• Администратор
  •  
    Внимание! Все зарегистрировавшиеся Aliens! В разделе 'Фото' вы можете принять участие в составлении фотоальбома. Загружайте любимые фотографии, делитесь впечатлениями, старайтесь не повторяться, а через пару-тройку месяцев подведем итог и наградим самого активного медалью "Великий Фотокорреспондент Aliens"!
     

Приемы успешной реабилитации {slash, RPF, romance, angst, grapefruit, twincest, Билл/Том, NC-17}

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

Приемы успешной реабилитации {slash, RPF, romance, angst, grapefruit, twincest, Билл/Том, NC-17}

#1

Непрочитанное сообщение Aliena » 17 апр 2018, 20:48


Название: Приемы успешной реабилитации
Автор: Mary Lekonz
Пэйринг и персонажи: Билл/Том, ОМП
Рейтинг: NC-17
Жанры: romance, angst, grapefruit, twincest
Размер: midi
Статус: закончен
Краткое содержание: Билл вышел вместе с телохранителем из отеля, обнаружил отсутствие айфона, приказал Саки вернуться за пропажей, а сам направился к джипу. Машина с охраной находилась за ближайшим углом. Бодигард спокойно возвратился в отель, нашел сотовый звезды и буквально спустя пять минут был опять на улице. А Билл до тонированного джипа так и не добрался.
От автора: Наверное, у каждого автора есть своя "история с похищением". Присутствует один гетный эпизод!!! Баннер от Karina2402.
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

#2

Непрочитанное сообщение Aliena » 17 апр 2018, 20:55

Изображение
Часть 1.


Он просматривал эти два ролика бесконечное количество раз. Мимолетные взгляды, выражения лиц, сказанные вскользь слова впечатались в память, переплетаясь с собственными воспоминаниями.

- Каулитцам больше не наливать! Они уже бухие оба, особенно Хищник! – громко и нетрезво хохотали Георг и Густав.
- Это просто сок, - отчётливо и серьёзно сообщил в камеру Билл.
Однако сверкающие глаза и развязная поза говорили об обратном. Билл пребывал в ударе: его улыбки провоцировали, точные жесты изящных рук наверняка заставили бы завистливо плакать самых искушённых гейш. За сложную причёску из длинных чёрных и белых дредов барабанщик и басист сразу назвали младшего Кау «Хищником», припоминая старый фильм с незабвенным Арнольдом. Билл тут же начал играться в знаменитого инопланетного охотника: радостно скалился в камеру, показывал черные от лака ноготки, по-звериному щурил раскосые глаза в ярком макияже…

Том застонал и сильно потянул за брейды у висков, отвлекая себя физической болью от истекающего горечью сердца.

Фотосессия для «Bravo». Увидев брата в очередном образе, Том чуть не захлебнулся минералкой. Коротенькая белая куртёшка, обтягивающая футболка с цветным принтом, белые узкие джинсы с клёпками по швам и по ширинке.
- Дорогой мой, слава Элвиса Пресли не дает тебе покоя? – потрясённо спросил фронтмена Дэвид Йост.
Густав, Гео и Том тут же слаженно затянули нетвёрдыми басами «Love me tender, love me sweet…» Продюсер улыбнулся – мысль о том, что мелкие паршивцы знали песню его тайного кумира, грела сердце. Билл по-театральному выгнул правую бровь.
- Мы работаем или я зря наряжался? – он профессионально держал тон, словно заправская Дива местной оперетты.
Фотохудожник быстро отщёлкал общие планы и обратил внимание на близнецов. Густав и Георг упали на диванчик, по обе стороны от Йоста, и приготовились наблюдать за шоу. Только поп-корна не хватало.
- Ну что вы, как неродные? Том, посмотри на брата с нежностью. И приобними за талию. Билл, прижмись к нему на минутку!
Билл как-то по-особенному улыбнулся, резко прильнул костлявым бедром к не ожидавшему таких телодвижений Тому. Фотограф затрещал камерой.

Том следил за экранным собой и зеркалил то самое выражение лица – растерянное и чуть сконфуженное. Их губы почти незаметно двигались, и Том как наяву слышал тот диалог. Отчаяние скрутило мышцы, растеклось по венам. Словно оторвали половину сердца. Том оттолкнул от себя ноутбук и застучал кулаками по столу, до резкой боли, до крови. Он не умел жить один.

Билл пропал три дня назад.

***

В тот день фронтмен с утра был не в духе. Том спинным мозгом предчувствовал трудности. До запланированного интервью молодёжной программе Билл умудрился испортить настроение всем, даже попытался поссориться с Натали, высказав стилисту несуществующие претензии. Но Наташа - правнучка украинских партизан - держала оборону играючи, резко отчитав возомнившего невесть чего мальчишку. Билл на генетическом уровне почувствовал опасность и не стал связываться, а раздражение выплеснул сначала на согруппников, а следом – на интервьюера. Музыканты уже давно знали Билла и привычно проигнорировали ярость фронтмена: Густав погрузился в анабиоз, Георг засиял коварной ухмылкой, а Том радостно выдал пару припасённых пошлостей и тут же понял, что взял неправильный тон. Обычные двусмысленные шуточки внезапно наложились на непредсказуемое поведение Билла, репортер занервничал, чувствуя подвох в, казалось бы, простых словах. Сверкающие глаза, кокетливо сложенные длинные ноги в узких джинсах и провокационная улыбка лидера знаменитой группы сбили интервьюера с толку. Билл переборщил со степенью обольщения, и вскоре репортер задёргался, пытаясь прикрыть заметный стояк в брюках и уйти от насмешливого взгляда невероятных карих глаз. Том просек обстановку и нервно затеребил языком пирсинг в нижней губе. Ситуация выходила из-под контроля. Сидящий поодаль продюсер сжимал кулаки, а Билл продолжал воодушевленно вещать что-то потерявшемуся интервьюеру. Наконец, Дэвид Йост не выдержал, умело свернул разговор и не терпящим возражений тоном отправил всю четвёрку в гримёрку.

Георг и Густав молча расселись по углам и уткнулись в телефоны. Том развалился в единственном кресле у гримёрного столика, вытащил сигареты. На его колени тут же нахально приземлился Билл, потянулся к пачке тонкими наманикюренными пальцами. В те моменты, когда Билл изводил всех вокруг, Тому хотелось вцепиться брату в тщательно уложенные волосы и трепать что есть мочи, истерически крича. Том догадывался, что желание это вовсе не его личное, а проекция тайных мечтаний младшего близнеца, что не добавляло старшему ни бодрости духа, ни ясности сознания.

В гримёрку ворвался красный, встрёпанный и бесконечно злой Дэвид Йост. Георг и Густав моментально втянули головы в плечи, как черепахи.
- Какого хера это было, Билл? - тихо, со свистящими нотками поинтересовался продюсер, взял со стола бутылку минералки, попытался отвинтить крышку дрожащими пальцами. Том сощурился и отвернулся, боясь, что Дэвид запустит бутыль прямо в них - и попадёт. Так уже было.
- Ровно половину! Мы сейчас отсмотрели всю поебень, которую ты нёс на камеру и всё твоё блядство, и оставили для эфира ровно половину материала! Что это был за театр одного порноактера?! Билл, я сколько раз говорил - прекрати непроизвольно испускать свои феромоны!
- Тестостероны, - блеснул эрудицией Билл.
Том почувствовал, как напряглось худое тело брата на его коленях, но сам Билл выглядел расслабленным: жеманно отставлял пальчики с сигаретой, выпускал тонкую струйку дыма из уголка розовых губ.
- Да мне похуй! - Дэвида всегда бесил независимый вид фронтмена во время воспитательных бесед. – Я согласен приводить в чувство недозрелых и перезрелых девочек, сражённых наповал твоей дикой сексуальностью, но почему я должен успокаивать мужиков?! Ты совсем не фильтруешь, на кого давишь?
Георг тихо фыркнул. Разгневанный продюсер обратил внимание на остальных провинившихся.
- Теперь вы. Билл сегодня, хоть и говённо, но всё же участвовал в процессе. А вы почему дружно впали в кому? Билл и на вас внезапно подействовал? Вам перед интервью колоть успокоительное или, наоборот, оживительное?
Том нечаянно ухмыльнулся и Дэвид повернулся к нему, нацелившись прямо в лицо неподдающейся открытию бутылкой «Эвиан».
- А с тобой что случилось, «Мистер Суперчлен»? Вся активность перетекла к близнецу? Так давай мы роли перераспределим! Он будет перевозбуждённый мачо, а ты - андрогин с воспламенившимся либидо?
Братья вздрогнули и синхронно помотали головами. Том непроизвольно прижал Билла к себе поближе. Дэвид Йост взмахнул бутылкой и воскликнул:
- Да отлипните вы друг от друга! Уже нет никаких сил смотреть!
Крышка, наконец, сдвинулась с места, и шипящий пузырящийся гейзер выстрелил в потолок. Вся компания молча смотрела на опадающий фонтанчик дорогой минералки.
- Объявляю отдых, - в полной тишине выговорил продюсер и вытер лицо мокрыми руками. - На ближайшие три дня отменяю все съемки и интервью. Сегодня вечером заказывайте какой-нибудь фильм, я забронирую кинотеатр. И никакого алкоголя, клубов и девок!

Они втроем сидели в большом затонированном джипе и ждали фронтмена, лениво перешучивались и радовались минутам спокойного общения. Билл, хоть и слегка подустал за день, но вредничать не прекратил и перед самым выходом из номера сообщил, что ему необходимо сменить красную футболку на черную. Парни психанули и отправились вон из отеля, оставив младшего Каулитца под присмотром главного бодигарда.

Том уже начал посматривать на часы, когда в затемнённое стекло одним пальцем постучал телохранитель. Том приоткрыл окно.
- На, - Саки протянул в образовавшуюся щель мобильник. – И когда ты перестанешь раскидывать вещи? Как маленький, ей-богу.
- Это Биллин, - Том повертел в руке новенький айфон.
Саки внимательно посмотрел в салон, как в амбразуру.
- А Билл не с вами?
Стремительно холодея, Том отрицательно покачал головой. Губы Саки тут же превратились в одну бледную линию, скулы затвердели.
- Открыть дверь, - ледяным тоном приказал он.

Лишь через два часа, когда перепуганных парней развезли по домам, отпоили коньяком, а суровый телохранитель уверил, что проблема очень скоро будет решена, Том смог воспринять информацию: Билл вышел вместе с Саки из отеля, обнаружил отсутствие своего айфона, отправил бодигарда за пропажей, а сам направился к джипу. Саки, которого Билл достал за эти сутки не меньше остальных, спорить не стал. Вызывающих подозрение объектов и людей на улице не наблюдалось. Машина находилась за углом, и там же, сразу за углом, стоял другой телохранитель, Маркус. Билл уже почти дошёл до поворота, поэтому Саки спокойно возвратился в отель, забрал айфон со стойки портье в холле и буквально спустя пять минут оказался опять на улице.
Билл до тонированного джипа так и не добрался.

- Его ведь найдут, правда? – смотря перед собой вмиг потухшими густо-коричневыми глазами, бесконечно спрашивал Том.
Дэвид Йост сидел рядом, плечом к плечу, на полу, со стаканом коньяка.
- Обязательно, Том, - откликнулся продюсер, рукой обнимая почти бесчувственного гитариста. – Саки уже подключил полицию.

Саки, похожий на Терминатора своим отстраненным и мрачным видом, остался одной из запомнившихся фигур этих дней. А ещё - тщательно скрывающий тревогу продюсер, который пытался разговорить Тома. Какие-то люди в форме. Немолодой мужчина с цепким взглядом. Вдруг - ласковые женские ладони на лице. Натали. Том заглянул в её голубые глаза и впервые захотел поплакать, но сжал губы и промолчал. Наташа чуть ли не с ложки накормила Тома чем-то… Том не понял, что ел. Оцепенение не давало нормально воспринимать окружающий мир. Странное омерзение неизвестно к чему постоянно билось в подсознании. Тоска по брату, с которым никогда не расставался, оказалась такой болезненной, словно тянущая мышечная боль после перенагрузки в тренажёрке. Том разбросал по квартире вещи, как всегда делал Билл, натянул на себя его домашние спортивные брюки и толстовку. Едва ощутимый знакомый запах от одежды подействовал успокаивающе, и только тогда Том смог остановить хаотичные шатания по комнатам. Обнаружил сидящих на диване Йоста и Саки.
- Что? – одними губами спросил Том.
- Пока ничего. Будто испарился.

На вторые сутки Том нашёл в своём ноуте те два сюжета - фотосессию и день рождения в парке аттракционов.
Том с головой погрузился в два небольших видео, полностью проживая и злясь, когда люди выдёргивали его в действительность. Ту, где не было Билла.

Они встали, развернувшись друг к другу вполоборота. Билл перекрестил руки на груди, эротично сощурился в объектив камеры.
- Слышь, Билль, - шепнул Том. – Сделай личико попроще, а то люди подумают, что тебе денег должны!
Билл неопределенно мотнул головой, кончики тонких скрученных дредов задели Тома по лицу.
Том показательно клацнул зубами.
- И космы убери, меня дредами не соблазнишь!
Билл поднял бровь.
- Если бы мне пришла в голову эта безумная мысль…
- Да? – заинтересовался Том, непроизвольно коснулся кончиком языка подковки пирсинга на нижней губе.
В это время фотограф подал реплику:
- Ну и что вы, как неродные? Том, посмотри на брата с нежностью. И приобними за талию. Билл, прижмись к нему на минутку!
Билл вдруг гибко и неуловимо-страстно притёрся к Тому и тут же отпрянул, смеясь над своей выходкой. Словно щекотная волна пробежалась от загривка до копчика. Том вздрогнул, криво усмехнулся на камеру, пробормотал:
- Вот вредина лохматая. И как я тебя только терплю!

- Сегодня мы на первых полосах всех газет, даже не желтых… - вдруг услышал Том голос Йоста из реальности и встряхнул черными брейдами, постепенно приходя в себя.
Продюсер тряс кипой свежепахнущих газет перед лицами Питера Хоффмана и Саки. Том моргнул. Он даже не замечал, кто находился с ним в квартире. Без Билла это не имело никакого значения. Слова Дэвида медленно дошли до сознания. Парень встрепенулся.
- Кто-то слил информацию? – как будто заржавевшим от долгого молчания голосом спросил Том.
Вся троица уставилась на него, как на диковинного зверя.
- Ты не понял, Том, – ровно отозвался Йост, подойдя к парню. – Густав и Георг вчера вечером зависли в известном клубе, напились до чертиков и устроили драку.
Том с легким удивлением скользнул взглядом по фотографиям на страницах печатных изданий. Действительно, Густ и Гео, явно пьяные, злые и перекошенные, с какими-то парнями, в темном помещении, на фоне улицы, у полицейского авто.
- Они охренели совсем? – не поверил своим глазам Том.
Продюсеры переглянулись и усмехнулись.
- Нет, Том, они не охренели. Они на себя внимание перетянули. К тому же, мы теперь спокойно отменили ближайшие мероприятия, пока Густав будет лечить якобы вывихнутую руку, а Георг - синяки и прочие последствия конфликта.
- Это была постановка? – додумался Том.
- Отчасти, - кивнул Йост и бросил быстрый взгляд на Саки. Бодигард скупо улыбнулся. – На самом деле, парни не пострадали так, как пишут в прессе.

К вечеру Тому стало совсем плохо. Волны странного отвращения захлестывали с головой, заставляли тело содрогаться в спазмах подступающей тошноты. Том держался пальцами за виски и пытался забиться в угол, застыть в позе эмбриона, чтобы уйти от невыразимых словами ощущений. От понимания того, что это не его чувства, парня трясло.
Напротив остановился встревоженный Дэвид.
- Это Билл, - дрожащими губами выговорил Том. – Я уверен, это он…
- Он жив, как ты чувствуешь, Том?
- Да, - Том облизнул пересохшие губы. – Всё время хочу пить. Ему мерзко. Отвратительно. Ему так отвратительно, что даже тошнит…
Он не договорил - резким спазмом скрутило желудок, по пищеводу быстро поднялся горько-кислый ком. Тома тошнило долго и мучительно, выкручивая внутренности, раздирая горло кислотой.
Дэвид заботливо напоил слабого парня чистой водой. Том пил жадно, задыхаясь.
- Как ты? – серьезно спросил Саки.
Том прикрыл глаза, прислушался к себе. Машинально схватился за запястья.
- Болит… здесь. Ломота во всём теле. И будто сил нет совсем. Пить…
Он схватил протянутую Дэвидом бутылку. Заливал в себя воду, словно заставляя пить за двоих.
- Держат связанным, скорее всего, - тихо сказал Саки и быстро вышел, выговаривая кому-то в рацию.
Том обхватил голову руками. Держись, Билль. Ты только держись…

Сумасшедший день. Торт, поздравления. Шампанское. Постоянные звонки. Интернет обрушился под шквалом посланий. И – апофеозом – целый парк аттракционов, принадлежащий только им. Они кричали, визжали, отпустили тормоза, превратились в дорвавшихся до сладкого детей. Билл быстро опьянел от алкоголя и исполнения желаний. Том купался в лучах его искристой тёплой энергии.
- За нас, братик, - Билл легко коснулся своим бокалом бокала Тома.
- Сегодня весь день за вас! - крикнул в камеру Георг.
Билл громко смеялся, сверкал улыбками, мелко, по-девчачьи, хлопал в ладошки и причудливо изгибался, вытаскивая худое тело из кресел разных аттракционов. В голове у Тома шумело. От влажной из-за внезапного дождя гривы близнеца пахло знакомым шампунем и лаком для волос.
На «американские горки» они уже заползли в неакдекватном состоянии. Георг, пошатываясь и держась за голову, быстро выпал из праздника. Но братьям казалось всё мало. Во время стремительных гонок Билл вскрикивал, судорожно хватал близнеца за руки и, пару раз, нечаянно – за ноги. Когда проклятый состав остановился, Том весь дрожал, словно в лихорадке, и не был уверен, что это только от пережитого страха. А Билл на миг прислонил свою голову к его чёрным косичкам, прикрытым белой шапкой.
- Я так счастлив сегодня, Том. Как никогда.
Том тут же вполне ощутимо испытал это счастье, одно на двоих.

Болели запястья, словно туго стянутые верёвками. Ныло всё тело. Саднило горло. Страшно ломило виски. Том пересматривал сюжеты из недалекого прошлого, протирая пальцами сухие глаза. Где ты, Билль?!

- Том, очнись, - Дэвид тряс его за плечи. – Нам нужна твоя помощь.
Том раскрыл глаза. Продюсер держал в руках айфоны близнецов.
- Этот, - он показал Биллин, - я заблокировал. Мы проверили все входящие звонки. Никто незнакомый Биллу не звонил.
Том смог усмехнуться потрескавшимися сухими губами – конечно, в последние несколько месяцев вся жизнь была тщательно расписана, они и минуты свободной не провели, когда было заводить новые знакомства?
- Пиар-отдел запустил утку, что близнецы Каулитц отправились на Мальдивы, подальше от скандала с Густом и Гео, - Дэвид машинально взглянул в сторону Саки. – Но у нас проблема, Том. Ваша мама второй день пытается до тебя дозвониться. Биллу она тоже звонила. Сегодня я проинформировал Симону, что отослал вас на отдых. Но тебе надо самому поговорить с матерью.
Саки пошевелился у двери, и Дэвид продолжил, пытливо смотря в глаза Тома.
- Полиция и частные агенты прочёсывают город и активно собирают информацию. Если мы не сдвинемся в поисках до конца недели, то придётся объявлять всеобщий розыск. Но пока…
Том вздрогнул, медленно взял свой айфон из руки продюсера. Выпил полбутылки воды. Быстро пробежался пальцами по клавиатуре ноутбука. Комнату наполнили звуки шумящего океана - видео с прошлогоднего отпуска. Том сильно зажмурился, нажимая на кнопку вызова. Дэвид и Саки замерли на местах.

А когда Том открыл глаза, в них светилась радость молодого парня, оказавшегося на отдыхе.
- Привет, мам! – бодрым голосом отозвался он на тревожный возглас Симоны. – Ты прости нас, что сразу не отзвонились, всё так внезапно случилось. Прикинь, нас Дэйв на Мальдивы отправил! Да те лохи наши, алкоголики, устроили дебош в клубе, ага. Ну, про и разбушевался! Засунул нас в самолет чуть не багажом! И не говори, ещё тот гавнюк! Да ладно, ма, он же не слышит!
Дэвид Йост прикрыл глаза. Если бы он верил своим ушам, то был бы уверен, что Том сейчас находился на берегу океана, расслабленный и довольный жизнью, наверняка с бокалом прохладного коктейля в руке, таким искренним вдруг стал его звучный голос.
- А Билл? А чего ему будет? Он свой айфон в душе утопил, прикинь, придурок? Да не ругаюсь, это я любя! Поэтому и дозвониться не можешь. Плещется вон на мелководье, ты же знаешь, какой он пловец! Позвать его? Ага, сейчас. Бииилл!
Том оставил телефон на столе, около ноутбука, прошёлся до выхода из комнаты, мимо Саки, повернувшись, пробежался обратно, шлёпнулся на стул, и слегка задыхаясь, с широкой билловской улыбкой и знакомыми интонациями в чуть изменённом голосе выдохнул в мобильник:
- Ой, мамочка, как здорово, что ты позвонила! А я свой новый телефон утопил, представляешь? Это Том виноват! С нами всё хорошо, правда!
Том тараторил, придыхая, заглатывая окончания, вставляя близнецовые любимые словечки, и у Дэвида сложилось полная иллюзия присутствия Билла. Даже у всё видавшего продюсера отвисла челюсть, когда он наблюдал за излучающим счастье, скалящимся ослепительной улыбкой на ненастоящий океан Томом, в эти минуты совершенно неотличимого от младшего брата.
- Мы тоже вас целуем и любим, мамочка! – жизнерадостно закончил разговор Том, отбросил мобильник.

Болезненная судорога исказила только что сияющее удовольствием лицо. Парень еле слышно простонал и, белея, сполз на пол. Дэвид и Саки бросились на помощь. Том находился в глубоком обмороке.




Часть 2.


- Доброе утро, детка.
Поморгать ресницами, будто только что проснулся. Вдох-выдох, мысленно сосчитать до пяти, как перед выходом на сцену. Распахнуть глаза. Собрать все силы, чтобы спокойно отозваться:
- Доброе утро, Эрвин.
Не показать своего омерзения, сдержать раздражение и страх. Это человек слишком резко реагировал на эмоции, тут же перекашиваясь, бледнея, зверея за считанные секунды. В мутно-серых глазах зажигались опасные красные огни, рот начинал дёргаться: правый уголок - вверх, левый – вниз. Билл уже знал, как опасно провоцировать своего похитителя.

Спасибо Вам, герр профессор, за своевременную лекцию. Если у Билла появится такая возможность, он обязательно поблагодарит психолога за ценные советы, а заодно - их прозорливого продюсера. Как раз полгода назад Дэвид Йост привёл к отдыхающим музыкантам пожилого дядьку, который в течение часа рассказывал, как вести себя в случае (крайнем, конечно, и невозможном при таком-то уровне охраны!) внезапной агрессии со стороны неадекватных людей. Парни слушали, прикалывались и задавали профессору психологии неприличные вопросы. Тема показалась им подходящей для всеобщего веселья. Впрочем, Билл и Том, падкие на информацию, заинтересовались и внимательно прослушали всю лекцию, а потом вечером, оставшись вдвоём, еще долго обсуждали многочисленные советы лектора.

- Какой же ты красивый, детка, - выговорил мужчина, улыбаясь.
Он ловко перещёлкнул наручники на запястьях Билла, освободил правую руку и приковал левую к изголовью старомодной кровати. Билл медленно сделал несколько осторожных упражнений кистью, разминая затёкшее запястье, обёрнутое чёрным напульсником. Реакция на резкие движения у похитителя была, как у выдрессированного пса.
- А я тебе кофе принес. И круассаны, - радостно сообщил Эрвин и протянул высокий закрытый стакан с торчащей трубочкой.
- Ты ведь любишь круассаны. Как все принцессы, - мужчина провёл ладонью по впалой щеке юноши.
Билл вынес ласку стоически, не дрогнув бровью, хотя прикосновение влажной холодной мужской руки отозвалось чувством гадливости и колкой дрожью в кончиках пальцев.

Он молча пил предложенный напиток. Эрвин крутил перед носом свежей выпечкой, явно желая, чтобы прикованный пленник взял еду из рук. Билл изобразил искреннюю улыбку.
- Спасибо, мне по утрам достаточно кофе. Я не голоден и не хочу круассанов.
- Ты не любишь круассаны? – движения мужчины тут же стали нервными и дёргаными. Он словно застыл лицом и начал прислушиваться к окружающему миру.
- Я люблю круассаны, - мирно отозвался Билл, борясь в душе с зарождающейся истерикой. – Просто я мало ем.
- Ты должен любить круассаны. И ты мало ешь. Все принцессы мало едят, потому что следят за собой. И любят круассаны, потому что девочки, - задумчиво собрал сведения воедино мужчина и кивнул себе. Видимо, в его голове что-то сошлось. – Хорошая детка.
Билл незаметно поморщился и выдохнул. Очередной пожар потух, не успев разгореться. Вспышки неуправляемой агрессии, в которую этот тип впадал от любого неосторожного слова, пугали Билла до потери сознания.
Эрвин все-таки заставил Билла сжевать один круассан, а потом уставился на парня с предвкушением на невыразительном лице.
- Теперь тебя нужно привести в порядок. Я помогу. Я всегда буду помогать тебе. Сейчас ты станешь Дивой.

В руках мужчины оказался большой косметический набор. Наверное, дядька в детстве не доиграл в куклы, хотя анализировать причины поведения похитителя Билл не собирался. Ему и так хватало палитры разнообразных отрицательных эмоций, пережитых за последние двое суток.
Сжав зубы, Билл перетерпел, пока Эрвин справлялся с его прической. Парень предполагал, что шикарные черно-белые дреды, скорее всего, уже пришли в негодность. Хотя следующий этап вынести было сложнее - высунув от усердия язык, взрослый мужчина принялся за макияж "Дивы". Такого Билл не мог представить себе даже в кошмарном сне, но он помнил советы профессора психологии – всеми силами стараться мирно сосуществовать с опасным человеком, не раздражать и не вызывать приступы ярости, дождаться помощи с минимальными травмами.
Эрвин тщательно нанёс тени цвета болотной тины и больного хамелеона на веки Билла, густо накрасил ресницы. Отвратительно. Хорошо, что забыл про помаду. Потом взял изящную руку и положил на своё колено. Резко запахло лаком для ногтей. Билл прикрыл глаза – смотреть на то, как мужик увлечённо намазывал ядрёно-розовым лаком его ногти, парень не мог.

Он сам виноват. Он во всём виноват сам. Это его стервозность нашла выход в таком извращённом виде. Это он, Билл Каулитц, сам притянул неприятности, сейчас он был в этом уверен. Творческая нагруженность, постоянное внимание массенмедиа, сплетни, невозможность как-то наладить личную жизнь сыграли с парнем злую шутку. В последнее время Билл находился в душевном дисбалансе, что впрочем, внешне лишь добавляло привлекательности. На волне этой нервозности фронтмен довёл до абсурда свой и так провокационный имидж, украсив длинные волосы черно-белыми дредами и требуя от стилиста более яркого макияжа. С людьми становилось общаться всё сложнее.
Билл знал, что его сексуальная энергия не имела чёткого посыла и потому на андрогинную красоту реагировали абсолютно все: взрослые мужчины и женщины, ровесники, совсем юные девушки и юноши. Даже дети и собаки. Лишь кошки презрительно щурили раскосые коварные глаза. Билл справедливо полагал, что изящные твари просто чувствовали в нЁм конкурента.
- Ты доиграешься, братик, и тебя кто-нибудь выебет, - заявил как-то Том после очередной выходки близнеца.
- Да уже хоть как бы нибудь, лишь бы не своей рукой, - огрызнулся Билл, понимая, что с ситуацией нужно срочно что-то делать.
Как же был прав брат, когда останавливал Билла от двусмысленных импровизаций, пиная и отвлекая во время интервью и фотосессий!

В тот неудачный день Билл предчувствовал, что произойдет нечто ужасное, поэтому и вёл себя так провокационно. Но время шло, продюсер умело разрулил ситуацию с проваленным интервью, и фронтмен, получив свою порцию пистонов, немного успокоился. Парни согласились на фильм, который хотел посмотреть сам Билл, и даже не особенно огрызались вынужденной паузе в машине. Том в дверях лишь молча окинул брата свирепым взглядом, вызвав искреннюю улыбку на чувственных губах. Биллу так нравилось ощущать ярость близнеца, словно острую приправу к горячему блюду.

А потом всё произошло стремительно, как в блокбастере. Они с бодигардом Саки почти вышли из отеля, в дверях чуть не столкнулись с пожилой дамой, говорящей по мобильнику. Билл тут же понял, что оставил свой айфон на стойке портье, когда предъявлял менеджеру отеля претензии по номеру-люкс. Саки окаменело выслушал приказ подопечного вернуться в холл, потом медленно кивнул. Не обращая больше внимания на охранника, Билл двинулся к джипу. Порыв ветра растрепал причёску, тонкая дредина хлестнула по лицу, чуть не попала в глаз. И тут же проходящий мимо мужчина пристально посмотрел на Билла и улыбнулся.
- У тебя тушь потекла.
- Так заметно? – сразу отреагировал Билл и полез в карман за салфеткой.
Незнакомец кивнул. Фронтмен прибавил шагу, чтобы побыстрей оказаться в джипе. Вот парни ржать будут. Изощряться в предположениях, каким образом Диву довели до слёз. Мужчина вдруг указал на стоящий рядом красный Сааб.
- Можешь сесть в мою машину, поправить макияж.

Билл не мог потом объяснить, почему он так легко сел в автомобиль к незнакомому человеку. Никогда в жизни он не совершал более легкомысленного поступка. Опомнился, только когда увидел своё отражение в зеркале над пассажирским сидением.
- С моим лицом всё в порядке, - удивлённо протянул Билл, поворачиваясь к незнакомцу.
Мужчина улыбнулся.
- Как всегда. Ты идеален, Билли-бой.
Тут же предметы перед глазами завертелись в бешеной карусели, а в ушах, словно затихая вдали, послышался приглушённый голос:
- Спи, детка. Скоро ты станешь счастливым.

Пробуждение оказалось очень странным. Болела голова. Дико хотелось пить. В дополнение, Билл ощущал, как Том бесцеремонно водил по лицу неожиданно холодными руками. Пожалуй, как раз холодные руки и насторожили Билла. Том никогда не мёрз. Парень раскрыл глаза и резко отпрянул, увидев перед собой совершенно незнакомого мужчину.
- Вы кто?! – с паникой в голосе воскликнул Билл.
Незнакомец – высокий крупный шатен лет тридцати с приятным бледным лицом, широко улыбнулся какой-то странной для своего возраста и комплекции детской искренней улыбкой.
- Я Эрвин, - сообщил мужчина. Взял Билла за руки. Билл опустил взгляд и с удивлением заметил, что его запястья обхватывают кольца наручников.
- Мне всё равно, как тебя зовут! – воскликнул Билл, вытягивая закованные кисти из чужих холодных рук. – Что происходит? Где я?

И тут случилось странное: счастливая улыбка вмиг потухла, лицо побелело и из располагающего вдруг стало пугающе-злым, рот перекосило нервным спазмом. Мужчина больно вцепился в Билла твёрдыми пальцами и внезапно заверещал, с каждым словом повышая градус истеричности:
- Тебе всё равно?! Как это тебе всё равно?! Я – не всё равно, я – Эрвин! Ты понял?! Ты так долго был один, ты так страдал, тебя никто не понимает, ты же сам говорил, что ждёшь свою единственную любовь! Так это же я – твоя настоящая любовь! Я тебя, наконец, нашёл!!! Теперь я - с тобой! Я - Эрвин!

От визга незнакомца у Билла зашумело в ушах, а волосы на голове сами зашевелились и встали дыбом. В светлых глазах напротив светилось безумие. Мужчина кричал. Брызгал слюной и тряс Билла за руки, за плечи, за шкирку. Ещё немного, и он бы затряс его до смерти. Билл сглотнул и машинально облизнул пересохшие губы. Мужчина внезапно остановился и, вытянув шею, уставился на рот Билла, приоткрыв свой.
- Я понял, – сделав усилие над собой, отозвался Билл как можно более доброжелательно. – Ты Эрвин. И ты меня нашёл.
- Я Эрвин, - пробормотал мужчина и снова – будто где-то внутри находился центр мгновенного переключения настроения – засиял улыбкой.
Билл ощутил, как его начала сотрясать мелкая дрожь. У человека напротив наблюдались явные проблемы с психикой.
Пока Эрвин неразборчиво бормотал о заботе, Билл лихорадочно соображал, что делать. Больше всего его смущали скованные руки и, как он понял чуть позже, ноги.
- Эрвин, мне очень хочется пить, - дождавшись паузы, тихо сказал Билл.
Мужчина остановил взгляд, немножко подумал и молча вышел из комнаты. У Билла было несколько минут, чтобы осмотреться.

Билл справедливо полагал, что обладал тонким вкусом, и в дизайне кое-что понимал, в том числе и интерьерном. Комната показалась ему полностью обезличенной. То есть, парень вообще ни разу в жизни не находился в подобном интерьере. Серые покрашенные стены. Белые опущенные жалюзи на окне. Тёмно-коричневый ковёр на полу. Вдоль одной стены – стеллаж с книгами и старомодный большой телевизор. Обшарпанный письменный стол у окна. Странный круглый стул без спинки – такой раньше «прилагался» к фортепиано. И кровать, на которой сидел Билл – тоже какая-то старая, с железным изголовьем, заправленная белым бельём и покрытая пёстрым покрывалом. Пожалуй, покрывало было единственной яркой вещью в комнате. Даже корешки многочисленных книг не привлекали внимание - бежевые, белые, жёлтые и тускло-зелёные, словно припорошенные пылью.
За окном мелькали тени, видимо, ветки деревьев шевелились от ветра. Билл подумал, что квартира находилась невысоко, а значит, можно попытаться сбежать через окно.

В комнате появился Эрвин, который аккуратно нёс в дрожащих руках стакан с водой. Остановившись около кровати, он задумался. Билл с наивной улыбкой протянул скованные наручниками запястья.
- Может быть, ты освободишь меня, Эрвин? В наручниках очень неудобно.
Просьба прозвучала так мило, что мужчина изучающее уставился в лицо пленника. Билл скорчил мордочку щеночка, выпрашивающего конфету.
- А ты не убежишь? – осторожно поинтересовался Эрвин.
Билл помотал головой, стараясь, чтобы дреды разлетелись и красиво упали на плечи. Мужчина ожидаемо проследил взглядом за необычной причёской, а потом кивнул.
- Ты обещал.
Он протянул Биллу стакан с водой, а сам пошарил в кармане спортивных штанов, вытащил ключики. Потыкал в замочки, снял стальные кольца с лодыжек. Билл пошевелил пальцами ног. Эрвин снова залип, уставившись на изящные стопы в белых носках.
- Эмм… Эрвин?
Мужчина моргнул. Билл поднял бровь и показал на пустой стакан.
– Спасибо большое. А руки?
Похититель вдруг засуетился, захлопал себя по карманам, схватил стакан, потом снова сунул его Биллу в руки, нашёл те же самые ключики, не сразу смог отомкнуть оковы…

Парень улыбнулся самой своей ослепительной улыбкой, разминая запястья. Будто нечаянно уронил на пол пустой стакан. Робко пожал плечами. Что-то успокаивающе бормоча, Эрвин наклонился за упавшим предметом. Рассуждать было некогда. Билл резво вскочил с постели, сильно и точно пнул под зад Эрвина так, что тот полетел под кровать, моментально оказался около стула. Красный от гнева мужчина выползал из-под постели. Надо было схватить стул и огреть мужика по голове, а потом быстро убегать. Но тут Билла ждал первый сюрприз - стул оказался привинчен к полу. Пару раз дернув за сидение, парень понял свою ошибку. Эрвин уже поднялся на ноги – перекошенный, взъерошенный, с диким взглядом сверкающих глаз. Билл весил в два раза меньше мужчины, но вразрез с тем, что говорил в интервью, нежной фиалкой не был и опыт драк имел богатый. Еще неизвестно, кто бы вышел победителем в честном спарринге. Эрвин вдруг замельтешил руками, Билл отвлёкся на хаотичные движения и пропустил момент, когда мужчина прижал к его бедру небольшой плоский предмет. Резкий спазм сковал мышцы. Билл застыл в оцепенении, а Эрвин, словно подтверждая победу, ткнул электрошокером ему под рёбра. Острая боль искрой пробежала по всему телу, мышцы как-то судорожно дёрнулись, перед глазами мелькнула радужная пелена. Билл будто на некоторое время выключился из реальности.
А когда очнулся, обнаружил себя снова закованным по ногам и рукам, только теперь у него нудно ломило всё тело и подташнивало. Эрвин, тяжело дыша, смотрел в его лицо. Напряжённые пальцы сжимались в кулаки, до побеления костяшек. Каждую секунду Билл ожидал удара и не отрывал взгляда от нервных рук, надеясь успеть убрать лицо от прямого попадания кулаком. Вдруг Эрвин безумно оскалился, а потом расплылся в блаженной счастливой улыбке. Разжал кулаки и потрепал опешившего Билла по встрёпанным волосам.
- Ты меня обманул, - растягивая гласные, протянул мужчина, по-детски складывая губы трубочкой. – А я почти поверил. Тебе ведь нельзя верить. Ты принцесса, а значит – не умеешь выполнять обещания. Все девчонки такие врунишки… Мелкие и гадкие сучки, всё время сплетничают… - глаза Эрвина помутнели и снова наполнились яростью.
Билл непроизвольно сжал губы. От страха зубы начали выбивать чечётку, а мужчина, сделав паузу, задумчиво закончил:
– А ты не такой. Ты совсем, совсем другой. Моя идеальная куколка.
Эрвин покивал головой, соглашаясь сам с собой.

И тут Билл Каулитц, двадцати лет от роду, фронтмен известной рок-группы, чётко осознал, что попал в руки самого настоящего маньяка.




Часть 3.


Ванная комната навевала мысли о госпитале: белый мелкий кафель, душ – не в виде нормальной стационарной кабинки, а будто собранный самостоятельно, внизу маленькая ванна, а сверху – прикрученная к стене большая душевая лейка. Сбоку торчал смеситель, к которому Эрвин приковывал один из наручников.
Он больше не верил пленнику, натягивал на тонкие запястья напульсники, чтобы не травмировать нежную кожу и регулярно менял руки, пристёгивая к разным частям железного изголовья кровати. На ночь Билл получал какой-то мутный раствор, от которого моментально клонило в сон, а наутро болела голова. Видимо, Эрвин боялся, что парень сможет как-то освободиться и сбежать.

Билл очень хотел сбежать. Сил становилось меньше, а сдерживать эмоции было всё труднее. От отвращения трясло почти постоянно. К тому же, Билл получал электрошокером от теряющего при каждом резком слове или движении контроль Эрвина. Больнее всего оказалось по ребрам и почему-то – под коленкой. От жутких мышечных судорог из накрашенных глаз брызгали слезы. Эрвин сразу умилялся, начинал утешать, бормоча, как «деточка сама виновата», гладил холодными влажными руками и слизывал слёзы языком. От омерзения Билла лихорадило еще больше. Мужчина тут же бежал за огромной кофтой грязно-мышиного цвета, пахнущей старой шерстью, натягивал на дрожащего парня. Билл невероятным усилием воли останавливал истерику. Преувеличенная забота мужчины пугала парня так же, как приступы непредсказуемой ярости.

Теперь Эрвин привёл пленника в душ, ловко прищёлкнул наручник к смесителю, левой рукой крепко сжал электрошокер. Билл знал о том, что сочетание тока и воды могло дать неожиданный эффект и вёл себя в ванной комнате послушно, несмотря на самые тошнотворные впечатления, который получал в этом помещении. В действиях Эрвина наблюдалась подозрительная и аккуратная последовательность. Билл присутствовал в этой жизни уже четвертый день.

Парень начал медленно выпутываться из узких, расшитых стразиками джинсиков, которые принес Эрвин накануне. Теперь Билл, мысленно матерясь, пытался справиться с тесными девчачьими джинсами. Действовать одной рукой было неудобно, а помощи от Эрвина Билл не ждал - мужчина выпучил глаза, блаженно перекосил рот, чуть не пуская слюну, и наблюдал за неловкими движениями парня, позабыв обо всем на свете.

Билл знал, что потрясающе красив. Честно признаться, именно сейчас он желал выглядеть менее привлекательным. Больше всего на свете он хотел бы дочиста вымыться, съесть что-нибудь вкусное и питательное, прижаться к брату и заснуть в своей постели, крепко и сладко, а проснувшись, забыть о кошмаре последних дней навсегда. Но прямо перед ним находился перевозбуждённый неадекватный мужик с безумными глазами, электрошокером в дрожащей руке и заметным стояком в линялых спортивных штанах.
Стараясь не обращать внимания на похитителя, голый Билл включил воду, быстро отрегулировал температуру, чтобы хоть немного согреться от вечного озноба. Эрвин протянул парню бутылёк геля для душа с дешевым запахом цветущих персиков. Билл подставлял лицо тёплой воде, смывал ужасный макияж, старательно убирая волосы назад. Не смотрел на мужчину, который быстро водил рукой в своих брюках, не слушал всхлипов и страстного бормотания.
- Ах, какая детка-конфетка… Какие ножки… Кожа просто шёлк…
Пытаясь отвлечь себя от накатывающего, почти ощутимого отвращения, Билл просто принимал душ. К счастью, он выглядел вполне естественно, когда закрывал глаза и отворачивал лицо, но вскоре Эрвин выключил воду. Билл вздрогнул. Влажная кожа моментально покрылась мурашками.
- Моя принцесса, смотри на меня… такие глаза… красота моя…
Мужчина успел стянуть футболку с рыхлого, заросшего рыжеватой растительностью, торса. Приспустил трикотажные брюки, освобождая эрекцию. Билл понимал, что мужик нагло дрочил, возбуждаясь от его наготы, но ничего сделать не мог. Молчал, стараясь не замечать знакомые движения правой руки, отстранённо разглядывал неспортивное тело, дёргающийся кадык и покрасневшие щеки, а когда услышал финальные стоны, прикрыл глаза мокрыми длинными ресницами и прикусил губу. Наверное, со стороны это выглядело сексуально. Билл кожей почувствовал движение к себе. Бедро окатила тёплая струйка. Эрвин кончал, всхлипывая, часто моргая веками, натурально пуская слюни.
Билл изо всех сил вцепился пальцами свободной руки в своё горло, останавливая то ли рыдания, то ли подступающую тошноту.


Том второй день сидел в соцсетях, пересматривал новости страны и мира, внимательно следил за сплетнями на сайтах и в сообществах, посвящённых творчеству их группы. Узнал про себя, Билла и Густава с Георгом много нового. Фантазия поклонников даже отвлекала его от постоянной головной боли и отвратительной слабости.

В комнату, где с ноутбуком на коленях находился Том, ворвался Дэвид с Саки. Они в последние дни стали неразлучными. Если бы Том имел силы, то обязательно пошло пошутил на эту тему. Дэвид моргнул – вид резко похудевшего Тома, в билловской маленькой майке с принтом, узких джинсах и кепке, надвинутой на брови, действовал продюсеру на нервы.
Саки выглядел необычно взволнованно и торжественно.
- Вчера один из преданных фанатов и по совместительству начинающий папарацци, выложил свежую фотку – Билл у отеля разговаривает с каким-то мужиком, а потом садится в незнакомую машину…
Том вскочил на ноги, роняя ноутбук.
- Наши люди отыскали парня, сделавшего снимки, и весь вечер его трясли. Напугали до полусмерти. Информация подтвердилась – это был не фотомонтаж, а реальные события в тот день, когда пропал Билл. Ну, а дальше дело техники. По номеру авто, к счастью, попавшего в кадр, нашли владельца, а парень-фотограф подтвердил, что видел с Биллом именно этого типа.
Дэвид сунул Тому под нос свой сотовый телефон с изображением неприметного молодого мужчины в костюме. Лицо, впрочем, казалось привлекательным.
- В первый раз вижу, - поблуждав по закоулкам памяти, выдал Том.
Саки усмехнулся.
- Эрвин Берг, двадцать восемь лет, продавец-консультант одного из магазинов сети «Картье». Вы с Биллом покупали там как-то… не помню что. И он уже неделю в отпуске.
- Значит, он может быть не в городе? – тихо спросил Том, кусая бледнеющие губы.
- Вряд ли. Машина припаркована у дома, а полиция контролирует информацию из аэропорта и вокзалов. К тому же, в окнах его квартиры регулярно включается свет.
- Чего мы ждем? – взвился Том.
Дэвид Йост протянул парню куртку.
- Тебя.

Они остановились в спальном районе, довольно далеко от центра. Район был старым, дома выглядели требующими ремонта, а газоны – неухоженными.
- Мы не слишком бросаемся в глаза? – поинтересовался Том, кивая на минивэн частной клиники.
Саки покачал головой.
- Было бы опрометчиво припарковаться прямо под окнами у потенциального преступника. Нужный дом в следующем дворе.
Продюсер остался в машине ждать новостей и нервно курить.
К подъезду подтягивались парами. Поднимаясь на второй этаж, Том заметил троих крепких парней, тихо обсуждающих недавний матч.
- Группа поддержки? – прошептал Том.
Саки кивнул, с удовольствием оглядел спутника. Том подобрался, как хищный зверь перед прыжком, азартно заблестели раскосые глаза. Пожалуй, на всплеске адреналина мальчишка сможет пригодиться. Саки положил руку на худое, но сильное плечо.
- Сначала мы с ребятами. Ты следом.
Том кивнул.

Звонка около старой входной двери не наблюдалось. Мощный мужчина усмехнулся на тяжелый взгляд Саки, потрогал ручку, слегка подёргал, будто примериваясь, и вдруг с ноги резко вышиб дверь. Двое мужчин в камуфляже, Саки и Том неслышно метнулись в тёмный проем.
В дальней комнате горел свет. В следующую секунду спасатели пронеслись по коридору и ворвались в помещение. На пороге Том обернулся, заметил, как вход в квартиру заслонили пришедшие на подмогу люди в форме.

В странной серой комнате на кровати сидел полуголый Билл - ужасно худой и странно одетый. Том заметил лихорадочный блеск его глаз, перевёл взгляд на скованные наручниками запястья, моментально озверел, бросился вперед, и лишь Саки решительно остановил его властным движением руки. Напротив Билла на корточках сидел уже знакомый Тому Эрвин Берг. Он как раз разворачивался и приподнимался. Мужчины в камуфляже не успели ничего предпринять, потому что Билл вдруг резко вскинулся и профессиональным ударом, не раз спасавшим в ранней юности, боднул изумлённого похитителя лбом точно в переносицу. Крупный мужчина закатил глаза и свалился на ковёр.
Том бросился к брату. Он не видел, как парни из спецподразделения полиции скручивали мычащего преступника, а Саки осторожно избавлял запястья и лодыжки Билла от наручников. Том растирал холодные пальцы своими горячими ладонями и глупо улыбался, смотря прямо в сверкающие бездны карих глаз. Кажется, они что-то говорили друг другу. Кажется, даже смеялись. Том пришел в себя, когда они с Биллом двигались по темному коридору. Брат покачивался и опирался на родное плечо. Том подхватил близнеца - тот казался совсем обессиленным.
- Мне надо умыться, - улыбнулся Билл на тревожный взгляд Тома. - Глаза не выдерживают этого безобразия.

Только сейчас старший понял, что его удивило в облике брата – отвратительный макияж на идеальном лице. Билл махнул рукой, не желая объясняться, свернул в белую ванную комнату и долго умывался. Том поддерживал близнеца за слишком хрупкую талию и ловил себя на желании стиснуть его в объятиях и никуда и никогда не отпускать. Впрочем, выйдя в коридор, Билл покачнулся и чуть не упал, и Том с готовностью подхватил близнеца на руки. Билл оказался почти невесомым. Том непроизвольно начал материться. Младший нервно посмеивался и тихо дышал в ухо. Охранник накинул на голые плечи парня теплую пятнистую куртку. Так, с Биллом на руках, Том вышел в сумеречный двор и добрался до минивэна, увидел притоптывающего у машины Йоста. Продюсер подался к процессии, всмотрелся в Билла и сжал тонкие губы. Саки что-то шепнул Дэвиду. Братья погрузились в автомобиль частной клиники, который вызвал продюсер. Бодигард заглянул в салон.
- Поезжайте, Тони и Марк сопроводят. Я с ребятами сдам психа в полицию и останусь для необходимых манипуляций и оформления документов.
Саки кивнул Биллу и сунул Тому в руки какой-то яркий пластиковый пакет.

В клинике Билла сразу увезли на предварительное обследование, а Том остался с Дэвидом Йостом дожидаться результатов в уютном холле. Приветливый офис-менеджер предложил кофе. Том переживал бурю противоречивых чувств – страшное облегчение и радость от того, что Билла нашли и спасли, тревогу за его здоровье – брат выглядел истощённым и измученным. Тут же накатила усталость и легкая апатия. Или эйфория? Том пил эспрессо и плавал в собственных мыслях, не обращая внимания на продюсера, который внимательно вглядывался в лицо музыканта.

Наконец в холле появился врач и пригласил посетителей в свой кабинет.
От волнения Том не врубился в сложную, изобилующую медицинскими терминами, речь эскулапа. Вопросительно взглянул на серьёзно кивающего Йоста. Тот сжалился над парнем.
- Пока ничего серьезного не нашли. Обезвоживание, легкий шок. Травм нет, я правильно понял?
Врач кивнул. Том отмер.
- А это… насчет… его не били или… ещё чего?
- Том хочет спросить насчёт следов истязания или изнасилования, - перевёл на человеческий Йост и сам уставился в невозмутимое лицо врача. Мужчина подвигал бровями.
- Физических повреждений нет. Юноша признался, что сексуального насилия с ним не совершали. Следы от электрошокера, однако, наблюдаются – это может иметь последствия. Консультация психолога, разумеется, обязательна. К тому же, пациент сильно истощён, удерживался в связанном состоянии и под действием снотворных препаратов. Вполне достаточно для ареста и серьёзных разбирательств. Герр Йост, завтра мы проведём полную диагностику внутренних органов и тогда я дам полное заключение не только для вас лично, но и для полиции. Сейчас мы прокапаем юноше витамины для поддержания сил и оставим на ночь в клинике под наблюдением. И Томаса я бы тоже оставил, он неважно выглядит.
- Можно определить их вместе? Я бы не рискнул снова разлучать близнецов, - попросил Дэвид.
Врач кивнул.
- Палата-люкс рассчитана на посетителей и ухаживающих. Я распоряжусь, чтобы вам принесли по чашке бульона. Несколько дней надо будет выдерживать строгую диету, чтобы привести в порядок систему пищеварения.

Том уже услышал всё, что хотел. Радость билась в горле. Хотелось кричать и прыгать. Билл в порядке, его не калечили и не насиловали, чего втайне боялся Том. Теперь надо вернуться к брату и не отпускать его от себя ни на шаг.
Продюсер заметил мечущиеся по подвижному лицу подопечного эмоции и быстро завершил разговор с врачом, который, увлёкшись, повёл рассказ по второму кругу.
В холле клинике, в сопровождении двух бодигардов, нервно топтались Густав и Георг. Том подскочил к друзьям. Несколько минут они радостно мычали и хлопали друг друга по плечам. У Георга на скуле светился заметный фингал.
- А вы, оказывается, драчуны! – не удержался от подкола Том.
Парни дружно расхохотались. Густав поправил очки.
- Ты сам такой. Где мелкий?
Подошедший Дэвид Йост махнул рукой и повёл компанию в палату.

Том безоговорочно остался с братом. Билл, повеселевший после визита барабанщика и басиста и их рассказа о драке в ночном клубе, уже не пугал Тома своим отстранённым взглядом. Близнецам принесли бульон и по стакану горячего шоколада с молоком. Том решил отложить все разговоры на завтра, а сейчас просто выспаться. Сытная еда и спокойная обстановка этому только способствовали. После дикого стресса последних дней Том чувствовал, как его понемногу отпускала тревога и мерзкие ощущения тошноты и отвращения. Билл, выглядевший таким домашним в тёплой больничной клетчатой пижаме, уютно свернулся на широкой кровати.
- Ты ведь не уйдешь? – свернул глазами из-под одеяла.
Том мотнул косичками, пересел к Биллу поближе. Погладил по испорченной причёске.
- Чёрт-те что, - пробормотал Билл, сонно жмурясь. – Надо завтра позвонить Натали.
Билл уже засыпал, когда Том еле слышно выговорил:
- Как же я тобой горжусь, мой отважный младший брат.

Эрвин наклонился над связанным по ногам и рукам Биллом. Серые глаза мужчины сверкали безумным огнем. Он облизывал мокрые губы и скалился, как бешеный зверь.
- Я давно хотел тебя попробовать… ты моя детка…
Покрасневшее лицо приблизилось совсем близко, и Билл увидел, как с острых передних зубов мужчины стекает тягучая капля слюны.

Билл кричал. Кричал, пытаясь освободить руки и отвернуть лицо от неминуемых прикосновений.
- Билль, Билль… – родной голос.
Билл раскрыл глаза. Встревоженный Том крепко держал его за худые плечи. Билл медленно выдохнул и откинулся на простыни.
- Кошмар? - вопросительно пробурчал Том, не отпуская брата.
- Угу, - Билл моргнул ресницами. – Сигарету дай.
Они молча закурили, даже толком не проснувшись. За окном было еще темно. Билл сидел, скрестив ноги и натянув на плечи одеяло.
- Детка-конфетка… - вдруг прошептал он.
Том вопросительно поднял брови.
- Это кого ты так сейчас назвал?
- А если тебя? – встрепенулся Билл и прищурился.
Том пожал плечами.
- Да мне пофиг. Ты можешь меня хоть Барби называть.
- А если не я? Если бы незнакомый мужик назвал тебя деточкой, девочкой и принцесской?
Биллу отчего-то было важно услышать ответ близнеца. Том посмотрел на огонек своей сигареты.
- В морду бы дал.
Билл подвинулся поближе к брату:
- А если у тебя связаны руки и ноги, а мужик неадекватный и с нехилым стояком?
В тусклом свете ночника Билл заметил, как близнец нахмурился, обозначив морщинку между бровями.
- Наверное, все равно сказал бы что-нибудь гадкое. Ты же знаешь, Билль, я сначала говорю, а потом думаю. А вообще – в таком случае лучше промолчать. Целее будешь.
Билл облегченно выдохнул. Он не был до конца уверен в правильности своего поведения и не решался сразу рассказать брату всю историю пребывания в плену.
- Ты ведь не просто так спросил, да? – проницательно выдал Том. – Что он делал, тот псих, когда ты не слушался?
Карие глаза тревожно смотрели в лицо близнеца. Билл вздохнул. Сердце начало колотиться часто-часто.
- Впадал в ярость. Орал что-то непонятное и прикладывал электрошокером. А пока я дёргался от удара током, резко успокаивался и вдруг начинал меня жалеть. Лапал потными липкими руками и возил по мне своей мокрой слюнявой мордой… – Билл заметно вздрогнул и так же дёрнулся Том. – А потом, видимо, не справлялся с чувствами и начинал дрочить прямо передо мной. Лучше бы ещё раз шокером…
Том вытащил тлеющую сигарету из холодных нервных пальцев, осторожно обнял брата, притянул к себе.
- Заснуть и забыть, - шепнул на ухо.
Билл молчал, лишь на шее пульсировала синяя венка. Том коснулся её сухими губами, провёл носом по впалой щеке, как в детстве. Билл улыбнулся, сразу расслабляясь в сильных объятиях. Том был тёплый и приятно пах братом – чистой кожей, знакомым шампунем, парфюмом и немножко – сигаретами. Билл глубоко вздохнул, прижался щекой к крепкому плечу, обтянутому футболкой, и быстро погрузился в спокойный сон.




Часть 4.


Утром Том наблюдал, как повеселевший Билл уплетал залитые молоком шоколадные шарики, и умилялся. Сам внезапно ощутил зверский аппетит и чуть было не присоединился к употреблению несъедобного, на его взгляд, завтрака. Симпатичная медсестра вовремя принесла тарелку с горячим омлетом.
Вскоре в клинику заявился Йост с каким-то смутно знакомым дядькой, к которому, просияв улыбкой, вдруг стремительно бросился Билл. Повинуясь выразительному движению брови фронтмена, Том и Дэвид выпали из палаты-люкс.
- Кто этот господин? – вежливо осведомился Том, переживая за судьбу недоеденного омлета.
- А ты не помнишь? Психолог, он вам как-то лекцию читал, как вести себя с опасными людьми.
- Вовремя, - пробурчал Том, вроде припоминая и лицо, и характерный взмах холёной руки.
- Билл слишком радостно на него отреагировал, - заметил продюсер и отошёл к автомату, выдающему желающим горячие и холодные напитки.
- Слушай, Том, - около парня внезапно оказался Саки, и Том вздрогнул от вкрадчивого тихого голоса бодигарда. – Я тебе вчера пакетик дал, ты его не потерял, надеюсь?
- Ннет… – запинаясь, отозвался Том, отчетливо вспоминая, как вчера кинул яркий пакет с какой-то небольшой, но тяжелой штуковиной около кресел, в палате.
Саки нагнулся к его уху.
- Это видеокамера из квартиры психа, была поставлена на запись. Сегодня вечером я обещал вернуть её в полицию для экспертизы. У тебя есть несколько часов, чтобы ознакомиться. И предупредить меня, если там записано что-то… требующее большой конфиденциальности.
Том заторможенно мотнул брейдами и рванул в палату.

В уютном уголке, друг напротив друга, сидели Билл и профессор-психолог. На Тома они лишь мельком взглянули и снова углубились в беседу. Билл выглядел так, словно только что неожиданно получил «отлично» по трудному предмету.
- Прошу пардона за вторжение, - неожиданно сделал книксен Том, придерживая пальцами широкие штанины своих безразмерных джинсов. Дэвид Йост еще вчера вечером привёз братьям привычную одежду.
Билл хихикнул и скорчил близнецу смешную гримаску. Том быстро подхватил валяющийся у кресел пакет и осторожно прикрыл дверь.

После беседы с психологом Биллу назначили ультразвуковое обследование, так что у Тома было время. Дежурная медсестра предоставила обаятельному вип-клиенту пустующий кабинет для релаксации.

Том лихорадочно просматривал записанные фрагменты, что-то быстро проматывая, на чем-то останавливаясь. Губы давно пересохли, глаза блестели от непролитых слёз. В горле стоял горький ком из досады, злости и омерзения. Теперь парень получил объяснение своим странным ощущениям последних дней. Понимая состояние близнеца по отголоскам в своем организме, Том искренне удивлялся стойкости духа младшего брата. Попади старший в такую ситуацию – от его хваленого пофигизма не осталось бы и следа. А псих на записи был точно больной, страшный и непонятный. Его прерывистая речь то струилась сладким липким сиропом, пересыпанная уменьшительными эпитетами, то внезапно срывалась на бешеный визг, когда сквозь невнятный речевой поток слышалась зашкаливающая ярость.

Экранный Билл отрешённо смотрел в потолок, прикованный наручниками к железной изогнутой фиговине, в одних приспущенных на бёдрах джинсах яркой расцветки. Татуированная звезда почти вся на виду. Длинная беззащитная шея и выступающие ключицы. Сопение крупного мужчины слышалось даже на расстоянии. Мужские ладони медленно скользили по обнажённому телу брата. Билл чуть заметно морщил нос. А вот Тома перекашивало по-настоящему. Он словно наяву чувствовал на себе потные холодные руки и содрогался от отвращения. Псих в это время как-то неуловимо встрепенулся и вдруг, всхлипывая, начал шумно вылизывать татуировку на боку, прихватывая острыми зубами тонкую кожу, оставляя заметные мокрые следы. Билл сжал пальцы в кулаки.

- Фуу!!! - Том прикрыл глаза и остановил запись. Руки дрожали. В висках дико бился пульс. Парень подошёл к окну, вытащил пачку сигарет. Только покурив, успокоился настолько, чтобы продолжить киносеанс.

Шум льющейся воды заглушал остальные звуки. Билл стоял прямо под душем, высоко подняв руки. Псих пристегнул наручники сверху, к прикреплённой лейке. В этой позе Билл был похож на изысканное божество: невероятно худой - каждая косточка на виду, ослепительно-белая кожа, поток тяжёлых чёрных волос и невыносимо прекрасное лицо, как застывшая маска, с трагически сдвинутыми бровями и широкими подтёками тёмного макияжа. И как Сатир у ног Аполлона – полуголый мужчина, несуразно сложенный, с жировыми валиками на боках, поросший бледными волосами… отвратительный, одним словом. Том не мог представить большего контраста. Билл отстраненно смотрел в сторону, пока мужик суетливо тискал его тело, сжимал ноги, щипал «звёздную» татуировку. Том наблюдал, как псих быстро и ритмично двигал рукой в своих длинных цветастых трусах, а потом залез к Биллу под душ и, завывая, кончал прямо на впалый живот близнеца, на узкие бёдра.

Отплёвываясь и шипя, как разгневанный кот, Том вскочил со стула, подальше от камеры.

От просмотра он почувствовал себя совсем разбитым. Два часа просидел неподвижно, в тишине, с закрытыми глазами, подтянув ноги на кресло, совсем как Билл. Потом нашел в себе силы выйти в коридор и почти сразу заметил продюсера в окружении телохранителей. Дэвид Йост поманил Тома к себе.
- Билл в палате. Ему сделали полную диагностику и не нашли ничего угрожающего. Мы с Саки едем в полицию. Тони и Марк дежурят здесь. Натали тоже приехала.
Том кивнул, молча сунул Саки в руки пакет с камерой.

Билл стоял у раскрытого окна и курил, нахально стряхивая пепел на улицу. Обернувшись на звук и увидев Тома, он радостно бросился навстречу, но остановился на полпути. Обжёг взглядом, сдвинул брови. Он понял. Только по одному выражению лица брата он понял, что тот знал. И Том едва заметно поморщился от такой сиюминутной догадливости близнеца.
- Откуда? – одними губами спросил Билл.
- Псих записывал на камеру. Саки забрал видео для полиции, но сначала дал посмотреть мне.
Билл не успел отреагировать на слова брата, потому что в палату ворвалась Натали, обняла парней обеими руками, звонко расцеловала в головы и, оттолкнув от себя, начала пристально рассматривать. Её голубые глаза гневно заблестели.
- Какие же вы худющие! Ужас какой-то. Билл! Во что превратилась твоя причёска! Пожалуй, я должна рассмотреть это повнимательней.
Девушка посадила Билла поближе к окну и начала аккуратно разбирать спутанные пряди, поминутно вздыхая и приговаривая на незнакомом певучем языке. Братья приняли бы это за славянские напевы, если бы не знали, что Наташа сейчас виртуозно осыпала страшными ругательствами того, кто так надругался над внешним видом звезды.
- Безобразие, - наконец резюмировала стилист, рассмотрев и лицо Билла. – Неделю без макияжа как минимум. Щадящий режим, питание для кожи. В идеале – только отдыхать и жрать. Насчёт волос – дреды убрать немедленно и вообще не уверена, что сможем оставить прежнюю длину…

Билл вдруг заморгал. Плечи дрогнули, а по впалым щекам поползли крупные слезы. Том изумленно уставился на близнеца.
- А мне… они так… нравились… - сквозь частые паузы выдохнул Билл и, наконец, разревелся, приоткрывая рот и заливаясь горькими слезами.

У Тома внезапно зачесались веки и сжалось горло. В отражении окна он вдруг увидел себя – бледного, с тенями под припухшими от недосыпа глазами. Тощие руки и длинная шейка, как у курёнка, выглядывали из огромной футболки. Полгода усиленных тренировок в спортзале пропали даром… Тому стало необыкновенно жалко себя, и он бессильно всхлипнул, присоединяясь к всласть ревущему брату.
Натали смотрела в окно, молча пережидая двойную истерику. А близнецы, прорыдавшись, одновременно посмотрели друг на друга, моментально оценили себя со стороны – вцепившихся в футболки, залитых слезами. Билл фыркнул. Теперь они уже громко хохотали, дёргая тонкими конечностями.
- С ума с вами сойдешь, - резюмировала Натали, поняв, что кризис благополучно миновал. - Сейчас договорюсь с охраной и поедем в спа-салон.

Остаток дня близнецы провели в любимом салоне красоты Билла, под чутким руководством своего стилиста. Тому переплели косички, Билла избавили от пришедших в негодность дредлоков, обновили причёску, восстановили маникюр. Потом над лицами братьев с особым вниманием и заботой трудились лучшие косметологи салона. Вечером умиротворённых парней ждали релаксирующие ванны с ароматическими маслами и массаж.

Продюсер Дэвид Йост, приехавший в центр красоты, не сразу узнал своих подопечных, так изменились братья за несколько часов. Билл снова сиял ослепительной кожей, колдовскими карими глазами и улыбкой. Том вернулся в прежний образ «мачо» - лениво дёргал языком подковку пирсинга и казался исключительно довольным жизнью. Близнецы полулежали на маленьких удобных диванах, пили ароматный зелёный чай и только не мурлыкали от прекрасного настроения. Дэвиду тут же захотелось прочувствовать на себе магию момента.
Они ещё некоторое время болтали на отвлечённые темы, а потом Том потянулся и блаженно прищурился.
- Кальянчик бы сейчас сюда…
- А ты не обнаглел, друг мой? – тут же отозвался продюсер и посмотрел на часы. - Пора возвращаться в клинику - там строго.
- Дэйв, а может, домой? – умоляюще посмотрел на продюсера Билл. – Мне еда не нравится.
- Зато там охрана и режим! – отрезал Дэвид, стараясь не смотреть в притягательные глаза протеже. – Завтра домой поедете, чемоданы упаковывать.
- Куда направляемся? – поинтересовался Том. Братья обменялись быстрыми взглядами.
- Разве я не сказал? – фальшиво удивился Дэвид и поднялся с дивана. – Мы тут посоветовались с руководством и решили отправить вас вдвоем на Мальдивы на недельку, раз уже информация прошла, что вы там жизнь прожигаете. Отдохнете немножко, позагораете, отвлечётесь…
Договорить Дэвид не успел. Кричащие от радости близнецы повисли у него на шее.

В клинике, пока Билл пытался выпросить на ужин что-то повкуснее и поизысканнее прописанных диетой блюд, продюсер тихо обратился к Тому:
- Психолог просил тебя быть всегда вместе с Биллом. Ему могут начать сниться кошмары или возникнуть другие психологические проблемы. Как только заметишь что-нибудь странное в поведении – сразу сообщи мне. Договорились?
Светлые глаза Дэвида были серьезны. Том кивнул.

После ужина фруктовым салатом и йогуртом братья забрались в одну постель, выключили свет, закурили, и Билл, наконец, смог выговориться.
- Герр Шталь - психолог, сказал, что ни одним из своих учеников не гордится теперь так, как мной. И что я вел себя идеально. Он предположил, что могло случиться, если бы я по-другому реагировал на все претензии этого… психа… Ох Том, я только сейчас по-настоящему осознал, чего избежал…
- Он не пытался тебя… ну... поиметь? – неловко поинтересовался Том, теребя свои гладкие чёрные косички. Билл недобро усмехнулся.
- Вроде как пытался. Даже развернул к себе задом. Но не выдержал зрелища и сразу кончил прямо мне на спину.
- Отвратительно, - поморщился Том. – Меня бы вырвало.
Билл внезапно развеселился.
- Меня бы тоже. Только гад перестал меня кормить нормальной едой. Я ведь заблевал его выходной костюмчик, когда он впервые полез ко мне своими похотливыми вонючими граблями.
Том удивленно поднял брови, а потом непроизвольно расхохотался.
- Вот почему ты так отощал. И я с тобой. Меня постоянно тошнило, я ничего есть не мог, всё время блевать тянуло. Теперь-то я все понял.
Билл тряхнул спасённой шевелюрой.
- Вот мы и проверили наше ощущение друг друга.
- Мне никогда в жизни не было так плохо, - признался Том. Билл склонил голову на плечо брата.
- Могло быть и хуже. Если бы вы меня так быстро не нашли. Если бы я начал сопротивляться. А я уже терял контроль, Том. Этот псих бесил постоянно, ежесекундно, я боялся сорваться в любой момент.
- А выглядел отстраненным, я позавидовал твоей выдержке, - смотря на профиль брата, признался Том.
- Он трогал меня и говорил, что я не возбуждаюсь, потому что девочка или недоразвитый, всегда по-разному, у него на этом месте мысли сильно путались… Видимо, ещё сам не решил, к какому разряду меня отнести.
- Да он сам недоразвитый! – возмутился Том и чуть не выронил сигарету. – Ему до тебя, как до Парижа пешком! У тебя уже сколько женщин было, ты вообще считал?!
Билл улыбнулся, а в голове Тома вдруг замелькали цветные картинки.
- Ты вспомнил, как я первый переспал с девчонкой? - старший брат затянулся и, помедлив, выпустил тонкую струйку дыма.
Билл усмехнулся.
- Ты? Ну хорошо, Том, ты и правда был первым…

Сколько им было? Кажется, почти пятнадцать…

Вечером, крадучись, в комнату близнеца прошмыгнул полуодетый Том. Билл еще в столовой понял, что нужно ждать ночного визита братца. За общим ужином Том был похож на встрёпанного воробья - нетерпеливо подскакивал на стуле, нервно поводил головой с толстым хвостом из дредов, хватал то вилку, то нож, смеялся некстати и невпопад отвечал на вопросы родителей…
В тёмной комнате Том уверенно прыгнул в тёплую постель к Биллу, ткнулся носом в тонкую братскую шейку с бьющейся жилкой, вдохнул знакомый запах.
- У меня завтра всё будет, - шепнул, хихикнув.
Билл почувствовал, как вдруг тревожно толкнулось и забилось сердце.
- С Сабиной?
- Ага, - от переизбытка эмоций Том взбрыкнул худыми длинными ногами и прижался к нежной щеке Билла своей, покрасневшей и горячей.
- У неё родители уедут на несколько дней. Она уже пригласила меня… ну типа на свидание.
- Ты уверен, что правильно понял? – отчего-то шёпотом уточнил Билл.
- Когда девушка намекает захватить презервативы, других вариантов быть не может! – Том отстранился и уставился в блестящие глаза брата. – Ох, блин, я боюсь!
Билл обнял брата, прижал к себе. Теперь он слышал бешеный стук Томова сердца, словно сумасшедший молоточек бился под широкой футболкой – туктуктуктук…
- Не переживай. Сколько времени ты в интернете провёл за изучением «теории»?
- Столько же, сколько и ты, - проворчал Том, понемногу успокаиваясь. – Ты действительно не сердишься? Тебе ведь нравится Сабина?
- Она выбрала тебя, - Билл улыбнулся, Том почувствовал в темноте движение родных губ. - А ты всё равно потом ко мне примчишься хвастаться. Ты же расскажешь, Томми?

Из распахнутого окна веяло летней свежестью. Шумел тёплый дождь. Том судорожно двигался в упругом девичьей теле, сходя с ума от новизны эмоций, от перевозбуждения и восторга, от округлостей и мягкости. Мокро тыкался губами в приоткрытый пухлый ротик, ощущал накатывающие волны острого удовольствия, понимая отголосками сознания, что рано, что должен продержаться ещё хоть… сколько-нибудь… Низ живота сводило знакомой судорогой, но Сабина тихо постанывала, красиво закатывала глаза, как в самом начале процесса. Нужно было что-то предпринимать, а Том совершенно забыл о советах всезнающего интернета. В голове шумело, затылок ломило перед неминуемым оргазмом.

Он попытался замедлить темп, но девушка протестующее зашипела и сильнее сжала его спину длинными ногами. Том в отчаянии прикусил изнутри щеку. И вдруг ощутил внимательный взгляд, медленно повернул голову. На подоконнике сидел мокрый Билл. От шока у Тома обострились все чувства: он видел в темноте, как близнец облизнулся и уставился горящими глазами на сплетённые тела в разворошенной постели, как скользнул узкой ладонью в свои тесные джинсы. Том зажмурился, окончательно обалдевая от странной ситуации, задёргал бедрами, вскрикивая в неудержном жгучем выбросе.

Пульсация ещё била по нервам, когда цепкая влажная рука близнеца оттащила Тома от закрывшей глаза Сабины. Подчиняясь неожиданно серьёзному взгляду раскосых глаз, Том выскользнул из девушки. Билл решительно дёрнул за короткую молнию, обнажил твёрдый стояк. Ещё ощущая отголоски оргазма, Том уступил младшему своё место, быстро направил его напряжённый член во влажную глубину. Билл взялся за дело с удивившим близнеца ожесточением, прижав Сабину за плечи к постели, сильно и ритмично задвигал худыми бедрами. Девушка застонала, выгнулась и распахнула глаза. Хрипло заматерилась и попыталась вырваться, но Билл тут же впился в её губы жадным ртом. И это оказалось как раз тем, что нужно. Девчонка сопротивлялась недолго, тонкие пальчики скоро начали судорожно комкать простыни, а сквозь жесткий поцелуй прорывались уже вполне страстные стоны. Билл ускорялся, ошеломляя старшего брата выносливостью и нежданной похотливостью. Том не мог оторвать взгляда от совершающих старых, как мир, движений тощих бедер. Билл вдруг отстранился от истерзанных девичьих губ, запрокинул голову, выгибая беззащитную белую шею. Сабина уже металась под ним и вскрикивала, искренне, некрасиво, ни капельки не играя, поджимала дрожащие ноги. А Билл смотрел на брата, слегка жмурился, ожидая вот-вот… и, дрогнув тёмными бровями, приоткрыв рот, жалобно застонал, выплёскивая на ошарашенного Тома эмоции своего первого раза…

Том понял, что его представление о близнеце уже никогда не станет прежним.




Часть 5.


Если Рай существует на самом деле, то он наверняка выглядит, как Мальдивы. Ослепительное солнце, нежно-бирюзовое море, белый песок, шорох пальм, аромат цветов и – ни души вокруг.
Ощущение вечного блаженства.
Несколько суток Том и Билл пропитывались этим невероятным впечатлением «рая на Земле» – плескались в тёплых волнах, грелись на пустынном пляже, лакомились экзотическими фруктами. Билл валялся в шезлонге под навесом из широких пальмовых листьев, словно в анабиозе, пока Том кувыркался в воде, как дельфин. Братья беспричинно смеялись, иногда принимались шутливо драться и носились по мелководью, окатывая друг друга сверкающими брызгами. Постоянно находящиеся поодаль два охранника внушали чувство защищённости. Том, как и обещал, замечал малейшие перемены настроения младшего близнеца и не отпускал от себя даже ночью – первым же вечером стыдливо приполз к Биллу в комнату, волоча за собой лёгкое цветное одеяло. Брат тут же подвинулся на широкой кровати. Все сомнения покинули голову Тома, когда он увидел, как близнец улыбнулся, закутался по самую шею в тугой кокон, как всегда любил, и через несколько секунд уже спокойно посапывал. Старший заснул, не волнуясь за младшего, даже сквозь сон ощущая его присутствие и тёплое дыхание.

Том вышел из душа, не вытираясь, позволяя капелькам воды сползать вниз по коже, оставлять приятные прохладные дорожки.
Билл сидел на кровати, скрестив ноги, и быстро набирал что-то в новеньком айфоне, чуть покачивал головой, словно в такт. Раскрытый ноутбук небрежно валялся рядом, показывал какое-то видео без звука.
Том потянулся, широко зевнул, завязал на талии шнурки купальных шорт и почти подхватил любимое мохнатое полотенце, когда вдруг остановился с вытянутой рукой и поморгал, удивлённо таращась в экран. Прямо посреди бела дня билловский ноутбук демонстрировал жаркое порно. Пожалуй, впервые Том застал брата за таким занятием. Билл не заметил странной позы близнеца, наклонил голову, словно повторяя про себя набранный в телефоне текст, и лишь потом посмотрел на Тома.
- На пляж? – он мечтательно улыбнулся. Контраст ласковой улыбки и происходящей на экране вакханалии был настолько силен, что Том не сразу собрался с мыслями.
- А… я тебя не отвлекаю? – неловко поинтересовался он.

Честно признаться, совокупляющиеся пары моментально сбили его невинный настрой. В паху неприятно потяжелело, напоминая Тому о длительном воздержании. Три месяца на «ручном управлении», как метко обозвал процесс самоудовлетворения пошлый Георг, оказались для парня суровым испытанием. Стресс и переживания последних событий, конечно, несколько обессилили организм и переключили внимание на другие проблемы, но теперь, на отдыхе, регулярная утренняя эрекция приносила Тому боль. Ему хотелось нормального секса, пусть быстрого и незатейливого, но с живым человеком.
Билл удивленно вскинул брови.
- Да я ничем не занят. Пойдем, ты же хотел на гидроцикле покататься.
- А… это? – Том обвиняюще ткнул перстом в ноутбук.
Билл проследил за жестом и несколько секунд задумчиво созерцал горячую сцену.
- Какой ужасный маникюр у блондинки с сиськами, - и отвернулся, задав брату какой-то вопрос.
Том слова Билла пропустил мимо ушей, потому что в этот момент как раз заприметил «блондинку с сиськами», упоительно отсасывающую крепкому чернокожему парню, и судорожно сглотнул. Секса захотелось невыносимо. Билл внимательно смотрел на старшего брата.
- Том, я спросил насчет коктейля.
Младший иронично дёрнул правой бровью. Том перевёл безумный взгляд на спокойного близнеца.
- Зачем ты смотришь порнуху, если неинтересно?
- А тебе кажется это интересным? – Билл выразительно уставился на оттопыренные шорты брата.
Том развёл руками.
- Я не открываю такие файлы. У меня уже постоянный стояк. Утром, вечером…
- И вечером, и утром… - задумчиво повторил Билл и захлопнул ноутбук. – Так ведь должно быть?
- Наверное, - Тому было неудобно стоять перед Биллом с эрекцией в штанах.
Надо поскорее свернуть с темы, пробежаться по пляжу, поплавать, занять себя физическими нагрузками, так с возбуждением легче справляться.
– Как будто сам не знаешь. Сколько уже без нормального секса?!
- В том-то всё дело, - Билл вдруг распрямился, словно внутри натянули струну. Отвел глаза на окно, в слепящую лазурь южного неба. – Так должно быть, и у тебя всё нормально, а у меня - нет.
- Чего у тебя нет? – не понял Том.
- Реакции нет, - Билл зло прищурился. – Ни на порно, ни на фантазии, ни утром, ни вечером. Никакой.
Том забыл про свой стояк и сел рядом с напряжённым братом.
– И давно у тебя… нет реакции? Может, это последствие похищения?
- Разумеется, – со всем ехидством отозвался Билл. – Меня и психолог предупреждал. И врач в клинике. Типа, временная дисфункция возможна. Только от этого не легче.
- Уффф… - от новой информации Тома даже слегка залихорадило. – Я бы с тобой поделился… ну своим эээ… состоянием. Если бы мог. Моего возбуждения на двоих точно хватит.
- Спасибо, брат, - серьезно отозвался Билл и повернулся к Тому. – Мне просто нужно отвлечься, получить новые впечатления. Прокатишь на гидроцикле? Ты обещал.

Том рассекал по волнам на ставшем за несколько дней родным гидроцикле. Потом подтягивался на тонкой кривой пальме под громкий счет охранника. Кривлялся и изображал игру на гитаре. Вызывал весёлый смех у брата. И одновременно – думал, думал. Собственная проблема вдруг показалась Тому смехотворной по сравнению с ситуацией брата. Но с другой стороны – Билл, кажется, относился спокойнее, это ведь Том маялся по утрам и вечерам, не зная, куда пристроиться со своим возбуждением.
Как всегда, решение нагрянуло внезапно, и Тому сразу же приспичило воплотить идею в жизнь. Билл со своего шезлонга подозрительно наблюдал за вдруг заговорившим с охранником братом. Сегодня на пляже находился Марк, старший и самый общительный из приглядывающей за ними троицы. Впрочем, у Билла в голове копошились идеи, складывающиеся в рифмованные строки, и парню было не до близнеца. До обеда они едва ли перекинулись парой фраз.

- Давай, делись, чего придумал, - вытряхивая из пачки последнюю сигарету, обратился к брату Билл после вкусного десерта. Том придвинул к себе коктейль из тропических фруктов с капелькой ликера «Кюрасао».
- Вечером поедем развлекаться куда-нибудь, где есть стриптиз и продажные девчонки!
Билл замер с сигаретой у рта, а потом расхохотался.
- Том, ты чокнутый. Ну где здесь стриптиз? Океан да пальмы. Разве что дельфинов уговоришь.
- Стриптиз есть везде, - упрямо тряхнул брейдами Том. – Даже на островах.
- Зачем тебе? – прищурился брат. – Подожди несколько дней, вернемся домой – наебёшься.
- Не, - Тома было так просто не сбить. – Я хочу сейчас.
- Заело, да? – Билл не спрашивал, безошибочно услышав в голосе близнеца свои интонации. Если в голове назойливо бродила мысль, то ни один из Каулитцев не мог успокоиться, пока идея не была реализована. – Тогда выкладывай.
Том вытянул под столом босые ноги. Сделал глоток прохладного напитка.
- Я вспомнил, как меня штормило всё время, пока ты был в плену. Я чувствовал твоё состояние, Билл. А теперь вдруг подумал, что, может быть, ты прочувствуешь моё?
- Хочешь возбудить меня стриптизом и своим стояком? – Билл посмотрел на лёгкий дымок от сигареты. – Не получится.
Том пожал плечами.
- Ты не реагируешь на порно в ноуте, но это просто видео. А когда всё будет происходить прямо перед тобой… И… я хочу быть рядом.
- Групповухи захотелось? – на удивление спокойно поинтересовался Билл.
Том выпустил изо рта коктейльную трубочку, медленно облизал сладкие губы.
- Ты ведь знаешь, я не отстану. Я уже почти договорился с Марком. Если всё сложится – значит, поедем. Что ты теряешь?
От своих же слов Тома бросило в жар. А может, коктейль виноват, всё-таки в нем было немножко алкоголя. Сейчас брат или устроит возмущенный крик и даже драку или…

Билл задумчиво закусил зубами металлический шарик в языке, коснулся кончиком языка краешка губ. Том медленно выдохнул, радуясь знакомому жесту. Ещё ничего не говоря, брат согласился на авантюру.

Ближе к вечеру Том начал лихорадочно собираться, спешно натянул длинную белую футболку и простые свободные джинсы, запутался в выборе банданы и кепки. Билл, одетый во всё узкое и черное, смеялся над метаниями брата, стоя на пороге с сигаретой в зубах.
Рядом с Биллом появился сосредоточенный Марк.
- Готовы?
Младший близнец указал на неопределившегося Тома.
- Почти. Где вы умудрились найти клуб с выпивкой и стриптизом? Здесь, кажется, и городов-то нет. И алкоголь запрещен. И вообще, так много ограничений.
- В Мале, столице на соседнем острове. Обещайте слушаться с полуслова и не отходить…
- Ни на полшага! – хором закончили близнецы любимую присказку Саки.
Меланхоличный Билл и припрыгивающий от нетерпения Том, в сопровождении трех охранников, погрузились в гидроплан.
На Мальдивы спускался светлый вечер.

Мале, самая маленькая столица мира, оказалась на удивление мирным поселением. Никаких ярких огней и громкой музыки, словно с наступлением темноты жизнь в городе замирала. Рестораны, впрочем, были пока открыты. Где-то на берегу разворачивалось красочное шоу для туристов. Охранники посадили братьев в чёрный автомобиль, который дожидался гостей у причала.

Через пять минут они остановились в тёмном спальном районе. Билл начал заметно нервничать, зябко обнял себя за плечи. Братья переглянулись. Сегодня они выглядели истинными близнецами – длинные волосы у обоих были забраны в хвосты и прикрыты кепками, лицо Билла без привычного макияжа почти ничем не отличалось от Тома, тонкие угловатые фигуры контрастировали лишь одеждой.
- Нас могут не пустить, - предпринял попытку отказаться от авантюры Билл. – Примут за подростков.
- Деньги решают всё, - пожал плечами Том и одернул свой длинный наряд.
Действительно, в неприметную дверь братьев и сопровождающую охрану впустили без лишних вопросов.

А внутри помещение было наполнено музыкой и светом лазеров. Дымом сигарет и алкогольными парами. По первому впечатлению, людей оказалось даже слишком много. Высокая сцена, разделенная полупрозрачными перегородками. Вертящиеся конструкции на заднем плане. Том сразу оценил сложность инсценировки. Билл рассматривал яркие орнаменты на стенах и панораму звёздного неба на высоком потолке. Охранники протолкали братьев к свободному столику сбоку от сцены, отгородили широкими спинами. Марк шепнул что-то девочке в ярком этническом платье и получил для подопечных по высокому бокалу с каким-то алкоголем.
- Самый слабый, что здесь продают, Тони уже протестировал.
- Похоже на колу, - принюхался к напитку Том.
- Угадал. Классический «Куба либре», правда, здесь по-другому называется.
- Ром с колой? – продемонстрировал познания Билл. Марк кивнул.

Том привыкал к обстановке. Решил, что среди посетителей больше туристов. Английская речь, привычные черты загорелых лиц. В основном – мужчины средних лет. Женщины, впрочем, тоже присутствовали. Билл молча цедил свой коктейль и пристально наблюдал за фламенко в исполнении немолодой и не особенно красивой латиноамериканки. Том быстро нашел подходящие объекты для реализации низменных желаний: две девушки раскачивались на подвешенной к потолку трапеции, словно на качелях, болтая изящными босыми ножками. Когда импровизированный аттракцион спустился ниже, парень с удовольствием отметил пышные груди, чуть не выпадающие из узких корсетов. Длинные шикарные волосы сладкой парочки – чёрные и рыжие, составляли привлекательное сочетание. Девушки казались похожими друг на друга, как на взгляд европейца схожи все азиаты – смуглые, черноглазые, с маленькими носиками и характерными чертами точёных лиц.
Том потянул охранника Марка за рукав.
- Мы хотим вот этих, – сделал он выбор за себя и брата. Марк несколько секунд приглядывался к «заказу».
- Это не просто стриптизерши, Том. Они самые дорогие «королевы» заведения.
Том услышал сомнение в голосе телохранителя и моментально закусил удила.
- У нас не хватит денег, чтобы оплатить «приват» и минет от этих двух недотрог?
- Эмм… хватит… Но ты уверен?
Плохо скрываемая усмешка решила всё. Том сдвинул брови и оттопырил нижнюю губу. Жест моментально заметил Билл.
- Я снял нам девчонок, вон тех, на качелях, - гордясь собой, выдохнул Том на ухо брату.
- Сиськи силиконовые... – быстро оценил Билл выбор близнеца, а потом посмотрел на обиженное лицо и толкнул в плечо.
- Не плачь. Ещё один коктейль – и начнем эксперимент. Только имей в виду – вполне возможно, что тебе придется отрабатывать за двоих.
Том просветлел.

Серьёзный мужчина вежливо провёл парней и охрану в небольшое помещение. Телохранители остались снаружи, обменявшись с братьями понимающими взглядами.

Комната для «приват-танцев» не поражала роскошным убранством: широкий диван, низенький столик, приглушённый свет, маленький подиум с пилоном. Красно-чёрная гамма тканей и такие же контрастные орнаменты по стенам.
Том по-хозяйски развалился на диване. Билл скрестил руки на груди, откинулся назад, вытянул бесконечные ноги в узких джинсах.

Вблизи девушки оказались ещё привлекательней: высокие, гибкие, пластичные, как кошечки. Обе смуглые, раскосенькие. Брюнетка была повыше и потоньше. Рыжая, с целой копной непокорных локонов, удивляла пышностью бюста. Обе девчонки были упакованы в туго затянутые корсеты и длинные юбки лоскутами, при каждом движении показывающие гладкие ноги и бедра. Стриптизерши начали медленный соблазнительный танец. Голову Тома понемногу наполнил сладкий туман предвкушения. Девушки похотливо выгибались спинками и прижимались к шесту, так пошло облизывали пухлые губы и оглаживали смуглыми ладошками свои упругие груди, что парень очень скоро нетерпеливо заёрзал на диване. Билл с шумом подтянул ноги. Том поманил рыжую к себе. Девчонка хитро улыбнулась, медленно дёрнула за шнурок корсета, сделала шаг к взволнованному клиенту. Расстановка сил была заявлена. Гибкая чёрненькая бестия обратила взгляд похотливых глаз на внимательно наблюдающего за танцем Билла.

С этого момента сознание Тома будто раздвоилось. Он чувствовал своё тело, охваченное желанием, свои руки, сминающие теплые груди, и девичьи нежные ладошки, которые ловко забрались в его широкие штаны. Вдыхал тонкий и пряный аромат цветов, идущий от азиаток. И одновременно – наблюдал за Биллом, замечал его прерывистое дыхание, тревожные взгляды и то, как он покусывал губы и едва заметно отстранялся от прижимающей его девушки. Может, потому Том сразу отвлекся от собственной запредельной эрекции и повернулся к брату, как только тот побледнел и резко сбросил с колен азиатку. Лихорадочно приводя себя в порядок, Том рванул вслед за выбегающим из «привата» Биллом.

Он застал близнеца в туалете. Поперёк живота его крепко держал Тони. Билла жестоко тошнило - со спазмами и слезами. Том перехватил брата из рук охранника.
- Разберись с девчонками, а мы едем обратно, - сказал он появившемуся в дверях Марку, бережно убирая прядь длинных волос от лица Билла.

Лишь оказавшись в машине, Билл немного успокоился и перестал дрожать. Выпил целую бутылку воды. Молча следил за тёмными улицами незнакомого города.

Гидроплан тихо взлетел над чёрным океаном.
- Ты знал, что так будет, да? – наконец, спросил Том и положил тёплую руку на холодную ладонь Билла. Брат вздохнул.
- Когда в следующий раз захочешь экзотики, то предупреждай заранее.
- С каких это пор азиатские шлюшки стали экзотикой? – искренне удивился Том.
Билл потёр лоб.
- Да тут всё вместе сложилось. Они так ужасно пахли, цветами персиков. И руки у неё… влажные. Да ещё эта «девочка» начала тереться об меня своим отростком.
- Чем? – Том удивлённо уставился на брата.
Билл повернул голову, посмотрел в честные карие глаза.
- Чем-чем… членом своим, чем ещё. Том, не дури, это не смешно.
Том сглотнул и облизнул пересохшие губы.
- Каким членом? Билл, ты чего несёшь? У них такие сиськи огроменные!
- Силиконовые, - младший близнец вытащил сигарету. – Том, скажи честно, ты зачем «ледибоев» снял?
- Да я! Да чтобы я!!! – Том начал отчаянно жестикулировать, выражая этим негодование и растерянность.
Билл несколько минут наблюдал за спектаклем, а потом мудро улыбнулся:
- Значит, вовремя мне поплохело. Иначе у тебя бы случился культурный шок, ты ведь предполагал… секс?
Старший брат беспомощно оглянулся на телохранителей и накинулся на Марка:
- Почему не предупредил?
Охранник усмехнулся – совсем как в клубе.
- Я сказал, что они самые дорогие «королевы» заведения. А дальше ты сам слушать не захотел.
- Ты просто непроходимый тупица, Том Каулитц, - устало сказал Билл и прикрыл глаза.
Том понуро уставился в окно. До него медленно доходила вся комичность ситуации. Действительно, сам виноват. Видимо, от недотраха и ничегонеделания мозги совсем атрофировались.

Пока Билл плескался в душе, Том меланхолично намешал коктейли, выложил мороженое в высокие бокалы и нарезал салат из имеющихся в холодильнике фруктов.
- Герой-любовник заглаживает вину, - оценил фуршет Билл, заглянув на призыв в томову комнату.
Том покаянно рассмеялся.

Они весело болтали, строили планы на будущий тур. А когда салат был съеден, а коктейли выпиты, Том осторожно вернулся к теме.
- Я не хотел сегодня тебя подставлять. И себя тоже.
- Да ладно, Томми, я уже привык, - лукаво улыбнулся Билл и протянул руку за сигаретой. - Ты известный мастер импровизаций.
- Хочешь сказать, мне не удаются экспромты? – возмутился Том, мысленно полностью соглашаясь с Биллом.
Младший брат развёл руками.
- Абсолютно. Сегодня ты и свою проблему усугубил. Впрочем, есть холодный душ и верная рука, не так ли?
- Иногда ты бываешь таким противным, - Том сопротивлялся из чистого упрямства.
Билл был прав. После неудачного визита в стриптиз-клуб и наблюдения за обнаженными женскими, и как оказалось и не совсем женскими, но все равно привлекательными телами, молодой организм среагировал привычным образом. Мимолетной мысли оказалось достаточно, чтобы Том снова ощутил томительное напряжение в широких штанах.
- Дрочить пойдешь, братец? – ласково спросил Билл, посматривая на стояк Тома с каким-то странным интересом.
- И пойду, - Том помрачнел.
- А не ходи, – Билл сощурился на дым. – Мне бы хотелось посмотреть на это привлекательное зрелище.
- Чего? – младший брат явно над ним издевался. Том состроил удивлённую гримасу. – Представляешь, Билль, мне вдруг показалось, что ты попросил подрочить прямо здесь и сейчас. Надо завязывать с коктейлями.
Билл усмехнулся.
- Я объясню. Мне надо сбить впечатление. Последний, кого я видел в таком виде – тот самый псих. У меня от воспоминаний настроение портится и тошнить начинает. Я вдруг сейчас подумал, что хочу увидеть, как дрочит красивый и здоровый парень. Тот, кому я доверяю.
Том криво улыбнулся и ничего не ответил. Мысль о самоудовлетворении на виду у Билла вдруг показалась ему ещё более извращённой, чем предполагаемый секс с ледибоем.
Билл курил и сквозь дым смотрел на брата. Тому даже стало как-то неуютно под этим внимательным взглядом.
- Ты столько раз говорил, что мог стать порноактером, а сам боишься показать шоу собственному близнецу.

Том сглотнул. От слов брата мысли сделали неожиданный кульбит. А действительно, почему он так смутился? Своим телом Том гордился, хотя сейчас оно не в той форме, что месяц назад. Стесняться близнеца, с которым проводил целые дни напролет, плескаясь в волнах, и засыпал в обнимку - глупо. Причины странной просьбы Билл объяснил. А еще – он усомнился, чуть ли не в открытую назвав брата трусом.

Том рванул вверх длинную белую футболку. Провёл рукой по прессу и нырнул под пояс джинсов. Стояк никуда не делся, напротив, от возможного эксклюзива член затвердел и желал скорейшего прикосновения.
Билл смял нервными пальцами сигарету.

Голова слегка кружилась, когда Том обнажился перед братом. Дотронулся до потемневшего от прилившей крови органа. Головка истекала капельками смазки, Том пальцами собрал её, обласкал нежную кожу и обхватил ствол, улучшая скольжение. Билл посмотрел долгим взглядом в жмурящиеся от наслаждения глаза брата, а потом окончательно сосредоточил своё внимание внизу поджарого живота. Сейчас Том был худым и жилистым, как породистый жеребёнок, и на контрасте с узкими бёдрами и тонкими ногами член казался внушительным, откровенно взрослым в обрамлении коротких тёмных волос. Длинные пальцы привычно двигались по стволу, задерживались на головке, обводили по окружности, щекотали уздечку. Том прикрывал глаза и отрывал рот, громко дыша, совсем как на сцене, когда увлечённо играл на гитаре. Пожалуй, он отдавался этим двум занятиям с равным удовольствием. Поначалу Том пытался выстроить знакомые фантазии, но пышные девичьи груди и соблазнительные позы ускользали из сознания, оставляя сиюминутную ситуацию – ту, где он находился перед близнецом и ожесточённо ласкал себя. И удовольствие от ощущения неправильности было таким щемящим и острым, заставляющим ускорять ритм, подходить почти к вершине… Том, постанывая, останавливался и, кожей чувствуя убойно-возбуждающий взгляд брата, принимался истязать себя с новой силой. Так удивительно приятно, как никогда… Том уже начал хватать ртом воздух, когда вдруг сфокусировался на знакомом до мельчайшей чёрточки лице - Билл медленно облизал чувственные губы - и в этот же момент мир перед глазами взорвался концентрированным наслаждением. Том яростно двигал ладонью по истекающему липким семенем органу, сладко постанывал от удовольствия, дрожа всем телом, до кончиков пальцев, до мелких мурашек. Он не слышал тихого выдоха, прозвучавшего от внимательно наблюдавшего за братом Билла.

Том лежал без сна и смотрел в потолок. В голове было пусто и как-то тягуче-неприятно. После сеанса непредвиденного стриптиза Билл вскочил с постели и исчез в своей комнате. Том не мог заснуть. Уставший организм требовал отдыха, но как только парень прикрывал глаза, как сразу сцены прошедшего дня набегали друг на друга, путались, складывались в причудливые вариации.

Не надо было всё это затевать. Предпринимая вылазку в закрытый стрип-клуб, Том искренне хотел помочь обоим – снять напряжение с себя и заинтересовать брата, и уж никак не думал, что вечер закончится так необычно. Это было внезапно, как всё, что придумывал Билл, и так же остро, с горчинкой неправильности, как все его взбалмошные выходки. Том жалел о своём поступке и злился, потому что понимал - ему понравилось стоять перед внимательным горячим взглядом карих глаз, со спущенными штанами – то, что джинсы болтались на щиколотках, почему-то казалось Тому особенно развратным, ласкать свой член, чуть играя, чуть замедляясь, чтобы наслаждение не накрыло слишком быстро… Оргазм был такой сильный, даже болезненный. Том никогда не стонал в сексе, считал это немужским проявлением страсти, но тут волна удовольствия накатила как-то резко и неожиданно. Внезапно парень подумал, что вёл себя почти как тот псих, что дрочил на Билла совсем недавно, и зажмурился от ужаса. Это объясняло и молчание брата, и его быстрый уход. Глаза предательски защипало.

В комнате появился тёмный силуэт. Том приподнялся на локтях.
Билл, по своей привычке, кутался в одеяло. Неслышно пристроился рядом на постели.
- Я знаю, ты не спишь, ведь я не могу заснуть, - тихо сказал он.
- Мне не стоило это делать, - сразу отозвался Том. – Наверное, тебе неприятно теперь меня видеть.
- Глупый, - Билл ткнулся тёплым носом Тому в шею. – Наоборот, я получил именно те впечатления, которые хотел. Уверен, теперь я уже не вспомню о психе. Ты очень… классно выглядел.
Том облегченно выдохнул и откинулся на подушку. Билл придвинулся поближе. Том почувствовал, как брат смотрел ему в лицо и улыбался. Внезапная усталость блаженно разлилась по телу. Лёгкое дыхание коснулось щеки.
- Знаешь, братик, я должен признать, что был неправ. Ты мог бы стать порноактером. У тебя точно есть огромный талант.
Том заснул с улыбкой победителя на губах.




Часть 6.


С самого утра Том носился по пляжу. Непонятная эйфория бурлила в крови. Билл посмеивался и с легким удивлением наблюдал за активностью брата. Старший чувствовал новые оттенки в голосе близнеца, его подозрительно лукавые взгляды. Он всегда чутко ощущал настроение Билла, его мысли, его эмоции, старался понять и проникнуться состоянием брата. Но сегодня специально ограждал себя от погружения в чужие впечатления, хотя подсознательно знал, о чем думал и вспоминал братец. И от этого пьянящее веселье бушевало в организме, хотелось бегать и кувыркаться, как щенок, которого взяли на длительную прогулку. Этим Том и занимался целый день. Скакал по песку. Плавал наперегонки с охранниками. Устраивал акробатические этюды перед единственным зрителем. Жонглировал кокосами и успокоился, лишь получив одним из них по макушке. Билл смеялся до слез, позабыв про стихотворные опыты.

Отдачу от своей активности Том испытал ближе к вечеру, когда принял душ и ощутил мышечные боли в плечах и ногах.
- Допрыгался? – понял проблему Билл, заметив, как брат поморщился и осторожно пошевелил плечами.
Том с жалобным стоном уселся на постель, рядом с Биллом, который пальцами вылавливал из большого вороха овощей в салатнице оливки и отправлял их в рот.
- Мне необходим профессиональный массаж, - заныл Том. – Ты случайно не знаешь, где поблизости есть подходящий салон?
- Издеваешься? - с иронией поинтересовался Билл. – Тебе вчерашнего приключения не хватило? Опять к тайцам захотел?
- А что, они и массажем занимаются, ну эти, парни с сиськами? – не удержался от вопроса Том.
- Они все умеют, - спокойно отозвался Билл. – В Германии мне такой ногти делает.
- Ты прикалываешься? – Том даже отвлекся от ноющей боли в мышцах.
В памяти всплыло симпатичное личико маникюрши с хитрыми черными глазками и выразительным ртом. Фигурка у «девушки» была подходящей – тоненькой, длинноногой, с выдающимся бюстом. Том иногда ловил на себе "ее" заинтересованные взгляды и даже в ответ многозначительно прикусывал свой пирсинг-подковку в нижней губе. Хорошо, что брат предупредил. Билл с улыбкой смотрел на озадаченного Тома.
- Давай я тебе помогу, - сжалившись над удрученным старшим братом, Билл подвинулся поближе и положил ладони на страдающие плечи.

Том блаженно прикрыл глаза. Руки у Билла были прохладные и гладкие, как шелк или… лепестки роз? Том качнул головой, пытаясь выбить из головы приторные сравнения. Легкие поглаживания сменялись чувствительными пощипываниями. Билл умело разминал напряженные мышцы, как не раз делал во время прошлого тура, когда Том жаловался на тяжесть в плечевом поясе после концертов и многочасового ношения гитары. Старший быстро впал в приятный ступор от действий близнеца. Так кайфово, что прямо до дрожи. Ласковые руки вызывали желание мурлыкать и подставляться под неторопливые касания. Магические руки. Кажутся хрупкими, но на самом деле сильные, как и сам Билл. Умелый, резкий и нежный. Только Том знал своего близнеца, понимал и оценивал по достоинству его талантливую игру на публику. Мастер перевоплощений. Как же приятно… Том чуть не простонал от того, как ловкие пальцы пробежались вдоль по позвоночнику, сверху вниз до талии, обернутой полотенцем. Руки настойчиво помассировали поясницу. Внизу живота сладко потянуло. Том закусил губу.
- Бииилл, - протянул жалобно. – Не буди во мне зверя…
- Видел я вчера твоего зверя, не пугай, - томно отозвался младший брат, не переставая гладить Тома по бокам.

Старший почувствовал теплое дыхание сзади, у основания шеи, там, где у Билла располагалась круглая татуировка – знак их группы. А следом – быстрое касание губ. Ничего особенного. Билл часто целовал близнеца без особых на то причин, и Том давно привык, а в душе даже радовался, что у него такой ласковый братик. Но тут вдруг по позвоночнику снова пронеслась горячая волна, скрутилась в районе копчика в жгучий узел. В паху все напряглось. Парень понял, что легкий массаж спровоцировал эрекцию. Наверное, очень скоро Билл заметит результат своих невинных действий. Не то чтобы Том сильно стеснялся, но каждодневно упражняться в самоудовлетворении перед братом тоже не собирался. Билл отстранился, встряхивая натруженные кисти. Том повел плечами.
- Спасибо, уже намного легче.
- Во всем нужна мера, - не удержался от назиданий младший брат, мотнул влажными после недавнего душа волосами. – Даже в отдыхе.
- Хочешь, я тебя тоже немного… потискаю? – в порыве благодарности предложил Том и замолчал на полуслове, виновато моргая. – Хотя... тебе, наверное, теперь противны все… прикосновения?
Несколько секунд Билл внимательно всматривался в тревожные карие глаза, а потом улыбнулся.
- Запомни, Томми, ты - не все. Ты не можешь быть противен по определению.
Том положил ладони брату на плечи. Билл не дрогнул и не отпрыгнул в ужасе.
- У тебя такие теплые сильные руки…

Том обрисовал пальцами выпирающие ключицы. Какой же Билл худенький, изящный, косточки-ребрышки, отчего-то – до умиления. Ухоженная кожа, тронутая южным загаром, казалась золотистой, почти девичьей. Том получал тактильное удовольствие, гладя брата по груди, обходя бледные кружки сосков, но останавливаясь на них взглядом. Хотелось потеребить, сжать пальцами, почувствовать, как они затвердеют, но парень быстро пришел в себя, посмотрел в глаза близнеца. В глубоких карих омутах плескалось удовольствие. Том продолжил оглаживать тонкое тело, медленно спускаясь ниже. Они молчали, чуть задерживая дыхание, словно изучали лица друг друга. Брови Билла дернулись, когда Том пальцами обвел контур его звездной татуировки внизу живота. А дальше – дальше были шорты. Свободные льняные шорты песочного цвета. Густо загорелая рука Тома так красиво лежала на светлом материале. Пальцы легко сжались на выпуклости.
- Что ты делаешь? – нечитаемый взгляд.
- Если скажешь «нет», то я остановлюсь, - прошептал Том.
И Билл промолчал.

Том мягко массировал через ткань
его невозбужденный член, перебирал пальцами, словно пытаясь изучить ранее неизвестный предмет, смотрел в глаза, чтобы уловить хоть малейший оттенок отвращения. Негатива не ощущалось. Билл щурился, сжимал губы, но не останавливал. Том понял, что близнец позволил импровизировать, и медленно потянул вниз замочек молнии. Оперевшись сзади на руки, Билл наблюдал, как брат стягивал с его бедер светлые шорты, обнажая пах.

Том чуть не улыбнулся, когда понял, что они сделали одинаковые интимные стрижки, когда были в последний раз в салоне. И в этом идентичны. Ровный треугольник коротко постриженных темных волос эффектно выглядел на светлой коже. Вид и размер братского достоинства Тома не впечатлили - у него самого был в точности такой же. Гораздо больше занимала его незаинтересованность в происходящем. Собственный томов член уже напирал на полотенце. Наверное, подсознательно Том стремился искоренить это несоответствие. Наверное, проснулась забота старшего брата о младшем. Ничем другим свои действия в тот момент Том объяснить не мог. Иначе зачем он так увлеченно и ласково сжимал мягкий член и яички в ладони, то расслабляя пальцы, то снова принимаясь тормошить невозмутимую плоть. Какая нежная там кожа – Том и не задумывался об этом раньше. У Билла было сложное выражение лица - Том из-под ресниц наблюдал за братом: вроде бы спокойное, но по чуть заметному дрожанию губ и век, по быстрому дыханию, поднимающему решетки ребер, парень понимал, что близнец сильно взволнован.
Старший брат часто стремился довести ситуацию до перфекта. И сейчас замороченный желанием секса мозг выдал интересное решение, вытащив из тайников памяти старательно забытый эпизод. Том медленно облизнулся, заметил косой взгляд, брошенный Биллом. Колкие мурашки пронеслись по спине. Том нагнулся, коснулся спокойно лежащего в руке органа губами. Сполз на пол, оказавшись на коленях. В голове мгновенно предстала картина во всей своей живописности: младший брат сидел на краю кровати, чуть откинувшись назад, с раздвинутыми ногами, большими пальцами упираясь в деревянное покрытие. И между его длинных тонких ног – Том, на коленях, горячими ладонями оглаживающий шелковистые бедра. К щекам и губам тут же прилила кровь, и Том, плохо соображая от зашкаливающего возбуждения, вобрал член в рот целиком, уперся носом в пах. И остановился, сам охреневая от такого поворота. Честно признаться, Том впервые не то что брал в рот чей-то член, а вообще задумался о такой возможности. Впечатления были противоречивые, но никакого отвращения парень не почувствовал. Напротив, воодушевился, что смог так лихо справиться. На вкус Билл был… Биллом, с легким оттенком знакомого геля для душа, не отторжение, просто – узнавание. Нежная кожа, расслабленная плоть. Память подсказала, что делать дальше. Том сильно втянул щеки и плотно прижал горячий язык снизу к члену, создавая тесноту и давление. Слегка покачал головой вперед-назад, словно массируя находящийся во рту предмет. Рука сама подхватила Билла под яички, осторожно повторяя ритмичные движения. Увлекшись, Том не сразу поднял глаза на брата, а когда встретился взглядом, то на мгновение замер. Таких больших черных глаз он никогда и ни у кого не видел. Билл напряженно наблюдал, как стоящий на коленях старший брат засасывал его член. Четкие скулы и уши пылали. У Тома член уже истекал смазкой и пачкал полотенце. Сдавшись, парень стянул с бедер махровую ткань, накрыл левой рукой свой торчащий орган, знакомыми движениями помогая собственному напряжению. Сознание плыло, остро реагируя на детали, но не давая ясности общим действиям. Билл внезапно дернул бедрами. Том вдруг ощутил, что посасывал нечто вполне упругое и при погружении уже не доставал носом до паха. Желая убедиться в правоте ощущений, парень медленно отстранился. Игриво сжал в правой ладони яички, чуть оттянул и снова прижал к промежности. Совсем недавно мягкий член проявлял признаки активности – он приподнялся и обозначил венки. Том легко отодвинул губами крайнюю плоть, пощекотал языком появившуюся головку. Почувствовал резкое движение по сторонам. Боковым зрением заметил, как близнец лихорадочно вцепился пальцами в покрывало постели. Том переживал совершенно новые эмоции: непередаваемые впечатления от рискованного опыта, от нежности и бархатности, от того, что брат позволил ласкать его – вот так, и эпицентром - яркий восторг от удачи, ведь от его решительных движений член Билла увеличивался и твердел. Том теперь не мог взять его в рот полностью, но зато вполне умело игрался языком с розовой головкой и уздечкой, ритмично скользя по стволу сомкнутыми в плотное кольцо пальцами. А потом, пошло облизнувшись и мазнув носом по гладкому бедру, подхватил языком яйца и неожиданно даже для самого себя, засосал оба сразу.
Билл широко распахнул глаза, потянулся всем телом, раздвинув острые коленки, и простонал так сладко, что у Тома перед глазами мелькнул цветной морок, пальцы на ногах поджались, мышцы пресса на мгновение сжались в спазме, а собственный член дернулся, заливая руку спермой. Том зажмурился, переживая жгучее наслаждение, быстро задвигал языком по упругим шарикам во рту. Билл вцепился в черные косички брата, хватая ртом воздух, ему точно оставалось совсем немного.

Громкая трель мобильника резанула по ушам. Братья вздрогнули. Том попытался продолжить свое шоу, не обращая внимания на нахально орущий телефон.
- Йост, – обреченно выговорил Билл, мягко отстраняясь от близнеца, потянулся за телефоном, вдохнул-выдохнул и спокойно отозвался на вызов.
Том уткнулся лицом в покрывало.
- Фааак… - тихо проскулил, обозначая свое отношение к ситуации.

В голове медленно прояснилось. Том в полной мере осознал, что сейчас произошло - он сосал член и вылизывал яйца младшего брата и кончил, когда Билл застонал от удовольствия. Конечно, Билл возбудился от его упражнений, что не могло не радовать – значит, у близнеца все в порядке с потенцией, надо было просто создать подходящие условия. От этой спонтанной мысли Тома бросило в жар, и он сильно помотал брейдами, отгоняя подальше логичные, но пугающие выводы.

Билл что-то мычал в трубку, кивал головой, поглядывая на старшего, и пытался натянуть шорты. Эрекция у него быстро пропала. У Тома бы тоже сошло на нет все возбуждение, если бы пришлось разговаривать с разгневанным от ожидания продюсером.

Новенький мобильник полетел куда-то за подушки, а Билл упал рядом с Томом, крепко вцепился в его загорелые плечи.
- Что он тебе наговорил? – удивился Том, увидев прямо перед собой мечущие молнии карие глаза. Билл нетерпеливо дернул головой.
- Ты мне сначала скажи, откуда у тебя такие познания? – Билл выразительно скосился вниз.
- А... – стыдливо отвел взгляд Том, но младший брат неожиданно сильно схватил пальцами за лицо, заставил смотреть в глаза.
- Может, у тебя есть парень? – уточнил он, гневно поджимая губы.
- Сдурел что ли?! – справедливо возмутился старший. – Я похож на швуля?
- Не больше, чем я, - Билл вдруг улыбнулся и отцепился от старшего. - Твоя сноровка заставила меня испугаться за моральный облик собственного брата!
Том даже задохнулся от такой наглости.
- Я, кстати, для тебя старался!
Билл согласно закивал. А Том уселся рядом и решил признаться.
- У меня однажды такая штука приключилась. После концерта в прошлом году с одной девчонкой познакомился. Но устал зверски и стояк был слабенький. Я даже чуть не запаниковал – трахаться хочу, а член не стоит! Девчонка оказалась умелая и быстро возбудила таким вот интересным способом. Я постарался забыть о своем конфузе. Но, как видишь, - он развел руками. – Пригодилось!
Билл задумчиво кивнул и обхватил руками коленки.
- Йост дал нам два дня, чтобы отдохнуть окончательно. Обещал прислать на ноут расписание ближайших интервью и съемок.
- Добрый дядя про, - усмехнулся Том.
Билл серьезно посмотрел на брата.
- А еще юристы «Юниверсал» добились закрытого процесса по психу. Но Дэйв сказал, там все предельно понятно и даже диагноз ясен. Он сам общался с этим типом и признался, что впечатление было жутким - то ли болезнь в неволе прогрессировала, то ли он когда меня похитил, на грани уже был. В общем, мне пообещали упечь его на максимальный срок.
Билл положил голову на плечо брату и вздохнул. Том крепко прижал к себе близнеца. О недавно появившейся эротике в отношениях они больше не вспоминали.


Следующий день братья решили провести активно. Качались на тарзанке, как две обезьяны, катались на гидроцикле, пока конечности не затекли от долгого сидения, плавали на надувном матрасе – вернее, Билл располагался на плавсредстве, а Том пытался вытащить его с мелководья и столкнуть в воду. К вечеру они выбились из сил, насмеялись до хрипоты и набрались впечатлений достаточно, чтобы покинуть солнечные Мальдивы до следующего спонтанного отпуска.

Чувствуя приятную усталость во всем теле, Том не торопясь принял теплый душ и начал лениво запихивать вещи в две большие сумки, когда в его комнате появился Билл. С длинных черных волос капала вода. Брат руками удерживал на бедрах большое полотенце.
- Ты уже собрался? - не поверил Том.
Билл качнул головой.
- Знаешь, ты вчера такое выделывал, что я сегодня ни о чем больше думать не могу. Теперь у меня новая проблема. Вот, - жестом бывалого эксбициониста Билл распахнул полотенце и откинул его на кровать.
Том молча заценил демонстрируемую эрекцию. Совсем другое дело, не то, что вчера. Не такая, как была у Тома, когда член прижимался к животу, но тоже очень впечатляющая. Билл медленно провел рукой по всей длине органа, пальцами бережно оттянул складочку крайней плоти, обнажив головку. Тому резко перестало хватать воздуха. Парень запоздало порадовался, что надел длинные и широкие баскетбольные шорты – в них его незамедлительная и болезненная реакция на простые движения брата была не так заметна.
- Ты забыл, как это делается? – сглотнув, хрипло поинтересовался Том. Для приличия.
- Я отвлекаюсь и все пропадает, - Билл посмотрел на Тома долгим взглядом. – Помоги мне.
- Что ты хочешь? – у Тома задрожали ноги от предвкушения возможной игры.
Билл не стал изображать из себя святую невинность. Улыбнулся уголками губ и чуть прищурился, отчего лицо приобрело плутоватое выражение.
- Пососи мне. Как вчера.
- На кровати, - без лишних слов обозначил место встречи Том.

Билл быстро забрался на постель, сверкнув ямочками на пояснице и маленькой, но округлой белой задницей. Устроился, откинувшись спиной на гору наваленных мелких подушек, которыми они не раз дрались поутру, решая между собой мелкие разногласия. Развел ноги, чуть согнув в коленях. Том медленно пополз по шелковистому покрывалу, не отрывая взгляда от ласкающих яички пальцев, от медленно движущейся по стволу тонкой кисти. Желание проделать это все самому ярко вспыхнуло в голове, и Том, еле удержавшись от рычания, отвел руки брата в стороны. Наклонился над пахом, вдыхая уже знакомый запах возбуждения. Билл едва заметно качнул бедрами. Еще держа свои ладони на руках брата, Том провел щекой по напряженному члену и лизнул розовую головку. Упругий орган моментально отвердел, Билл нервно подался вперед, пальцы с силой скомкали покрывало. А у Тома тут же сорвало крышу. Он так страстно накинулся на напряженный член, словно от этого зависела его дальнейшая жизнь. Сильно смыкал губы под выступающей головкой, осторожно прихватывал зубами и толкал глубже, насколько мог взять. Очерчивал языком вены и теребил уздечку. Дергал головой, входя в ритм, и останавливал себя, чтобы перевести дыхание и успокоить трепещущее в груди сердце. В голове билась одна-единственная мысль – это секс. Том уже не помогал брату справиться с проблемой, и это не было просто забавой или шалостью... Сейчас они занимались самым настоящим, будоражащим нервы и сознание сексом. Том все быстрее погружал в горло потемневший член, во рту появился посторонний привкус, и он понял, что это означало. От мысли, что Билл скоро кончит ему в рот, Тома буквально залихорадило. Парень выпустил горячий орган изо рта и принялся вылизывать и посасывать поджавшиеся от возбуждения яички. Всепоглощающее наслаждение грозило вот-вот накрыть обоих братьев. Том чувствовал, как собственный твердый член упирался в ткань шорт, ноги сводило легкими судорогами.

- Ах Том, - вдруг прошептал Билл с придыханием.
Том поднял голову и увидел лицо брата – с идеальными чертами, дрожащими пушистыми ресницами и чуть приоткрытым ртом. Розовый язычок показался между губ. У Тома зашумело в голове, и он остервенело насадился ртом на истекающую смазкой головку, и дальше, насколько смог, сильно сжал горло, быстро двигая рукой по стволу до основания. Билл всхлипнул, толкнулся напряженными бедрами. Слабый стон дернул по нервам. Том ощутил выброс теплой жидкости и тут же его заколотило от пьянящего наслаждения, отдающего в позвоночник и пах. Сперма текла по подбородку, а он никак не мог отпустить стонущего брата. Лишь когда пульсирующий орган уменьшился в размерах, Том отвалился и бессильно упал на постель.

От пережитого удовольствия кружилась голова, тело казалось невесомым. Том прикрыл глаза и честно сделал вывод, призвав на помощь вернувшуюся железную логику - он только что бурно кончил в штаны, едва прикоснувшись к себе, от того, что довел минетом до оргазма собственного близнеца. Парень поднял голову и столкнулся с темным взглядом.
- Том… - тихий голос без интонаций.
Том медленно сполз с кровати.
- Я в душ, - пробормотал он и попытался сразу развернуться боком, чтобы не демонстрировать следы своей сексуальной активности.
- Том… – что-то в тоне брата показалось странным, и Том посмотрел на близнеца.
В уголках раскосых глаз блестели слезы. Позабыв обо всем на свете, старший кинулся на кровать.
- Тебе мерзко, да? – Билл всхлипнул.
Том искренне удивился и поднял брови.
- Ну, ты сразу – в душ, - пояснил брат, вытирая ладошкой глаза.
Том перевел дыхание. Придется сказать очередную правду. Парень приподнялся на коленях и показал на свои шорты - мокрое пятно было отчетливо заметно на сером хлопке. Младший проследил за жестом.
- Это тебе так… понравилось? – светлея лицом, мягко поинтересовался Билл.
Протянул руки, потянул старшего за многострадальные шорты, вынуждая выпутаться из последней одежки и улечься рядом. Близнец задумчиво провел пальцами по липкому от спермы подбородку Тома, а потом коснулся губами его рта и поцеловал - невыразимо нежно, не как брата, а как любовника. Том моментально почувствовал разницу, обвил руками тонкую талию, прижал к себе.
- Билль... – Тому надо было все прояснить сразу.
Медово-карие глаза брата сияли.
- Скажи, Томи, ты любишь кого-нибудь больше, чем меня?
Вопрос заставил Тома на секунду задуматься, а потом он улыбнулся, поняв то, что хотел сказать близнец.
- Ты прав, я люблю тебя больше всех на свете.
- А я – тебя, - серьезно отозвался брат и положил голову ему на плечо. – Мне всегда нравилось касаться и гладить тебя. Твой запах, кожа, голос, весь ты со всеми недостатками и талантами – такой родной и любимый. И твои губы - неповторимы. А я ведь только что впервые попробовал их… так, как наверное, давно мечтал.
- Мои губы пахнут твоей спермой, - выдал Том.
И, улыбнувшись, сам потянулся к брату, целуя по-настоящему, как не целовал ни одну девушку, жадно сминая послушные мягкие губы, исследуя кончиком языка отзывчивый рот.
Они так и заснули у Тома в спальне, обнимаясь, целуясь и посмеиваясь.

Тома разбудил солнечный луч, скользнувший сквозь приподнятые жалюзи. Парень поморщился и приоткрыл глаза, сразу вспомнил и бурный вечер, и то, что сегодня им предстоит покинуть райский остров. А потом Том заметил, что сзади спал голый Билл, закинув на брата руку и ногу, и прижимаясь к его пояснице чем-то упругим. Том машинально выгнулся, убеждаясь, что это не сон или фантазия, и близнец действительно нахально упирался в него своим утренним бодрым стояком. Билл вздохнул и сжал свою руку на близнецовой талии, немножко поерзав бедрами. Тому вдруг стало жарко, а собственный член сразу отреагировал эрекцией. Парень осторожно повернул голову и посмотрел в лицо спящего брата. Настоящий ангел. Чистая кожа, тонкие черты, невинная гримаска. Какой контраст с цепкой ручонкой и прижатым твердым членом! Том медленно потянулся вперед, пытаясь выпутаться из плена братских рук и ног. Билл что-то сонно пробормотал, но хватки не ослабил. «В этом вся суть характера, - усмехнулся Том, - если во что вцепится, то хрен отберешь!» Но тут же ему стало не до смеха. Напряженный член брата теперь находился точно между томовых ягодиц и вырваться, не разбудив при этом младшего, было невозможно. Том обреченно подергал бедрами, пытаясь осторожно скинуть тяжелую тощую ногу. Стало еще хуже. Во рту пересохло, а собственный член затребовал ласки. Билл простонал во сне что-то страстное и сам начал подаваться бедрами, заскользил членом вдоль томовых половинок. Том едва сдержал похотливый стон. Безумно смотря в солнечное окно, он выпятил попу и подтянул одну ногу повыше, предоставляя Биллу бОльшую свободу. Член брата двигался по ложбинке, касался сжатого ануса и промежности и до одури сладко упирался в мошонку. Приятно было необыкновенно, так ново и так – запретно. Впрочем, отдавшись удовольствию, о запретах Том думал меньше всего, быстро дрочил собственный член, ощущая сзади покачивания младшего брата. Мысль о том, насколько это кайфово, когда – совсем внутрь, возникла в распаленном сознании за секунду до внезапно нахлынувшего оргазма. Том укусил себя за щеку, глуша стоны.
- Том… Том… - протяжно всхлипнул во сне Билл, вцепляясь ногтями в нежную кожу на талии брата и заливая его промежность своим семенем.
Том выскользнул из ослабевших рук, посмотрел на счастливую мордаху все еще спящего близнеца и быстро убрался в душ.

- Домой. Немедленно домой, - сказал сам себе парень, настраивая нужную температуру воды. – А то слишком успешно у нас проходит эта… реабилитация.





Часть 7.


Билл и Густав сидели в специальном помещении редакции известного журнала и курили. Короткий перерыв в большом интервью участники группы использовали по-разному: Том флиртовал с симпатичными сотрудницами «Bravo», Георг намертво приклеился к стилисту Наташе, пытаясь добиться идеальной ровности длинных волос, а фронтмен и ударник сбежали в курилку, чтобы немножко посидеть в тишине. За что Билл ценил Густа – тот всегда был готов помолчать. Вот и сейчас Билл наблюдал за легким дымком, привычно погружаясь в непростые размышления о Томе.

Билл любил Тома. Он не мог представить жизнь без брата. Том просто существовал, как константа. Всегда - друг, родная душа, слушатель, утешитель, раздражитель и источник прекрасного настроения. Теплый, сильный. Всегда безоговорочно защищающий и принимающий его сторону. После страшного эпизода с похищением отношения между близнецами стали пронзительней: они вдруг прозрели, осознали, чего могли лишиться, как две растущие рядом лианы, на минуту разомкнувшись, еще сильнее притянулись друг к другу, переплелись душами. Билл чувствовал, что ему мало единения душ, тело настойчиво желало соединиться с близнецом. С детства младшему нравилось обниматься и ласкаться не только с мамой, но и с братом. Том казался более сдержанным, отвечал на порывы лишь теплыми взглядами и улыбками, приобнимал за плечи по-мальчишески, когда был повод. Никогда не целовал – это была привилегия Билла. И лишь недавно младший почувствовал всю силу и прелесть ласк старшего брата.

Гладкая упругая кожа, родной запах. Трепет длинных ресниц и полуоткрытый рот в экстазе. Билл теперь не мог смотреть, как брат играл на гитаре. Сразу – искры в голове и тягучее напряжение в паху. Сразу – сумасводящие воспоминания. Билл отдавал себе отчет, что к ровному надежному братскому чувству примешалось острое желание. Все изменилось на том острове.

Билл хотел Тома. Мысли об этом возбуждали до неприличия, заставляли прятать глаза при посторонних и набрасываться с поцелуями, как только за близнецами закрывалась дверь. То, как Том охотно подчинялся его рукам, как упоительно целовался и терся, давало Биллу сладкую надежду на скорую реализацию тайных мечтаний.

Они так и не продвинулись дальше в своих эротических упражнениях. После возвращения в Германию продюсеры насели на парней, требуя возвращения к привычному графику, от которого группа порядком отстала из-за форс-мажора с похищением. Каждый день музыканты давали интервью, участвовали в программах, снимали сюжеты. Готовились к большому туру и выступлению на ежегодной церемонии МТV. Иногда братья даже не знали, в какой они стране и задавали этот вопрос, лишь когда вместо квартиры водитель привозил их в отель. Сил оставалось только на спешные взаимные тисканья, которые, тем не менее, взрывали мозг и тело будоражащей откровенностью.

Том провоцировал. Или, может быть, Билл раньше не обращал внимания на двусмысленные ухмылки, на широко расставленные ноги, пошлые облизывания и касания кончиком языка подковки пирсинга. А когда брат пил напитки прямо из горлышка, Билл старательно отворачивался, прогоняя из головы четкие ассоциации.
Теперь Билл желал настоящего секса с Томом. Так хотел, что на волне своей возбужденной фантазии решился на изменение образа, восхитив новыми идеями стилиста Натали. И когда впервые появился перед всей компанией с коротко выстриженными висками, агрессивным ирокезом и ярким макияжем, затянутый в черную кожу и брутальные ремни, опешили не только коллеги по группе и продюсер, но и близнец. Спустя полчаса после всеобщего шока Том затолкал брата в студийный туалет и так отсосал, что Билл искусал себе руку, лишь бы остаться в сознании от небывалого фейерверка удовольствия.

Последней каплей стал недавний милый стриптиз, который Том устроил в общей гримерке. В помещении находилось много народа, рядом хвалился новым инструментом Георг, Густав о чем-то говорил по телефону, Йост пялился в ноутбук. Ситуация была стандартной и Билл спокойно работал на камеру - снимался очередной проходной сюжет для эпизодов. Оператор отбежал к басисту, Билл принялся за свой недопитый кофе, а Том нагнулся, выпутываясь из широких штанин – парню вдруг захотелось переодеть джинсы. И все было бы прекрасно, если бы сзади Томаса не находилось большое зеркало, в котором Билл с замершим в груди дыханием увидел его упругую задницу в узких белых плавках. Сквозь тонкий трикотаж просвечивала ложбинка посередине и очертания яичек, и Билл моментально представил, как вся эта красота выглядела без трусов. Поза брата также не добавляла спокойствия. Том присел на корточки, разглядывая что-то на ремне своих штанов, а потом выпрямил загорелые ноги, медленно натягивая джинсы. Билл не заметил, как стакан с кофе выпал из рук. В ушах зашумело. Том поднял голову, с тревогой посмотрел на младшего, проследил за его взглядом и обернулся. В карих раскосых глазах засветилось лукавство. В то самое мгновение Билл понял, что хочет трахнуть своего брата.

До этого Билл не задумывался о распределении ролей в сексе с близнецом и был готов на любые варианты, но сейчас в фантазиях царила лишь одна яркая картинка – Том на четвереньках, выпятив круглую попу, и член Билла скользит между половинок… Билл хотел бы, чтобы Том стонал – громко и развратно. От подобных мыслей сразу становилось горячо и туго в узких модных джинсах. Если удавалось подрочить, то Билл за несколько движений доводил себя до оргазма. Определенно, с этим нужно было что-то делать, и парень пришел к самому очевидному выводу – как можно скорее исполнить тайные желания.

Они прилетели в Берлин ранним утром. Надолго застряли в холле аэропорта, раздавая автографы, потом поехали осматривать стадион «O2 World», где намечалась церемония МTV Europe Music Awards. Время поджимало, и продюсер не позволил своим подопечным отдохнуть в отеле, сразу после регистрации отдав команду готовиться к срочной пресс-конференции. Натали быстро освежила уставшие от недосыпа и перелета лица. Голодные парни, блестя глазами, хищно скалились на камеры и блистали остроумием. К двум часам дня Йост сжалился и повез группу обедать в лучший ресторан Берлина. А после трапезы оказалось, что им предстояло еще одно интервью. Билл привычно улыбался в сопровождающую камеру студийного оператора, чувствовал в своей ладони теплую руку брата и очень хотел снова на Мальдивы.

Журналистка оказалась хоть и молодой, но ужасно вредной. Георг и Том сразу решили, что у нее проблемы с личной жизнью и умело эксплуатировали эту тему. Билл, на контрасте, был необыкновенно мил и слегка сочувствовал девушке, попавшей под перекрестный огонь незатейливых шуток братца и басиста. За что и получил в ответ целое море кокетства и созерцание ног в черных чулках от благодарной журналистки.
- Она так эротично поправляла свою кофточку, ты наверное разволновался, не? – шутливо подначивал брата Том после интервью, когда вся банда в сопровождении охраны вывалилась из помещения под мелкий накрапывающий дождь. Георг засмеялся и поддержал друг:
- А еще чулочки – черные! И юбка такая короткая, даже мне было видно, где эти чулочки заканчиваются. А Билль вообще напротив сидел!
- Мальчишки… - снисходительно вздохнул продюсер, обменявшись понимающими взглядами с сопровождающим парней Саки.

Билл на подколы отвечал усмешками. Про кокетство журналистки он моментально забыл, стоило Тому на мгновение прижаться к брату сильным бедром. На выходе из редакции старший и вовсе запнулся, чуть нагнулся и идущий следом Билл практически вжался в зад близнеца пахом. Впечатление оказалось настолько сильным, что слова друзей зазвучали просто фразами без смысла, а единственная ясная мысль была – ХОЧУ!

- Я даю вам пятнадцать минут на то, чтобы привести себя в бодрый вид и переодеться, - Билл очнулся, услышав слова продюсера. Йост пытливо всматривался в усталые лица. – Будем серьезно обсуждать грядущую МТВ. Сбор у меня. И только попробуйте опоздать! Я у каждого вашего номера поставлю охранников, которым разрешено выбить дверь.
Парни порысили по длинному холлу отеля. Когда продюсер разговаривал подобным тоном, ни у кого не возникало желания сопротивляться.

Билл вернулся в номер Дэвида, столкнувшись на пороге с никогда не опаздывающим Густавом. При необходимости фронтмен умел быть пунктуальным. Йост радушно угостил прибывших апельсинами. Том появился последним, с размаху уселся около Билла и привалился к плечу. От близости теплого тела Билл чуть не потерял нить рассуждений воодушевленного продюсера.
Том слегка повернул голову и сложил губы в незаметном для остальных воздушном поцелуе: «Заждался?»
Билл улыбнулся, чуть дернул плечом в ответ: «Ты доиграешься!»
Ироничное движение бровями в ответ: «Очень я тебя боюсь.»

Билл окинул брата пристальным взглядом – влажные после душа брейды собраны в узел над яркой банданой, широкие джинсы и белая, слишком узкая футболка. На мгновение Биллу показалось, что близнец утащил вещичку из его чемодана. Том с заинтересованным лицом слушал продюсера. Сложил загорелые руки на груди, пальцами пытаясь пощекотать сидящего рядом брата. Билл кусал губы. Дэвид Йост, наконец, заметил игры близнецов и помрачнел.
- Иди сюда, - обратился он к Тому и указал на место рядом с собой.
- Как в школе, - вздохнул Билл, а брат медленно поднялся, дрогнул поясницей и, отклячив задницу, вразвалочку перекочевал на диван напротив.
Билл только похлопал глазами на такое наглое поведение близнеца и пообещал сегодня же заняться его воспитанием.

На некоторое время фронтмен сосредоточился на речи продюсера по поводу завтрашней репетиции, последующей церемонии и награждения, а потом его сильно заинтересовала белая футболка Тома. Маленькие темные соски отчетливо проступали через трикотаж, так и притягивали взгляд. Вскоре коварный старший вроде бы случайно провел рукой по груди, будто почесываясь, задел пальцем левый сосок, незаметно сжал. Билл словно на себе почувствовал, как твердел чувствительный комочек, и с трудом отвлек себя на разглагольствующего Дэвида…
- Все свободны, - продюсер ткнул пальцем в Билла. – А тебя я попрошу остаться.
Парни, хихикая и подшучивая, вырвались на свободу. Билл дернул бровью.

Все было лучше, чем он думал. Йост желал прослушать выученную на английском речь по случаю счастливого получения премии. Билл на одном дыхании выпалил урок. Дэвид поморщился.
- А теперь еще раз, только медленнее, с улыбкой и нужным выражением лица.
Билл радостно оскалился и, вспоминая, как нетрезвый продюсер танцевал канкан (он однажды проиграл в карты), повторил весь пафосный текст. Ни о чем не подозревающий Йост кивнул.
- Молодец. Спокойной ночи.

Дверь в номер Тома оказалась приглашающе приоткрытой. Билл неслышно проник в комнату и защелкнул за собой замок.
Тут же сильные руки обхватили плечи. Том прижал брата своим телом к стене, целуя в губы. Билл чуть не задохнулся от страстного рта и нахального языка. Том скользнул руками по длинной шее, провел по выстриженным вискам и вцепился в густые волосы. Билл прикрыл глаза от удовольствия. Нервные пальцы брата с силой прочесывали его шевелюру, ласково трепали, в то время как губы терзали рот.
- Что от тебя хотел наш про? – Том прервал поцелуй, убедившись в полной отдаче брата.
Билл хитро улыбнулся.
- This is so incredible (Это так потрясающе)… - выдохнул он, подавшись бедрами к близнецу. Том чутко прислушался к иностранной речи, с такими манящими интонациями и придыханием.
- Thanks for making us the best band tonight (Спасибо, что выбрали нас лучшей группой сегодня )… – Билл наступал, тесня брата к разобранной постели.
- This make us really happy and really proud (Это делает нас действительно счастливыми и мы реально гордимся)… - он толкнул Тома на широкую кровать и забрался на него верхом.
- And we want to thank MTV and we want to thank our fans to make that happen (Мы благодарны МТВ и нашим фанам за то, что они сделали это возможным) … - тонкие пальцы, наконец, обрисовали манящие темные кружочки, натянутые белым трикотажем. Соски были твердыми, как и мечтал Билл. Том поджал нижнюю губу и прищурился, укладывая свои ладони на бедра близнеца.
- And now I just wanna celebrate (И сейчас я просто хочу отпраздновать )… - резкое движение – и футболка задралась к шее.
- And I wish everyone the best night in this year in our… home country (И я желаю каждому лучшую ночь в этом году на нашей родине)… *- еле слышно выговорил Билл, прикасаясь губами к торчащим соскам. Немножко прижал. От того, как тихо простонал Том и дрогнул всем телом, у Билла сразу натянулись в паху его спортивные штаны.

- And I want to be fucked at this night, - вдруг мечтательно выдал Том.
Билл замер, незамысловатая фраза быстро дошла до осознания. Нашел пояс широких томовых джинсов. Постоянно натыкаясь на напряженные члены – свой и Тома, справился с молнией, потянул штаны вниз. Том дрыгнул ногами, подкидывая сильными бедрами сидящего верхом Билла, окончательно скинул джинсы, приспустил трикотажные спортивки с брата. Близнецы привычно прижались твердыми стояками друг к другу. Билл не отследил, когда они машинально начали двигаться, постанывая от стимуляции.
Но у обоих были совсем другие планы на ночь.
Билл с трудом приостановился, сжимая за талию желающего двигаться Тома. Легко коснулся губами его прикрытых глаз, бровей, скул.
- С чего это вдруг? – поинтересовался Том, приоткрывая глаза. Он был словно удивлен манипуляциями брата.
- Считай за прелюдию, – предложил Билл. Том мотнул косичками.
- Да на хуй.
- Как скажешь, - усмехнулся Билл, скатился с брата и ловко развернул его к себе спиной. Ощущая дикий стук собственного сердца, прижался грудью к сильной спине и ухватился за упругую задницу. Попа у Тома была круглая, накачанная, контрастно-белая по сравнению с загорелой кожей талии. Билл едва не заскулил от удовольствия, когда начал мять эту шикарную часть тела, пробираясь дальше, в темную ложбинку. Том молча сопел и повернул голову, лишь когда брат провел пальцами по плотно сжатому мышечному колечку.
- Хочу тебя… туда, - срывающимся голосом заявил Билл, надавливая на сжатую дырочку.
- Если сможешь, - дёрнул бедром старший брат.
Билл улыбнулся. Даже в таком положении Том оставался самим собой.
- Не сомневайся, - Билл коснулся головкой члена сомкнутого розового входа.
Том заметно вздрогнул, а потом вдруг резко вырвался, сел на кровати и начал озираться, будто вспомнил о чем-то важном.
- Я захватил крем для лица, - Билл вытащил из кармана трикотажных штанов маленькую баночку.
По озабоченному лицу Тома пробежала тень, и он внезапно широко улыбнулся.
- У меня есть кое-что получше.

Билл с изумлением наблюдал, как Том свесился с кровати, оттопырив голую попу и разведя ноги. В висках гулко стучался пульс. По прижавшемуся к животу члену потекла смазка. Головка была уже совсем мокрой. Никто и никогда не возбуждал Билла Каулитца до такой степени. Том шарил в карманах валяющихся на полу джинсов, что-то тихо бурча, а Билл пялился на его задницу, едва удерживаясь, чтобы не вставить сейчас же, между двух приоткрывшихся половинок. Наконец, Том с торжествующим возгласом выудил яркий тюбик, уселся перед братом на колени, игнорируя свой торчащий член и страдальческое выражение лица близнеца.
- Это настоящий лубрикант, представляешь, специально для такого секса! – радостно заявил он.
- Где взял? – заинтересовался Билл.
- По инету заказал, на адрес Саки, - хихикнул Том. – Уже получил от него пиздюлей за самодеятельность.
Билл представил лицо телохранителя и расплылся в улыбке. Протянул руку.
- Дай почитать.
- Не, - Том приподнялся на коленях. – Лучше смотри.

Том сегодня очень удивлял младшего брата. Билл перехватил свой член у основания и сильно сжал, всеми силами пытаясь не кончить от одного только зрелища. Том развернулся к нему задом, прижал сверху попы открытый тюбик, слегка надавил, выпуская густой прозрачный ручеек. Билл проследил за дорожкой, скрывающейся в ложбинке и, отчаянно прикусывая губу, чтобы не потерять сознание от напряжения, потянулся пальцами к заветному месту. На этот раз Том не возражал и доверил брату размазать теплую скользкую субстанцию по сжатому колечку, ласкать, трогать, чуть пощипывать, и наконец, проникнуть внутрь. Билл осторожно двигал тонким пальцем, расширяя тесную дырочку, и сам ловил странные ощущения в своей заднице, будто там кто-то щекотал и давил на вход. Удивительный гель с запахом цитрусов облегчал проникновение, скоро Билл свободно сновал двумя пальцами, жмурился от предвкушения, а Том ритмично подавался на сладко терзающую руку брата и громко дышал.
Билл понял, что еще немного таких упражнений – и он спустит прямо в штаны, не приступив к главному, поэтому медленно вытащил пальцы и игриво шлепнул ладонью Тома по белой попе.

- Я хочу на полу, - лихорадочно блестя глазами, вдруг сказал Том, слез с кровати, оставив плечи и голову удобно лежать на краешке, встал на колени и развел руками половинки. Между кроватью и стеной осталось небольшое расстояние и Биллу пришлось присесть на корточки и широко раздвинуть колени, чтобы оказаться в нужном месте. Спереди, прямо перед его членом подергивал попой распаленный Том. Сзади находилась стена.

- Блятьблятьблять… – поняв, в каком виде осуществятся его мечты, выдохнул Билл.
Обильно смазанная розовая дырочка манила. Том еще шире раскрыл бедра, побуждая брата к действию. Билл осторожно ввел головку и медленно толкнулся вглубь, пялясь на то, как натягивается маленькое отверстие вокруг члена. Внутри было туго и горячо. Том напрягся всем телом и еле слышно зашипел от боли, а у самого Билла невыносимо защипало между раздвинутых в странной позе ягодиц. Похоже, все впечатления они получат вместе. Прислонившись спиной к стене, Билл сделал несколько глубоких вдохов, останавливаясь, чтобы брат привык к новым ощущениям, погладил руками напряженные бедра. Том вскоре расслабился, потянулся всем телом, почти съехал с твердого члена и вдруг резко, с оттяжкой подался назад, принимая в себя весь немалый орган близнеца. По позвоночнику Билла словно пронеслась жаркая молния, отдаваясь болью и наслаждением в копчик.

Билл таращился на Тома и не мог поверить своим глазам. Слов у него тоже не осталось. В осоловевшем мозгу кружилась цветная карусель из восторга, изумления, восхищения. Билл впервые видел, чтобы люди так трахались: Том весь извивался, играла каждая мышца гибкой спины. Он чуть приподнимался на локтях и сверху яростно насаживался на член, выстанывая так откровенно, что Билл очень скоро не выдержал и начал поскуливать в ритм. Впервые - вторым голосом. Билл даже не был уверен, что находился в активе. Главную роль однозначно исполнял Том, самозабвенно трахая себя близнецом, наплевав на условности и предосторожности. Биллу оставалось лишь следовать за широкой и мощной волной убойного наслаждения, щедро предоставленной братом. Тело пылало, член гудел от напряжения, от яиц к анусу пробегала жаркая дрожь. Том запрокидывал голову, до хруста в шее, вцеплялся руками в плотный материал кровати, напрягал плечи и бедра. И двигался, все резче и быстрее. Выгибал спину, находя тот самый угол, который причинял дикий кайф при погружении. И в те самые моменты, когда старший вскрикивал, Билла словно пронзала изнутри сладкая острая боль. Том кончил, отрывисто выдыхая, так сильно сжимая внутри твердый член, что Билл упал сверху на влажную спину, слизывая дорожку соленого пота, истекая блаженством прямо в горячее тело близнеца.

- Этого не может быть, просто полный пиздец… - пробормотал Том, вывернулся, держась за Билла, подставил под касания полуоткрытых губ шею и плечи.
- То, что мы оказались извращенцами? – от стонов у Билла сел голос.
- Не, - Том усмехнулся, изгибом руки стряхнул каплю пота с виска. – Что возможно так трахаться на трезвую голову и не под кайфом… Как же здорово!
- Да ты монстр вообще, - Билл оглядел раскуроченную кровать и растрепанных их на полу. – Вот уж чего не подозревал.
- А я еще с острова хотел, - Том лукаво сощурил бесстыжие глаза. – Только не знал, как бы тебе свою невинную задницу подставить. Все решиться не мог. И Йорки подлец, так расписывал, что завидно стало.
- Что Йорки расписывал? – не понял Билл.
- Ну, у Йорка отношения с парнем, причем наш славный басист – не сверху! – Том полюбовался на распахнутые ярко-карие глаза брата и продолжил. - Он меня измучил своими подробными рассказами о горячей ебле! Умеет сочинять, гад, меня аж до копчика пробирало!
- С кем он? – до билловского, ошеломленного оргазмом мозга, медленно доходила новая информация об участнике их рок-банды.
- А не знай, - Том пожал плечами. – Может, с Густом…
Билл икнул. Брат мельком взглянул на отрывающего рот близнеца и добавил масла в огонь:
– Или с Йостом…
Билл клацнул зубами и неверяще мотнул шевелюрой.

Том засмеялся, показывая белые зубы – так, как никогда не смеялся на камеры. Билл скользнул взглядом по его телу, остановился на блестящих от смазки и спермы бедрах и ощутил новый прилив сил. В голове внезапно вспыхнули слова, сказанные близнецом.
- Ты хотел подставить мне свою нетронутую задницу? – с мурчащими нотками в голосе переспросил Билл. Том отвернулся.
- Не жди от меня признаний, - отозвался он, наматывая на палец одну из выпавших из-под банданы косичек. – И не думай, что я всегда буду снизу. Я, между прочим, старший!

В дверь гулко застучались.
- Том, это Дэвид!
- Йост как диарея – всегда не вовремя, - проницательно выдал Том.
Билл хихикнул.
- Придется открыть. Он не уйдет.
- Том, ты знаешь, где твой брат? Он на звонки не отвечает, - орал в коридоре продюсер.
- Вот черт! - выругался Билл. – Айфон в номере оставил.

Том натянул трусы, вылез из застенка, медленно двинулся на стук и ор. Приглашающе распахнул дверь.

Дэвид быстро сунулся в номер, моментально оценил обстановку – взбитую постель, валяющиеся на полу вещи и главное – практически голого Тома, с распухшими губами и выбившимися из прически косичками, от которого за несколько метров несло сексом. Продюсер тут же забыл, зачем пришел.
- Том! – он взмахнул руками, словно пытаясь взлететь над ситуацией. - Я сколько раз тебе повторял – никаких девок перед выступлениями!
- Я и не собирался, - Том сыто прищурился.
- А это что?! – Дэвид грозно посмотрел на подопечного и ткнул пальцем в его обнаженный торс. – Ты меня за идиота принимаешь? И где твой брат?

Из кресла у стены, которого Йост не заметил в порыве возмущения, поднялся Билл, в тех же спортивных штанах и черной майке, в которых он присутствовал на сборе у продюсера. Невозмутимое выражение лица совершенно не гармонировало с невероятно помятой одеждой, глазами, полными томной неги, и торчащими дыбом черными волосами. Дэвид окинул братьев диким взглядом.
- Парни, вы чего тут делали?!
- Разговаривали, - спокойно пожал плечами Билл. - А ты чего подумал?
Том поднял глаза на продюсера и невинно похлопал ресницами. Это выглядело так откровенно сексуально на фоне его общей похотливой растерзанности, что Дэвид только развел руками и бессильно матерясь, попятился вон из номера. Дверь захлопнулась прямо перед его носом.

- Вот наглецы, - пробормотал Дэвид, ощущая свои пылающие щеки. Опять близнецы довели его до выпада из реальности. – Мне из-за вас скоро будет нужен психолог!
Из номера послышался громкий хохот.
- Йост, не завидуй! – отозвались за закрытой дверью. В своей озабоченности продюсер даже не понял, чей это был нахальный голос. – А то мы поделимся с тобой секретами…
- … успешной реабилитации!


__________________________________
* слова Билла Каулитца на церемонии МTV Europe Music Awards 2009



"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость