• Администратор
  •  
    Внимание! Все зарегистрировавшиеся Aliens! В разделе 'Фото' вы можете принять участие в составлении фотоальбома. Загружайте любимые фотографии, делитесь впечатлениями, старайтесь не повторяться, а через пару-тройку месяцев подведем итог и наградим самого активного медалью "Великий Фотокорреспондент Aliens"!
     

Весь мир спит, а ты целуй меня {slash, RPF, romance, daily life, PWP, ER, twincest, Том/Билл, NC-17}

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

Весь мир спит, а ты целуй меня {slash, RPF, romance, daily life, PWP, ER, twincest, Том/Билл, NC-17}

#1

Непрочитанное сообщение Aliena » 08 апр 2018, 13:22

Название: Весь мир спит, а ты целуй меня
Автор: Karmilla
Пейринг Том/Билл
Рейтинг: NC-17
Жанры: slash, RPF, romance, daily life, PWP, ER, twincest
Размер: Мини
Статус: закончен
Краткое содержание:
Еще одна ночь вместе.
Еще одна душа, разделенная на два тела.
Посвящение:
любимому фандому, кому же еще...
ну и одному хорошему человечку конкретно.
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

#2

Непрочитанное сообщение Aliena » 08 апр 2018, 13:23

Еще один трудный день. Новый город, новые люди, новый, уже отыгранный концерт. На сегодня все наконец-то позади.
Шум до сих пор стоит в ушах и пара баночек энергетика сделали свое - Билл снова не может уснуть. Даже не пытался еще, пусть на часах второй час ночи.
Человек ко всему привыкает и Билл ненавидит отели, но уже привык. Красивые комнаты отдают холодом, сколько людей побывало здесь до этого вечера... До того времени, как он оказался здесь.
Каждый человек привносит сюда что-то свое. Страдания, ссоры, измены, радость, любовь... Билл давно не верит в любовь. Красиво врет на камеры.
Зато он верит в исключения. Знает эти исключения по себе.

Теплый душ немного расслабляет тело, но сознание все еще напряжено. Билл не может свыкнуться, что он один. В ванной комнате нет репортеров и глазеющей толпы, но брюнету продолжает казаться, что на него кто-то смотрит и сейчас точно сфотографирует. Профессиональная болезнь.
Билл медленно, словно смакуя, снимает макияж перед зеркалом. Снимает ледяную маску, вспоминая, как выглядит на самом деле и о чем должен думать в данный момент.
Сил улыбаться уже нет, лимит счастья на сегодня исчерпан. Он живой человек и он устал.

Выйдя полуголым из ванной, направляется в кухню. Окна открыты по всему номеру и свежий ночной воздух навеивает легкую тоску и усталость. Но Билл упорно глушит ее в себе по привычке.
Рука тянется к баночке кофе. Но нет, это уже слишком. Придет время и кофеин перестанет помогать, Билл давно подозревает это.
Чашка ароматного чая стоит на столе. Это уже вторая, он пьет чай за двоих, рискуя бегать ночью в туалет. Но ведь спать он все равно не собирается...
Облокотившись руками о стол, мягко массирует виски. Голова болит нестерпимо. Собственный руки и таблетки редко помогают, здесь требуется что-то другое.

Уже в спальне Билл решает, что надеть на ночь. И выбор очевиден. Несколько минут брюнет для приличия стоит возле своей одежды, а затем достает широкую футболку, которая ему почти до колен.
Еще Билл ненавидит запах порошка. Просто не выносит его, до тошноты. А эта футболка совсем не разит порошком.
Терпкий аромат парфюма, который так идет только одному человеку, еле уловимый запах родного тела и сигарет.
Сонливость если и была, теперь испарилась вовсе. Билл быстро нашел пачку сигарет и зажигалку, сразу же выходя на балкон, закуривая.
Затяжка, еще одна... И вот уже нервозность затихает, сердце стучит не так бешено. Он медленно курит, смотря вниз на ночной город.
Тысячи огней до сих пор радуют глаза, Билл всегда хотел жить в мегаполисе. Там, где много людей. Где угодно, лишь бы оставили в покое. Сейчас ему нужен только один человек.

Прохладный ветер заставляет зябко водить плечами и, затушив вторую по счету сигарету, Билл возвращается в спальню. Он даже курит за двоих.
Кровать такая большая, поначалу он не знает, где лечь, слева или справа.
Развалившись по центру, морщится от яркости экрана мобильного в полумраке комнаты. "Родной" на автоматическом наборе, пусть Билл и знает эти цифры лучше собственных текстов песен.
Сейчас он ненавидит людей, которым поет. Кто-то из них в данный момент отнял самое дорогое у него, пусть и на время.
Минуты тянутся час. Как же долго...

-Иди ко мне, - шепчет Билл в мобильник и сразу же срывает. Ответ давно известен.

Теперь важно молчать. Биллу хочется слышать все до малейшего шороха.
Одна секунда, две, три... Трехсотая секунда и Билл стискивает зубы, зарываясь лицом в подушку. Он ждет так долго, что кажется, умереть проще.

Скрежет ключа в замке, негромкий хлопок двери. Сердце пропустило удар. Тихие шаги все ближе, ближе...
Билл натянул одеяло почти до макушки, закрывая глаза и сдерживая мимолетную улыбку. Ночами, обычно, улыбки безлимитны.
Том в спальне, Билл чувствует. Его брат стоит напротив кровати, рассматривая комочек из одеял, где спрятался младший. Том улыбается.

-Спишь? - Билл слышит родной голос где-то над головой, но вылезать не спешит.
Голова все еще ужасно болит.

-Нет. Не могу, - недовольно бурчит брюнет, кое-как выбираясь из-под одеяла и задерживая взгляд на близнеце.

Том усмехается, смахивая с лица Билла какую-то невидимую соринку, но через секунду задумчиво смотрит куда-то в сторону. Младший ощущает, что брат совершенно не устал и в который раз удивляется его энергичности. Его личная баночка энергетика теперь рядом и Билл улыбается, посматривая в сторону близнеца.

-Поздно, нужно спать... Да? - как-то по-детски спрашивает Том, ненавязчиво накрывая ладошку младшего своей.

Он сам знает, что спать совсем необязательно, пусть и поздно, а завтра рано вставать. Все равно проспят, рассвет наступит неумолимо, остается лишь несколько часов темноты и никто не будет искать их сейчас, никто не потревожит.

-Голова болит, - хмурится Билл, подсаживаясь к Тому ближе, поглаживая его ладонь пальцами.
Старший знает нерешительность близнеца, только от напряжения и ожидания голова может болеть еще сильнее.

-Устал, - грустно заключает Том, сжимая руку младшего в своей - Сейчас все пройдет.

Билл кивает, прикрывая глаза и шумно вздыхая, пытаясь расслабиться, но не дать волю эмоциям. Сейчас не время.
Том теперь совсем близко, прямо за его спиной. Руками он потирает виски близнеца. Через несколько минут поглаживает уже затылок и Билл приоткрывает рот, запрокидывая голову, чуть ерзая на кровати. Он вспоминает, как сам пытался снять боль, но ничего не вышло. Руки у брата волшебные.

-Таблетку пил? - тихо и сосредоточено спрашивает Том.

Незаметно он спускается руками к спине близнеца, легонько разминая ее. Билл помотал головой, выгибаясь почти по-кошачьи. Даже через футболку он чувствует, какие теплые и сильные руки у Тома. Билл помнит каждое прикосновение наизусть. Его тело не может забыть.
Том ничего не ответил, но Билл знает, что брат одобряет его нелюбовь к таблеткам. Тем более от мигрени. Они и сами могут справиться.
Билл знает, ощущает на себе, как хорошо Том влияет на него.
Теперь время ползет со скоростью улитки и младший даже не думает теперь торопить его. Его наивным детским желанием остается остановить часы по всему миру. Нет, не навсегда, только на эту ночь. Продлить ее чуть-чуть, чтобы хватило времени на все. Только даже если бы это было возможно, Билл запретил бы себе. Он знал, что не удержался бы и превратил эту ночь в вечность. В его вечности спал бы весь мир и только они с Томом целовались в этой комнате при свете ночника.
Билл любит мечтать. Особенно сейчас, когда спины касаются такие любимые и ласковые руки. Ласковые только с ним, Билл уверен.

-Хорошо так? - на грани слышимости спрашивает Том, придвигаясь совсем близко.
Он делает массаж уже машинально, тоже провалившись куда-то в себя.

Билл все еще немного напряжен, но ощущение спокойствия и расслабленности становится сильнее с каждой минутой. Он хмурится, всем телом концентрируясь на прикосновениях Тома, позволяя ему владеть каждой клеточкой его тела.

-Да, - на вдохе произносит он немного хриплым голосом.

Это не ответ на риторический вопрос Тома. "Да" вырвалось из Билла само по себе, он особенно остро ощущал сейчас, как проходит головная боль. Не совсем, конечно, но Билл мог теперь сравнить свою мигрень с волнами на море, каждые пару секунд приливающие к песчаному берегу. И вода сейчас была подобна боли. Холодная, ужасно соленая.

-Может, снять? - спрашивает Том, чуть приподнимая край футболки брата.

-Потом, - сразу же отвечает младший, краснея.
Он только то вспомнил одну важную деталь и от этого жар еще сильнее прилил к щекам. Кажется, Билл никогда не научится справляться со своими эмоциями, когда они с Томом наедине.

Билл не сдерживает шумного вздоха, почувствовав мягкие, немного влажные губы близнеца на шее. Младший немного отклонился, тем самым предоставляя больше места для поцелуев. Том приобнимает его со спины, поглаживая рукой по груди через надоевшую футболку, вновь целуя шею, губами посасывая нежную кожу, касаясь языком, но не кусая.
Для них давно не было в новинку понимать желания друг друга с полуслова. Даже не с полуслова, ложь. С одного взгляда, невесомого прикосновения.
Им обоим сегодня незачем спешить или отвлекаться на разговоры. Они никогда не скажут друг другу о своих желаниях, потому что знают все без слов. И как желания могут быть так согласны?
Голова болит, но Билл больше не замечает дискомфорта, у него есть занятия поважнее.

Том немного оголяет плечо младшего для нового поцелуя и по телу Билла проходит легкий холодок.
"Сквозняк", - нагло врет себе брюнет, расслабленно улыбаясь.
Том почувствовал его мурашки по коже, ночами они с братом еще более идентичны.
Билл поворачивается к брату, обнимая за шею, проводя пальцами по скулам Тома, поглаживая щеку, приоткрытые губы. В каждом своем движении он узнает движение Тома, на каждом выдохе чувствует его вдох.
Том снова улыбается ему. Мягко, без насмешки. Совсем не так, как днем. За это Билл и любит ночи, как бы быстро не наступал рассвет. Днем он и сам другой.

Билл ерзает, таким образом пытаясь натянуть футболку на ноги еще больше. Том сжимает его руку в своей, накрывая губы близнеца своими, замирая на несколько секунд. Билл по себе знает, какой тягостный вечер они пережили. Он знает это сладостное чувство предвкушения, эти взгляды, понятные только им обоим, и этот страх, что все сорвется. Боятся близнецы всегда одинаково.
Младший сам делает первый шаг, совсем по-детски целуя Тома, слишком медленно и нежно. Но сейчас это нужно им обоим. Нельзя сразу же давать волю чувствам, нужно успокоиться.
Разорванные подушки, наполовину угробленная кровать и недоверчивые взгляды работников отеля им без надобности. Конечно, выкрутятся в любом случае, но... Нет.
Том целует Билла гораздо увереннее, жарче и вместе с тем спокойнее. Билл боится пошевелиться, он всегда вот так замирает в его руках. Родной запах и сильные руки гипнотизируют, но не парализуют.

Билл отвечает на ласки машинально, но не менее страстно. К черту сонливость и мигрень, эта ночь принадлежит только им с близнецом.
Тихий стон срывается с губ младшего, его мальчик нащупывает колечко в соске, чуть теребя его через футболку. Билл мотает головой, будто протестуя, сам впивается в губы близнеца, забирая инициативу на себя, но покорно ложится на постель, когда Том надавливает на его плечо. Они понимают каждое движение друг друга.
Билл соединяет ноги сильнее, в тайне нервничая, но одновременно заводясь от грязных мыслей, то и дело мелькающих в его голове.
Одежда Тома начинает раздражать. Не разрывая поцелуя, младший судорожно расстегивает его олимпийку, проводя руками по сильному торсу, ощущая, как тело берет сладкая судорога.
Ни осталось ни боли, ни страха, а в мыслях только: "Хочу, хочу, хочу".

Том сбрасывает олимпийку, не обратив на нее особого внимания. Он всецело занят Биллом, они оба слишком долго ждали этой ночи.
Запись в студии почти до утра, интервью, фотосессии, полуночные вечеринки, перелеты... И казенщина отелей, которую Билл ненавидит больше всего.

-Я видел, как ты сегодня на меня смотрел, - тихий смешок вырывается из Билла.
Он тает в руках старшего. Слишком хорошо, чтобы сдерживать себя.

-Вспомни концерт, - добавляет Билл, мягко целуя Тома и меняя их местами, оказываясь сверху.

Как давно они были только вдвоем? Неделя? Две?
Том ощущает, что никогда не может до конца насладиться своим младшеньким, а Билл никогда не перестанет просить еще и еще. Никто, кроме Тома не знает его настоящую натуру. Они принадлежат только друг другу, это приговор и подарок судьбы.

-Забудь все, - шепчет Том, на пару секунд отрываясь от губ брата, внимательно и влюбленно смотря на него, пытаясь с точностью понять, что нужно им обоим этой ночью.

А ведь Билл только-только начал мыслить позитивно, как брат просит все забыть. Он теперь помнит только, как боялся сорваться на сегодняшнем выступлении, как мечтал о Томе до румянца на щеках, как пел только для него.

-Ты прав, - так же приглушенно отвечает младший, посерьезнев на минуту.

Кое-что точно следует забыть. Забыть обязанности, правила чужих людей. Забыть все, что мешает чувствовать самое приятное.
И Том помогает близнецу забыть, зная, насколько трудно это дается младшему, как часто он переживает по пустякам.
Билл позволяет оставлять легкие укусы и засосы на своей шее. Где лежит тональный крем он еще помнит, а внутри все разрывается от удовольствия чувствовать себя собственностью близнеца. Такого же человека, как и ты сам.

Билл отдается Тому, не потому что тот старше или опытнее. Иногда младший удивляется и смущается собственных порывов принадлежать близнецу, но факт остается фактом - им обоим это нравится.
У Тома вообще есть особенность доставлять удовольствие им двоим, а Билл сам по себе ходячее наслаждение для него, так что младшему не остается ничего, как лежать и кайфовать, забывая про усталость и легкую головную боль.

-Давай разденемся, - хрипло просит Том, нетерпеливость у него в характере, но огромная футболка на Билле действительно раздражает.

-Мм... Зачем? - деланно непонимающе спрашивает Билл, целуя ключицы старшего, ерзая на нем.
Теперь уже и джинсы Тома начинали бесить младшего.

-У меня все свободно, можно просто приподнять, - с намеком добавляет Билл, закусывая губу.

И если пару минут назад одна мысль, что брат заметит отсутствие белья на нем, приводила в смущение, то теперь Билл лишь прильнул к губам старшего за новым поцелуем, когда Том скользнул руками под его балахон, поглаживая и чуть сжимая ягодицы, снова нависая над близнецом.

-И давно ты спишь голеньким? - в голосе Тома Билл уловил желание и сам чуть не задрожал под ним.
Билл любил вывести брата, прекрасно зная, что сам заходиться от таких маленьких игр.

-Ну, я не собирался спать, - улыбается младший, облизывая губы, руками подбираясь к ремню джинсов Тома, пытаясь расстегнуть их - И еще я целый день сегодня ходил без белья, - тихо и серьезно говорит он, кусая брата за ухо, немного краснея от своих подробностей.

Билл вообще чуть с ума не сошел за последние дни. Но это тайна.

Том прищурился, сдерживая улыбку и шутливо хлопнул Билла по руке, чтобы не лез к нему в штаны. Но младшему хватило времени понять, как все твердо у близнеца и осознание этого факта заставило его собственное тело просыпаться активнее.
Еще минуту они просто смотрели друг на друга, Том помогает Биллу снять футболку и откидывает ее куда-то на пол. Билл чувствует себя неуверенно без последней одежды и от этого ведет себя немного агрессивно, Том очень хорошо знает эту особенность за ним.

С виду кажется, что близнецы дерутся, в каком-то смысле это так и есть. Том не дает младшему вырваться, крепко удерживая его за запястья и силой целуя, чуть морщась, когда Билл кусает его за язык.
Билл брыкается, что-то недовольно мычит, таким образом оказываясь в еще более крепких объятиях брата. Постепенно затихает, изредка покусывая губы Тома и царапая ноготками его спину. Билл не сдается, но намеренно помогает побеждать себя.

Том знает еще один способ успокоить младшего. Самый любимый способ Тома и самый мучительный для Билла.
Старший больше не держит близнеца так крепко, чуть улыбается, поглаживая коленки брата и Билл машинально разводит ноги шире, ощущая горячие губы Тома на своей шее, плечах, груди. Никто больше не умеет любить его так, как любит Том.
Билл сдается. Том медленно проводит руками по его телу, мокро целуя кожу, чувствуя вкусный аромат геля для душа. Билл кажется ему сладким всю его сознательную жизнь, Том даже чувствует себя извращенцем, облизывая, целуя, покусывая идеальное тело под собой.

Билл забыл вырываться, он изредка тихо постанывает, непроизвольно возбуждаясь и от этого краснея, будто стоит у доски в школе и забыл выучить урок.
Эта ночь стоит того, чтобы ждать ее вечность.

-Тише, - успокаивающе шепчет Том, быстро расстегивая джинсы и откидывая их вместе с бельем.

Билл притягивает старшего еще ближе к себе, нетерпеливо и страстно целуя желанные губы. Он больше не позволяет себе брыкаться или царапаться. Билл закидывает ноги на поясницу Тома, вжимаясь в него и двигая бедрами. Иногда младший более нетерпеливый. Он не переносит слишком большого желания.
Как бы Том не хотел его, он теперь вынужден думать за два тела.

-Как твоя мигрень? - тихо спрашивает старший, ложась возле близнеца и мягко заставляя его перевернуться на бок.
Теперь Том вжимается в Билла, обнимая его со спины и потираясь крепнущим возбуждением между ягодиц брата.

Дыхание Билла перехватывает, он почти забывает собственное имя, желания берет власть над телом и ждать больше невыносимо.

-Прошла вроде бы, - сдерживая стон, кое-как отвечает младший, зная, что Тома бессмысленно просить о чем-то.
Пока он сам не захочет, ничего не сделает.

Том покусывает Билла за ухо, рукой поглаживая и одновременно придерживая его за талию. Билл дергается, но Том кусает сильнее и младший не сдерживает умоляющего всхлипа, прикрывая глаза, помогая себе усилить удовольствие.
Старший ощущает новый всплеск адреналина, Билл потирается о его член попкой, выгибаясь в спине и сжимая собственный член рукой.

-Руки убери, - спокойно, требовательно говорит Том и отстраняется от близнеца, шлепая его по руке.

Младший сразу же разочарованно вздыхает, поднимая на брата полные желания глаза, но руку убирает. Лучше потерпеть до чего-то более интересного.
Том не дает Биллу возможности повернуться и снова ложиться рядом, поглаживая спину близнеца, покрывая поцелуями его шею и плечи.
От таких нежных, полных страсти, действий Билл загорается сильнее, но больше не проявляет инициативы, позволяя себя ласкать. Билл обычно только выбирает позу, а все остальное оставляет Тому.
Но он ничего не говорил сегодня и теперь удивляется, как братик догадался, что он хочет на боку.

Том вылизывает ухо своего мальчика, играется руками с твердыми, чуть набухшими от ласк, сосочками Билла. Член уже болезненно ноет на каждом сладостном стоне младшего, но он не спешит.
В трезвом состоянии Билл ужасно стеснялся бы собственных стонов, но сейчас ничего не может поделать с собой, только Том умеет так влиять на него.
Билл чувствует себя диким зверем, голодным животным. Тело изнывает от желания почувствовать Тома в себе до потери пульса.

-Том, - тянет Билл, рукой поглаживая бедро близнеца, впиваясь ногтями в кожу.

Старший давно понял, что угадал желание брата. Он знает Билла с ног до головы, знает, что у него на душе, знает, как успокоить и как зажечь.
Недосказанная просьба Билла срывает тормоза. Том чувствует, что уже можно. Близнец сам облизывает его пальцы, плотно обхватывая их пухлыми губами.

-Хороший мой... Ты знаешь, как нужно, - сбивчиво проговаривает старший, разводя ягодицы Билла, поглаживая сжатый проход, расслабляя.

Билл подгибает одну ногу, шумно вздыхая. Поначалу трудно, близости не слишком частые, но страсть берет верх и младший просяще стонет, чувствуя палец близнеца в себе.
Том сглатывает, ощущая узость и жар Билла. Не вытерпев, добавляет еще один палец, растягивает младшего осторожно, но быстро. Они оба на пределе.

-Еще, - истерично скулит Билл, насаживаясь на пальцы и резко сжимаясь, получая смачный шлепок от любимого.
Том знает, как много его мальчик может принять в себя.

Легкая боль отступает, Билл ничего не видит и не слышит, он погружается в себя, в ощущения, что дарит ему Том.
Том... Только одна мысль, как хочет его старший, и расслабиться уже не трудно, а ощущение пустоты внутри раздражает.

Двойной стон разносится по комнате, Билл кусает губу до крови, Том натягивает его на себя. Он входит осторожно, делая несколько движений в нежном темпе.
Билл отставляется, мечется, насаживается до упора, переступая через дискомфорт. Том снова и снова контролирует его движения, тихо и возбужденно рыча, целуя и покусывая шею младшего.

-Пожалуйста, - умоляюще шепчет Билл, облизывая губы.

Он сам не знает, чего просит. Том любит осторожничать с ним, но сегодня все по-другому.
Хрипло постанывая, Том ускоряет темп, постоянно задевая комок наслаждения в близнеце. Билл теряет самого себя, поддаваясь бедрами навстречу, сильно сжимаясь на особенно приятных секундах, зажимая себе рот ладонью, чтобы не стонать в голос.
Они не дома.

Том обхватывает член близнеца рукой, стараясь ласкать его в ритме своих движений. Младший не выдерживает и сдавленно стонет, прижимаясь спиной ближе к брату, рукой вцепившись в простыню.
Том зарывается в его волосы, иногда покидая тело близнеца до конца и снова врываясь в него. Билла трясет под ним, он захлебывается в непрерывном потоке удовольствия. Сердце то бешено стучит, то пропускает удары. Младший слишком непривычен к приключениям такого рода, сколько бы не тренировался.
Сдержанности и смущению пришел конец. Билл сильнее толкается в ладонь Тома, сжимаясь и постанывая громче чуть охрипшим голосом.

-Том, - шепчет Билл его имя, словно молитву, изливаясь в руку брата.

Перед глазами все плывет, движения Тома младший почти не чувствует. Он тяжело дышит, иногда дергаясь всем телом в охватившем ощущении вселенского счастья.
Билла теперь никто не интересует и никто не нужен его, кроме его живого отражения. Иногда Том кажется Биллу Богом. Без преувеличений. И внутри растекается чувство привязанности и нежности.

-Мой маленький, - как-то успокаивающе говорит Том, невесомо целуя близнеца в висок, собирая губами капельки пота.

Билл осторожно поворачивается к старшему, уже чувствуя горячее и вязкое семя на бедрах и отголоски инстинктивного удовольствия загораются теплыми искорками внутри.

-Родной, - блаженно улыбается Билл, поудобнее устраиваясь под одеялом и прижимаясь к старшему - Мой идиот.

-Эй! Сам идиот, - шутливо толкает Том младшего в бок, смеясь.

-Оба мы идиоты, - хихикает Билл, целуя брата в уголок губ, но тут же серьезнеет - Не уходи, Том.

Никто не знает о их настоящей близости, никого не касается степень их потребности друг в друге и никто бы не поверил, как можно сохранить любовь через все запреты. Но они любят. Нуждаются друг в друге гораздо больше, чем могло бы показаться на первый взгляд.

-Я был пьян и перепутал номера? - улыбается Том, переплетая их пальцы рук.

-Да. У меня двуспальный номер. Утром постелю тебе в комнате рядом, - зевает Билл, довольно улыбаясь и рассматривая узор обоев на стене в полумраке.

Том мысленно соглашается, обнимая младшего, не собираясь уходить. Они всегда найдут, что сказать и им поверят по привычке.

-Спать хочется... И голова прошла, - сонно бурчит Билл, утыкаясь носом в шею старшего, почти разу же проваливаясь в сон.

И все-таки кто-то остановил время этой ночью. Несколько часов показались вечностью.
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость