гигантским плакатом ауди, которые, закрывая почти все стены, выполняли роль обоев. Билл улыбнулся, почему-то стало намного спокойнее. Теперь он чувствовал себя почти уютно в этом чужом доме.

- Держи футболку, - отвлек его внимание от разглядывания обстановки Том. – Она чистая, правда большая очень, но других у меня нет. Только джинсы придется свои надевать, мои с тебя просто свалятся.

- А они и не замарались, - отозвался Билл, осторожно, стараясь не запачкать, принимая вещь.

Том проводил его в ванную, показал, что где взять и, вернувшись в комнату сел на стул, закрыв лицо руками. Ему нужно было подумать. Билл вымылся очень быстро и выглядел невероятно милым с мокрыми волосами, одетый в огромную, больше похожую на платье, вещь Тома.

- Ты миленький, - ухмыльнулся Трюмпер. – Похож на девчонку в платьице…

- Никогда не понимал, зачем нужно носить такую широкую одежду, - нахмурился Билл, одергивая доходящий почти до колена трикотажный подол.

- Просто ты ничего не понимаешь в стиле. Это круто, - надменно отозвался Том и, схватив белье для себя, добавил. – Ты пока здесь посиди, можешь телек посмотреть или, вон, музыку послушать, а я быстро…

Зайдя в ванную и кинув чистые вещи на вешалку, Том закрыл дверь, зачем-то огляделся по сторонам, будто желая удостовериться, что за ним никто не подглядывает и, подняв грязную футболку, брошенную Биллом прямо на пол, осторожно поднес к лицу. Понюхал, сморщился от сожаления, поняв, что за запахом зелья никакой другой почувствовать не удастся, вместе со своей засунул в стиральную машинку и быстро залез под душ.

Когда он вернулся в комнату, Билл сидел на кровати, так и не воспользовавшись предложением включить телевизор.

- Ты чего здесь сидишь в тишине как не родной? - нахмурился Том, вытирая дреды полотенцем. Билл тут же вскочил на ноги и смущенно пожал плечами. Том отбросил мокрое полотенце на спинку стула и приказал. – Завязывай стесняться! Пошли, найдем чего-нибудь съедобного, и будем смотреть кино. Ты ужасы любишь?..

Время пролетело быстро. Они смотрели какой-то второсортный ужастик, хихикая над тупостью главной героини, которая постоянно лезла, куда не следует, из-за чего ее несколько раз чуть не съели. Грызли попкорн, которого пришлось приготовить целых три упаковки, чтобы хватило на весь фильм, они оба оказались любителями этого продукта. А еще они разговаривали. Легко, свободно, словно были лучшими друзьями и общались каждый день. После того, как прошло первое смущение, Билл оказался очень остроумным и даже немного язвительным, и Том хохотал до колик, обсуждая с ним общих знакомых.

Несколько раз Билл порывался уходить, говоря, что уроки уже закончились, и он может вернуться домой, но Том задерживал его, находя разные благовидные предлоги. Сначала была невысохшая футболка. Потом очередной недосмотренный фильм и скука. Том с воодушевлением доказывал, что родители придут не скоро, а он терпеть не может сидеть один и даже боится этого. Когда причин не осталось, и Билл все-таки собрался домой, Том вызвался провожать. Точнее, он предлагал подвезти, но брюнет, по неизвестным причинам, наотрез отказался, так и не объяснив свое категорическое «нет». Пришлось тащиться пешком. Трюмпер этого терпеть не мог, но ради Билла был согласен даже на такое.

Они шли рядом по тихим, начинающим темнеть улицам, и обстановка казалась настолько романтичной, что Тому в голову пришла одна занятная мысль.

- Слушай, - протянул он, искоса глянув на увлеченного своими мыслями Билла. – Мы сегодня целый день провели вместе, а завтра, опять же вместе, идем на вечеринку… это у нас, получается, свидание?

- НЕТ! – Билл настолько испугался этой идеи, что даже замер на месте. – Это совершенно точно НЕ свидание!

- И что же это тогда такое? – полюбопытствовал Том.

- Ну… просто Георг сказал мне пойти… и там же не только мы будем, а еще и он, и девочки, вот, - Билл даже головой покивал, успокаивая сам себя. – Так что это не свидание.

- Я не понял, а чем это я так плох, что со мной нельзя на свидание сходить? – обиделся Том.

- Ты не плох, - попытался успокоить его брюнет. – Просто я не хожу на свидания… тем более с парнями.

- Значит, я буду первым, с кем пойдешь.

Они проспорили до самого дома, и с каждой минутой это занятие становилось все более веселым и увлекательным.

- Пришли, - промолвил Билл, махнув в сторону маленького домика, увитого плющом.

- До завтра? – спросил Том, подходя к нему ближе.

- До завтра… - тихо согласился Билл и, быстро развернувшись, побежал к крыльцу, ни разу не оглянувшись напоследок.

Том подождал, пока он закроет за собой дверь, подскочил на месте, крутанувшись в воздухе. Радостно пискнул, наплевав на то, что парням такие звуки издавать не полагается. И совершенно счастливый, вприпрыжку пошел домой. Что бы не говорил Билл, но он, Том, будет считать это свиданием. Свиданием с самым изумительным парнем на свете. День явно удался на славу.




3.

Билл закрыл дверь своей комнаты, устало привалившись к твердой поверхности и радуясь, что бабушка, в силу возраста, быстро устает и очень рано ложится спать. Это был какой-то сумасшедший день, таких в его жизни еще не случалось. Он так до конца и не смог поверить во всю эту сказку с приворотным зельем, и боялся, что Том замыслил что-то нехорошее. Билл с самого утра старательно выискивал подвох, пытаясь вспомнить причину, по которой Том захотел бы над ним так пошутить. Ничего такого не вспоминалось. За все годы совместной учебы Том Трюмпер ни разу не придирался к нему и не обижал, да он вообще никогда не обращал на Билла никакого внимания. Впрочем, как и все остальные в классе.

Изгоем Билл не был, специально его никто не игнорировал и не устраивал ему бойкотов. К нему совершенно ровно относились одноклассники, а с парой девочек из класса он даже как-то встречался. Как, например, с Мелиссой Эберхард, с которой они переписывались последние несколько недель, и, кажется, совсем скоро у них может состояться первое свидание. Невидимкой Билл стал вполне добровольно и осмысленно. Так ему было привычно, удобно и спокойно. Он не то чтобы не любил людей, просто не очень сильно в них нуждался, и в одиночестве находя целую кучу всяких интересных занятий.

С самого детства Билл жил с бабушкой. Сначала это была вынужденная мера. Его родители учились на первом курсе, когда неожиданно случился он. Аборт, по настоянию врача, мама не сделала, и летом, перед вторым курсом, родила Билла, сразу же отдав бабушке на воспитания. Мама с папой поженились и сняли маленькую квартирку рядом с колледжем, чтобы жить вместе, но брать его к себе не стали. Было невозможно учиться и воспитывать крошечного ребенка, а жившая одна бабушка, папина мама, согласилась с удовольствием, безгранично полюбив внука с первой секунды, как увидела.

Родители его тоже любили и никогда не забывали. Всегда дарили подарки на день рождения. Постоянно помогали им с бабушкой финансово, отправляя все возможные деньги. Приезжали или брали его на выходные, как только выпадала редкая возможность, просто им всегда было некогда. Сначала учеба, потом поиск работы, бесконечные дела и борьба за успешную карьеру. Что уж говорить, но на профессиональном поприще его родители преуспели, добившись высоких, ооочень хорошо оплачиваемых должностей. Папа был совладельцем преуспевающей адвокатской конторы, а мама редактором элитного женского журнала. Сейчас они жили в огромной собственной квартире, имели по хорошей машине и постоянно звали Билла к себе, уверяя, что в большом городе для молодого неглупого парня возможностей открывается намного больше.

Билл был с ними совершенно согласен, кивал в ответ на бесконечные уговоры, подтверждая правоту взрослых опытных людей… и не переезжал. Просто его родители были слишком темпераментными для него, и Билл, в прямом смысле слова, заболевал через несколько часов нахождения с ними на одной территории. Шумные, постоянно находящиеся в движении, без конца спорящие и ревнующие друг друга как пубертатные подростки, они сводили с ума. Истерики и скандалы с битьем посуды были для них нормой жизни. В одну минуту они могли орать, готовые вцепиться в глотки, а в другую уже глупо хихикать, обнимаясь в каком-нибудь укромном уголке.

Жить в такой обстановке Билл не мог совершенно. Он не переносил крика, пугаясь и вжимая голову в плечи от каждого громкого звука. Сегодня, когда Георг на него закричал, Биллу стало плохо, но тихий уверенный голос Тома, вставшего на его защиту, успокоил и подавил зарождающуюся панику. Это было странно, но он ни разу в жизни не чувствовал себя таким защищенным как в этом почти пустом классе, стоя под гневным взглядом Георга. В этот момент Билл не испытывал привычного страха. Весь страх разбивался вдребезги о надежное кольцо сильных теплых рук.

Устало вздохнув, Билл оттолкнулся от двери и прошел в комнату, включив тусклую настольную лампу. Свою комнату он обожал. Маленькая, чистенькая, обставленная именно так, чтобы ему было удобно и комфортно, она была его крепостью. Только здесь Билл чувствовал себя до конца счастливым. Он не представлял, как после окончания школы уедет отсюда, оставив этот дом и бабушку.

Пожалуй, Роуз Каулитц была единственным настоящим другом Билла, и другого ему было не надо. Хотя нет, еще была бабушка Маргарет, лучшая подруга бабушки Роуз, которая за эти годы как-то сама собой стала и его другом тоже. Они втроем были настоящей командой. Смотрели фильмы, читали книги, разгадывали кроссворды и болтали о всяких пустяках.

Бабушка Роуз была очень домашней, любила гостей, но сама из дома выходила редко. По субботам она выпекала нереально вкусные кексы с черникой и вязала Биллу теплые свитеры к каждому рождеству. У него их было уже шестнадцать, по одному на каждый год. В отличие от своей подруги, бабушка Маргарет была страшной кокеткой и постоянно соблазняла своего соседа, военного в отставке, который уже несколько лет звал ее замуж, но она не соглашалась, объясняя это тем, что еще слишком молода и не готова к такому решительному шагу. Сосед в ответ на это печально вздыхал, приглашал поужинать, и подкладывал букеты цветов на крыльцо ее дома. Бабушка Роуз и Билл хохотали над ними до упаду.

Он боготворил своих старушек и мог рассказать им обо всем. О школьных делах, одноклассниках, и даже о своих, пусть и редких, свиданиях. Но как расскажет о сегодняшнем происшествии, Билл не знал. В плане романтики он не был совсем уж неопытным. Билл несколько раз целовался - и не только - причем с разными девочками и ему все нравилось, и было довольно приятно, но такого странного щемящего чувства как сегодня, он не испытывал никогда. Когда Том обнял его, притянув спиной к своей груди, и уткнулся носом в волосы, едва ощутимо шевеля их теплым дыханием, внутри появилось что-то такое… незнакомые раньше пустота и легкость, словно от него осталась одна оболочка, но неприятным, несмотря на странность, это чувство не было.

Быстро переодевшись в пижаму, Билл запрыгнул в постель, наплевав на уроки. Обычно он был очень ответственным, выполняя все необходимое без надзора со стороны взрослых. Бабушка Роуз верила ему безгранично, и из-за этого Билл старался изо всех своих сил. Подорвать такое доверие не хотелось совершенно. Но в такой странный день как этот, можно было сделать одно малюсенькое исключение, тем более, он был почти отличником, и один пропущенный день не должен сильно повлиять на его успеваемость.

Укрывшись с головой одеялом, как привык делать с самого детства, Билл высунул нос в специально оставленную маленькую щелочку и начал придумывать, что наденет на завтрашнюю вечеринку. У него где-то валялись совсем новые, ни разу не надеванные узкие джинсы, которые купила ему мать в прошлую встречу, уверяя, что в них он смотрится потрясающе. В принципе, Билл был с ней согласен, вот только надевать такую вызывающую вещь ему было некуда. До этого времени.

Решено, он пойдет именно в них, но краситься ярко не будет. Обычный макияж, не более. Биллу нравилось экспериментировать с косметикой, так он казался себе намного привлекательнее, но перебарщивать явно не стоит, а то Том и так уже намекал черт знает на что. При воспоминании о том, как Трюмпер уверял его, что у них свидание, Билл насмешливо фыркнул. Вот уж и нет. Он подыграет однокласснику, раз уж тому так охота изображать из себя безумно влюбленного, но воспринимать серьезно все эти глупости не будет ни за что.

На секунду Билла охватила странная печаль из-за того, что все происходящее просто шутка. Он никогда не думал про Тома, как про возможную пару для себя, он вообще про него не думал. Просто крутой одноклассник, с которым Биллу даже приятельские отношения не светят. Не обижает, и ладно. Но утром было так приятно когда Том, держа его за руку на глазах у всей школы, посоветовал не обращать ни на кого внимания. Трюмпер не дергался, не переживал, ему было плевать на мнение окружающих, он просто делал то, что хотел. И Биллу это очень понравилось. Ведь это здорово, когда кто-то заботится о тебе и решает все твои проблемы.

Билл зажмурился и приказал себе спать. Завтра рано вставать, а когда удастся вернуться домой - неизвестно. И все-таки дома очень хорошо. Так замечательно лежать одному в темноте, думать всякие глупости и точно знать, что никто не увидит твоего нелепого смущения. Жаль, что это не свидание…

***

Том привычно сбавил скорость, подъезжая к дому Георга и раздражаясь из-за задержки, сегодня ему как никогда сильно хотелось поскорее попасть в школу. К счастью, друг уже торчал на крыльце, поджидая его.

- Привет, - поздоровался Георг и нарочито аккуратно закрыл дверь машины.

- Не паясничай, - отозвался Том. – Ты чего вчера не пришел? У меня же, вроде, ночевать собирался…

- Да ну тебя, вдруг, ты, весь такой влюбленный, и на меня бы кидаться начал?

- Нужен ты мне, как слону пуанты… дома нормально? – отозвался Том, сворачивая к школе.

- Мгм. Отец вчера какую-то премию получил, так что мать весь вечер порхала вокруг него как бабочка. Том, я спросить хотел… насчет того, как быстро ты девчонкам с их дурацким зельем подыгрывать начал…

- Нет. Сам решай, ты со мной?

- С трех лет. Или ты забыл? – фыркнул Георг, подхватывая свой рюкзак и выпрыгивая из остановившейся машины. Том огляделся по сторонам, выискивая взглядом знакомую фигуру. Нужного человека видно не было. – Кстати, - оповестил его Георг. – Мы вчера с Келли по телефону договорились, что на вечеринку все на твоей машине поедем. Так что много выпить тебе не удастся, ты за извозчика.

- Обрадовал, - скривился Том, заходя в класс, и тут же улыбнулся. Билл уже был на своем месте. – Слушай, а ловко ты к этой брюнетке подъехал за мой счет.

- А то! – рассмеялся Гео. – Я же тебе говорил, мне бы малюсенький шанс зацепить ее, а дальше я сам справлюсь.

Они сели на свои места, и Том покосился на Билла, который не обращал на него внимания, что-то сосредоточенно рисуя в своей тетрадке. Трюмпер хотел было подойти и поздороваться, но тут прозвенел звонок, вошел учитель, и пришлось дожидаться перемены, позволяя себе лишь изредка бросать мимолетные взгляды. На перемене опять не удалось поговорить. Тома отвлекли, а когда он снова провернулся к заветной парте, Каулитц уже куда-то удрал и продолжал бегать от него весь день, заставляя злиться и руша к черту все замечательно составленные планы.

- Билл, подожди, - крикнул Том, бегом догоняя его. Уроки закончились, и пришло время расходиться по домам. Брюнет неохотно притормозил, но совсем остановиться не пожелал. Том догнал его, взял за руку и, повернув лицом к себе, заставил замереть на месте. – Ты какого черта от меня весь день бегаешь?

- Я не бегаю. Просто я к такому не привык. У меня и так уже несколько человек спрашивали, чего это я с тобой за ручку расхаживаю, - насупился Билл, отводя взгляд в сторону. Том почувствовал как злость, копившаяся весь день, куда-то исчезла.

- Да наплюй ты на них, - ухмыльнулся он, притягивая к себе парня чуть ближе. – На вечеринку пойдем?

- У меня же, вроде как, и выбора нет… - проворчал Билл и, вздохнув, добавил. – Я не люблю публичные мероприятия.

- А ты относись к этому как к отдыху, а не как к какому-то мероприятию и все хорошо будет. Кроме того, с тобой же буду я…

«Вот это-то меня и нервирует», - подумал Билл, но вслух говорить не стал.

- Где мы встретимся? – вместо этого спросил он.

- Мы за тобой заедем в семь. Я сначала за Георгом, потом девчонок заберем, а потом к тебе, - Билл немного расслабился, то, что не придется оставаться с Томом наедине, пусть даже это всего лишь и машина, радовало.

- Тогда до вечера, - попрощался Билл, и осторожно высвободив все еще зажатую, словно в тиски, руку, пошел домой, готовиться к грандиозному вечернему «не мероприятию».

Том недолго посмотрел ему вслед и отправился в сторону своей машины. До вечеринки оставалось всего несколько часов, а ему, по маминой просьбе, еще нужно было заехать в прачечную и супермаркет. Домой Том попал только к пяти часам. Бросив все принесенное на кухне - вещи на стол, продукты в холодильник - он кинулся к себе в комнату. Надо было принять душ и привести себя в порядок. Дел куча, а времени в обрез. Да еще и зная дурацкую привычку Георга опаздывать, выезжать нужно не позже шести.

Друга Том, сидя в машине, ждал до половины седьмого, надеясь, что девчонок хотя бы ждать не придется.

- Какого черта ты так долго?! - прорычал Трюмпер, как только Гео плюхнулся рядом на сидение.

- Ууу какие мы нервные, - протянул Георг, насмешливо на него глядя. – Как, оказывается, у нас все запущено…

- Заткнись и пересядь назад, - приказал Том.

- С чего это? – попытался, было возмутиться Листинг, но потом, понятливо хмыкнув, полез на заднее сидение.

***

Билл в последний раз покрутился перед зеркалом в прихожей и, услышав автомобильный сигнал, выскочил из дома. Его старушки очень веселились, узнав о предстоящей вечеринке. Бабушка Роуз советовала сильно не напиваться, а бабушка Маргарет предлагала упаковку презервативов. Билл покраснел и сдавленно хихикнул, вспомнив ее пиар этой продукции: «Прочные и с пупырышками».

Билл сел в машину на единственное свободное сидение, рядом с Томом. Поздоровался с весело хихикающими над какой-то фразой Георга девушками. И повернувшись к Трюмперу, удивленно приподнял брови, поймав его нечитаемый взгляд.

- Что-то не так? – спросил Билл, оглядывая свою одежду. Вроде, все в порядке.

- Все нормально, - пробормотал Том, тряхнул головой, словно отгоняя какие-то мысли, и завел машину. Он попытался сосредоточиться на дороге, но это было трудно. Таким брюнета Том еще не видел. Невероятно красивый и какой-то невозможно тонкий, Билл привлекал взгляд и путал мысли.

Дом Барри, в котором сынок богатых все позволяющих ему родителей устраивал еженедельные вечеринки, был огромным и стоял на отшибе, изображая из себя поместье. Добираться до него было далековато, но благодаря неограниченному количеству бесплатного пива никто не жаловался. Не сказать, что эти вечеринки были только для избранных, но пускали туда далеко не всех. Том с Георгом всегда были здесь желанными гостями, девушки тоже приезжали сюда не впервые, а вот Билл впервые присутствовал на подобном сборище и чувствовал себя инопланетянином, оглядываясь по сторонам.

- Пива хочешь? – спросил Том, прямо ему в ухо. Из-за грохочущей музыки разговаривать было почти невозможно.

- Не особо, - отозвался Билл и сделал шаг в сторону, уворачиваясь от какого-то совершенно невменяемого уже парня, который пер прямо на него.

- Осторожно! – прорычал Том, притягивая Каулитца к себе и закрывая своим телом. Билл замер, снова ощутив то же смущающее чувство легкости и пустоты, как в классе.

- Знаешь, - решительно проговорил он, отодвигаясь в сторону. – Я передумал. Пиво лишним не будет.

Тому понадобилась всего пара минут, чтобы раздобыть для них спиртное и найти удобное место на стоящем в стороне диванчике. Билл взял предложенный стакан и осторожно сделал глоток. Пиво было недостаточно холодным, горьким и пахло не очень приятно, но Билл допил все до конца, даже не поморщившись. Том сидел рядом и как-то странно смотрел на него, периодически прикладываясь к своему стакану.

- Что? – спросил Билл, ставя пустую тару на пол и задвигая ее ногой под диван.

- Ничего, - хмыкнул Том и подвинулся поближе, прижимаясь бедром. – Еще хочешь?

- Хочу, - поспешил согласиться Билл, нервничая от едва ощутимого прикосновения губ к своему уху.

Том на секунду прижался лбом к его виску и, отстранившись, отправился на поиски новой порции. Вернулся он быстро, держа в руках большие пластиковые стаканы, наполненные до краев пенящейся жидкостью. Второй стакан пошел значительно веселее. Билл расслабленно сидел на диване, чувствуя себя вполне уютно в крепких объятиях, с любопытством глядел на веселящийся народ и совершенно не нервничал из-за губ, ласково прикасающихся к его шее.

- Пойдем куда-нибудь? – предложил Том, когда они допили по второй порции. Билл внимательно посмотрел на него расфокусированным взглядом, чувствуя, как сильно кружится голова.

- У меня голова кружится, - доверительно сообщил он. Том рассмеялся, уткнувшись ему носом в плечо, от прикосновения дредов к уху стало щекотно и очень приятно.

- Тебе нужно на воздух, - решительно заявил Трюмпер и, встав, потянул его за собой. Билла качнуло, и он вцепился парню в плечо, стараясь не упасть. – Ого, как тебя развезло! – весело ухмыльнулся Том. – Что, нечасто практикуешь такое времяпровождение?

- Нет, - согласился Билл, прижимаясь к сильному телу. Стоять самостоятельно было трудно.

Том аккуратно обнял его за талию и куда-то повел. Шли они довольно долго, почему-то поднимаясь по лестнице, целых тридцать две ступеньки, Билл специально считал. Том поворачивал его в разных направлениях, а потом отпустил на секунду, сразу стало тихо и хорошо. Яркий свет больше не бил по глазам, а посторонние звуки не раздражали своей оглушительной громкостью. Билл огляделся по сторонам, пытаясь понять, где они находятся.

- Ты же сказал, что мы пойдем на воздух, - подозрительно прищурился он.

- Здесь лучше, - с честным видом заверил его Том. – Тихо, свежо, благодаря открытому окну, и можно полежать.

- Мне не нужно лежать, мне нужно домой, - вздохнул Билл. – Бабушка просила не напиваться, а я напился…

- Вот видишь, - обрадовался Трюмпер так, как будто они говорили об одном и том же. – Мы сейчас маленечко поваляемся, придем в себя, и я отвезу тебя домой.

- Хорошо, - согласился Билл, поудобнее устраивая голову на подушке. Почему так получилось, что он уже лежит, брюнет и сам не знал.

Том быстро скинул кроссовки и вытянулся рядом. Вся эта ситуация была совершенно нереальной, и хотелось что-нибудь сделать, чтобы удостовериться в ее правдивости. Он пододвинулся поближе, провел пальцами по гладкой щеке, осторожно отводя в сторону непослушную прядь. Билл чуть повернулся и посмотрел на него, растерянно моргая. Он был так близко. Такой теплый и беззащитный. Том закрыл глаза, наклоняясь ниже и мягко накрывая его губы своими.




4.

Голова кружилась. От выпитого пива и эмоций, перед глазами мелькали какие-то странные, непонятные образы, сводя с ума своей яркостью. Том на секунду оторвался от податливых губ, сделал судорожный глоток воздуха и снова начал целовать. Он сам все так же лежал в пол-оборота, боясь спугнуть неосторожным движением. Плечи и поясницу сводило судорогой от желания двигаться, прижаться сильнее, потереться всем телом, но он терпел. И только губы жили своей собственной жизнью, не останавливаясь ни на секунду.

Они прикасались к губам, к маленькой родинке на подбородке, проскользив по скуле, прижались к уху, делая все то, что так долго хотели сделать, но не могли. Том перевел дыхание, зажмурился, осторожно потрогал языком мочку уха и взял ее в рот. Легонько сжал губами, урча от наслаждения. Билл что-то протестующе захныкал и попытался отстраниться.

- Нет, - выдохнул Том, начиная паниковать из-за того, что все это удовольствия сейчас закончится. – Ну, что ты, все ведь хорошо…

- Том… - брюнет выглядел слегка возбужденным и до смерти перепуганным. И Том понял, что остановиться он не сможет ни за что на свете.

- Хороший мой, красивый, - начал нашептывать он, спускаясь губами к длинной, изящной шее. Уткнулся носом в то место, где шея переходила в плечо. Глубоко вдохнул. – Как же хорошо ты пахнешь... ты даже не представляешь, - тело, наконец, словно очнулось от спячки, и Том позволил себе сделать первое робкое движение, осторожно прижавшись бедрами к ноге Билла.

- Ну что ты делаешь, - в панике забормотал Каулитц, почувствовав чужое возбуждение.

- Билл… - умоляюще проскулил Том, не давая парню выбраться из своих объятий. Билл попытался сказать еще что-то, но Том ему не позволил. Снова прижался к губам, проник в приоткрытый рот, провел кончиком языка по гладким зубам и двинулся глубже, завоевывая территорию.

Он именно так себя и чувствовал. Как воин-завоеватель. У него сейчас было два пути: либо победить, выиграв эту битву, либо погибнуть. Третьего не дано. И Том решил выиграть, во что бы то ни стало. Он всегда был лидером, и отступать в один из самых важных моментов в своей жизни права не имел. Он просто не простит себе потом упущенную возможность.

Поцелуй стал жадным и собственническим. Том уверенно положил руку на тонкую талию и провел ладонью сначала вверх по длинному боку, а потом обратно. Билл вообще весь был очень тонкий и длинный, и Тому это невероятно нравилось. Хотелось погладить каждый сантиметр, прикоснуться губами.

- Том, не надо, - снова попытался воззвать Билл к голосу разума, но разум Тома отключился довольно давно и включаться явно не собирался.

- Ты такой вкусный… хочу попробовать тебя всего. Разреши. Пожалуйста, разреши мне это сделать, - Том немного оттянул ворот футболки и слегка прикусил наивно выпирающую ключицу. Билл передернулся всем телом и задышал часто-часто. Воодушевившись, Том широко лизнул изящную косточку и с восторгом услышал тихий стон. – Вот видишь, - снова зашептал он. – Тебе же самому это нравится. Твое тело реагирует на меня самым положительным образом.

- Это все из-за пива, - возразил Билл, прерывисто дыша. – Я просто пьян, поэтому так и получается.

- Хорошо, пусть будет пиво, - тут же согласился Том, опуская пальцы к краю футболки. – Люди под воздействием алкоголя вообще делают много глупостей, а мы с тобой ужасно пьяные. Так как ты смотришь на то, чтобы сделать что-нибудь такое, на что в трезвом состоянии ты бы никогда не решился?

- Я не знаю… - замялся Билл, было очень приятно чувствовать легкие прикосновения к своему животу, но еще это было и очень страшно. – Это все как-то ненормально.

- Да что в этом ненормального-то? Ничего сверхъестественного мы делать не собираемся, – удивленно воскликнул Том, слегка отстраняясь. И непонятно зачем добавил. – Только не в стельку пьяные в доме Барри Левингстона, до такой пошлости даже я не скачусь, - он помолчал немного, а потом продолжил очень деловым тоном. – Мы просто чуть-чуть пообнимаемся и всё. Все подростки в нашем возрасте занимаются этим на вечеринках. Так? – Билл неопределенно пожал плечами не отрицая, но и не подтверждая его правоту. Он уже и сам не знал, чего хочет. Вроде бы, правильнее всего сейчас было бы встать и с гордым видом удалиться, но теплые пальцы, чертящие круги вокруг его пупка разрушали все благие намерения. – Тебе понравилось со мной целоваться? Только правду! – требовательно спросил Том, прищурившись.

- Да, - пискнул невероятно смущенный Билл.

- Ну, вот и замечательно! Тогда давай мы сейчас помолчим и еще маленько поцелуемся. Ты ведь не против, мой хороший? – от этого «мой хороший» у Билла сладко щемило сердце и хотелось согласиться на что угодно. Он подумал, решил, что ничего страшного не произойдет, и утвердительно кивнул. Улыбка, озарившая лицо Тома, стала достойной наградой за смелость. Кроме того, они ведь действительно не очень трезвые, а это снимает часть вины… правда же? - Ты только не бойся меня, ладно? - выдохнул Том и впился в немного распухшие от предыдущих поцелуев губы.

Его невероятно вымотал этот диалог, больше всего хотелось заткнуться и просто чувствовать, а приходилось нести какую-то чушь, с трудом подбирая нужные слова, но сейчас, кажется, все уладилось, и можно делать практически что хочешь.

Сначала поцеловать. Поцелуи – это очень важно. Погладить губами чужие, невероятно желанные губы, потереться языком о гладкий горячий язык. Том делал подобное десятки раз, но раньше никогда не было так трудно контролировать дыхание и сдерживать стоны. Билл лежал под ним совсем не шевелясь, только едва заметно отвечал на поцелуи.

- Обними меня, - выдохнул Том, прикасаясь губами к его подбородку. И не дожидаясь ответа, снова прижался к губам.

Том успел забыть о своей просьбе, когда почувствовал опустившиеся на его плечи руки. Возбуждение зашкалило и он почти полностью лег на прижимающего его к себе Билла, осторожно протискивая свою ногу между его ног. Раздался жалобный, непонятно чей из них, стон и температура воздуха в комнате возросла, казалось, до невиданных высот.

- Подожди, - выдохнул Том. – Футболка… жарко очень… дай… я сниму… футболку… и ты… тоже… если хочешь… - говорить было трудно, получалось что-то прерывистое и непонятное.

Билл опустил руки, позволяя ему раздеться, но свою одежду, к сожалению, снимать не стал. Том хотел было возмутиться, но, почувствовав тонкие пальцы на своей груди, окончательно забыл все слова. Билл осторожно погладил его, потрогал сосок, Том рыкнул и снова полез целоваться. Руки тряслись как во время лихорадки, а голова кружилась. Том опустил ладонь вниз, и несильно сжал пальцы. Билл вскрикнул и заметался по постели.

- Тихо, тихо, мой хороший. Давай их снимем с тебя… ну же, давай.

Ремень расстегнулся быстро, а вот с молнией пришлось повозиться. Джинсы были очень узкие, и она натянулась из-за вставшего от возбуждения члена так, что тащить собачку нужно было очень аккуратно. Когда все было расстегнуто, Том схватился за край джинсов и потащил их вниз…

- Нет! – неожиданно заупрямился Билл, вцепившись в штаны, и не позволяя снять их до конца.

- Хорошо, хорошо, - выдохнул Том, оставляя джинсы в покое. – Все будет так, как хочешь ты. Только давай тогда плавки тоже немного вниз спустим. Не сильно, совсем чуть-чуть, только чтобы удобно было, - от картинок, нарисованных собственными словами, во рту совсем пересохло и хотелось уже избавиться от всей одежды к чертовой матери.

Билл еще немного подержался за штаны, а потом уронил руки на покрывало, сжав его непослушными пальцами. Том стиснул зубы, сдерживая восторженный вопль, и потихоньку стягивая последнюю деталь, отделяющую его от желанного зрелища. Вид почти обнаженного Билла был потрясающим. Возбужденный, смущенный до невозможности, он вызывал столько разных желаний одновременно, что Том замер, не зная, что сделать в первую очередь. Решив остановиться на чем-нибудь более-менее традиционном, он положил ладонь на бедро и повел руку вверх. Раздался придушенный всхлип и острые коленки, словно догоняя руку, тоже начали подниматься.

- Нет, не шевелись, - неразборчиво пробормотал Том. – Лежи спокойно, ладно? Я просто тебя поглажу и все…

Билл снова всхлипнул и, опустив ноги, замер, лишь изредка подрагивая всем телом. Том провел ладонью до бока, задрал футболку до самой груди, чтобы живот тоже было видно, сполз чуть вниз. Провел пальцами по гладкой сливочно-нежной коже и прижался к ней губами, повел языком вниз, оставляя влажную дорожку и, не останавливаясь, гладил стройные длинные ноги.

В Билле его возбуждало все. То как он вздрагивает от каждого прикосновения, как смущается, как дышит, старательно сдерживаясь, чтобы не получалось очень громко, даже то, что он почти не шевелится. Все это вместе смотрелось очень трогательно и невероятно сексуально.

Том замер, прижавшись щекой к твердому возбужденному члену. Повернул голову, медленно, словно давая себе время подумать. Лизнул. Приподнялся на руках, проверяя реакцию Билла. Брюнет лежал, уставившись на него огромными, лихорадочно блестевшими глазищами. Трюмпер ухмыльнулся, наклонился и снова лизнул. Послышалось шипение, от следующего прикосновения переросшее в полноценный стон.

Тихо, но очень радостно засмеявшись, он накрыл губами головку. Билл скулил, дергался и хватал его руками за дреды, причиняя боль. Том терпел и продолжал ласкать губами и языком. Билл что-то предупреждающе запричитал и попытался его оттолкнуть, но Трюмпер не позволил сделать это, сжав узкие бедра сильными пальцами. Он сглатывал, не отстраняясь до тех пор, пока Билл не затих, успокоившись. Том никогда не думал, что будет делать что-то подобное, но противно ему не было. Все происходящее воспринималось, как само собой разумеющееся. Это ведь Билл, и сейчас ему хорошо, а значит не важно, что для этого нужно сделать.

Подняв голову, Том вытер рот тыльной стороной ладони. Подтянулся вверх, по пути расстегивая свои джинсы, чуть приспустил их и, взяв руку Билла в свою, положил на свой, возбужденный до невозможности, член. Обвил вокруг него безвольные пальцы и, впившись в длинную шею хищным поцелуем, начал двигать рукой. Сильно и резко. Ему хватило всего нескольких секунд, чтобы кончить. Том упал на спину и зажмурился, восстанавливая дыхание.

До крайности вымотанный Билл лежал, глядя в потолок, и думал. Возбуждение и алкогольная дымка постепенно развеивались, и на смену им приходил стыд. Как он мог? Целоваться с парнем, позволять ему то, что даже девчонкам не позволял, во время редких обжиманий на заднем сидении чей-нибудь машины. Как бы Билл не пытался врать себе, приукрашивая собственные подвиги, опыт у него был совсем не богатый, а тут… да он подобное представлял только в самых откровенных фантазиях, после которых приходилось бежать в душ.

Кроме того, одно дело, если бы это все было серьезно, но вот так, под предлогом приворотного зелья, поверить в которое мог только полный дурак?.. Стопроцентный идиотизм! Да и мотивы поступков Тома до сих пор ясны не были…

- Отвези меня домой, пожалуйста, - очень тихо попросил Билл, по-прежнему не отрывая взгляда от идеально белой, совсем неинтересной поверхности.

- Билл…

- Нет! Я не хочу сейчас разговаривать! Просто не могу…

Паника подкатила к горлу, угрожая вырваться наружу. Билл резко вскочил, чуть не упал, запутавшись в спущенных до колен джинсах. Сморщился от огорчения из-за своей неуклюжести и от смущения, потому, что Том смотрел на его голый зад. Билл стоял спиной к кровати, и видеть этого не мог, но почему-то точно знал, что Том смотрит. Натянув штаны и одернув футболку, он замер, готовый ехать отсюда.

- Надо Гео с девчонками найти, - послышался тяжелый вздох. Кровать скрипнула, резанув по нервам. Билл дернулся, словно перед побегом и обернулся. Трюмпер, полностью одетый, стоял с другой стороны постели и внимательно смотрел на него. – Мы ведь поговорим об этом завтра? - спросил Том, с какой-то странной тоской в голосе.

- Да, - пообещал Билл. Сейчас он готов был пообещать все, лишь бы поскорее удрать из этого места. Том кивнул, сделав вид, что поверил и пошел к двери.

Ингрид они нашли первой. Девушка танцевала в обнимку с каким-то красавчиком, которого Том видел впервые в жизни, это было странно, потому что всех ровесников он знал в лицо. Блондинка долго ломалась и ныла, что уходить не хочет. Том терпеливо объяснял, что им пора домой и косился на Билла, с несчастным видом стоящего рядом с ним. В конце концов, не выдержав, Трюмпер рявкнул, что Ингрид, если хочет, может оставаться здесь, а они уходят и, схватив за руку своего брюнета, отправился на поиски друга и его новой девушки.

В машине они оказались минут через тридцать, не раньше. Том стискивал руль и старался контролировать скорость, не превышая ее слишком сильно. Все-таки он был еще не до конца трезв, и надо было быть особенно аккуратным. Билл, застыв, как каменное изваяние, сидел рядом. На заднем сидении расположились Георг и Келли, которые все никак не могли перестать обниматься. Там же была и обиженно дующаяся Ингрид.

- Билл, ну что ты, в самом деле. Ничего ведь страшного не произошло, - не выдержал, наконец, Том и ни кого не стесняясь, положил руку ему на колено.

- Останови, - раздался напряженный голос.

- Билл…

- Останови немедленно машину, я сказал!

Том послушно свернул к обочине и заглушил мотор. Повисшая тишина, была плотной, неприятной и оглушающей.

- Билл, - снова заговорил Том, стараясь как-то ее разбить. – Все ведь было хорошо…

- Хорошо? – почти взвизгнул Билл. – Я, почему-то, ничего хорошего не вижу! Какого черта ты ко мне привязался, а? Что тебе нужно? Откуда взялась эта внезапно вспыхнувшая страсть?!

- Это все зелье… - попыталась вмешаться в разговор Ингрид.

- Гео, сделай с ней, пожалуйста, что-нибудь, пока я не сделал, - напряженным голосом попросил Том. От охватившей его безысходности, он тоже основательно разозлился, и чтобы взорваться ему оставалось совсем немного.

Понятливый Георг шикнул предупреждающе и посмотрел на девушек таким взглядом, что они замерли, прижавшись друг к другу и уставившись на парней большими испуганными глазами.

- Я все тебе объясню, - сделал очередную попытку успокоить Том.

- Ну, объясни, - насмешливо протянул Билл, откидываясь на спинку сидения и воинственно скрещивая руки на груди. – Только сказок мне больше рассказывать не нужно.

- Билл…

- Что?! Или ты хочешь, чтобы я и, правда, поверил в действие приворотного зелья?!

- Да причем здесь какое-то идиотское зелье, когда я тебя люблю с тринадцати лет! – в ярости проорал Том, глядя в широко распахнувшиеся от потрясения, карие глаза.





5.

- Что? – едва слышно прошептал Билл, чувствуя, как его начинает потряхивать. Нервное напряжение, которое он испытывал последние два дня, наконец, решило вырваться наружу.

- Я влюблен в тебя уже четыре года, - спокойно повторил Том. – С тринадцати лет. А может быть и раньше. Чееерт. Да мне иногда кажется, что в моей жизни вообще не было ни дня, когда бы я тебя не любил. Вот и притворился, что на меня зелье подействовало.

- А зачем ты притворился? – все еще плохо соображая, спросил Каулитц.

- Шутишь? – воскликнул Том, взмахнув руками от удивления. – Да я столько лет мечтал прикоснуться к тебе, обнять… не мог же я упустить такую возможность?!

- Ты не мог, - согласился Билл, открыл дверь машины, вышел из нее и пошел по дороге, явно собираясь уйти совсем. Том замер, не зная как поступить.

- Какого черта ты сидишь?! – прошипел Георг с заднего сидения, толкнув его кулаком в плечо. – Беги за ним и докажи, что любишь, и не важно, с зельем или без!

Злой голос друга словно послужил сигналом к действию. Том отмер. Выскочил из машины и кинулся вслед за уже достаточно далеко отошедшим Биллом.

- Билл, подожди! – крикнул Том, пытаясь его догнать. Каулитц, в ответ на его слова, только пошел быстрее. – Да подожди ты! – наконец, догоняя и хватая его за руку, воскликнул Том.

- Отвяжись! – зло бросил Билл, пытаясь вырваться.

- Ну, уж нет! – Том развернул его к себе лицом и чуть встряхнул за плечи. – Пока не скажу все, что хочу, ты никуда не пойдешь!

- Говори, - Том поморщился, от едкой иронии прозвучавшей в его голосе. Вздохнул глубоко, испортить все сейчас нельзя. Надо объяснить… рассказать все по порядку, чтобы Билл понял…

- Это полный идиотизм! – честно признался Том, так и не найдя подходящих слов.

- Не то слово, - согласился Каулитц. – Ты зачем всю эту кашу заварил? Прости, но в любовь и все такое мне как-то не очень верится.

- А зря, - Том чуть расслабил руку, успокаиваясь, но совсем не отпустил. – Я, правда, тебя люблю. Давно уже. Сказать хотел, да смелости не хватало. Все подходящего момента ждал…

- Да уж, - фыркнул Билл насмешливо. – Мы оба на полу в коридоре вонючие лежим… На редкость удачный момент выбрал! Молодец!

- Да оно само так получилось! – в отчаяние простонал Том, понимая, что опять все делает не так. – Я хотел сказать тебе в тот день… - снова начал он, уже не стараясь подбирать правильные слова, надеясь, что если будет говорить, что угодно, оно как-нибудь само все скажется. – Понимаешь, у меня в последние пару лет, что-то вроде ритуала появилось… я просыпаюсь утром, иду в душ, а потом к зеркалу… стою перед ним и говорю себе, что вот сегодня я обязательно наберусь смелости и во всем тебе признаюсь, а потом я прихожу в школу, вижу тебя и ни слова выдавить не могу.

- Я что, такой ужасный, что ко мне подойти страшно? - приподнял бровь Билл, все еще не веря.

- А тебе было бы легко признаться в любви совершенно нормальному парню, который встречается с девушками и не обращает на тебя никакого внимания? – взвился Том. – Да я боялся до смерти, что ты пошлешь, куда подальше, и у меня даже надежды не останется! Если бы не девчонки со своим зельем… Я когда увидел, в кого врезался, у меня сердце остановилось. А потом падение это… башка кружится, коленка болит, эта хрень воняет как неизвестно что, а подо мной ты лежишь… весь такой теплый, худой и настоящий… и глаза твои, огромные, близко-близко, - Том перевел дыхание и продолжил. – У меня эти слова столько лет в голове крутились… они просто вырвались и все. Я сначала, даже сам не понял, что ляпнул…

- Чушь, - прервал его Билл, устав слушать этот бред. От ночного холода и потрясений алкоголь совсем выветрился, у него болела голова, и очень хотелось домой. В свою комнату, спокойно подумать в ее уютной тишине и прийти в себя.

- Билл, послушай…

- Нет! Я не хочу тебя слушать, Том! Ты за все эти годы даже толком не посмотрел на меня ни разу, а сейчас в какой-то неземной любви убедить хочешь?! – Билл выдернул руку из захвата сильных пальцев и зло уставился на парня. – Я общаюсь с тобой два дня, и за это время ты не сказал мне ни слова правды. Почему я сейчас должен тебе поверить? Назови мне хотя бы одну причину. Хоть что-то, что доказывало бы, что ты не врешь, что я, правда, тебе интересен.

- Ручка, - выдохнул Трюмпер, глядя на него в упор.

- Что? – растерялся Билл, не понимая, о чем он говорит.

- Ты грызешь ручку, - тихо объяснил Том, делая осторожный шаг и подходя ближе. – Тебе их менять приходится каждую неделю потому, что ты их постоянно сгрызаешь, как бобер. Так забавно наблюдать, как ты борешься с этой плохой привычкой. Заставляешь себя положить ручку на парту, как только заканчиваешь писать… но стоит только тебе забыться хоть на минуту, как она тут же оказывается у тебя во рту. А еще пенал. Пластмассовый. В начальной школе у всех такие были, но только у тебя он остался до сих пор. Причем все тот же, один на все годы. Старенький, желтый, с собачкой. У пенала на боку трещина, скотчем заклеенная, а у пса нога стерлась и часть хвоста, но ты все равно его не выбрасываешь. Почему? Всегда хотел это узнать.

- Мне его бабушка в первый день занятий подарила, - объяснил Билл, с удивлением, как будто видел впервые, вглядываясь в лицо стоящего напротив него парня. – Она сказала, что он волшебный и ручки, хранящиеся в нем, тоже станут волшебными и очень умными, и будут помогать мне учиться. Я всегда знал, что это неправда, даже когда совсем маленьким был, но от пенала, почему-то, до сих пор избавиться не могу, - Том кивнул, удовлетворенный ответом.

- А еще, - продолжил вспоминать Трюмпер, ненавязчиво притягивая Билла за талию поближе к себе. – Ты нос морщишь, когда контрольные тесты по математике делаешь, ни на каких других не морщишь, а тут… это потому, что математика тебе труднее всего дается, и чтобы все решить, ты особенно сильно сосредотачиваешься, - Том отвел от растерянного, красивого лица прядь темных, длинных волос и прошептал в самые губы. – Ты интересен мне, Билл, всегда был и всегда будешь.

Подавшись вперед, Том прижался губами к его губам и замер, ничего больше не делая. Он просто стоял и ждал, чувствуя, как сомневается Билл, не зная, что ему делать. Том не двигался, молча умоляя ему поверить. Дать шанс им двоим. Он уже хотел отпустить Билла, окончательно потеряв надежду, когда почувствовал, как робко шевельнулись под его губами мягкие губы, давая согласия.

До конца не веря в такое чудо, Том прижался чуть сильнее, прикоснулся кончиком языка, просясь внутрь. Билл расслабился в его руках, показывая, что сдается.

- Билл, давай попробуем, а? – прошептал Том, отрываясь от его губ. – Несмотря на то, что я успел столько накосячить за эти два дня, будешь со мной встречаться?

- Я не знаю, - неуверенно ответил Каулитц. Том тяжело вздохнул и очень печально на него посмотрел, отодвигаясь. Билл прижался сильнее, не отпуская, и поспешил объяснить. – Не представляю, как наши отношения воспримут окружающие. Ты представляешь, что в школе скажут? Я вообще очень удивлен, что Георг так легко отнесся к этой ситуации, словно для него это было чем-то само собой разумеющимся. Он что, знал о том, что ты в меня влюблен?

- Вообще-то, он мой лучший друг, - ухмыльнулся Том, твердо решив для себя, что, несмотря на все еще оставшиеся у Билла сомнения и неуверенность, он своего брюнета уже никуда не отпустит. – И знать такие вещи входит в его обязанности. Ты думаешь, кому я все эти годы на свою безответную любовь жаловался? – Билл покраснел от смущения и уткнулся носом ему в плечо, что-то неразборчиво пробормотав. – Он молодец. Быстро сообразил, что к чему, и начал командовать, давая мне время прийти в себя и все обдумать. Да ты не переживай, никто рта открыть не посмеет. Я просто не позволю вякать в твою сторону. Все хорошо будет, обещаю. Ты только не отталкивай меня, - Билл кивнул и робко поцеловал в шею, как бы давая этим свое согласие. Том зажмурился от счастья, стиснул в объятиях изо всех сил, выдавив тихий писк. – Извини, - прошептал в макушку и, утихомирив свой восторг, добавил. – Теперь, правда, пора домой ехать, поздно очень, не хочу чтобы у тебя бабушка переживала… пошли?

Когда они вернулись в машину, девушки все еще молчали, похоже, прибывая в долгосрочном шоке, и смотрели одинаково-круглыми глазами.

- Что, ввел в курс дела, пока нас не было? – насмешливо спросил Том у Георга.

- А то! – отозвался Листинг. И добавил, кивнув в сторону Келли. – Пусть поучится, как чужое нытье о безответной любви терпеть нужно.

- Ну вот, - робко хихикнула Келли, приходя в себя. – А я уже надеяться начала, что великая ведьма, а тут такой облом…

- Ну, может быть, и не совсем облом… - задумчиво протянула Ингрид. Все с испугом посмотрели на нее. – А что? Зелье не совсем как надо, но сработало ведь. Пусть Том и был уже влюблен, но Билл-то нет… а сейчас влюбился! Значит – сработало! Знаешь, Кел, - воодушевленно продолжила блондинка, не обращая ни на кого внимания. – Чтобы убедиться наверняка, действует оно или нет, мы еще раз его сварим. Я сегодня с таким парнем познакомилась! Он новенький, только вчера в наш город переехал…

Билл очень давно так не смеялся, наверное, даже никогда. От этого смеха по щекам потекли слезы, а на душе стало невероятно легко.

- Поехали уже домой… - с трудом смог проскулить он, утыкаясь мокрым лицом в спинку сидения.




Три месяца спустя…

Том трясущими руками вставлял ключ в замочную скважину и матерился на чем свет стоит из-за того, что гребаная железяка не хотела лезть в предназначенную для нее дырку. Рядом послышался хрипловатый смешок, от которого все волосы на теле Тома встали дыбом. Зло покосившись на Билла, Трюмпер, с удвоенным усердием, продолжил открывать дверь. Попасть домой было жизненно необходимо, иначе он прямо на пороге сделает что-нибудь совершенно недопустимое. А виноват во всем Каулитц!

Бой-френд подошел к нему сегодня на перемене после второго урока и совершенно спокойным голосом сказал всего несколько слов, из-за которых Тома до сих пор колотит, как припадочного. Как пережил этот день, он и сам не знал. Если бы у него спросили, о чем сегодня рассказывали на уроках, Том ни за что бы не ответил. Да он даже не помнил, какие конкретно уроки у них сегодня были!

Ключ, наконец, повернулся, и Том, чуть не взвыв от радости, распахнул дверь. Посмотрел на брюнета, взглядом предлагая ему войти, Билл выглядел совершенно невозмутимым и, кажется, никуда не торопился. Том рыкнул, зло сощурившись, Билл ласково улыбнулся и спокойно, даже немного лениво, переступил порог.

- В комнату, живо! – скомандовал Том.

Билл насмешливо фыркнул, ехидно приподняв бровь, взвизгнул, схлопотав шлепок по заднице, и кинулся в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Том, с победным видом, последовал за ним. Они были уже у самой двери в его спальню, когда Том не выдержал.

- Чееерт, не могу! – простонал он, хватая Билла за руку и дергая на себя. Потом резко повернулся, придавливая к стене своим телом, и потребовал, глядя на его губы. Том хотел видеть, как будут произнесены эти слова. – Повтори! Прямо сейчас повтори!

- Я тебя люблю, - прошептал Билл, потянувшись за поцелуем.

Том с радостью дал ему желаемое. Такого дикого возбуждения он не чувствовал никогда. Хотелось накинуться на Билла прямо здесь, в этом коридоре, наплевав, что кровать совсем недалеко и достаточно сделать всего несколько шагов…

- Хочу тебя, хочу! – лихорадочно прошептал Том, спускаясь поцелуями к шее и слегка прикусывая ее зубами.

- И кто тебе не дает? – хрипловато фыркнул Билл, окончательно срывая крышу.

Том оторвался от него, посмотрел внимательно. Несмотря на нахальный тон, лицо было смущенным и слегка покрасневшим. Под взглядом Тома Каулитц засмущался еще сильнее, отвернулся в сторону и тряхнул головой, словно за шторкой, прячась за длиной неровной челкой. Он все еще стеснялся, хоть и старался изо всех сил этого не показывать. В отличие от него, Том никакого стеснения не испытывал. Нагло улыбнувшись, он подтолкнул Билла в плечо, заставляя зайти в комнату, тоже переступил порог и тихо закрыл за собой дверь…


"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Ответить