• Администратор
  •  
    Внимание! Все зарегистрировавшиеся Aliens! В разделе 'Фото' вы можете принять участие в составлении фотоальбома. Загружайте любимые фотографии, делитесь впечатлениями, старайтесь не повторяться, а через пару-тройку месяцев подведем итог и наградим самого активного медалью "Великий Фотокорреспондент Aliens"!
     

Единственная причина {slash, AU, PWP, Christmas story, romance, crossover, group sex, NC-17}

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

Единственная причина {slash, AU, PWP, Christmas story, romance, crossover, group sex, NC-17}

#1

Непрочитанное сообщение Aliena » 12 апр 2018, 21:59

Название: Единственная причина
Автор: Кэрри
Гаммы: Confetka, *Yanvar*
Фандом: Tokio Hotel, Queer as Folk, The Vampire Diaries
Статус: закончено
Категория: slash
Жанр: AU, PWP, Christmas story, romance, crossover, group sex
Размер: mini
Рейтинг: NC-17
Персонажи/пейринг: Брайан/близнецы/Деймон
Краткое содержание: Стихийные бедствия типа Рождества лучше пережидать вместе
Посвящение: Georgiana. Моему пушистому фырфырчику Юле! С наступающим. )))
Баннер: by Georgiana
Изображение
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

#2

Непрочитанное сообщение Aliena » 12 апр 2018, 22:01

По правде сказать, Деймону совсем не нравится Рождество. Он из года в год с недоумением наблюдает, как в декабре наступает всеобщее помешательство на елках, гирляндах и Санта-Клаусе. Санта-Клаус Деймону, кстати, тоже не нравится, хотя бы из-за второй части своего имени. Зато ему нравится Брайан – ну так, чуть-чуть – и это единственная причина, по которой он соглашается вылезть из дома вечером двадцать четвертого числа, в разгар рождественского безумия. На самом деле, он рад, что знает в этом городе еще одно место, где точно не будет елки и гирлянд. Стихийные бедствия типа Рождества лучше пережидать вместе.
Елки у Брайана, действительно, нет, разноцветных мигающих огоньков тоже. Открывая незапертую дверь в лофт, Деймон сначала вообще не видит никакого источника света, а потом замечает приглушенное свечение из-за полупрозрачных створок спальни.

Деймон, заинтересованно выгнув бровь, подходит ближе, и общая картина открывается ему постепенно, по кусочкам – как фотография в медленно работающем браузере. Сначала он видит множество свечей, потом край кровати, возвышающейся на пьедестале, и только потом – три обнаженных сплетенных тела на ней. Кажется, его тут не ждали.

Деймон видит спину Брайана – сильную и гибкую, с напрягающимися при каждом резком движении мышцами, чьи-то изящные гладкие щиколотки, скрещенные под его сжатыми ягодицами, и две пары рук: первые обнимают Брайана за шею, вторые – за поясницу.
Ему нравится Брайан – ну так, чуть-чуть – и это единственная причина, почему он шагает чуть влево, чтобы рассмотреть остальных двух участников действа. Он даже не удивляется, когда узнает близнецов Каулитц. Билл лежит на спине и скользит по простыни вверх-вниз от быстрых, ритмичных толчков Брайана. Том стоит над ним на коленях, и его член во рту близнеца. Но Деймон все равно смотрит только на Брайана – на его закрытые глаза и закушенные губы. Кажется, тот очень близок к финишу.

Происходящее почти не волнует Деймона. Он ничего не может поделать со своим снисходительным отношением к людям – ему вообще трудно воспринимать их всерьез.

Однако потом он слышит, как Брайан глухо постанывает, а после вскрикивает вместе с Биллом – и в животе вдруг все сводит желанием. Это просто физиологическая реакция, ему совсем не хочется присоединиться к ним. Но он почему-то не уходит.
Деймон готов поклясться – когда Брайан тянется к губам Тома и целует его, чуть наклонив голову, так, что видно, как они ласкаются языками, это представление исключительно для него. Он и не думает отводить взгляд, когда Брайан поворачивается и соскальзывает с кровати, направляясь прямо к нему, плавно, с грацией, не скрывающей силу – как большая кошка. В голову Деймона закрадывается мысль, что, может быть, все наоборот, и здесь ждали только его.

Или близняшки тоже просто хотят переждать чертово Рождество где-то, где оно не имеет никакого значения – всего лишь еще одна ночь в году.
Брайан обходит его, расслабленный, обнаженный и бесстыдно мокрый от пота, останавливается за спиной и кладет ладони на плечи, подталкивая вперед. Деймон не подчиняется и, повернув голову, смотрит на него. В прозрачных серых глазах буквально светится знак вопроса, и Брайан, приняв этот вопрос за страх, хмыкает:
- Да брось. Тебе хватит нескольких секунд, чтобы убить нас всех.

Деймону не хочется ему объяснять, поэтому он просто поворачивается и послушно шагает по ступенькам. Он видит, как Том выходит из Билла – младший в посторгазменной истоме выглядит безвольной тряпичной куклой, хоть и удовлетворенной – и поднимается, упираясь раздвинутыми коленями в постель, принимаясь жестко ласкать себя прямо над его лицом. Этим двоим, кажется, нет никакого дела до Деймона.
Брайан останавливается позади него, не касаясь, наклоняется к его шее и проводит по ней носом, вдыхая запах. Деймон пахнет просто потрясающе – опасностью, ночью и сексом. Но единственное, чего сейчас по-настоящему опасается Брайан – что вампир вдруг очнется и уйдет.
По правде сказать, Брайану тоже совсем не нравится Рождество, и он не верит в какое-то особое волшебство декабря. Может, это потому, что он никогда не получал в подарок то, чего на самом деле хотел. Зато ему нравится Деймон – ну так, чуть-чуть, - и это единственная… Хотя нет. Брайану не нужны причины.

На мгновение ему кажется, что Деймон чуть подается назад, словно собираясь прижаться спиной к его груди, но замирает в считанных сантиметрах от прикосновения.

Том шипит сквозь зубы и кончает на губы Билла, на вовремя подставленный язык, подбородок, а потом склоняется над ним и целует, глубоко и жадно вылизывая его рот. Когда он отстраняется, между их губами протягиваются и тут же рвутся тонкие нити из слюны и спермы. Потом близнецы синхронно поворачиваются к Деймону, и тот хмыкает – настолько неопределенно, что можно подумать, будто ему неловко.
А потом наступает какое-то гребаное затмение. Вампиры вообще прожженные гедонисты с единственным жизненным принципом: если будет хорошо – почему бы нет. А еще Деймону интересно.

Том сползает с кровати, подходит к нему, опускается на колени и смотрит снизу вверх. На него Деймону абсолютно наплевать, но позади все еще стоит Брайан – так близко, что Деймон чувствует его дыхание кожей. И он все еще не прикасается к нему. А Брайан ему нравится – ну так, чуть-чуть – и это единственная причина, по которой Деймон не мешает Тому, когда тот тянется к ширинке его брюк, а потом проходится ладонями по бедрам, обнажая их.

Это всего лишь рефлексы – Деймон притягивает голову старшего Каулитца к своему паху, и тот послушно берет его член в рот. Сразу глубоко, расслабляя горло, со знанием дела. Том сосет энергично, сильно сжимает головку влажными губами, и когда Деймон не сдерживает стон, Брайан, будто только этого и ждал, наконец-то прижимается к нему сзади, принимаясь медленно, горячо и мокро вылизывать его шею. Деймон запрокидывает голову ему на плечо, открываясь и подставляясь. Брайан задерживается на самом сладком местечке – где бьется жилка пульса.
Билл смотрит на них троих некоторое время, а после приходит к выводу, что им не помешает еще одна пара рук. Рубашка на Деймоне явно лишняя. Билл подходит и, встав сбоку, чтобы не мешать Тому, тянется к пуговицам, расстегивает их, одну за другой. Когда из петли выскальзывает последняя, он разводит ткань в стороны и приникает к правому соску Деймона. У того очень красивое тело, и Билл не может понять, почему Брайан, обычно просто берущий то, что хочет, с Деймоном почти не проявляет активности.

Будто споря с его невысказанной мыслью, Брайан с нажимом ведет ладонью по напряженному рельефному животу, еще ниже – и накрывает своей рукой руку Деймона, лежащую на затылке Тома, сплетает их пальцы и прижимает старшего Каулитца сильней.

Деймон приоткрывает глаза, внимательно смотрит. Брайан смотрит на него, и Билл удивлен, потому что, на мгновение отвлекаясь от своих прикосновений к Деймону, он видит в глазах Брайана неуверенность.

Но тот все же целует Деймона. По правде сказать, у них не очень получается – оба слишком привыкли доминировать, и сейчас агрессивно сталкиваются зубами и языками, пытаясь захватить власть. И они одинаково упрямы, чтобы кто-то додумался подчиниться и сделать гораздо приятней им обоим.

Билл думает, что если эти двое когда-нибудь окажутся в постели, у них ничего не выйдет, потому что все закончится скандалом на выяснении, кто будет сверху.

Брайан первым разрывает этот недо-поцелуй и, будто извиняясь, коротко касается губами скулы Деймона, а потом ведет ладонью по его спине, по ткани рубашки, вниз. Забираясь пальцами ему между ягодиц и чуть надавливая, он шепчет:
- Я хочу, чтобы ты кончил…

Деймон фыркает, будто пытается не рассмеяться, но не отталкивает его. Даже не потому, что знает – иногда Брайан просто прячется за своей развязностью. Тут все просто, и причина по-прежнему только одна. Ему нравится Брайан – ну так, чуть-чуть. А близнецы – не особо. Поэтому когда Билл поцелуями спускается вниз по его животу и присоединяется к Тому, Деймон реагирует на это так же, как на любое другое прикосновение там. Приятно, не более.

Брайан горячо дышит ему в шею и проникает внутрь него кончиком пальца – очень медленно, потому что, черт знает, может, это вообще будет единственный раз в его жизни. Деймон чувственно выгибает спину и инстинктивно толкается в рот кого-то из близнецов, и постепенно они вчетвером находят общий ритм. Правда, Деймон все равно по-настоящему ощущает только пальцы Брайана, движущиеся внутри, раскрывающие его. Он ловит себя на том, что замирает в ожидании каждого нового движения, сбивающего дыхание и наполняющего сладким предвкушением.
Брайан восхищенно стонет, когда чувствует, что Деймон сам подается ему навстречу – несильно, едва уловимо, но это все равно значит, что ему нравится.

Оргазм не сбивает Деймона с ног – вампиру нужно гораздо больше, чтобы стало слишком – но он, определенно, самый долгий в его жизни. А его все целуют, гладят и посасывают…

За окнами полночь и фейерверки. Деймон улыбается, опираясь затылком на плечо Брайана. Близнецы восторженно кидаются к окнам, как будто им нет и десяти, и даже сложно поверить, чем они были заняты только что.

По правде сказать, Том обожает Рождество и все то, в нелюбви к чему солидарны Брайан и Деймон – елка, гирлянды и Санта-Клаус. Единственная причина, по которой он не остался дома в любимом кресле – это Билл. Впрочем, Билл у него всегда единственная причина всего. Даже самой жизни, наверное.

Младший прижимается к нему плечом, целует в щеку, и Том смеется:
- Ты мне тоже нравишься. Ну так, чуть-чуть.

Билл со смешком пихает его локтем под ребра и оборачивается на Брайана и Деймона. Вампир застегивает последнюю пуговицу на рубашке, молча смотрит – и через секунду его уже нет, только хлопает входная дверь.

Это выглядит как бегство, но Брайан знает правду – просто Деймону кто-то нужен еще меньше, чем ему самому. Рождество наступило пару минут назад, и у него больше нет причин быть здесь. Вернее, Брайан втайне от самого себя надеется, но они никогда не говорят об этом.

Он кивает близнецам на дверь и остается один уже через несколько мгновений. Деймон не возвращается, и черт знает, какую из причин он назовет единственной на этот раз.
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость