• Администратор
  •  
    Внимание! Все зарегистрировавшиеся Aliens! В разделе 'Фото' вы можете принять участие в составлении фотоальбома. Загружайте любимые фотографии, делитесь впечатлениями, старайтесь не повторяться, а через пару-тройку месяцев подведем итог и наградим самого активного медалью "Великий Фотокорреспондент Aliens"!
     

Одержимые {slash, AU, angst, darkfic, mystery, hurt/comfort, action, twincest, Том/Билл, NC-17}

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

Одержимые {slash, AU, angst, darkfic, mystery, hurt/comfort, action, twincest, Том/Билл, NC-17}

#1

Непрочитанное сообщение Aliena » 26 мар 2018, 22:10


Автор: Darochka aka Tokiiskaya Nesmeyana
Название: Одержимые
Бета: a.lartseva
Рейтинг: NC-17
Категория/Жанр: slash, angst, AU – главные, а так всего понемногу: darkfic, mystery, hurt/comfort, action
Размер/Статус: макси/закончен
Пары/Персонажи: Том/Билл, Демон, Охотники
Краткое содержание: Спустя десять лет он опять видит его возле их дома. Он не знает, что сказать, потому что не уверен в том, кто или что стоит перед ним: брат или нечто темное и сильное, готовое вцепиться в глотку в любой момент.
Примечание: Несмотря на жанр Darkfic, фик не изобилует смертями и кровью. Рассказ вышел не тяжелее пятой книги Гарри Поттера. Однако если у вас слабые нервы, то лучше пропустите этот фик. И еще один ахтунг: в данном фике присутствует подробные сексуальные сцены с участием родных братьев!
Отказ от прав: Ни на что не претендую. Билл принадлежит Тому, Том – Биллу. Коммерческой выгоды не извлекаю, хотя не отказалась бы.
От автора:

Mein Herz kämpft / Мое сердце бьется
Gegen mich / Против моей воли,
Wie’n Alien in mir / Словно во мне чужой.
Ich steh auf / Я встаю,
Dreh mich um / Оглядываюсь.
Alles blutverschmiert / Все испачкано кровью.
Ich schau in den Spiegel / Смотрю в зеркало,
Und da steht geschrieben / а там написано:

Hauch mir deine Liebe ein / «Вдохни в меня свою любовь,
Ich will endlich bei dir sein / Я хочу наконец быть с тобой,
Alien / Чужой».
(с) Tokio Hotel “Alien” (перевод Синклер)
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

#2

Непрочитанное сообщение Aliena » 26 мар 2018, 22:17



Пролог



Свет полной красивой луны проникал в помещение даже сквозь занавески на окнах. Он мягко освещал комнату: стол, заваленный раскрасками и цветными карандашами, шкаф, небольшой телевизор с игровой приставкой и две детские кровати. Одна из них была пуста, на другой, поджав ноги, сидел маленький светловолосый мальчик. Он обнимал себя за колени, дрожал и явно был напуган. Его большие карие глаза со страхом смотрели на луну за окном. На улице от сильного ветра качались деревья, отбрасывая на стены детской комнаты грозные тени. Они шевелились, наслаивались друг на друга, сплетаясь в зловещие рисунки. В комнате было тихо, лишь тиканье часов раздражало и гипнотизировало, вынуждало прислушиваться к себе. Где-то совсем рядом заскулила собака, заставляя мальчика вздрогнуть. Но вскоре и она затихла, будто испугавшись, что ее могут услышать. Луна, еще секунду назад господствовавшая на небе, скрылась за тучами, погружая комнату во мрак.

- НЕЕЕЕЕЕТ. Пустите! Отвяжите меня, отвяжите, - раздался воистину нечеловеческий крик, пронзая тишину насквозь. Мальчик вздрогнул и сжался, прижимая колени к себе еще сильнее. - Мама, мамочка, прошу тебя, мама! Я люблю тебя, мама. Пусти меня, пожалуйста. Папа, ты же слышишь меня! Пожалуйста. Отпустите. Я ничего не сделал! Я буду хорошим, только отпустите меня. Мне больно. МАМА! – Мальчик всхлипнул и зажал уши. По щекам его быстро-быстро побежали прозрачные слезы. Он схватил лежащего рядом потрепанного мишку и зарылся в него лицом, продолжая всхлипывать. – Мне больно. Жжет. Больно! БОЛЬНО! Мама, пустииии. Пожааалуйстаааа. - Мальчик сильнее зажал уши руками, но это не помогало. Крик все равно был слышен, проникал в самую душу, приносил боль и страданье. – ТОМ! – Мальчик вздрогнул и вскинул голову. – Том, пожалуйста, помоги мне. Том! Том! – Он тут же вскочил с кровати и ринулся к двери. Но та была заперта. Мальчик тщетно подергал ручку, а потом закричал:

- Бииииилл!!

Припозднившийся прохожий вскинул голову, вглядываясь в темные окна дома. Тот казался безжизненным и холодным, будто специально притягивал к себе тени, выделяясь на фоне остальных совершенно обычных зданий. Прохожий поежился, запахнул посильнее пальто и быстро пошел прочь, подальше от этого места, вызывавшего мурашки по телу и иррациональный липкий страх.


~~XXX~~



Утром Том проснулся от звука открываемой двери. Он тут же разомкнул заспанные глаза и посмотрел в сторону прохода. Там, потирая кулачками глаза, стоял сонный и недовольный, похожий на Тома как две капли воды, Билл. Том вскочил с кровати, кинулся к брату и обнял его.

- Эй, ты чего? – улыбнулся Билл. Том тут же его отпустил и буркнул:

- Ничего. Пошли. – Он потянул брата за перебинтованное запястье к кровати и усадил на нее.

- Опять эти повязки дурацкие,- недовольно пробормотал Билл, поддев бинт коротким ногтем, но снимать не стал – мама запретила. Том ничего не сказал, он жадно смотрел на брата, придирчиво отмечая и синяки под глазами, и царапину на щеке, и пластырь на груди, выглядывавший из ворота ночной рубашки.

- А где твой крестик? – спросил Том. Билл опустил голову и посмотрел себе на грудь. Маленького католического крестика, который он носил с младенчества, не было.

- Не знаю, мама сняла, наверно. Или потерял.

Том чуть-чуть помолчал, а потом предложил:

- А давай я тоже сниму, а? – Он схватился за цепочку и стянул ее через голову. – Теперь ни у тебя, ни у меня. – Кинул крест на кровать и обнял брата снова. На этот раз тот не сопротивлялся и обнял его в ответ, глядя на то, как маленький серебряный крест скатывается с покрывала и падает за кровать.


~~XXX~~



В тот день они почти не выходили из своей комнаты, даже поесть им мама разрешила там. Уснули вместе на одной кровати, обнимая друг друга. Том боялся даже на секунду отпустить брата от себя. Однако ночью ему сильно захотелось в туалет. Он почувствовал это даже сквозь сон, поворочался немного и проснулся. Убедившись, что брат крепко спит, он осторожно выпутался из его объятий, надел маленькие тапочки веселой расцветки и направился в сторону туалета. На обратном пути, проходя мимо родительской спальни, он увидел свет. Видимо, пока он был в ванной, кто-то приоткрыл дверь, отчего стали видны предметы интерьера и большой черный чемодан.

- Это твое окончательное решение?

Услышав голос матери, Том застыл, поняв, что она плачет.

- Я не могу, прости. Я смотрю на него и… это выше моих сил. Я не могу.

Голос отца мальчик узнал сразу.

- Но это же твой сын!

- Ты видела его вчера? Это уже не наш сын. Это что-то другое. Темное, сверхъестественное. Оно рвалось из него, оно живет в нем. Я не могу это видеть. Я ухожу, прости. – Услышав это, Том закрыл себе ладошкой рот и побежал в их с братом комнату. Там он быстро забрался под одеяло к Биллу и зажмурил глаза.

- Это сон. Это сон. Это сон. Это сон, - повторял он шепотом. Проснувшись, он узнал, что это был не сон.

Пять лет спустя

- То, что с ним происходит – ненормально. Мы вот уже пять лет бьемся над тем, чтобы вывести Его из вашего сына, но пока тщетно. То, что произошло сегодня ночью, лишний раз доказывает, что Оно только смеется над нашими попытками спасти мальчика. Билла надо отправить к нам в духовную школу. Там мы будем вести над ним круглосуточное наблюдение. Вы сможете приезжать к нему, когда вам захочется. Обещаю, что мы будем следить за вашим сыном и ни в коем случае не навредим ему. – Том поверить не мог, что священник действительно говорит это их матери. Да как он может думать, что они куда-то отдадут Билла? Да это же просто абсурд! Затаившись перед дверью, он попытался не пропустить ответ матери. Она какое-то время молчала.

- Я не знаю, святой отец. Я уже не уверена, что смогу справиться со всем этим. Мой муж бросил нас, как только вся эта история началась, я осталась одна с двумя детьми и… Этим. Я не знаю, что делать. Может, его действительно нужно отдать на воспитание вам? – Том в шоке отшатнулся от двери, не желая верить, что мама сказала это. Отдать Билла? Отказаться от него, как это сделал отец? Как же так? Мальчик ворвался в комнату, заставив мать и священнослужителя вздрогнуть.

- Я не отдам вам Билла! Слышите, не отдам! – Выкрикнув это, он выбежал и понесся к Биллу в подвал. К счастью, дверь была открыта, и Том беспрепятственно вошел внутрь. Там было темно, сильно пахло воском и травами, чернели выжженные в полу круги и знаки, глядя на которые Том невольно ежился. Напротив входа на столе лежали странные и непонятные приспособления, кресты, ножи и цепи. А рядом с этим стояла массивная железная кровать. К ней ремнями и жгутами был привязан Билл. Из коридора сквозь открытую Томом дверь в подвал проникал свет. Он падал прямо на мальчика. Тот был бледнее обычного. Он все еще спал, веки его дрожали, из приоткрытого рта доносилось хриплое дыхание. Скулы заострились, придавая ему изможденный вид, он казался очень хрупким на этой большой кровати. И все же, больше поражало не это. Том застыл на пороге, с удивлением и трепетом глядя на иссиня-черные волосы брата. Они потемнели всего за одну ночь.


~~XXX~~



Дурацкая расческа выпадала из скользких рук, а резко пахнущая субстанция «ела» глаза, отчего те сильно слезились. Он, конечно, внимательно прочитал инструкцию, но, похоже, с чем-то все-таки намудрил. Наконец, все, вроде бы, было готово. «Подождать 20 минут» - значилось на упаковке. Том отложил расческу и вымыл руки. В этот момент в дверь постучали. Мальчик вздрогнул.

- Том, ты еще там?

- Да, мам. Сейчас выйду.

- Открой дверь, мне надо крем забрать, - потребовала мать. Том в досаде закусил губу.

- Я моюсь!

- Не ври, у тебя даже душ не работает.

Том выругался и включил душ.

- Теперь работает.

- Том, открой немедленно, - приказала мама. Мальчик нехотя повернул замок. Дверь тут же распахнулась, женщина открыла уже рот, чтобы отругать сына, да так и застыла, ничего не сказав. – Ты что с собой сделал?

- Ничего, - буркнул Том.

- Ты волосы покрасил, что ли? – обведя взглядом раковину, спросила мать.

- Да.

- Господи, зачем? – Женщина присела на корточки рядом с сыном и оглядела ущерб. Волосы уже начали темнеть.

- У Билла такие. Мы близнецы, значит, я тоже буду черным, - ответил Том. Женщина в бессилии закрыла лицо руками.

Через неделю Билла отвезли в духовную школу.

Пытаясь справиться с истериками старшего сына, женщина долгое время даже не думала о том, чтобы навестить младшего. А потом… она просто боялась.



Глава № 1


Прошло еще десять лет


Дел в супермаркете было полно. Сегодня привезли много нового товара, который нужно было рассортировать и выставить на полки. У Тома с утра все валилось из рук, он не мог сосредоточиться даже на простейшей задаче, путая что и куда положить. Управляющий был им недоволен, заставлял переделывать все по несколько раз. В итоге на работе Том задержался почти на два часа и устал, как собака. И все же возвращаться он предпочел пешком. К дому парень шел медленным шагом, стараясь унять смутную тревогу, которая преследовала его уже почти три дня. Он задрал голову и посмотрел на серебристую луну с откушенным боком. Через несколько дней полнолуние. Может, это и было причиной его тоски? Том укутался потеплее в толстовку, все-таки весна в этом году была прохладной, и ускорил шаг. Скоро должны были начаться экзамены в университете, надо хоть что-нибудь почитать, иначе отчислят к чертовой матери, и проработает он продавцом в магазине до конца своих дней.

И все же, чем ближе Том подходил к дому, тем неспокойнее ему становилось. Он шел вдоль дороги, тускло освещаемой фонарями, машин не было, прохожих, кроме него, тоже. Но у него было чувство, будто за ним кто-то наблюдает. Том оглянулся по сторонам, но никого не заметил и ускорил шаг. Рядом вдруг замигал и потух фонарь. Парень невольно приостановился и задрал голову. Позади него хрустнула ветка. Но когда Том обернулся, улица была пуста. Он решил не рисковать и дойти побыстрее до дома. Конечно, Лойтше не самый криминальный район, но и здесь случаются преступления. Люди везде люди. Том сделал шаг, опустил глаза на дорогу и вздрогнул. Прямо перед ним стояла собака. Гигантский белый дог. Никогда раньше парень не видел таких крупных догов.

- Хей, песик, ты потерялся? – осторожно спросил Том. Пес никак не отреагировал, он продолжал неподвижно стоять перед парнем и смотреть на него пристальным взглядом. Каулитц чуть наклонился вперед, стараясь рассмотреть ошейник собаки в надежде, что там написан адрес, куда пса следует отвезти в случае пропажи. Однако в темноте увидеть практически ничего не удалось. Только какой-то замысловатый рисунок. Внезапно пес зарычал, глядя Тому куда-то за спину. Тот обернулся. – Там никого нет, – произнес он. Пес его не послушал. Он продолжал рычать, а потом с лаем кинулся бежать. Том вздрогнул. Через какое-то время собака скрылась из вида, ее лай затих чуть позже. – И гуляют же без намордников, - покачал головой парень и продолжил свой путь. Он немного успокоился и перестал нервничать. Легонько насвистывая, Каулитц в последний раз завернул за угол и увидел свой дом. Том уже начал шарить в карманах в поисках ключей, как услышал над самым ухом:

- Привет, Томми. – Сердце ушло в пятки. Парень шарахнулся в сторону, но запутался в широких штанинах джинсов и грохнулся на землю. Откуда-то сверху раздался смех. Подняв голову, Том увидел перед собой… кого-то. Он не был уверен, парень это или девушка. Длинные черные волосы с вплетенными в них белыми веревками и агрессивный макияж сочетались со слишком широкими для девушки плечами и совершенно плоской грудью. Да и рост у «фройляйн» был далеко не маленький. – А я тебя тут уже часа три жду.

Том встал на ноги и отряхнулся, не отрывая взгляда от незнакомца.

- Мы знакомы? – хриплым голосом спросил он. Неизвестный парень закатил глаза и притворно огорченным голосом поинтересовался:

- Как же так? Неужели ты меня не узнаешь? Какая досада! А ведь я тебя с первого взгляда узнал.

Том нахмурился и вгляделся в лицо парня внимательнее. Что-то в нем было знакомое, очень знакомое, но то ли из-за макияжа, то ли из-за тусклого света Том не мог понять, кто перед ним.

- Во дела! А ведь всего-то десять лет прошло! – усмехнулся незнакомец, сунув руки в карманы. До Тома не сразу дошел смысл сказанных парнем слов, а когда это, наконец, случилось, Том почувствовал, будто ему кто-то перекрыл доступ воздуха в легкие. Потрясенный, он не знал, что сказать. Этого просто не могло быть! Это не мог быть…

- Билл?

- Ну наконец-то! Я уж думал, что ты никогда не сообразишь, - усмехнулся тот. – Здравствуй, братик. Давно не виделись.

Том широко распахнутыми глазами смотрел на Билла, пытаясь вымолвить хоть слово, но горло будто парализовало. Брат смотрел на него, усмехаясь, и усмешка эта была немного грустной, будто он ожидал другой реакции на свое появление.

- Мы так и будем стоять на холоде? Может, твоя толстовка и теплая, но моя куртка скорее для красоты, - сказал Билл, выводя Тома из ступора. Он еще какое-то время смотрел на брата, но, увидев, как тот ежится от холода, развернулся и пошел к дому, доставая из кармана ключи. Билл пошел за ним. Том слышал его тихие шаги, еле сдерживая себя, чтобы не оборачиваться каждую секунду. У самого дома парень вдруг увидел черный байк.

- Откуда это? – спросил он.

- Ты же не думаешь, что я пешком сюда дошел? – хмыкнул Билл. Том не стал больше ничего спрашивать, он подошел к входной двери, быстро отпер ее и зашел внутрь, включив свет.

- Дом, милый дом, - пропел Билл, переступая порог. Оглянулся. – А тут почти ничего не изменилось. Где мама?

- Она уехала в Индию пару лет назад вместе со своим новым мужем. Не думаю, что она вернется, - спокойно пояснил Том. Он уже немного пришел в себя, хоть и не до конца мог поверить, что Билл действительно сейчас стоит рядом.

- Значит, сплавила меня и наладила свою личную жизнь? Мило. И уехала аж на другой край света. – Том не стал возражать. Он стоял, скрестив руки на груди, и наблюдал за братом. ТомУ надоело вертеть головой, он вдруг что-то вспомнил и на несколько секунд вышел из дома. Вернулся уже с большим черным рюкзаком. – Мои вещи, - пояснил он, кидая рюкзак на пол. – Я перекантуюсь у тебя некоторое время. Надеюсь, ты не против?

- Зачем ты приехал? А как же духовная школа?

- Я закончил ее пару лет назад. Затем меня держали в церкви при школе, а потом я им, видимо, надоел, и они сказали: «Пока, Билли, пиши, не забывай». – Билл прошел в гостиную, упал в кресло и вытянул ноги.

- Вот так просто отпустили? А почему мне не позвонили? – резко спросил Том. Поведение Билла и его внешний вид ему не нравились. Отец Пауль ничего не говорил об этом, рассказывая лишь о том, что Билл учится смирению и кротости. Ни смирением, ни тем более кротостью тут и не пахло. Билл выглядел так, будто не в духовной школе провел последние десять лет, а в какой-нибудь рок-тусовке.

- Видимо, они решили, что я сам тебе скажу или…

- Или?

- Или решили прикарманить себе твои денежки, которые ты им платишь, чтобы они меня содержали, - зловещим тоном продолжил Билл, а потом расхохотался. У Тома мурашки пошли от этого смеха. – Смешно, правда, слышать такие вещи о людях, служащих Богу?

- А как же… полнолуние? – спросил Том, хмуро глядя, как Билл достает из кармана сигареты и закуривает.

- Ну так… потому я и здесь, - ответил Билл и затянулся. Каулитц-старший только сейчас заметил, что у брата накрашены ногти. – Как не прискорбно признавать, но мне нужна нянька. Я, конечно, ненавижу людей, но пока не до такой степени, чтобы резать их темной-темной ночью. Поживу пока тут, а потом что-нибудь придумаю.

- А с чего ты взял, что я разрешу тебе тут жить?

Билл усмехнулся.

- Ты хороший, Том, я уверен в этом. Ты не можешь допустить, чтоб страдали невинные люди. Ты проследишь, чтобы я не смог никому навредить.

- А если я позвоню в школу?

- Звони, - спокойно ответил Билл. – Они подтвердят мои слова. Ты мне не веришь? Удивительно, а ведь я никогда тебя не обманывал. Это ты мне врал, когда говорил, что никогда меня не оставишь.

Парень дернулся от этих слов и прикрыл глаза. Прав был Билл: у Тома не было причин не верить брату. И все же доля сомнений у него осталась.

- Пойду постелю тебе в родительской комнате. А ты пока пошарь в холодильнике, - с этими словами Том вышел из кухни и стал подниматься на второй этаж. Находиться с братом в одной комнате было тяжело. Он чувствовал вину и стыд за то, что ни разу не навестил его в духовной школе. Конечно, в этом была лишь доля его вины – мать не говорила адрес до самого его восемнадцатилетия. Однако совершеннолетним он стал почти три года назад, но так и не удосужился приехать. Глядя на брата сейчас, он не понимал, кто перед ним. Он не знал этого человека, этот человек даже в чем-то был ему неприятен. Единственное, что он мог сказать точно: он не боялся Билла. Он видел, как на его брата еще тогда, десять дет назад, смотрели другие люди: отец, мать, священнослужители. Страх, почти ужас был в их глазах. Том же не боялся его тогда, не боялся и сейчас, несмотря на то, что брат демонстрировал сейчас только нахальство и агрессию. Он же чувствовал, что Билл не сможет сделать ему ничего плохого.

В родительской комнате с отъезда матери ничего почти не изменилось. Иногда Том там прибирался, правда, реже, чем в жилых комнатах, поэтому сейчас пришлось потратить минут двадцать хотя бы на видимость порядка. Когда он спустился, Билл сидел на кухне и поедал пиццу.

- Я не нашел в холодильнике сырого мяса с кровью, поэтому пришлось брать, что есть. Надеюсь, ты не против, что я съел больше половины? Я сегодня не обедал, - сказал Билл с набитым ртом.

Том ничего не ответил, молча налил себе чай и сел за стол.

- Откуда у тебя байк?

Билл на секунду перестал жевать, а потом хмыкнул.

- Ты думаешь, я его украл?

- Ну, не отец Пауль же тебе его дал.

- Да уж, такого добра у него отродясь не было. Мне подарили байк. Хорошие друзья.

- У тебя были друзья? – поинтересовался Том, глядя, как Билл берет очередной кусок пиццы. – Отец Пауль ничего не говорил мне об этом.

- Отец Пауль многого не знал обо мне. К счастью для него, ритуальные вызовы Дьявола нам не удались. – Том постарался не вздрогнуть, понимая, что Билл это специально сказал, чтобы его напугать.

- Ладно, что-то я устал. – Билл бросил обратно в коробку недоеденный кусок пиццы и встал. – Пойду в комнату.

- А ты убрать за собой не хочешь? – поинтересовался Том у удаляющегося брата. Тот обернулся.

- Нет. – Через пару секунд его на кухне уже не было. Каулитц-старший какое-то время смотрел на свои руки, сжимающие чашку, не в силах поверить, что брат, свалившийся ему на голову спустя десять лет, действительно сейчас в этом доме, наверху разбирает свои вещи и готовится ко сну. Смешанные чувства испытывал Том: и радость, и шок, и страх из-за того, что с этого дня его жизнь изменится. В худшую сторону или в лучшую – он не мог знать. Однако он чувствовал, что спокойное существование закончилось. С одной стороны ему хотелось вскочить на ноги, кинуться наверх и заграбастать Билла в свои объятья. И пусть тот будет брыкаться и сопротивляться – все равно. С другой – спрятаться, уйти, стать незаметным, чтобы брат встал утром с постели и не нашел его в таком большом доме, пожал плечами, сел на свой байк и уехал обратно. Это были позорные мысли, недостойные. И Том тут же выкинул их из головы.


~~XXX~~



Ночью он долго не мог уснуть, ворочался с боку на бок, стаскивал с себя слишком теплое одеяло, прислушивался к ночным звукам. Вскоре ему это надоело, Том встал с кровати, натянул штаны и вышел из комнаты. Первым его порывом было пойти на кухню и покурить, но возле родительской спальни, где сейчас спал Билл, парень притормозил. Дверь была чуть-чуть приоткрыта, Том осторожно толкнул ее, делая щель еще больше, и заглянул. Билл спал на спине, скинув с себя одеяло. В отличие от брата, он спал не голым, а в трусах и футболке. Том уже было хотел удалиться, как услышал стон. В этот же момент голова Билла мотнулась в сторону, а потом стон повторился. Мимо дома проехала машина, на пару секунд осветив фарами комнату. За это время Том успел увидеть лицо брата: брови его были нахмурены, губы плотно сжаты. Внезапно Билл выгнулся дугой и застонал громче, почти переходя на крик. Том сделал шаг вперед, чтобы разбудить родственника, но тот неожиданно резко открыл глаза, и парень в ужасе застыл. Никогда в жизни он не испытывал такого страха, глядя в совершено черные, без белков, глаза своего брата. В комнате стало как будто прохладнее, а все звуки вокруг исчезли, оставляя за собой давящую тишину. Тома словно парализовало, он, открыв рот, смотрел Биллу прямо в глаза, не в силах даже дышать. Сердце забилось сильнее, казалось, где-то в горле. Может, это длилось долго, может, только секунду. Но Билл вдруг моргнул, и темнота
ушла из его глаз. Дышать сразу стало легче, скованность мышц испарилась, будто ее и не было. Том сделал шаг назад, затем еще один, а потом выбежал из комнаты. На кухне парень долго искал сигареты, пока, наконец, не наткнулся на спрятанную среди специй пачку. Том нервно закурил. Перед его глазами все еще стояла картина, что он только что увидел. Пережитый ужас немного отпустил, и руки перестали дрожать.

- Я тебя напугал? – услышал Том. Сердце резко ухнуло вниз, парень обернулся и увидел в проеме Билла. Тот кутался в большой серый халат, принадлежавший когда-то Гордону. У него был неожиданно мягкий голос, будто он извинялся за что-то перед близнецом. Тот, заикаясь, уточнил:

- Полнолуние же не сегодня.

- Не сегодня, - согласился Билл.

- Но… - Том запнулся. – И часто с тобой такое происходит? – спросил он брата. Тот взял у него сигареты и тоже закурил.

- Многое изменилось за десять лет. Он стал сильнее, я слабее. Однако то, что ты видел… хотя я не знаю, что ты там видел.

- Ты стонал, как будто тебе снился кошмар, а потом открыл глаза,… и они были черные. Без радужки и без белка.

- Нет, такого раньше не было. Видимо, ему не понравилась смена обстановки. Или наоборот, может, он так радуется. Кто его разберет, - Билл пожал плечами. Вид у него был такой, будто ему все равно, будто он и не о себе говорит вовсе. Отчего-то это напугало Тома чуть ли не сильнее, чем те черные глаза.

- А что ты чувствовал?

- Мне снился кошмар.

- Тебе надо вернуться в школу, - твердо сказал Том.

- Нет, - также твердо ответил Билл.

- Послушай, тебе не кажется странным, что как только ты оттуда уезжаешь, то Он сразу становится сильнее? Тебе не кажется, что это взаимосвязано?

- Не кажется.

Том нервно затушил сигарету.

- Почему ты так не хочешь туда ехать? Они примут тебя!

Услышав это, Билл расхохотался. Зло и невесело.

- О, да, братик, они меня примут. С распростертыми объятьями. – Он еще раз усмехнулся и подошел к близнецу вплотную. – Я туда не вернусь, запомни это.

- Ты ведь сам сбежал оттуда, они тебя не отпускали?

- А ты позвони им завтра, спроси. Как и почему. – Братья еще какое-то время смотрели друг другу в глаза – старший отвел взгляд первым. Билл только хмыкнул, кинул сигарету в пепельницу и вышел из кухни. Том какое-то время наблюдал за тем, как истлевает никотиновая палочка, а потом ушел спать.



~~XXX~~



Утром, спустившись на кухню, Том увидел, что Билл уже встал. Он сидел на подоконнике, поджав одну ногу под себя, в одной руке он держал чашку, в другой – сигарету.

- Доброе утро, - поприветствовал Том. Билл обернулся к нему и хмыкнул. Видимо, это можно было счесть за ответную любезность. – Что пьешь?

- Чай.

- А почему не кофе?

- Я не умею управляться с кофеваркой. Такому нас в духовной школе не учили.

- Кстати, о школе, - вспомнил Том, доставая из навесного шкафчика молотый кофе. – Я решил, что позвоню сегодня отцу Паулю. И не дай Господь, ты мне соврал, Билл.

- А что ты сделаешь? – Каулитц-младший приподнял одну бровь, украшенную черным пирсингом. – Отшлепаешь?

- Свяжу и отвезу в к отцу Паулю силой.

Билл, спрыгнув с подоконника, в мгновении ока оказался рядом с братом. Он поставил чашку с чаем на стол, в последний раз затянулся и демонстративно выдохнул дым Тому в лицо.

- Только попробуй, - холодно сказал он, кинул окурок в остывший чай и вышел из кухни. А Том невозмутимо продолжил готовить себе кофе.

Минут через сорок, позавтракав, Каулитц-старший принял окончательно решение позвонить в духовную школу. Он был и так уверен, что Билл ему соврал, но его интересовали больше причины побега брата, если таковые, конечно, были. Парень поднялся к себе в комнату, достал из стола свою записную книжку и в этот момент услышал, как захлопнулась дверь родительской спальни. Он тут же кинулся туда и увидел, как брат, одетый в джинсы и куртку, спускается по лестнице.

- Куда это ты собрался? – спросил Том. Билл, даже не обернувшись, продолжил спускаться.

- Я спросил тебя, куда ты собрался, - с нажимом сказал старший Каулитц, слетел вниз по лестнице и схватил брата за локоть. Тот тут же дернулся, вырываясь из рук близнеца.

- Тебе-то какое дело? – прошипел Билл, сверкая потемневшими от ярости накрашенными глазами.

- Я твой брат!

- Еще вчера ты об этом не помнил. – Том чуть ли не задохнулся от такой несправедливости.

- Я всегда об этом помнил. Я несу за тебя ответственность, и пока ты находишься в этом доме…

- Прекрасно! – воскликнул Билл. – Дай мне пять минут, и меня тут не будет. – Он ринулся к лестнице, намереваясь исполнить свои слова, но Том перехватил его посередине талии и потащил к подвалу. Билл орал и сопротивлялся, чуть не разбив брату головой нос, но тот нашел в себе силы дотащить близнеца до нужной комнаты. Силой запихнул Билла туда, закрыл дверь и запер ее на засов. С той стороны тут же начали доноситься угрозы.

- Я клянусь, Том, я выберусь отсюда и убью тебя! Своими руками вырву тебе глотку и сожру ее! Я ненавижу тебя! Да как я мог тебе довериться, идиот?! – Том не обратил на проклятья внимания, он должен был сделать один звонок.

Трубку на том конце провода сняли не сразу.

- Отец Пауль, доброе утро, это вас беспокоит Том Каулитц.

- Здравствуй, сын мой, чем обязан? – поинтересовался священнослужитель спокойным голосом.

- Я бы хотел спросить о своем брате.

- К сожалению, я не знаю, что тебе ответить. Он сбежал от нас три дня назад. Мы хотели сообщить тебе, но надеялись, что он облагоразумится и вернется.

- Я знаю. – Том вздохнул: брат все-таки соврал ему. – Он приехал вчера домой. Я бы хотел спросить… почему он сбежал, вы не знаете?

На том конце провода на пару секунд повисла тишина.

- Видишь ли, сын мой, твой брат, к нашему прискорбию, несмотря на наши старания, все еще находится во власти темных сил. Они затуманили ему разум и очернили душу, он не может контролировать свои действия. Мы следили за ним тщательно, пытаясь хотя бы контролировать Демона, что овладел его сердцем и душою, однако все наши усилия пошли прахом. Теперь темная сила, что находится внутри него, может прорваться в любой момент. Это и случилось здесь, в церкви, мы не были готовы к этому и упустили его. Твоя задача, вернуть нам Билла, ибо только мы способны удерживать его, не позволяя навредить невинным людям. Он очень опасен, Том, будь осторожен. Впрочем, я могу приехать сам…

- Нет-нет, - растерянно произнес Том. То, что сказал священник, никак не укладывалось у него в голове. Билл выглядел немного неадекватным, конечно, но не… одержимым. – Я сам привезу его.

- Только обязательно, Том. Это очень важно.

- Да, хорошо. – Каулитц отключил телефон и пару минут в задумчивости смотрел на стену. После чего он подошел к столу и достал из ящика массивный крест. Повертев его в руке, быстрым шагом направился в подвал. Билл уже не орал. Когда Том открыл дверь, он молча бросился на него, целясь ногтями брату в лицо. Тот увернулся, схватил близнеца за руки и повалил на кровать лицом вниз. Крест коснулся нежной кожи руки, но поток проклятий, извергаемый Биллом, не сменился на крики боли.

- Ты не Он, - прошептал Том. Брыкание и проклятья тут же прекратились.

- Я знаю, это ты тут во всем сомневаешься.

- Но ты все равно соврал мне.

- А что ты хотел, чтобы я сказал тебе? – заорал Билл. – Что они пытались меня убить? Хотели вонзить мне ритуальный нож в сердце? И ты бы мне поверил?

У Тома внутри все похолодело. От неожиданности он ослабил хватку, но Билл не спешил скидывать брата с себя. Он лежал, зажмурившись, и тяжело дышал. А когда продолжил говорить, голос его был тих и безжизнен.

- Поверил ли бы ты, что люди, служащие Богу и почитающие его законы и заповеди, решат убить человека, объявив его Демоном? Из страха, из ненависти, из суеверия. Поверил ли бы ты мне, что убийство они считают спасением для меня? А я не хочу умирать. Я не жил еще. Я НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ! – Крик Билла, казалось, заполнил все пространство, проник Тому в душу и перевернул там все с ног на голову. Он не сопротивлялся, когда брат выполз из-под него и вышел из подвала. Он какое-то время смотрел на серый потолок, на мелкие трещинки в краске, на паутину в углах. Ему понадобилось какое-то время, чтобы собраться с мыслями, встать и подняться в свою комнату. Там Том вновь взялся за телефон и набрал номер отца Пауля.

- Святой отец, это снова Том. Мне очень жаль, но пока мы с вами разговаривали, Билл сбежал. Боюсь, он больше не вернется сюда. – Он не стал ждать ответа и отсоединился, после чего бросил телефон на кровать и обернулся к двери. На пороге его комнаты, скрестив руки на груди, стоял Билл. Какое-то время братья смотрели друг на друга, а потом Билл развернулся и ушел в свою комнату, хлопнув дверь. А Том сел за стол и придвинул к себе учебник. Завтра у него экзамен.



Глава № 2


Сдать экзамен у Тома получилось только к обеду. Подъехав к дому, он вышел из машины и отпер гараж. То, что он там увидел, привело его в негодование.

- Билл, как это понимать? – заорал он, ворвавшись в гостиную. Его брат лежал на диване в ботинках, смотрел DVD и жевал пиццу, запивая ее кока-колой. Услышав крик своего близнеца, он лениво повернул голову и приподнял бровь.

- Что такое?

- Ты поставил свой байк в гараж!

- Правильно. А куда я его должен был поставить?

Том возмущенно фыркнул.

- В гараже стоит МОЯ машина!

Билл вытянул голову, чтобы посмотреть в окно.

- Эта развалюха? Определенно мой байк там смотрится лучше.

- Это BMW 1998 года!

- О-о-о, раритет, - насмешливо протянул Билл. – Пусть постоит на улице, соседи полюбуются заодно.

- Ладно, - не предвещающим ничего хорошего голосом, сказал Том и вышел из дома. Он решил, что сам уберет мотоцикл из гаража. Однако стоило ему только прикоснуться к байку, как заорала сигнализация. Том чертыхнулся и оставил мотоцикл в покое. Следующие полчаса парень пытался осторожно загнать машину в гараж, не поцарапав. В дом он вернулся злой.

- Знаешь что, Билл, - сказал он, скидывая ноги брата с подлокотника дивана. Тот поперхнулся колой, чуть не выплюнув ее на бежевую обивку. – То, что ты приехал сюда еще не значит, что ты можешь разлечься на диване, раскидав свои вещи по всему дому, и ничего не делать. Я и так платил за тебя свои собственные деньги три года, поэтому если ты хочешь жить здесь, то будь добр идти работать.

- Работать? И куда же? У меня есть диплом учителя духовной литературы, но я что-то сильно сомневаюсь, что это самая востребованная профессия. Да и я мало похож на учителя, знаешь ли. – Билл схватил пульт от телевизора и сделал звук погромче, намекая, что разговор окончен. Однако Том не спешил сдаваться. Он подошел к телевизору и вновь убавил звук.

- Ничего страшного. Есть профессии, которые не требуют особых умений.

- И какие это? – скептически спросил Билл. Том усмехнулся.

- В магазине, где я работаю, катастрофически не хватает уборщиков.

- Уборщиков?!

- Ага. Так что готовься, завтра мы идем на собеседование. – С этими словами Том направился на кухню, чтобы перекусить, оставив брата возмущенно ловить ртом воздух.


~~XXX~~



- Добро пожаловать в супермаркет « The Big fair»! – торжественно сказал Том, подъезжая к своему месту работу. Билл скривился. – И ты зря так накрасился, управляющему-то все равно, а вот покупатели смотреть будут косо.

- Мне плевать.

- Как знаешь. – Братья вышли из машины и направились в сторону служебного входа в супермаркет. – Я вчера позвонил герру Рейну, предупредил, что ты придешь. Он тебя на работу примет, конечно, только веди себя прилично. А вот и наш начальник. – Том махнул рукой в сторону низкорослого лысоватого мужчины. Тот тут же направился к ним.

- Что ты, Том, сегодня рановато, - одобрительно сказал управляющий. Том криво улыбнулся.

- Да вот, решил показать брату его будущее место работы, я надеюсь. – Последние слова были предназначены явно Биллу. Тот безразлично пожал плечами и стал оглядывать помещение, однако кроме пары светильников и таблички «Не курить» в коридоре ничего не было. – Кстати, это мой брат Билл. Билл, это управляющий супермаркетом Кристофер Рейн.

Каулитц-младший на это только кисло усмехнулся.

- Значит так, парень. Сегодня работаешь бесплатно. Потом, если мне понравится, я тебя оформляю, понял? Будешь работать два через два с восьми утра до восьми вечера, - тут же сказал Рейн, не обратив внимания на недовольство Билла. – Увижу, что ты заигрываешь с парнями – лишу заработка за день. Тут у меня не бордель и не гей-бар, поэтому веди себя прилично.

- Да как вы… - хотел было возмутиться Билл, но близнец его перебил.

- Он понял.

- Вот и хорошо, - кивнул Рейн. – Покажешь своему брату, где его форма и орудие труда. – С этими словами управляющий удалился.

- Какого черта он мне это говорит? – разозлился Билл.

- Я тебе говорил – не надо было так краситься. – Том стукнул брата по плечу, заставляя идти за собой. Через полчаса они уже приступили к своим обязанностям.



~~XXX~~



- Я тебе говорил, что ты отлично смотришься? – хмыкнул Том, глядя, как Билл в нежно-голубой форме уборщика орудует шваброй. Тот в ответ показал ему средний палец.

- Сколько там еще?

- Сейчас восемь часов, твой первый рабочий день почти закончен. И три лучше, иначе на работу тебя не возьмут. А я тебя кормить не буду.

- Буду питаться душами убитых младенцев, - съязвил младший Каулитц. Том вздрогнул, но ничего не сказал.

- Хей, детка! Ты свободна сегодня вечером? – вдруг раздался грубый мужской голос. Том обернулся и увидел, что на них смотрит здоровый темноволосый парень.

- Пошел к Дьяволу, придурок, - крикнул в ответ Билл и отвернулся.

- Полегче, детка. Такой славный ротик создан не для ругательств. – Парень сделал неприличное движение, расхохотался и вразвалочку пошел к кассе.

- И часто тебя так? – поинтересовался Том, еле сдерживая себя, чтобы не рассмеяться.

- Уже третий такой урод, - презрительно ответил Билл, с неприязнью глядя в спину уходящего парня.

- Я тебя предупреждал.

- Заткнись и иди работай, - прошипел Билл.

Том усмехнулся и направился в противоположный конец супермаркета, где следовало поменять ценники.

Последний рабочий час тянулся невероятно медленно. Магазин уже полчаса как закрылся, но еще несколько припозднившихся покупателей бродили вдоль полок под неодобрительные взгляды работников.

- Ну же, давайте, здесь не Рипербан* – я домой хочу, - шепотом взывал Том к совести покупателей. Чтобы хоть как-то скоротать время, парень решил сходить к брату. Тот, оперевшись о ручку швабры, рассматривал товар. (*Рипербан – улица в Гамбурге, где магазины и клубы работают или круглосуточно, или до очень позднего времени).

- Халтуришь? Смотри, чтобы этого герр Рейн не увидел.

- Пошел он, - фыркнул Билл. – Дерьмо, опять этот придурок. – Том взглянул туда же, куда смотрел его брат, и увидел того самого парня, что делал Биллу неприличные предложения.

- Настойчивый парень, а?

- Да дебил он. Шляется вокруг меня уже полчаса.

- Да он на тебя запал! – рассмеялся Том, после чего Билл посмотрел на него так, что веселиться сразу расхотелось.

В этот момент обсуждаемый ими парень оглянулся и быстро стал подходить. Том напрягся.

- Тебе чего надо? – с вызовом спросил Билл у парня. – Не надоело круги вокруг меня наматывать?

- Хотел узнать, скоро ли ты заканчиваешь? Может, прогуляемся, пива попьем?

- А не пошел бы ты на хуй?

- Чё? – набычился парень. – Рот закрыла, сучка.

- Эй, ты, может, ты уже отстанешь от моего брата, - влез Том. Билл раздраженно закатил глаза, а парень от удивления разинул рот.

- Брата? Ты не девка, что ли?

- Увы, - пожал плечами Билл. Парень разозлился.

- Ах, ты, пидор крашенный, за нос меня водить думал? Ну я тебе сейчас устрою. – Он замахнулся на Билла, но тот успел отскочить в сторону. Парня это не остановило. Он кинулся на свою жертву, но тут произошло нечто странное. Том что-то услышал. Он не понял, что это за звук, но уши заложило сильно, как при взлете самолета. Прямо у него перед носом пронеслось что-то темное и невероятно быстрое. Потом он увидел, что угрожавший парень лежит на спине, а Билл сидит сверху и душит его.

- Билл, нет! – Каулитц-старший кинулся к брату, в этот момент тот обернулся. Кровь застыла у Тома в жилах. Он остановился, не в силах отвезти взгляд от черных глаз своего близнеца. Они вновь парализовали его, принося с собой настоящий ужас. Лицо Билла больше не принадлежало ему: оно застыло злобной маской. Такого выражения лица нет, наверно, даже у самых отъявленных преступников и маньяков. Совершенная холодность и ни капли безумия. Сверхъестественное существо, могущественное и древнее, как само мироздание, было перед Томом. Парень, которого душил Билл, в отчаянии пытался оторвать от себя его руки. Лицо его сильно покраснело, а изо рта доносились только хрипы. – Билл, ты слышишь меня? Остановись, Билл. Это не ты делаешь, это Он. Еще не зашло солнце, Он не может долго тебя удерживать. Остановись, иначе ты убьешь этого парня.

- Что, черт возьми, здесь происходит? – услышал Том голос управляющего. И тут же тьма ушла из глаз Билла. Он посмотрел вниз на парня, который уже даже не пытался хватать его за руки, и в ужасе вскочил на ноги. Его нечаянная жертва тут же втянула в себя воздух с ужасающим хрипом.

- Это была самооборона, - тут же отреагировал Том. – Тут повсюду висят камеры, они зафиксировали, что этот парень напал первым. Это только самооборона.

На пару секунд повисло молчание. А потом управляющий начал распоряжаться.

- Значит так. Ты, - он указал на Тома, - хватаешь своего брата, и вы больше тут не появляетесь, ясно? Завтра придешь за расчетом. А этого парня я возьму на себя, а теперь валите отсюда. Быстро!

Не став ждать, пока управляющий передумает и все-таки вызовет полицию, Том схватил брата за локоть и потащил за собой. Билл, судя по всему, был в шоке, поэтому никак на это не реагировал, по инерции передвигая ноги. Братья добежали до машины в мгновение ока. Том завел машину и сорвался с места. У него дрожали руки, он вцепился в руль крепче.

- Моя одежда осталась там, - растерянно сказал Билл.

- Завтра я сам заберу. Ты мне ответь: что произошло?

- Я не знаю. Помню только, как этот парень на меня замахнулся, а потом… я уже сидел на нем и душил. С силой сжимал на его горле руки. – Он в растерянности посмотрел на свои ладони, будто впервые в жизни увидел их.

- А до этого? Что ты чувствовал до этого? – нетерпеливо спросил Том. Его всего трясло, адреналин все еще играл в крови, и мысли путались. Он мог поклясться, что видел Демона. Он смотрел на него, прямо на него, и он знал, кого видит перед собой. Том будто кожей почувствовал его интерес.

- Я был разозлен, но не до такой степени, чтобы начать душить человека!

- Знаю.

Билл, уставившись в окно, стал грызть ногти. Через пару минут братья были дома.

- Сходи в туалет, умойся, перекуси что-нибудь, а я пока приготовлюсь, - распорядился Том и скрылся в подвале. Там он сразу же подошел к массивному шкафу и распахнул дверцы. То, что открылось его взгляду, хранилось тут уже много лет: кресты, святая вода, заговоренные цепи, молитвенники, арбалет с серебряными стрелами, который, как надеялся Том, никогда ему не понадобится. Парень не стал любоваться на это долго, он вытащил только цепь, а остальное оставил в шкафу.

Постель на кровати, естественно, не меняли давно. Она была грязной и пахла плесенью. Том сбегал за чистым комплектом в комнату и быстро заменил простыни.

- Что-то я еще забыл… только что… Свечи!

Как же он мог забыть? От Его присутствия всегда вырубало электричество.

- Том? – раздалось у парня за спиной, когда он уже зажигал десятую по счету свечку. Он обернулся. Билл переоделся в домашние штаны и футболку. Косметики на нем не было, отчего лицо стало казаться более невинным. Он был напуган. Так явно, что у Тома защемило сердце. «Я не хочу умирать! Я не жил еще!». – Что мне делать?

- Зажги свечки, хорошо? А я пока… - Том не стал уточнять, что он пока сделает. Просто подошел к шкафу и достал оттуда бинты. К счастью, они плесенью не пахли. – Давай сюда руки, - сказал старший Каулитц брату, отбирая у него зажигалку. Он стал бережно обматывать запястья близнеца бинтами. Сначала одно, потом другое.

- Давно мне этого не делали, - вдруг сказал Билл. Том не стал спрашивать, почему в духовной школе запястья не перебинтовывали, хотя это следовало делать, чтобы ремни не так сильно натирали руки. Этот разговор следовало отложить до лучших времен.

- Вот так, - тихо сказал Том, закончив процедуру. – А теперь ложись на кровать. – Парень отвернулся. Ему тяжело было все это делать. В детстве он лишь иногда присутствовал при процедуре подготовки Билла к этой ночи, но никогда ему мать не позволяла остаться. Он понимал, что она хочет оградить его, но злился. Сейчас же он отдал бы все, чтобы на его месте был кто-то другой. Но Билл выбрал его. Он нужен брату, значит, он должен взять себя в руки и пройти через это. Обернувшись, Том увидел, что его близнец уже лег на кровать. Парень подошел ближе и стал пристегивать руки Билла ремнями к кровати.

- Не туго?

- Давай еще.

Том послушался и затянул ремень туже, глядя на то, как его брат морщится от боли. Потом настал черед ног. Операция повторилась. Ремни плотно обхватили ноги поверх мягких штанов, также ими к кровати были пристегнуты грудь, талия и колени. Однако этого было недостаточно. Том еще помнил, с какой легкостью Демон опрокинул на пол того здоровенного парня.

- Мне придется обмотать тебя цепью.

Услышав это, Билл напрягся, но кивнул, позволяя брату обернуть вокруг своего тела заговоренную цепь. Для того, кто в ближайшее время должен был тут появиться, она была прочнее, чем корабельная цепь. Через минуту все было готово.

- Билл, ты как?

- Неважно. Но бывало и хуже. Который час?

- Девять. До захода солнца еще как минимум час, - ответил Том. Он не знал, о чем говорить. Спросить о том, что произошло в супермаркете? Или о школе, или… Нет, надо Билла чем-то отвлечь. Какими-то разговорами, может, шутками, чтобы он не лежал, обмотанный цепями, и не ждал… Его. – Вот ведь дерьмо, а? И где я теперь работу найду?

- С этим так сложно?

- У меня сейчас сессия, придется постоянно отпрашиваться. Такое новому работнику не простят.

- На кого ты учишься? – спросил Билл. Том обрадовался, что брат решил поддержать тему. Смущало только то, что он смотрел в потолок, не поворачивая к близнецу головы.

- На историка.

- Ты не похож на ученого. – Тому почудилось, что в голосе Билла прозвучало удивление.

- Я знаю. Но я люблю заглядывать в прошлое. Там все не так беспросветно, как в будущем. Хоть и все равно полно загадок.

- А девушка у тебя есть? – задал Билл новый вопрос. И Том ответил, а потом на еще один вопрос и еще. Парень говорил, глядя куда-то в стену с разной интонацией, иногда посмеиваясь и стыдясь, что у него самого была такая обычная жизнь: школа, университет, работа, пьянки по воскресеньям, разборки с родителями, расставания с девушками. Он жил полной жизнью без своего брата. Совершенно нормальной жизнью. И боялся сказать брату, что тосковал, ощущал пустоту без него, потому что это казалось ерундой. Все равно правда была одна: он жил без него. И его душил стыд за это. Чем больше Том говорил, тем сильнее он понимал, что виноват перед близнецом за свою нормальную жизнь. В этот момент он почувствовал это настолько остро, что замолчал на полуслове, забыв, что говорил. Билл почувствовал, что настроение брата изменилось, и какое-то время тоже ничего не говорил.

- И теперь тебя уволили. Из-за меня. Вечно я приношу неприятности, - вдруг сказал он. Том вздрогнул и замотал головой.

- Нет, это я виноват. Не нужно было тебя тащить в люди накануне такой ночи. Это моя вина. Из-за меня чуть не пострадал человек. Дерьмо-человек, но все же.

Парень повернулся к брату и вздрогнул. Тот пристально смотрел на него со странным выражением лица.

- Что?

- Ничего. – Билл опять отвернулся.

В этот момент что-то изменилось. Воздух стал плотнее и холоднее, как в подземелье. Том присмотрелся к брату, но тот никак на изменения не отреагировал, продолжая равнодушно смотреть в потолок. Не моргая.

- Билл? – позвал Том. Тот не шелохнулся. Стало страшно. – Билл, ты слышишь меня? – Та же реакция. Том вскочил на ноги. Внезапно пламя свечей взметнулось вверх, чуть не опалив парню бок. Он отскочил в сторону, и в эту секунду услышал тот же звук, что и в магазине, только еще громче и пронзительнее. Том зажал уши руками, но звук уже прекратился. Только сейчас парень заметил, что Билл лежит с закрытыми глазами, будто спит. Грудь мягко поднималась и опускалась в такт дыханию. Том немного успокоился и огляделся. Свечи горели как обычно, воздух тоже перестал быть густым, а в тишине комнаты было слышно только его сбившееся дыхание.

- Понравилось представление? – вдруг сказал Билл и открыл глаза. У Тома все волосы на теле внезапно встали дыбом, как шерсть кошки при опасности. – Отчего-то захотелось появиться феерично, чтоб не испортить имидж. Так ты не ответил: понравилось или нет?

- Я…- Том запнулся. Он внезапно понял, КТО говорит с ним, и связки будто атрофировались. Ему остро захотелось оказаться в другом месте, желательно за несколько километров отсюда. Демон вновь смотрел на него, подчиняя себе, гипнотизируя. Вокруг него сгустилась темнота, не пропуская свет свечей, но Том все же видел его. Каждую черточку. Идеальное, прекрасное лицо, которым не хотелось любоваться. Будто тысячи тонн вдруг стали давить парню на плечи, пригибая его к земле. Он упал на колени перед этим существом прежде, чем смог об этом подумать. Вздохнул раз, другой, третий, пытаясь отогнать наваждение, найти в себе силы встать. Демон наблюдал за ним своими черными глазами и ухмылялся.

- Не очень-то ты храбрый. Даже любопытно, почему же именно ты.

- Почему я что? – тут же спросил Том.

- О-о-о-о, ты заговорил, надо же, а я уж решил было, что ты теперь немой. Вот Билли бы расстроился.

- Ты не ответил.

- А ты не командуй, - осадил его «Билл». – Захочу – отвечу, захочу – нет. Наглым народ стал со временем. Раньше при одном моем упоминании испытывали страх и крестились. Сейчас же сами поминают через слово, вызывают ради забавы, ни во что не верят, - по-стариковски пожаловался Демон. Том настороженно смотрел на него, страх немного отступил. Парень убеждал себя, что адская тварь не сможет ничего ему сделать. Он даже поднялся с колен и сделал шаг вперед, будто хотел убедиться в этом. Глаза Демона недобро сверкнули.

- Не страшно? А так? – ухмыльнулся он. В комнате вновь стало душно. Том стал дышать полной грудью, но этого не хватало – воздух уменьшался с каждой секундой, пламя свечей начало потухать. И чем меньше было кислорода, тем темнее. Том, упав на одно колено, стал хватать ртом воздух. Голова закружилась, а в ушах начало звенеть. «Воздуха, хоть каплю воздуха», – билось в мозгу. Парень услышал жуткий смех, прежде чем потерять сознание.

Том очнулся в абсолютной темноте. Он попытался вспомнить, что произошло, но голова болела так, что думать не получалось совсем. Вдобавок его сильно тошнило. И кто, черт возьми, выключил свет? И тут Том вспомнил, где он находится. Двигаться тут же расхотелось. Он застыл и вслушался в абсолютную тишину комнаты, даже дышать перестал, пытаясь определить, где находится Демон. И в комнате ли он вообще. А, может, он освободился? От этой мысли у Каулитца мурашки побежали по спине. Он вспомнил, с какой легкостью Демон душил парня из магазина. Его-то он придушит еще быстрее, свернет башку, как птенцу. Однако как Том ни старался, он не смог ничего услышать. Полная тишина и темнота, как в гробу.

- Очнулся? – услышал он голос почти у себя над ухом. Каулитц вскрикнул, ему показалось, что что-то задело его шею. Он дернулся в сторону. Ему понадобилось достаточно много времени, чтобы прийти в себя. Демон все еще здесь. И он не убил его. Кстати…

- Почему ты… не дал мне умереть? – спросил Том.

- Тогда Билли бы умер тоже. Это пока не входит в мои планы, - ответил Демон шепотом. Том еле сдержался, чтобы не чертыхнуться: он не мог понять, откуда идет шепот.

- А что входит в твои планы? У тебя же есть план. Сидеть в теле моего брата пятнадцать лет просто так, наверно, жутко скучно.

- Ты прав. Это не очень-то весело. Было поначалу, да в подростковый период. Знаешь, что он вытворял? Любо дорого посмотреть. От его выходок священники в ужас приходили, наказывали его. Знаешь, как больно стоять на коленях несколько часов кряду? Знали бы они, как сильно в ту пору кричала его душа. Меня и веселил, и раздражал этот крик.

- К-к-кричала? Отчего?

- От ужаса, от боли, от одиночества. Отчего еще может кричать человек, которого все ненавидят? – Демон рассмеялся. Тома настиг приступ боли. Билл говорил, что у него были друзья. Те, что подарили ему байк. Были ли они друзьями на самом деле? Том почувствовал себя скотиной. Он никогда не интересовался этой стороной жизни брата, когда звонил отцу Паулю. Он спрашивал про его здоровье, хватает ли денег, которые он присылает, как он учится и удается ли вытравить из него Это. Но никогда не спрашивал, есть ли у него близкие люди: друзья, любимые, как у него отношения с одноклассниками. Это казалось таким не важным по сравнению с Демоном, что жил у него внутри. – Мучаешься виной? – усмехнулся «Билл». – Я чую ее отсюда.

- Да что ты знаешь о вине?! – возмутился Том.

- Забываешься, - прошипел Демон. И тут же стальные пальцы схватили парня за горло. Всего на секунду. Том дернулся в сторону и напоролся на стол. Что-то упало ему на ногу. Он поднял этот предмет – им оказалась зажигалка. Том осветил пространство вокруг себя. Демон лежал в нескольких метрах от него, руки его все также были привязаны к кровати. Том в растерянности потер горло. – Я могу показать тебе, что сейчас чувствует Билл. Это хуже, чем одиночество, поверь мне.

В этот момент Том почувствовал сильный жар. Он все нарастал. Парень увидел огонь вокруг, большое сильное пламя. Оно лизало ему руки, ноги, все тело, принося ужасную боль. На пол с тихим стуком упала зажигалка. От собственного крика заложило уши, адская боль все нарастала, сводя с ума. Не убежать, не скрыться, не облегчить ее никак. Он чувствовал запах собственного горелого мяса и паленых волос. И еще он слышал смех Демона. Громкий, леденящий душу смех. И тихий шепот, исходящий изнутри, а не снаружи:

«Я хочу жить».



Глава № 3

- Тооом. Томми, проснись. – В сознание мягко проникал тихий приятный голос, заставляя его улыбаться. Однако спать хотелось сильнее, чем увидеть обладателя приятного голоса. – Том, твою мать, просыпайся немедленно! Я ссать хочу.

Парень испугано распахнул глаза. Он не сразу понял, где находится. Было темно, душно, а лежать очень неудобно. Том привстал, повертел головой, разминая затекшую шею, а заодно и пытаясь понять, где проснулся. А потом он все вспомнил. И огонь, и боль, и свой страх. Парень вскочил на ноги, и мышцы протестующие заныли. На кровати лежал Билл с очень недовольным лицом и, кажется, собрался материться.

- Сейчас, подожди. – Том кинулся развязывать его. Однако это было не так просто. Руки ходили ходуном, как с похмелья, а голова еще плохо соображала спросонья. Минут через десять все же Билл был свободен. Он прошелся туда-сюда, разминая мышцы, задеревеневшие за ночь. А потом вдруг застыл посреди комнаты, уставившись на пол.

- Что это? – Том опустил голову и увидел, что на полу выжжен круг.

Запах собственной жженой плоти, настойчиво проникающий в нос. Ослепляющее пламя. «Я могу показать тебе, что сейчас чувствует Билл. Это хуже, чем одиночество, поверь мне».

- Ничего, - ответил Том. - Ты, кажется, в туалет хотел.

- Точно! – через секунду Билла в помещении не было. Оставшийся в комнате парень присел на корточки рядом с кругом и провел по нему раскрытой ладонью. Сажи не осталось.

- Зачем ты мне это показываешь? Зачем тебе нужно, чтоб я знал? Все это неспроста. И у меня есть время, чтобы разгадать твои загадки. Я надеюсь.

Том поднялся на ноги и отряхнул руки. В голове у него зрел план.



~~XXX~~



К завтраку Билл вышел довольный, вытирая мокрые волосы полотенцем. Вид у него был такой, будто он и не провел всю ночь, будучи привязанным к кровати.

- Как же я хочу есть, кто бы знал! – Он с размаху сел за стол и выразительно посмотрел на Тома. – Что? Мне-то бутерброды не полагаются?

Том молча пододвинул к нему тарелку с тостами, а глазами указал на кофеварку.

Какое-то время они ели молча. Старший брат был хмур, младший же наоборот излучал довольство и радость.

- Билл, скажи… - решился Том на вопрос, - а когда ты просыпаешься после ТАКОЙ ночи, что ты помнишь?

Билл на секунду перестал жевать, а потом как можно спокойнее ответил:

- Ничего. Я ничего не помню, будто спал крепким сном без сновидений.

- Ну, может, ты что-то чувствуешь, отголоски боли или чего-то еще?

- Я чувствую только, что у меня затекло все тело. Хочется в туалет и жрать. Вот и все, что я чувствую. А теперь, может, ты перестанешь портить мне аппетит и заткнешься? – недовольным голосом продолжил Билл. Том кивнул, продолжая наблюдать за братом. Врал тот или не врал? Или просто не придавал значения своим ощущениям? Хотя… он-то тоже не ощущает ничего, что чувствовал из-за иллюзии Демона. Это ведь была иллюзия? Но может ли иллюзия оставить вполне реальные следы? Вопросов было слишком много, но у него был месяц на то, чтобы найти на них ответы. Сейчас задача была одна: выпроводить брата из дома.

- Билл, раз уж ты живешь здесь, то мог бы начать приносить хоть какую-то пользу, - осторожно начал Том. Билл фыркнул.

- Я уже, кажется, пытался работать, если ты не помнишь. Мне даже не заплатили.

- Если бы каждый сдавался после первой же попытки, то все бы сидели дома. Но я не об этом. Для начала ты просто можешь сходить в магазин. Я составлю список того, что нужно будет приобрести. – Том встал из-за стола и принялся складывать грязную посуду в раковину.

- А сам ты этого сделать не можешь?

- У меня завтра снова экзамен – надо подготовиться. Ну так что?

- Пиши свой список. – Билл нехотя отодвинул от себя тарелку с бутербродами и встал из-за стола. - Через полчаса я буду готов. – С этими словами он скрылся из кухни.

Том немного нервничал. Все же Биллу вряд ли понравится то, что он собрался сделать, если тот, конечно, узнает. Однако он старался ничем себя не выдать. И все же список написал побольше, чтобы Билл дольше не возвращался домой.

- Я готов.

Том поднял голову на брата. Тот был одет в кожу, которая облегала его тело, словно… ну, словно кожа. На носу у Билла красовались гигантские солнечные очки. Том покосился в сторону окна – погода на улице была пасмурной.

- Давай список. – Парень отдал брату листок. Тот быстро пробежал его глазами и поморщился. – Я надеюсь, все это будет в супермаркете?

- Будет, - уверенно сказал Том. Билл кивнул и вышел из дома. Через пару минут раздался рев мотоцикла.

Том выждал еще минут пять, прежде чем подняться на второй этаж в комнату брата. Он собирался рыться в его вещах. Вообще-то он в детстве частенько подслушивал чужие разговоры, рылся в вещах. Мама не спешила делиться с ним информацией о его брате, поэтому пришлось выкручиваться. Однако сейчас Тому было стыдно, но все же он понимал, что пока что Билл не готов с ним откровенничать. И неизвестно, когда будет готов, а времени у них не так уж и много.

В комнате после приезда Билла почти ничего не изменилось. В воздухе витал приятный еле уловимый аромат, а возле зеркала валялась косметика и разные побрякушки. Том даже знать не хотел, откуда они у него взялись. На тумбочке возле кровати стояло снотворное. Вот это парня удивило. Билл плохо спит? Или ему снятся кошмары, а таким образом он хочет от них избавиться? Том перевел взгляд с тумбочки на рюкзак, стоящий в углу комнаты: именно с ним Билл приехал сюда. Парень быстрым шагом подошел к сумке и заглянул внутрь. Пусто. Значит, вещи брат все же разобрал. Следующие десять минут Том был занят тем, что пересматривал все тумбочки, столы и шкафы в комнате. Ничего интересного: одежда, косметика, украшения. Никаких других личных вещей, типа мелких подарков, статуэток, никаких книг, записей, дневников. Ничего. Даже элементарной записной книжки не было. И уж тем более никаких ритуальных ножей, амулетов. Украшения были совершенно обычные. Том в расстройстве сел на кровать и обвел комнату еще одним внимательным взглядом. Похоже, он зря теряет время. То ли Биллу нечего скрывать, то ли он все очень тщательно прячет.

Том потер лицо и встал. Первая попытка узнать что-то провалилась. Парень пригладил покрывало на кровати, чтобы не было видно, что на нем кто-то сидел. И тут ему в голову пришла интересная мысль. Он осторожно сунул руку под подушку. Пусто. Потом под матрац. У изголовья рука наткнулась на что-то плоское. Книга! Том осторожно вытащил ее на свет. Книга была завернута в кожаную обложку и никаких опознавательных знаков на ней не имела. Однако открыв ее, Том понял, что ошибся. Это был дневник. Дневник отца Пауля. Вот оно. То, что ему сейчас нужно. Прочитав этот дневник, он поймет, что происходило с Биллом все эти годы. На такую удачу он не смел и надеяться. Подойдя ближе к окну, Том стал листать тетрадь.

15 октября 1995 год
Сегодня я впервые увидел этого мальчика. Совсем еще ребенок – шесть лет. Родители, естественно, напуганы, водили мальчика к психологу, но без толку. Они рассказали мне про первый вечер, когда Билл, так зовут мальчика, стал вести себя странно. Стоило мне услышать эту историю, как я сразу понял, что это может быть ОНО. Признаться, я почувствовал непреодолимое желание все увидеть самому. Не могу не описать то, что они мне рассказали. Это случилось два месяца назад. У Билла есть брат-близнец – Том. Он старше брата всего на несколько минут. Оба ребенка заболели, но Билл оправился быстрее, поэтому их разделили по разным комнатам. Мать боялась, что старший сын заразит младшего вновь…

Том помнил тот день так хорошо, будто это случилось вчера. Обычно Билл был слабее и болел дольше, но в тот раз случилось наоборот. Том болел уже вторую неделю. Симона очень беспокоилась и не позволяла детям играть вместе. Том постоянно лежал в кровати. Билла мама переселила в гостиную. В тот вечер как по заказу была гроза. Тома пугали сильные раскаты грома, бьющийся о стекло ливень и яркие молнии. Мама долго не могла его успокоить, он просил, чтобы она привела Билла. Том помнил, что ему было очень неспокойно тогда, как будто кошки скребли на душе. Он думал, что это страх грозы, поэтому не признавался матери. Но она что-то чувствовала или видела, что ребенок не в себе, поэтому сидела возле него и ждала, когда он уснет. Этому очень сильно мешали животные. И кот, и собака с утра вели себя беспокойно. Пес постоянно скулил, забившись в угол, а кот щетинился и орал. Было уже около двенадцати ночи, а Том никак не мог уснуть. Где-то внизу кот вновь начал истерично мяукать. Симона раздражалась, плотно закрывала дверь, но звук все равно был хорошо слышен.

- Подожди, милый, я сейчас успокою Казимира. – Но не успела она встать с кровати, как тот замолчал. Прошла минута, другая, но вопли не повторились. – Том, постарайся уснуть, я сейчас проверю Билла. Его, наверно, кот тоже разбудил.

Женщина вышла за дверь, но Том не мог больше лежать в кровати. Ему тоже нужно было увидеть Билла. Он уже был на середине лестницы, когда услышал крик матери. Сердце ушло в пятки. Он бросился вниз, чуть не скатившись с лестницы кубарем, и уже через пару секунд стоял рядом с матерью на пороге гостиной. То, что он увидел в темноте комнаты, привело его в ужас и потом долго являлось ему в кошмарах. Билл стоял прямо напротив него, одетый в веселую пижаму с мишками. В руке у него были зажаты маленькие маникюрные ножницы, а перед ним лежал кот. Со вспоротым горлом. Вокруг было полно крови: на бежевом ковре, на пижаме Билла, на его руках. Он стоил и смотрел на кота, не отрываясь, а потом тихо и спокойно сказал:

- Он мешал мне спать.

После этого случая Билла и отвели к психологу. Тот говорил, что ничего не помнит, плакал и просил мать, чтобы она отвела его домой. Симона не смогла ему противиться, однако к священнику сходила. Ее испугало то, что она увидела, хотя она никогда не была верующей. Так в их доме появился отец Пауль. Высокий мужчина с редкой проседью в черных волосах. Он долго смотрел Биллу в глаза. Мальчик постоянно вертелся, задавал глупые вопросы и вел себя… как обычный шестилетний ребенок. А потом священник что-то сказал на латыни. Каких-то пару слов, и Билл изменился. Он вдруг стал вялым, будто не спал очень-очень долго. Отец Пауль ушел, чтобы вернуться в полнолуние. С тех пор он бывал в их доме каждый месяц.

19 декабря 2001 года
Сегодня в полнолуние за Биллом наблюдали несколько человек. Признаться, я никак не могу привыкнуть к тому, что вижу каждый месяц. Эти глаза и голос… от них мурашки бегут по спине. И сегодня ОНО говорило. Не так, как при матери в доме. ОНО не кричало, не просило его развязать. ОНО говорило на латыни об Аде. Что там холод с одной стороны и жар с другой, что там кричат от боли. Там ненависть и хаос. А потом ОНО говорило, что нас ждут там, что наши имена уже в списке. Они ждут, пока наше земное пребывание закончится, чтобы принять нас у себя. ОНО говорило, что нас ждет. И многие не выдержали. Нам всем стало очень страшно, мы много молились, но некоторым этого показалось недостаточно. И они отвернулись от Бога, решив, что он не спасет и не поможет им. А в сердца других закралась ненависть и злоба к этому мальчику.

8 февраля 2010 года
Билл становится неуправляем. ОНО все больше и больше влияет на его мысли, поступки, действия. Мальчик не видит и не понимает этого, думая, что сам принимает решения, но я вижу – это не так. Он грубит и не хочет разговаривать, не понимая, что я хочу помочь ему. Хотя, боюсь, что это уже не в моих силах. Осталось немного времени – ОНО полностью захватит его разум и душу. Но я буду молиться за него, ведь только Бог сможет помочь ему.

Том внимательнее вчитался в строчки. Значит, отец Пауль думал, что на поступки Билла влияет Демон? И что он в скором времени полностью подчиниться этой адской твари. Парень потер рукой лоб и с шумом выдохнул. Ему надо внимательно прочитать этот дневник, может, он найдет причины таких выводов. Ему очень-очень надо.

Том захлопнул дневник и развернулся, чтобы вернуть тетрадь на место. На пороге стоял Билл, скрестив на груди руки, и смотрел на брата. У того будто все внутри оборвалось и ухнуло куда-то вниз. Он не знал, что сказать, только сжимал чертов дневник в руках. У Билла было такое лицо, словно он испытал свое самое большое разочарование в жизни. Из-за плотно сжатых зубов сильно напряглись желваки, выражение глаз было нечитаемым.

- Наверно, нет смысла спрашивать, какого черта ты тут забыл, правда?

- Правда, - ответил Том. Он не опустил головы, хотя выносить тяжелый взгляд брата было очень сложно.

- Хорошо. Дай мне дневник. – Билл протянул руку, но его брат лишь покачал головой. Парень медленно подошел к брату и повторил более отчетливо: Дай мне дневник.

- Я не отдам тебе его. Мне нужно прочитать, что там написано. Это очень важно.

- Нет.

- Мне нужно.

- Нет.

Том вздохнул, он хотел обойти близнеца кругом, но тот не дал ему это сделать. Билл попытался вырвать дневник из его рук, но он оказался проворнее и спрятал тетрадь за спину. Лицо Билла изменилось. Том отчетливо увидел, что брат разозлился, однако он совсем не был готов к тому, что он размахнется и со всей силы ударит его в челюсть. От боли и шока Том даже выпал на какое-то время из реальности и выронил тетрадь из рук. Билл же не растерялся, поднял ее и вышел из комнаты, оставив брата приходить в себя. Когда темные пятна перед глазами рассеялись, Том потихоньку начал соображать. Откуда-то сильно потянуло дымом. Парень выбежал из комнаты и пошел на запах. Горело в душевой: на дне ванны лежал дневник отца Пауля, полностью объятый пламенем. Билл стоял рядом, скрестив руки на груди, и равнодушно смотрел на горящую тетрадь. Том, выругавшись, включил воду. Дневник превратился в пару горелых размякших листов.

- Твою мать! – Каулитц-старший со злостью ударил кулаком по стенке душа. Та издала жалобный звук и пошла трещинами. Том никогда не был так зол, он схватил Билла за плечи и с силой припечатал его к стене. Тот, несмотря на это, смог сохранить на лице упрямое выражение, взбесившее Тома еще больше. – Ты, идиот, понимаешь, что ты сейчас сделал?

- Лишил тебя развлечения? – усмехнулся Билл. Том взвыл.

- Какое, к черту, развлечение? Я помочь тебе хотел, ты, дебил.

- Не надо мне помогать! Я сам со всем справлюсь!

- Я вижу как ты справляешься! – заорал Том прямо брату в лицо. – На людей уже набрасываешься в середине дня. Может, отец Пауль прав, и ты уже не ты? Может, тебя Он контролирует теперь постоянно? Влияет на твои действия, подчиняет себе?

- Да пошел ты на хуй со своими рассуждениями! – прошипел Билл. Лицо Тома исказилось, он потащил сопротивляющегося парня к себе в комнату. – Отпусти меня немедленно! Какого хера ты желаешь, сука! Пусти!

- Сейчас отпущу, только преподам тебе урок, как надо разговаривать со старшими братьями. Тебя, похоже, в детстве мало пороли.

Услышав это, Билл напрягся и стал вырываться еще активнее. Том повалил его на кровать лицом вниз, сел ему на ноги, одной рукой пытаясь удержать его руки. Брат был до ужаса сильный и изворотливый, хотя вид имел довольно хлипкий. Каулитцу-старшему понадобилось довольно много времени, чтобы вытащить из его штанов ремень и стянуть их до середины бедра. Билл уже не тратил силы на ругань, лишь молча брыкался, занавесив волосами лицо. И тут Том кое-что заметил. Он отложил ремень в сторону и задрал Биллу футболку. Ему показалось, что кто-то вылил ему за шиворот ледяной воды, в глазах потемнело, в легких будто кончился воздух. Мир перевернулся с ног на голову: все его представления о жизни брата в духовной школе рассыпались в прах. Билл уже не брыкался, он уткнулся лицом в покрывало и затих. Том, как завороженный, провел дрожащей рукой по спине близнеца, касаясь пальцами длинных белых шрамов, будто пытаясь убедиться, что глаза не обманывают его. Они действительно были там, и их было много: десять или больше. Одни были параллельны друг другу, другие пересекались. Длинные, какие-то гладкие, какие-то нет. Будто какой-то чертов вандал из зависти располосовал красивую скульптуру ножиком.

- Как видишь, пороли меня не мало, - раздался приглушенный голос Билла. Том тут же слез с него, позволяя встать и застегнуть штаны. Он не видел лица брата, тот опустил голову и не смотрел на него.

- Билл, мне очень жаль, - сказал он, чувствуя сильнейший в своей жизни стыд. Он практически сжигал его изнутри. Хотелось промотать жизнь, как пленку, на несколько минут, а еще лучше на несколько лет. Не дать всему этому случится, не дать белым длинным шрамам появиться на спине брата.

- А мне нет, - ответил Билл, поднимая на него горящее от унижения лицо с потеками туши на щеках. Через несколько секунд его в доме уже не было.

- Я идиот, - прошептал Том, закрывая лицо руками. – Господи, ну почему ты не дал мне мозгов при рождении? Какой же я дебил, бляаа.



Глава № 4

Билл не вернулся не в этот же день, ни на следующий. Том позвонил своему бывшему начальнику и узнал, что брат получил расчет за него. Это парня немного успокоило – он волновался бы сильнее, если бы думал, что у Билла совсем нет денег. Хотя денег там, конечно, было не много. Должно было хватить только на пару дней даже с учетом жесткой экономии.

А еще Том никак не мог выбросить из головы мысли о шрамах. На смену шока, который он испытал вначале, пришла злоба. Хотелось сию же секунду позвонить в церковь отцу Паулю и высказать все, что он о них думает. Сдержался парень только чудом. Знать, что Билл все это время жил здесь и еще может вернуться, эти уроды не должны были. Том, по крайней мере, надеялся на то, что брат все вернется домой. Каулитц подолгу сидел в комнате Билла, окидывая взглядом брошенные им вещи. Отсутствие близнеца, вроде совсем недавно вновь оказавшегося в его жизни, ощущалось слишком остро. Это было почти также, как и десять лет назад. Только сейчас он сам виноват в то, что брат ушел.

На пятый день Том уже не мог ни есть, ни спать, ни учиться. Он провалил один экзамен, на второй даже не пришел, из-за чего ему пригрозили отчислением. Но он не мог думать об этом. Все его мысли были заняты только тем, где Билл и что с ним. Самое ужасное, что Том понимал: окажись он на месте близнеца, то домой бы он не вернулся. Парень мог только молиться, чтобы его брат оказался умнее его самого. Билл появился утром седьмого дня. Том не спал, курил третью сигарету подряд и смотрел воспаленными от недосыпа глазами в окно. Услышав рев байка, он почти бегом вышел из дома. Билл бросил мотоцикл прямо возле двери и прошел мимо брата, даже не посмотрев на него. Тому на тот момент было все равно, он был слишком рад, что близнец вернулся, наконец, домой. Придя домой, Билл первым делом рванул к холодильнику, из чего Том сделал вывод, что деньги у того кончились. Каулитц-старший молча смотрел, как его младший родственник поглощает сосиску, запивая ее молоком. Он даже не разделся и не снял мотоциклетных перчаток. То ли сильно проголодался, то ли… От следующей мысли Том похолодел. Возможно, Билл вообще не собирался здесь оставаться. Поест, умоется, заберет свои вещи и снова в путь. И тогда Том больше никогда его не увидит. Этого нельзя было допустить.

- Билл, нам надо поговорить.

Тот никак не отреагировал на его слова, он с энтузиазмом жевал бутерброд, выискивая, чтобы еще съесть.

- Билл, я серьезно, нам надо поговорить. – Та же реакция. Том почувствовал себя глупо, но решил не ждать от брата никакой реакции и заговорил. – Хорошо, ты прав, поговорить надо мне, так что я начну. Билл, прости меня, пожалуйста, за мое поведение. Я реально был не прав и раскаиваюсь в своих словах и действиях. Я не имел права рыться в твоих вещах, и брать дневник тоже. Тем более я не имел права делать то, что хотел сделать в спальне. И хоть глупо оправдывать это тем, что я хотел помочь, но я, правда, хотел. Других целей у меня не было. – На этих словах Билл негромко фыркнул, видимо, даже сам того не желая. Это вдохновило Тома. – Правда, никакого развлечения или чего-то еще. Демон говорил со мной, и у меня создалось впечатление, что…

Билл резко вскинул голову и перестал жевать. Потом он осознал свою ошибку и отвернулся, но Том уже увидел, что смог его заинтересовать.

- Так вот… у меня создалось впечатление, что он хочет мне что-то сказать. К чему-то меня подвести. И я хочу знать, что ему от нас нужно. Именно от нас. Я не знаю, как это объяснить, но он интересуется мной. Возможно, если я пойму, что ему нужно, то я смогу помочь тебе. Может, мы сможем избавиться от этой твари. Билл, пожалуйста, только дай мне эту возможность.

Однако Билл вновь не ответил. Он бросил недоеденный бутерброд на стол и, толкнув брата плечом, вышел из комнаты. Том нагнал его уже по дороге в спальню. Там Каулитц-младший взял большой рюкзак и стал складывать туда свои вещи. Том почувствовал подступающую панику.

- Ты не можешь вот так уйти. Как ты вообще будешь жить? Или ты решил сдаться? Позволить этому существу погубить тебя? Да это же хуже, чем смерть! – в отчаянии выкрикнул Том. – Он просто сожрет твою душу, пойми ты, наконец. И ты будешь испытывать настоящие мучения.

Билл перестал складывать свою косметику в рюкзак и посмотрел на брата. Лицо его было спокойно и безэмоционально. Он резкими движениями снял перчатки, куртку, а следом и футболку. После этого повернулся к Тому спиной.

- Ты думаешь, я ничего не знаю о мучениях? – хриплым голосом спросил Билл у брата. Тот подошел к нему и неожиданно для себя поцеловал у основания шеи, а потом обнял со спины. Стало очень тепло и хорошо. От Билла пахло чуть-чуть потом и ветром, а еще немного дешевым гостиничным мылом. Том никогда бы не мог подумать, что ему будет нравиться подобный аромат. Парень зарылся носом в волосы Билла. Ему захотелось скрыть близнеца ото всех, защитить его, спрятать в кокон из счастья и радости. Ему было невыносимо больно осознавать, что он не может это сделать. Еще больнее от того, что он сам наносит ему раны.

- Прости меня. Мышонок. Помнишь, я называл тебя так в детстве из-за твоей любви к тому серому костюму? Такой лопоухий и в этом костюме.

- Том, не надо.

- А еще я помню, как ты к маме постоянно подлизывался. Натворишь что-нибудь, и если скрыть не получается, то бежишь помогать маме по дому или цветы ей нарвешь на ближайшей клумбе. Она потом на тебя даже ругаться не могла.

- Том… - голос у Билла стал жалобный. Но старшему Каулитцу вдруг стало жизненно важно показать свою любовь. Она жила в нем все эти годы, иногда даже незаметно для него самого, но он чувствовал ее, тосковал, искал в толпе хоть немного похожее на брата лицо. Том поцеловал Билла в шею, не задумываясь, что этот жест несколько более интимный, чем надо. Он думал лишь о том, что заставил близнеца бежать от него. От унижения и боли, которые он причинил собственными руками.

- Пожалуйста, не уходи. Я верю, что ты выживешь без меня, но я уже не смогу… понимаешь? Все эти дни я уже не мог. Ты вправе наказать меня так, но я все равно прошу тебя, Билл. Не уходи.

Билл расслабился в его руках, и Том понял, что этот раунд он выиграл. Брат сегодня точно никуда не уйдет.

- По-моему, кому-то пора помыться. От тебя пахнет, - сообщил Том, чтобы разрядить обстановку. Билл фыркнул и отстранился.

- Придурок, - буркнул он, а Том забыл, как дышать. В голосе брата прозвучало столько нежности, что ему захотелось вновь прижать его к себе. Но это было бы уж совсем глупо и по девчачьи, поэтому Том сделал вид, что не услышал, и отступил в сторону. Билл проскользнул в ванную.


~~XXX~~



- Готовишься? – Билл зашел в комнату к брату в момент, когда тот постигал азы культурологии.

- Да. Мне назначили дни пересдач, если провалюсь, то могу забыть о дипломе. – Том обернулся и искренне улыбнулся близнецу. Тот избегал его весь день, занимаясь какими-то своими делами, в конце концов, Том был вынужден удалиться к себе в комнату для подготовки к экзаменам.

- Тогда я зайду позже.

- Нет-нет. Я как раз хотел сделать перерыв – мозги уже кипят. – Том провел рукой по своим косичкам, пытаясь скрыть растерянность и неловкость. Он не был уверен, что Билл его простил, поэтому не знал, чего от него можно ждать.

- Просто… я хочу поговорить насчет твоих слов, сказанных сегодня утром. – Билл опустил голову, пряча глаза. Том понял, что сейчас услышит что-то, что ему не понравится. – Я искренне ценю твое желание помочь, но… мне это не нужно. Я хочу просто спокойно пожить, как совершенно нормальный человек. Я не знаю, сколько это продлится, может, всего месяц, может, чуть дольше. Но я хочу. – Билл поднял голову и посмотрел брату в глаза. Требовательно, выжидающе. – Обещай мне, что ты ничего не будешь предпринимать. Иначе я уйду.

Теперь уже Том опустил голову. Пообещать что? Что будет спокойно смотреть, как тело брата переходит во власть к Этому существу? Это не физическая смерть, это хуже. В сотни, тысячи раз хуже. Или позволить ему уйти? Или пообещать, но действовать за спиной? Ни один из трех вариантов его не устраивал. Но…

- Я обещаю. – Так, по крайней мере, у него остается шанс. Если Билл уйдет, то этого шанса не будет.

- Хорошо. – Билл встал. – И Том…

- Что? – Том поднял глаза.

- Я простил тебя.


~~XXX~~



Вечер братья все же провели вместе. Смотрели фильм по телевизору, тоннами ели попкорн, запивая его колой. Ни о чем не говорили. Между ними все еще висело некое напряжение, ощущавшееся почти физически. Том понимал, что им все еще нужно поговорить. О том, что происходило с Биллом в духовной школе, об этих шрамах, о друзьях Билла или кто они там ему, о том, что они будут делать дальше. Но парень откладывал этот разговор все дальше и дальше. Когда же он, наконец, решился, Билл уже готовился ко сну. Том заглянул к нему в комнату и увидел, как тот переодевается в пижамные штаны и футболку. Он стоял спиной к нему, полностью обнаженный. Том стал с интересом его разглядывать. Билл был излишне худой и совсем не тренированный. И все же он не казался нескладным, скорее изящным и хрупким. Даже ужасные шрамы, наполовину скрытые длинными волосами, не портили картины. Но сейчас Том заметил и еще кое-что. Он даже удивился, что не увидел этого раньше: на боку и брата красовалась длинная надпись. Том зашел в комнату, желая подойти поближе и прочитать. Билл услышал шум за спиной, вздрогнул и обернулся, стыдливо прикрывшись штанами.

- Что у тебя написано на боку? – спросил Том брата. Тот повернулся так, чтобы было удобнее прочитать. – «Мы никогда не перестанем кричать. Мы возвращаемся к истокам». Мы? Ты и… Он?

- Да. Сделал назло священникам. Ты бы видел их лица, когда они увидели эту татуировку, - спокойно ответил Билл, уже даже не делая замечание Тому за то, что тот ворвался к нему в комнату без приглашения. – У меня есть еще две татуировки. – Билл чуть приспустил штаны, показывая черную звезду, наколотую чуть выше паха.

Том скользнул по ней взглядом и уточнил:

- А еще? – Билл вновь повернулся спиной и откинул волосы через плечо на грудь, открывая шею. Том подошел поближе и увидел, что у брата на шее наколот какой-то странный символ: три горизонтальные полоски, пресеченные одной вертикальной в круге. – Что это значит? – спросил он, касаясь пальцами черно-синей кожи. Она была очень гладкой и нежной. Билл выгнул шею и слегка обернулся, стараясь увидеть выражение лица родственника.

- Не знаю, просто знак очень понравился. Захотелось такую наколку. Это моя первая татуировка. Ее я сделал в пятнадцать лет. Чуть раньше пирсинг в брови и языке. В семнадцать – звезду, в девятнадцать – надпись. А потом и сосок проколол.

- Зачем ты это делаешь? – шепотом спросил Том, продолжая бессознательно гладить татуировку. Билл не отстранялся: ему нравились эти ненавязчивые прикосновения.

- Сначала мне просто нравилась реакция на это священников. А потом… мне просто нравится. Не хочу, чтобы мое тело «украшали» только шрамы. – Услышав это, Том невольно скользнул взглядом вниз до самых ягодиц брата. Рука невольно тоже спустилась вниз, пальцы коснулись некрасивых отметин на коже.

- А откуда они… то есть как… - Он запнулся, не в силах произнести предложение полностью. Ему казалось дикостью, что кто-то посмел сделать такое с его братом. Да еще и в обители Бога. Билл отстранился и быстро оделся, внезапно смущенный из-за своей наготы.

- Они били не меня – Демона. Я сначала не мог понять, почему просыпаюсь с кровоточащей спиной, а потом они объяснили, что так изгоняют Его из меня. Методы были разные, иногда плети, иногда святая вода и кресты. В итоге после каждого полнолуния мне приходилось лечить либо раны на спине, либо ожоги. Надо отдать должное отцу Паулю, он пытался намекать, что их методы, мягко говоря, не гуманны, но ему пригрозили, что отберут у него дневник наблюдений, который я сжег, и лишат возможности вообще со мной видеться. Это показалось ему страшнее.

- Билл, прости, я не знал. – Том стыдливо опустил голову, чувствуя себя самым настоящим ублюдком, будто это он самолично избивал брата.

- Ты не хотел знать, - жестко уточнил тот и тут же мягче добавил. – Все это в прошлом. Я не хочу об этом вспоминать. Я хочу жить так, будто всего этого не было. Будто я… нормальный, понимаешь?

- Да.

Близнецы помолчали немного, стоя друг напротив друга. Тому вдруг пришла в голову интересная мысль.

- Слушай, у меня завтра экзамен. Последний, не считая пересдач. После, скорее всего, одногруппники закатят вечеринку в общежитии. Пошли вместе? Увидишь, что такое настоящая студенческая вечеринка. – Парень улыбнулся. Билл внимательно на него посмотрел и кивнул.

- Хорошо, пойдем. А сейчас иди спать, Том, и ни о чем не думай – у тебя завтра экзамен. Если ты провалишь, то точно вылетишь из университета.

Каулитц-старший улыбнулся, а потом вдруг, поддавшись эмоциям, обнял брата. Билл сначала никак не отреагировал, а потом обнял в ответ. Робко, будто не зная, как это вообще делается, но Том понял, что близнец действительно решил забыть прошлое и жить дальше. И, возможно, рядом с собой в этой жизни он видит его. Пожелав друг другу спокойной ночи, парни легли спать.


~~XXX~~




- Ты уверен, что хочешь познакомить меня со своими приятелями? – в очередной раз уточнил Билл, подкрашивая левый глаз. Том с неудовольствием наблюдал за этим действием. Он бы предпочел, если брат бросил все эти штучки с косметикой, но тот делал вид, что не замечает этого.

- Уверен. Сколько раз можно говорить?

- Хорошо, не жалуйся потом, если что.

- Хей, надеюсь, ты будешь вести себя прилично?

Билл кокетливо улыбнулся зеркалу.

- Ну это же студенческая вечеринка! Кто в здравом уме ведет себя там прилично?

Том пригрозил близнецу кулаком и улыбнулся. Он не мог не видеть, что Билла очень воодушевила идея пойти на вечеринку. Он не находил себе места весь день, расспрашивая брата о его друзьях, знакомых и девушках. Собираться он начал часа за два до выхода, чем вызвал у Тома приступ ехидства. Однако, несмотря на это, парни все равно немного опоздали. Музыка в общаге уже играла во всю, разодетые в пух и прах студенты потягивали пиво и лениво общались. Кто-то даже уже танцевал. Братьев у входа встретил хороший друг Тома – Андреас.

- Привет, приятель. Как дела? Сдал? – с порога спросил он.

- Да, на двойку. Осталось еще пару экзаменов сдать.

- Как же ты умудрился их провалить-то?

Том пожал плечами и бросил взгляд в сторону брата. Тот не обращал на него никакого внимания, глазел по сторонам, вертя головой, как обкуренный воробей.

- Энди, знакомься, это мой брат – Билл. Билл, это мой друг – Андреас.

Билл внимательным взглядом окинул светловолосого тощего парня и подал ему руку. Энди сделал тоже самое, ненадолго задержавшись на накрашенном лице.

- Не знал, что у тебя есть брат, Том. Но все равно очень приятно.

- Взаимно.

- Ну-у-у, мы не очень часто общались в последнее время, - пояснил Том. Ребята опустили руки. – Он недавно в городе, и я решил, что ему надо развлечься. Надеюсь, ты не против?

- Конечно, не против, - улыбнулся Андреас. – Располагайтесь. Сейчас я принесу вам выпить. Билл, ты пиво пьешь?

Каулитц-младший кивнул, и Энди удалился.

- Странный у тебя приятель.

- Уж кто бы говорил, - огрызнулся Том, ища глазами свободный диван. Он обнаружился недалеко от них, и парень поспешил его занять. Андреас присоединился к ним через пару минут, вручив каждому по бутылке пива.

- Ну-с, Билл, рассказывай. Откуда ты приехал?

- Я учился в закрытой школе для мальчиков. Далеко отсюда.

- И теперь ты здесь? – уточнил Андреас.

- Да, наверно. Я не знаю, сколько я здесь пробуду, но в ближайшее время моему старшему братику придется меня потерпеть.

- Так ты младше?

- На десять минут. Мы близнецы.

Энди поперхнулся пивом и тут же стал переводить взгляд с одного брата на другого, пытаясь углядеть сходство.

- А ведь, правда, похожи. Только косметика мешает увидеть это сразу, - кивнул парень. Билл хмыкнул. – Том, а почему ты не говорил, что у тебя есть брат-близнец?

Каулитц старший пожал плечами, не желая отвечать на этот вопрос. Билл ответил за него.

- Позор семьи. Обо мне не принято говорить в приличном обществе, - хмыкнул он. Том чуть не выплеснул свое пиво на ковер.

- Что за чушь ты несешь? – возмутился он.

- Вот это страсти у вас, ребята, - восхищенно присвистнул Андреас, глядя на то, как братья сверлят друг друга взглядами. – Ну, развлекайтесь, не буду мешать. – С этими словами парень ушел, оставив парней выяснять отношения без него.

- Что это было? – прошипел Том. – Еще раз так скажешь, закрою скотчем рот.

- А что, Томми, боишься за свою репутацию?

- Иди ты к черту.

- Он всегда со мной, - парировал Билл. Том фыркнул и встал – ему надо было что-то покрепче пива.

- Пойду найду что-нибудь выпить, получше этой дряни. – Он направился в сторону кухни. Там парень встретил своих однокурсников, пообщался со своей бывшей – Элайзой. Одним словом, когда он вернулся обратно, Билла на диванчике уже не было. Поискав его глазами, Том обнаружил брата танцующим с девицей из параллельной группы. Понаблюдав за ними немного, Том развернулся и пошел обратно к однокурсникам. В конце концов, он Биллу не нянька, пусть парень повеселится хоть раз в жизни.

Часа через два Том решил найти брата вновь. Тот сидел на одном из диванов один и потягивал виски из стакана, наблюдая за танцующей толпой. Половина присутствующих уже была пьяна в хлам, потому танцы были очень забавными.

- А где твоя подружка? – поинтересовался Том. Билл приподнял бровь, намекая, что из-за громкой музыки ничего не слышит. Том повторил вопрос, придвинувшись ближе к близнецу.

- Стала ко мне приставать. А я парень с нежной душевной организацией. Со мной так нельзя, - с сарказмом ответил Билл, опаляя Тома пьяным дыханием.

- Ты же хотел вести себя неприлично?

- Я могу. – Парень вдруг встал с дивана и покачнулся. Том только сейчас заметил, что тот сильно пьян. Похоже, за те два часа, что он его не видел, брат успел накачаться под завязку. Билл отдал близнецу уже пустой бокал и стал танцевать прямо перед ним. И, черт возьми, что это был за танец! У Тома к ушам кровь прилила от смущения. Билл выгибался, извивался, водил руками по телу, будто собирался заняться с собой любовью прямо тут. В мозгу у Каулитца-старшего как-то плохо фиксировалось, что перед ним танцует брат. Примитивная светомузыка, установленная в комнате, освещала Билла разными цветами, придавая его танцу еще больше эротизма. Тому стало жарко, он залпом допил свой виски, не отрывая взгляда от Билла. Тот внимательно смотрел на него, отмечая любые изменения в поведении, налаживая зрительный контакт, притягивая его внимание к себе. Том ненадолго выпал из реальности, и когда сзади к близнецу подошел какой-то парень, он испытал ревность. Юноша что-то шепнул Биллу на ухо. Тот обернулся и сказал достаточно громко, чтобы услышал Том:

- Я не детка. – С этими словами он оттолкнул парня и повернулся обратно к брату. Теперь на них смотрели все присутствующие. Билл, никого не стесняясь, забрался к близнецу на колени. Том сжал руками талию парня, заставляя прогнуться в пояснице и прижаться ближе. Мозг его все еще был затуманен алкоголем, а наваждение, вызванное танцем брата, еще не прошло. Билл тем временем наклонил голову к его уху и интимно прошептал. – Теперь я веду себя достаточно неприлично?

Это отрезвило Тома и взбесило. Он спихнул близнеца с колен, схватил его за руку и потащил к выходу. Оказавшись на свежем воздухе, достаточно далеко от общежития, он остановился и прошипел Биллу прямо в лицо:

- Какого черта ты вытворяешь? Хочешь, чтобы все мои друзья решили, что я извращенец?

Тот пьяно рассмеялся.

- Я тебя предупреждал.

- Я хотел, чтобы ты хорошо провел время. Не знал, что тебе захочется устроить мне танец на коленях. Как тебе только в голову такое пришло?!

- Не надо было оставлять меня одного, чтобы самому пить со своими дружками! – неожиданно злым голосом сказал Билл. Том опешил.

- Я решил, что тебе будет легче расслабиться, если я не буду вертеться рядом.

- Ах он решил! В следующий раз спрашивай!

- Ну, извините, пожалуйста. Ты так хорошо общался с той девицей, что я решил, что моя компания тебе совершенно не нужна.

- Да сдалась мне эта девица! Да меня и в половину ни к кому так не тянет, как… - Билл вдруг замолчал на полуслове.

- Как к кому? – спросил Том. Ему даже в голову не могло прийти, что брат к кому-то испытывает влечение. Кто это? Человек из прошлого? Кто-то из друзей Билла? Парень испытал сильную досаду оттого, что не знает никого из знакомых близнеца.

- Забудь, - отмахнулся Билл. Том возмутился.

- Как это забыть? Договаривай уже! К кому тебя тянет так сильно, что не можешь смотреть на других?

- К тому, от кого так и не смог уехать, хотя он очень сильно меня обидел. К тому, кто порой безумно раздражает, но стоит ему только коснуться меня, так я готов вообще на все, чтобы продлить этот момент. Как ты думаешь, стоит ли мне говорить ему об этом, или он сочтет меня извращенцем?

До Тома туго доходила информация, которой поделился с ним брат. Пьяный мозг долго обрабатывал ее. И, видя, что его близнец завис, Билл решил дать ему еще одну подсказку. Он подошел к нему очень-очень близко и, закинув руки на шею, поцеловал в губы. У Тома было ощущение, что его ударило током. Работающий на последнем издыхании мозг отключился совсем, а гуляющий в крови алкоголь никак не помогал объективно оценить ситуацию. Он чувствовал мягкие губы на своих губах, и чем-то внутри себя понимал, что это самое правильное, что случилось с ним в жизни. Билл совсем не умел целоваться, но энтузиазма в нем было не занимать. Однако Том быстро перехватил инициативу, стал ласкать губами и языком его рот нежно, мягко, руками гладя его бока и спину. Билл выгибался ему навстречу, стараясь прижаться теснее. Хотелось быть ближе, слиться друг с другом, стать единым целым. Это было сейчас почти жизненно важно, и остальные проблемы ушли на второй план. У них обоих сильно кружилась голова. Это был поцелуй-откровение, поцелуй-признание, неожиданный для них обоих. Мимо с громким гудком пронеслась машина. Том вздрогнул и прервал поцелуй. Он тяжело дышал, кровь горячим потоком носилась по венам с бешеной скоростью. Его тянуло к Биллу, как магнитом. Даже пришлось на секунду прикрыть глаза, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями.

- Билл, нам надо проспаться и поговорить об этом, - сказал он тихо. Брат опустил глаза, пряча за ресницами эмоции, и кивнул. Близнецы разорвали объятья, и Том обернулся в поисках такси.



~~XXX~~



Когда Том лег спать, хмель уже немного выветрился из его головы. Он долго ворочался в кровати, раз за разом прокручивая в голове поцелуй. Господи. Он. Поцеловался. С братом. В губы, с языком, совершенно по-взрослому и совсем не по-братски. А до этого его брат признался, что испытывает влечение к нему. Еще лучше. Том не знал, что ему делать и как завтра говорить с Биллом. С одной стороны, брат открылся ему, и отталкивать его было противопоказано. С другой – идти у такого на поводу – противоестественно. Правда, Том помнил, что во время поцелуя не имел ничего против. Он чувствовал себя целым рядом с близнецом. И чем ближе, тем сильнее было это чувство. И он ничего не мог с этим поделать. Но это совсем, совсем-совсем-совсем его не оправдывало.

Тому вдруг стало интересно, спит ли Билл, или тоже мучается мыслями. В любом случае нужно просто проверить, как он там. Он просто проверит и все. Уговорив себя таким образом, он встал с кровати, нацепил штаны и направился в сторону спальни Билла. Шум он услышал, уже даже не подойдя к двери. Испытывая чувство дежа вю, он заглянул в комнату. Билл спал и снился ему, судя по всему, кошмар. Он выгибался на кровати и стонал. Руки и ноги его были будто привязаны к кровати, и он пытался освободить их. Лицо его исказилось в гримасе боли и ужаса. На этот раз Том не стал ждать, пока Билл проснется сам. Он бросился вперед, залез к брату на кровать и стал бить его по щекам, пытаясь разбудить. Ноль реакции. Он гладил сведенные судорогой руки, плечи, шептал какие-то успокаивающие слова, но Биллу все равно было больно. Том видел, как стиснуты его зубы и нахмурены брови.

- Ну давай же, милый, просыпайся. Хороший мой, маленький братик. Давай же, Билли, давай, - шептал он брату на ухо. Тот вдруг схватил его за плечи с чудовищной, нечеловеческой силой. Тома объял ужас, но он не отстранился, продолжая шептать успокаивающие слова. Пока, в конце концов, Билл не ослабил хватку и не расслабился.

- Том? – хриплым голосом позвал брат.

- Я тут, мой хороший. Я тут. Тихо, тихо, я не уйду.

- Как же хорошо, что ты здесь, - выдохнул Билл и всхлипнул. Том лег рядом с близнецом и обнял его. Ужас и паника, что он испытал, стали потихоньку уходить. Он гладил Билла по голове, чувствуя, как ноют пострадавшие руки, но ему было все равно. Он все шептал и шептал, что любит, что не оставит, что защитит. «Ты больше не один, - говорил он. – Я с тобой». Билл какое-то время тихо всхлипывал, а потом уснул, доверчиво прижавшись к брату. Том еще долго смотрел в потолок, гладя близнеца по голове, и думал. Заснул он только к рассвету, приняв решение помочь Биллу даже против его воли. Хоть как-нибудь, потому что так больше не могло продолжаться. Он найдет ответы на свои вопросы.



Глава № 5

Утром Билл, только проснувшись, убежал в ванную и застрял там минут на сорок. Судя по звукам, что периодически оттуда издавались, вечеринка не прошла для него без последствий. Том чувствовал себя не так плохо. Немного побаливала голова, и тошнота тоже тяжелым комом осела в желудке, но бывало и хуже. А вот руки болели сильно. Том с удивлением смотрел на плечи с пятью уродливыми продолговатыми синяками и ранками-полумесяцами из-за впившихся в кожу ногтей. Билл зашел в комнату как раз в тот момент, когда Том осторожно сдирал ногтем засохшую кровь.

- О, Господи, - выдохнул Билл, садясь рядом с братом и рассматривая его руку. – Это я сделал, что ли?

- Ага. Мое присутствие в твоей постели тебе вчера не понравилось. Хотя это, вроде, не я дал повод опасаться… – Билл вздрогнул и опустил голову. Том тут же пожалел о своих словах. – Что же тебе такое снилось? – Брат пожал плечами.

- Ничего такого. Обычный кошмар: духовная школа, святая вода, только вместо Демона на этот раз я. Мне часто такое снится, правда, обычно я после такого больше не могу уснуть. Вчера было иначе.

- Это из-за моего присутствия?

- Возможно. Когда ты рядом… - Билл запнулся, - … я чувствую себя лучше.

- Это ты потому вчера…

- Я не хочу это обсуждать, - отрезал Билл. Он схватил из кресла свои вещи и вышел из комнаты. Том вздохнул, еще раз оглядел свои боевые раны и направился принимать душ.

Завтракали немного в напряженной атмосфере. Билл сидел, уткнувшись в тарелку, волосы он собрал в хвост, отчего было видно, как алеют кончики ушей. Несмотря на неловкость, Том чувствовал, что это его забавляет, хотя он, конечно, старался не подавать вида, боясь, что брата это обидит.

- Ты себя хорошо чувствуешь после вчерашней пьянки? – спросил он, глядя на то, как близнец ковыряется в яичнице.

- Не важно. – Билл перестал притворяться, что хочет есть и отодвинул тарелку в сторону.

- Тогда, может, пойдем прогуляемся ближе к вечеру? А сейчас тебе лучше отдохнуть – ты плохо спал ночью.

- Том, прекрати вести себя, как мамочка. Я сам решу, чем мне сегодня заняться, - резко сказал Билл, вставая изо стола.

- Так ты отвергаешь мое предложение? – уточнил Том.

- Я подумаю.

Оставшись один, Каулитц старший тоже отодвинул от себя тарелку и стал убирать посуду со стола. Он понял, что слегка переборщил с заботой. Но отчего-то желание защищать и опекать иногда выражалось в таких вот причудливых формах.

Домыв посуду, Том отправился в свою комнату готовиться к экзаменам. Похмелье похмельем, но учебу, к сожалению, никто не отменял. Оторвался от учебников и компьютера Том только к шести вечера. Размяв затекшие от долгого сидения мышцы, парень спустился на кухню, чтобы перекусить. Там сидел Билл, разложив по всему столу какие-то листы, и писал.

- Что делаешь? – поинтересовался Том у брата.

- Рисую.

- А почему здесь?

- Тут свет лучше.

- Можно посмотреть? – Билл пожал плечами, мол, бери, если хочешь. Том взял в руки один из листов. На нем был всего в несколько штрихов изображен карандашом цветок. Парень с минуту смотрел на него, нарисовано было красиво, но явно недоделано, будто художник потерял интерес к своему творению. - Ты научился в школе?

- Да. У нас там был хороший учитель. Из светских. Он считал меня очень талантливым, но ленивым, поэтому всегда ставил мне низкие оценки, объясняя это тем, что я могу лучше, просто не стараюсь.

- А ты так не считал?

- Считал. Но все равно не старался. Моя жизнь в школе не очень-то располагала к творчеству. Если бы я рисовал то, что мне хотелось, то они бы точно сочли, что я полностью одержим. А цветочки и лепесточки… сам видишь, они мне были неинтересны.

- А сейчас?

- Сейчас тоже, но мне захотелось вспомнить, как это делается. После окончания школы я не брал в руки карандаш и бумагу, - пояснил Билл, рассматривая рисунки.

- Так мы пойдем сегодня гулять? – поинтересовался Том у брата. Тот закусил губу.

- Ты же будешь там задавать свои дурацкие вопросы?

- Я и дома их могу задать.

- Ладно, - вздохнул Билл. – На улице я, по крайней мере, смогу от тебя сбежать.


~~XXX~~



Билл спустился в холл примерно через час. Без косметики, в какой-то серой шапочке и такого же цвета свитере, он казался бледным.

- А я что говорю – Мышонок. Годы идут, а твоя любовь к серому цвету осталась, - хмыкнул Том. В ответ на эти слова младший братик с удовольствием показал старшему фак. Тот рассмеялся и приглашающим жестом распахнул дверь.

На улице было прохладно. Периодически налетал холодный ветер, солнце скрылось за тучами, не желая согревать землю своими лучами. Однако воздух был свежий, дышалось легко и свободно, а гулять при такой погоде было одно удовольствие. Братья шли в сторону леса, растущего на краю деревни: им нужно было уединение и тишина. Том не торопился начинать разговор, хотелось сначала немного собраться с мыслями, понять самому, что конкретно он хотел бы спросить у брата. Но перед глазами все вставал вчерашний поцелуй, и мысли путались. Том сам не мог понять, что он испытывал в тот момент. И тем более не мог предугадать, чем закончится их этот разговор. Он мог только надеяться, что не очередной ссорой.

А ведь как давно он ни с кем так не гулял. Все куда-то торопился, что-то делал, а ведь всего-то нужно было выделить час своего времени, чтобы привести мысли в порядок, подышать свежим воздухом и размять мышцы. Том покосился в сторону Билла. Плечи парня были чуть напряженны, и в целом было заметно, что он пока получает мало удовольствия от прогулки.

- Билл, расслабься. Не хочешь – можешь вообще ни на что не отвечать. Я не обижусь и пытать не буду. Просто… мы же не можем взять это и проигнорировать, правда?

- А почему нет? – спросил Билл и повернулся к Тому. – Мы были пьяны и не очень соображали.

- То есть ты отказываешься от тех своих слов целиком и полностью?

Каулитц-младший в досаде закусил губу, а потом вскинул голову и кивнул:

- Да. Я просто не привык пить в таких количествах. Учась в духовной школе, особо не погуляешь.

Том отступил на шаг назад. Слова брата должны были приносить облегчение, но вызывали только досаду.

- Значит, забыли?

- Конечно. Ты же мой брат! О каком влечении вообще может идти речь? Между нами в последнее время много чего происходит. Не мудрено принять все эти эмоции за нечто большее, - тихо сказал Билл. С этим сложно было не согласиться. Слишком много разных эмоций испытывали они друг из-за друга. И надо научиться давать свои чувствам определения, пока те не завели их на опасную дорожку. И все же настроение немного испортилось. Братья шли по лесной тропинке, соприкасаясь плечами, и молчали. Собираясь на прогулку, Том думал, что будет расспрашивать Билла о его жизни в духовной школе, друзьях, необычном имидже, но сейчас он понимал, что это все не так уж и важно. Зачем расспрашивать Билла о прошлом? Ему ведь наверняка будет неприятно вспоминать. И Том не стал. Он просто шел рядом, изредка поддерживая Билла за локоть, когда тот запинался о торчащие из земли корни деревьев и думал, что теперь это его прямая обязанность. Поддерживать брата, когда он собирается упасть, просто быть рядом и помогать по мере сил. Ведь он старший брат. Просто старший брат.

- О, Господи, Билл. Ты можешь внимательнее смотреть под ноги? – спросил Том, в очередной раз подхватывая близнеца под руку.

- Темно что-то стало, - заметил тот. Это была правда. Солнце скрылось за тучи, который день висевшие над Лойтше, вдобавок братья зашли в самую гущу леса, куда солнечный свет и в ясные-то дни проникал плохо. Том оглянулся и подумал, что им, пожалуй, пора возвращаться. Разговор не клеился, погода портилась. Зачем вообще тут торчать? Расстроившись, парень опустил руку Биллу на плечо и собрался сказать ему, что они идут обратно, как совсем рядом услышал треск веток. Сюда кто-то шел.

- Ты слышал? – спросил Билл. Он тоже начал озираться в поисках источника звуков, но ничего, кроме деревьев, в поле зрения не попадалось.

- Пошли уже отсюда, - предложил Том. Брат кивнул, развернулся и вновь запнулся. Каулитц-страший подхватил младшего под руки и поставил на ноги. В этот момент совсем рядом с ними раздалось рычание. Билл напрягся и инстинктивно придвинулся ближе к близнецу.

- Тут водятся дикие звери? – спросил он.

- Нет, конечно. Тут отродясь крупнее белки зверей не было.

- Тогда что, по-твоему, мы слышим?

Том не знал и ему стало немного жутковато. Он был не особым любителям фильмов ужасов, но несколько картин видел. Кажется, большинство из них начиналось именно так.

- Идем-идем, - прошептал он, хватая Билла за руку. Они быстрым шагом направились обратно и к своему ужасу услышали, что кто-то идет вслед за ними. Но, черт возьми, никого же вокруг не было! И все же было слышно, как трещат сухие ветки под чьими-то шагами. Том прибавил скорости, уже не стесняясь таща Билла за собой за руку. Дома они будут угорать над этим, и он сам себя объявит параноиком. Плевать, это будет дома, в безопасности. Сейчас у него слишком плохое предчувствие. Осталось совсем немного до конца тропинки, и они выйдут из леса.

В этот момент откуда-то сбоку выпрыгнуло что-то белое. Том дернулся в сторону, заталкивая брата себе за спину, и пригляделся. А потом вздохнул с облегчением и чуть не рассмеялся. Перед ними стоял уже знакомый белый дог.

- Билл, можешь расслабиться. Это всего лишь пес.

- Том, я бы не стал расслабляться. Ты же знаешь, как на меня животные реагируют.

- Да, они тебя бояться. Сейчас эта псина убежит, поджав хвост.

- Что-то она не торопится, - съязвил Билл, прижимаясь к Тому сильнее. Того это несколько отвлекало.

- Ладно, давай медленно обойдем его кругом. Ме-е-е-едлено. – Каулитцы осторожно стали обходить животное, следившее за ними настороженным взглядом. Когда они подошли слишком близко, пес зарычал, обнажив гигантские белые клыки. Парни застыли.

- И что теперь?

- Сойдем с дорожки. Давай, Билл, не тормози. – Все также медленно братья отошли в сторону, а потом вновь двинулись вперед. Пес зарычал еще громче. Клыки обнажились полностью, губы подрагивали. У Тома мурашки побежали по телу. Он никогда не боялся собак, но сейчас эта псина наводила самый настоящий ужас. – Тихо-тихо-тихо. Вот так… почти обошли. – Том схватил Билла за плечи, заставляя идти уже впереди себя. Позади них оставалась собака. Она все также следила за ними, рычание ее становилось тише. Парень выдохнул и повернул голову вперед. И как назло именно в этот момент споткнулся. Крикнуть «Беги» он успел даже раньше, чем услышал за своей спиной угрожающий лай. Оглянувшись, он с ужасом увидел, что пес несется прямо на него. Карие глаза животного горели ненавистью и злобой, дог казался огромным. В метре от Тома он присел и прыгнул на него. Мощные лапы толкнули его в грудь и повалили на землю. Парень больно ударился спиной о твердую почву, однако смог схватить псину за ошейник. Собака, впрочем, не спешила вцепляться ему в горло. Она оттолкнулась от его груди передними лапами и побежала дальше, потащив Тома за собой. Парень взвыл, почувствовав все неровности почвы собственной спиной. Он продолжал одной рукой держаться за ошейник, другой схватился за торчащий из земли корень дерева. И в эту же секунду ему показалось, что его сейчас порвет надвое. От боли потемнело в глазах, но Том продолжал держать собаку за ошейник.

- То-о-о-ом! – услышал он крик брата. Подняв голову, он увидел, что Билл далеко не убежал. Стоял в метрах десяти и, судя по всему, собирался возвращаться.

- Уходи, идиот! – перекрикивая лай собаки, приказал Том.

- Я не могу. Она же тебя убьет! – в отчаянии заорал Билл. Каулитц-старший скрипнул зубами.

- Не видишь что ли, что я ей не нужен. Она тебя сейчас порвет, если я ее отпущу. Билл, уходи! Я не смогу ее долго держать. Мне больно!

Ему действительно было больно. Собака рвалась к своей жертве, царапала его руку когтями до крови, колени постоянно елозили по земле, отчего на джинсах уже образовались дырки, вдобавок было трудно дышать. Парню казалось, что пес вот-вот оторвет ему руку. На Билла слова возымели действие. Он кинул на брата последний взгляд и побежал. Через минуту его фигура скрылась из поля зрения. Пес стал рваться еще сильнее. Том, стиснув зубы, попытался подтащить его к себе, но рука, держащая ошейник сорвалась. Собака бросилась догонять Билла. Том мог только надеяться, что брат успел убежать далеко. Парень поднялся на ноги и оглядел себя: джинсы в районе колен превратились в лохмотья, толстовка на груди и на левой руке была распорота когтями. С руки на землю капала кровь, а плечи и грудь болели просто нещадно. Эта сука хоть и кобель, но плечо ему вывихнула. Вот и прогулялись.

Том, чуть прихрамывая, поплелся домой. Возле коттеджа ненавистного пса не было, крови и следов драки, впрочем, тоже. Значит, Билл успел. Это радовало. Стоило только Тому зайти в дом, как на него тут же налетел Билл и взволновано воскликнул:

- Том, ты бы знал, как я волновался! Что у тебя болит? – Он усадил брата в кресло и расстегнул «молнию» толстовки. – О, Господи.

Том опустил взгляд на свою грудь. Футболка под толстовкой была разодрана, в прорезях видны глубокие царапины, покрытые уже свернувшейся кровью. На левой руке «красовались» еще две. Колени были стесаны в кровь. Том аккуратно снял с себя испорченные вещи, оставшись в один трусах.

- Я сейчас принесу воды, бинтов и перекись, - сказал Билл, оглядев все повреждения.

- И обезболивающего принеси, - крикнул вдогонку Том. Он чуть приподнял левую руку и охнул. Плечо придется вправлять. Брат вернулся быстро. – Мне надо вправить плечо. Дернешь за руку и наложишь тугую повязку, понял? Только дергай резко и сильно.

Билл быстро закивал. Том согнул руку в локте и закрыл глаза.

- Давай. Раз. Два. Три. Дергай. ТВОЮ МАТЬ! – Было больно. Том согнулся пополам, прижимая к себе поврежденную руку. Подождав пока перед глазами перестанут прыгать черные точки, парень осторожно откинулся на спинку кресла. Он какое-то время посидел так с закрытыми глазами, пока не услышал легкий всхлип. Том покосился в сторону брата. Тот окунал белое полотенце в тазик с водой.

- Ты чего, рыдаешь что ли?

- Вот еще. Заняться больше не чем, - буркнул Билл.

- Ну-ка, посмотри на меня. – Каулитц-старший протянул здоровую руку и приподнял голову брата за подбородок. Слез нет, но глаза у него покрасневшие. Костяшками пальцев Том погладил близнеца по щеке и улыбнулся. – И чего сырость разводим?

- Это у меня от стресса. – Билл сноровисто мотнул головой. – Еще ты, блядь… тоже мне, герой. На бешеную псину голыми руками попёр.

- А что я, по-твоему, должен был сделать?

- Что-нибудь другое, - огрызнулся Билл. – Не пришлось бы мне тебя теперь лечить.

- Тебя кто-то просит, что ли? Не хочется, так иди, посмотри телевизор. Я как-нибудь сам справлюсь, - обиженно процедил Том. Он, конечно, не рассчитывал на парад в свою честь, но элементарную благодарность брат мог бы и высказать.

- Справится он. – Билл стал смывать с груди близнеца кровь с таким лицом, что Том отобрал у него полотенце и резко сказал:

- Вали отсюда.

В груди больно кольнуло, и собака к этой боли не имела никакого отношения. Парень стиснул зубы и, перестав обращать на дорогого брата внимание, стал приводить себя в порядок. Царапины щипало, и одной рукой было действовать неудобно, но попросить помощи? Увольте. Он скорее съест все свои испорченные за день вещи.

- То-о-ом, - жалобно позвал Билл.

- Ты еще здесь? Я думал, у тебя есть более важные дела.

Брат опустился перед Томом на колени и заглянул в глаза, а потом перехватил его руку с полотенцем.

- Прости, я… перенервничал. Я просто очень испугался за тебя. У меня нервы в последнее время ни к черту: все время что-нибудь случается. – Все также глядя Тому в глаза, Билл поцеловал его руку. Тот вздрогнул, с потрясением взирая на брата. – Из-за меня всегда сплошные неприятности. И меньше всего я хотел, чтобы ты пострадал. У меня ведь кроме тебя никого нет, Том.

- Билл…

- Постой, я скажу. Я когда сюда ехал, больше всего боялся, что ты меня не примешь. Я вообще тогда не знал бы, куда идти. Подох бы где-нибудь в сточной канаве, а перед тем убил бы кого-нибудь обязательно. А ты принял. Не сразу, но принял. И даже помочь пытался. Неуклюже, правда. А потом… когда я ушел после ссоры. Я ведь не потому вернулся, что у меня деньги кончились. И не за вещами. Что у меня там за вещи-то? Я просто понял, что не могу уехать. Десять лет мог жить вдали от тебя, а теперь не могу. Так что ты не прав был тогда…я тоже без тебя не выживу.

- Ты же вещи собирать начал?

- Я ждал, когда ты меня остановишь.

Том не знал, что сказать. И не мог бы, наверно, больше вымолвить не слова, если бы захотел: в горле будто передавило что-то. Он прикрыл глаза и откинулся на спинку кресла, позволяя брату отмыть его от крови и грязи. Тот действовал аккуратно, дезинфицировал раны, мазал их какими-то мазями, чтобы быстрее зажило, перебинтовывал. Том почти не чувствовал боли, только легкие поглаживания Билла по руке и его теплое дыхание, когда он наклонялся слишком близко. В груди у Тома поселилось какое-то щемящее и нежное чувство, и он не знал, как его выразить. Хотелось схватить Билла в охапку… и что-нибудь сделать.

- Готово. – Том открыл глаза и увидел, что Билл действительно всего его забинтовал и заклеил пластырями. И Том был уверен, что вон там на бедре у него никаких ранок нет. Но спорить с братом он сейчас не решился. Тот все еще был насуплен и, судя по всему, собрался залечить близнеца до смерти.

- Спасибо.

- А теперь марш в кровать.

- Но сейчас только десять вечера, - пытался возразить Том. Билл недовольно на него посмотрел.

- Ничего страшного. Ляжем пораньше. – Каулитц-старший фыркнул, но возражать не стал. Удивительное дело, но он все-таки почувствовал себя виноватым за то, что спас брату жизнь!

- Тогда вместе, - выдвинул он ультиматум.

- Почему это?

- Мне надоело просыпаться среди ночи и будить тебя, спасая от кошмаров. Если рядом со мной тебе спится лучше, то будем спать вместе.

Сделав вид, что ему совершенно все равно, где спать, Билл начал собирать бинты, пластыри и лекарства со столика. Том хмыкнул и, хромая, направился в ванную чистить зубы.

Готовились ко сну Каулитцы каждый по отдельности, и даже не глядя друг на друга. Уже перед самой кроватью Тома настиг вопрос, в чем спать. Изменить своим привычкам или нет? Он не мог спать в одежде лет с тринадцати. Мама постоянно запихивала его в пижамы, которые на нем перекручивались и мешались, поэтому одним прекрасным утром он заявил, что спать теперь будет вообще без всего. Том посмотрел на брата, который как раз в этот момент вышел из ванной, вытирая полотенцем шею, и решился. Здоровой рукой он стянул боксеры и точным движением через два проема забросил их в корзину для белья. Билл не сразу понял, что только что пролетело мимо него. Он кинул взгляд на близнеца и залился краской. Было забавно наблюдать, как краснеют сначала его уши, потом щеки, потом шея.

- Ты … ты так будешь спать?

- Ага. Не люблю, когда что-то стесняет движения. Я и так весь в бинтах. А ты стесняешься что ли?

- С чего бы? – отрезал Билл и отвернулся. – Ты же не девица.

Однако второе одеяло он все же притащил и смотреть на Тома лишний раз опасался. Каулитц-старший понимал, что такие игры с братом до добра не доведут. Он не девушка и уж тем более не посторонний человек. Том прекрасно знал, как это называется. Однако после их разговора в лесу захотелось доказать, что все, что было вчера – это не пьяный угар. Тогда он впервые в жизни почувствовал, какого это: быть единым целым с другим человеком. И ему хотелось ощутить это вновь.

Том выключил свет и лег рядом с Биллом. Тот отвернулся от него, завернувшись в одеяло по самый подбородок. Парень придвинулся к близнецу и поцеловал в висок.

- Спокойной ночи, - тихо сказал он.

- Спокойной ночи, - ответили ему. Том лег на спину, осторожно положив рядом с собой больную руку, и закрыл глаза. Через какое-то время он услышал шорох и почувствовал, что Билл придвинулся к нему ближе и обнял одной рукой за талию. Том уснул с улыбкой на губах.



Глава № 6

Конечно, Том никак не мог упустить возможность построить из себя больного. Билл хоть и ворчал, но вертелся вокруг брата как заботливая мамочка: перебинтовывал раны, готовил еду, стирал вещи, бегал в магазин. Том же валялся на диване, делал вид, что готовится к экзаменам, смотрел телевизор и резался в Playstation. Правда, возникшие проблемы с деньгами пришлось решать самому. Зарплата за прошлый месяц уже была на исходе, за текущий – потрачена Биллом в период их ссоры. Поколебавшись, Том написал матери электронное письмо. Он не любил просить денег у родителей, но иного выхода он не видел. Тем более, должен же он был сообщить, что Билл с ним. Если отец Пауль позвонил ей, то она наверняка волнуется. Хотя тогда она бы позвонила. Том не стал в письме особо вдаваться в подробности. Написал только, что с Биллом все в порядке, что они вместе и им нужны деньги до тех пор, пока Том не сдаст экзамены и не найдет работу. Мама ответила далеко не сразу: пошло почти три дня. Том не знал, что стало причиной задержки. То ли почту Симона проверяла не так часто, то ли ей нужно было время, чтобы собраться с мыслями и решить, что нужно делать. Письмо от нее было также достаточно лаконично: Здравствуй, Том. Я очень рада, что ты мне написал. Извини, что не звоню. Все время забываю, какая у нас разница во времени. Твое письмо очень взбудоражило меня, я подумала о том, что стоит приехать. Сейчас у Гордона небольшие проблемы на работе, но где-то через месяц мы сможем навестить вас. Я очень-очень соскучилась. Понимаю, что не имею права просить, но, может, ты поговоришь с Биллом на эту тему? Я очень боюсь, что он просто не захочет меня видеть. Деньги я переслала тебе на карточку. Люблю, мама. P.S. Чуть позже позвоню, и мы все обсудим, хорошо?

Том прочитал письмо утром перед экзаменом и всю дорогу до университета не мог выкинуть его из головы. На приезд матери он не рассчитывал и не был уверен, что Билл обрадуется такому. Но сказать матери, что ее приезд будет некстати? Нет, на это он тоже не согласен.

- Привет, Том. Экзамен сдавать? – Каулитц повернул голову в сторону говорящего и увидел своего друга Энди. Парень стоял на обочине перед зданием университета и поигрывал ключами. Том припарковался и вышел из автомобиля.

- Хотел бы схалтурить, да не выйдет. Придется сдавать. А ты какими судьбами? У тебя же «хвостов» нет. – Каулитц пожал другу руку и улыбнулся.

- Да так, зачетку сдать, да над неудачниками-однокурсниками поглумиться.

- Твоя доброта не знает границ.

- А то! Ты как?

- Нормально. Слушай, я вот что хотел спросить…- Энди сделал паузу. – Ну, насчет того, что было на вечеринке.

- А что было? – напрягся Том.

- Вы вели себя странно. Все это видели. Девчонки из нашей параллели даже решили, что ты теперь для них потерян. Я пытался сказать, что это твой брат, но…

- Это мой брат. Андреас, я не понимаю, к чему ты клонишь? Билл перебрал и устроил грязные танцы, я ему немного подыграл. Какие проблемы? И почему это обсуждает весь наш поток? Или мне напомнить, что на прошлой вечеринке было? Да там половина человек было обдолбано!

- Извини, чувак, просто это выглядело странно, и я спросил, - пошел на попятную Андреас. Но Том уже завелся. Еще не хватало, чтобы по всему университету поползли подобные слухи. И что, черт возьми, они сделали? Это их жизнь, и они могут творить, что душе вздумается. Какое дело до этого остальным?

- Ну да, спросил. Не трахаю ли я своего брата! Да даже если так, то тебе-то какое дело? Противно? Не общайся со мной!

- Да ты что? Никто тебя в этом не обвиняет. Прости. Я не хотел тебя обидеть.

Том трясущимися руками закурил. Воистину злиться начинаешь тогда, когда совесть не чиста. Внезапно вспомнилось, что произошло пару ночей назад. Эта была третья их ночевка вместе. Том долго не мог заснуть, было очень душно, но скидывать одеяло он все же не решился. Какое-то время он наблюдал за братом. Тот спал на боку в неизменных штанах и майке, закинув на Тома руку. Он вообще любил обниматься во сне, так ему спокойнее спалось. У Билла немного задралась майка, обнажая края татуировки-звездочки. В прошлый раз Том постеснялся долго ее рассматривать, но сейчас она будто притягивала взгляд. Парень протянул руку и чуть приспустил штаны брата, оголяя рисунок. Три звезды, одна в другой. Так низко, что если провести пальцами по краю рисунка снизу, то можно ощутить подушечками пальцев жесткую щетину сбритых лобковых волос. Билл вдруг чуть слышно застонал, придвигаясь ближе. Том тут же отдернул руку, но, убедившись, что брат все еще спит, успокоился. Он аккуратно лег на левый бок, чуть поморщившись от остаточной боли в руке, и погладил брата пальцами по шее и открытой ключице.

- Ты все-таки настоящий демон, Билл. Другого объяснения нет. Иначе какого черта я тут делаю? – Вопрос остался без ответа. Парень придвинулся ближе, теперь даже в темноте можно было разглядеть, как трепещут во сне ресницы Билла, как поднимается и опускается от его дыхания тонкая прядь волос, можно было почувствовать, как одуряющее превосходно от него пахнет. Том никогда не видел человека красивее, чем его брат. Он не заслужил того груза, что несет на себе. Он хрупкий и не по-мальчишески нежный. Он создан для любви. И Том будет любить его как может. Оберегать его от неприятностей, пока есть силы. Кажется, что он даже рожден именно для этого. На десять минут раньше, потому что вышел посмотреть, безопасен ли этот мир для Билла. И хоть мир оказался не таким уж и безопасным, и хоть Том не очень яростно исполнял свои обязанности до этого, сейчас он сделает все, чтобы Биллу было хорошо.

- Мои отношения с братом – это мое дело, - процедил Том, выныривая из воспоминаний. – И очень надеюсь, что дальнейшие коллективные обсуждения нас с Биллом умрут в зародыше.

Парень выбросил сигарету в урну и ушел, даже не попрощавшись с другом.



~~XXX~~



Несмотря на удачно сданный экзамен, вернулся Том немного не в настроении. Все время, пока он провел, дожидаясь своей очереди, однокурсники косились на него и перешептывались. Можно подумать, другой темы для разговоров у них не было!

Загнав автомобиль в гараж, парень ввалился в дом и упал на диван, вытянув ноги. Встать сегодня пришлось рано, поэтому он не выспался.

- Билл! Вообще-то я уже дома, мог бы спуститься, поинтересоваться, как у меня дела, - крикнул он. Билл появился на пороге через минуту.

- Ну и как у тебя дела? – хмуро спросил он.

- Отлично! А ты что не в настроении?

- Ты, уходя, забыл выключить компьютер, он мешал мне спать.

- Прости, торопился. – Каулитц-старший не совсем понял, почему из-за такой ерунды нужно ходить с таким лицом.

- Я встал, чтобы исправить эту оплошность и наткнулся на одно любопытное письмо.

Том чуть не застонал в отчаянии. Ну что за дерьмовый день у него сегодня? Уж лучше бы он вообще не вставал с постели!

- И что теперь?

- И что теперь? – взорвался Билл. – Том, скажи мне, какого чёрта ты сказал матери, что я здесь? Тебя просил кто-то?

- Она имела право знать.

- Зачем, объясни мне? Она теперь хочет приехать, но я, блядь, совсем не хочу, чтобы она это делала!

Том предполагал такую реакцию, хоть и надеялся на другую. Однако он все равно не хотел понимать, почему нет. Почему их мама не может приехать домой? Они же могут поговорить друг с другом, попытаться простить. Почему нет? Том задал этот вопрос вслух.

- Ты просто не можешь простить ей, что она отдала тебя в духовную школу. Да, она ошиблась, но мы все ошибаемся. Она испугалась. Неужели нельзя понять?

- Том, и почему ты не пошел учиться на психолога? Тебе бы больше пошло, - съязвил Билл. Слова брата он как будто пропустил мимо ушей. Том вскочил с дивана. Его бесила эта маска близнеца: язвительность, сарказм и пофигизм. Как будто разговор идет и не про него вовсе.

- Да, она отдала тебя, - кивнул Том, - но я знаю, что она звонила отцу Паулю каждый день, спрашивала о тебе. Первое время он запрещал ей приезжать. И потом… у нее были большие трудности со мной, я постоянно сбегал из дома.

- Я сейчас разрыдаюсь.

- Билл! Да пойми же ты…

- Да мне плевать! Мне все равно, как страдала она! – закричал Билл. - Теперь уже ничего не исправить. Мы только принесем друг другу еще больше боли, а я не хочу. Я не хочу этого. Мне надоела боль, она у меня вот уже где. – Парень провел ребром ладони по горлу. – У меня уже все предохранители слетели.

- Билл, послушай, успокойся, - пошел на попятный Том, но брат его уже не слушал.

- Какого черта ты постоянно лезешь, куда тебя не просят? Везде суешь свой нос и все портишь. Да на какой черт мне сдалась, по-твоему, твоя помощь? Мне вон уже помогали плетьми по ребрам. Думаешь, мне легче стало? Нет, только им. Они делали все, что могли, они не чувствуют вины, потому что сделали все, что могли.

- Ты думаешь, я такой же? – возмутился Том. – Ты думаешь, что я это все делаю для себя, чтобы потом тешить себя мыслями, что пытался, но у меня не получилось?

- А что, нет? Скажи еще, что все это делается не для очистки совести. Или ты думаешь, мама хочет приехать? Ты реально думаешь, что она хочет? Да она бы век меня не видела. Просто не сможет потом себе простить! Ей нужно мое прощение для себя! Она хочет приехать сюда, броситься ко мне на шею и разрыдаться, чтобы я проникся ее фальшивыми страданиями, а потом она опять уедет в свою Индию, бросив меня на произвол судьбы. И ей все равно, что со мной будет.

- Не говори так. Ты не имеешь права так говорить о матери, она искренне переживает за тебя. Но она не знает как помочь. Она бежала не от тебя, а от своего бессилия.

Билл невесело рассмеялся.

- Очень хорошее оправдание.

- А я? Что ты думаешь обо мне? Скажи сейчас правду, раз у нас такой разговор. Ну же, не стесняйся. – Том скрестил руки на груди и с вызовом посмотрел на брата. В его душе бушевала буря. Несправедливость слов Билла просто жгла изнутри. Значит, все, что он делает, это для успокоения совести, да? Значит, ему на самом деле на брата плевать? Очень хорошо. Да больше он и пальцем ради него не пошевелит. И вот уж поверьте, совесть его потом мучить не будет.

- Ты… - Билл запнулся. – Иногда на тебя накатывают приступы вины, и тогда ты пытаешься что-то сделать. Дневник этот, и в Интернете роешься, я знаю, и пытаешься изобразить для меня нормальную человеческую жизнь.

- Из-за чувства вины? – уточнил Том, еле держа себя в руках, чтобы не двинуть Биллу хорошенько по симпатичной мордашке.

- А из-за чего же еще, по-твоему?

Том не выдержал, он подлетел к брату, схватил его за волосы так, что тот вскрикнул от боли. И прошипел, глядя прямо в глаза:

- А то, что я люблю тебя, тебе в голову не приходило? – Билл растерянно моргнул. Том оттолкнул его от себя и выбежал из дома. Через минуту взвизгнули колеса BMW, и парень на высокой скорости понесся по улицам Лойтше. До Магдебурга пару часов езды, а там есть отличный бар и нет его идиота-брата, способного сделать больно только одним своим присутствием в его жизни.


~~XXX~~



- О, да, детка, иди сюда, - пьяным голосом сказал Том, вертя несколькими купюрами в десять евро в руках. Танцовщица активнее завертела попой, подставляя ее парню. Тот усмехнулся, сунул девушке деньги в трусы и допил остатки своей текилы. – Бармен, повтори.

- Эй, парень, мы закрываемся через десять минут, - крикнул ему кто-то из обслуги. Том поморщился.

- Чертова Германия. И почему я живу не в Гамбурге? Там, по крайней мере, можно повеселиться. – Продолжая недовольно бурчать, Каулитц расплатился с барменом и вышел на улицу.

– Тебе бы сейчас не садиться за руль, - посоветовал ему охранник стрип-бара. Том махнул на него рукой.

- Сам справлюсь. Советчики, блин. – Каулитц отпер машину, сел за руль и закурил. Домой ехать не хотелось. Можно было завернуть в какой-нибудь переулок и уснуть в машине. Ночи сейчас более или менее теплые, только вот его могли сцапать или полицейские, или, что еще хуже, местные бравые ребята. И тогда прощай, магнитола. И это в лучшем случае. Значит, надо ехать домой. Господи, или не Господи, сделай так, чтобы Билл уже спал. Том выкинул сигарету, завел мотор и медленно поехал домой. Не хватало попасть в аварию. Или в полицию, что еще хуже. Том приоткрыл окно, позволяя свежему ночному воздуху заполнять салон. Впереди еще несколько часов пути. Это поможет ему протрезветь.

Всю дорогу Каулитц, включив музыку на полную катушку, подпевал любимым исполнителям. В голове было пусто, думать о дневной ссоре не было никакого желания. С тех пор, как брат вновь появился в его жизни, жизнь стала слишком насыщена событиями. Никогда Том не испытывал такой спектр эмоций: от щемящей нежности и любви до желания врезать так, чтобы одним ударом выбить всю дурь из братской головы. А иногда… иногда его посещали совсем другие желания. Физические. Быть ближе, максимально близко, кожа к коже, чтобы вновь почувствовать себя единым целым. Одним человеком.

- You let me violate you, - Том отбил ритм песни на руле, - you let me disgraces you. О, да, я люблю эту песню. – До дома оставалось чуть больше десятка километров, хмель немного выветрился из головы, и парень прибавил скорости. - Help me, get away from my self. I wanna fuck you like an animal. I wanna feel u from the inside. О да, я хочу трахнуть тебя, как животное, чтобы выбить из тебя всю дурь. Я бы трахал тебя так, чтобы ты потом не нашел в себе силы говорить дня два. – Том сделал звук погромче и поудобнее сел на водительском кресле. Ужасно хотелось в туалет, к счастью, ему осталось проехать последний поворот. Дорогу почти не было видно из-за хлынувшего дождя. Пришлось закрыть окна, чтобы не промокнуть, но Каулитцу было плевать на плохую видимость. Сейчас ему на все было все равно. Тому хотелось орать песню во все горло, но что-то на подобии благоразумия пока что сдерживало его. - Help me, turn on my reason. Help me, sex I can smell. Черт, что я несу, мне надо меньше пить. ТВОЮ МАТЬ! – Кто-то выскочил к нему прямо под колеса. Он не видел кто, но это точно был человек. Так внезапно, что Том слишком резко вывернул руль, пытаясь уйти от столкновения. Потом еще раз, на этот раз, чтобы не влететь в чей-нибудь дом. Машину занесло. Том отпустил руль и закрыл глаза, уже не понимая, куда несет его машину. В голове будто туман образовался. Каулитц закрыл глаза, а потом почувствовал удар. Его мотнуло вперед, ремень безопасности больно врезался в тело, а лбом Том ударился о руль и потерял сознание.

_______________________________
You are the reason I stay alive.*

* Nine Inch Nails - Closer





~~XXX~~



- Давай, очнись, ну? Том, открой глазки, будь умницей. – В нос ударил резкий запах. Том дернулся, пытаясь уйти от источника «аромата» и попробовал открыть глаза. Голова тут же взорвалась дикой болью. – Слава Богу. Том, Томми, ты как? – Юноша попытался открыть глаза еще раз. В этот раз получилось, он увидел склонившегося над ним брата и понял, что лежит дома на диване в гостиной.

- Что случилось?

- Ты врезался в фонарь, - сообщил ему Билл. – Прямо на моих глазах. Я как чувствовал, что с тобой что-то случится и вышел из дома. Я увидел твою машину. Ты вдруг начал петлять, тебя занесло, и ты врезался в фонарь. Я жутко испугался, но потом убедился, что ты жив, отогнал машину в гараж, а тебя принес сюда. Надо сказать, ты очень тяжелый. – Брат говорил очень быстро, видимо, действительно перенервничал, но от его трескотни голова начинала болеть еще больше.

- Постой-постой. Там был человек. Я видел его. Он бросился мне под колеса.

- Там никого не было, Том. Вообще никого. Ты жутко пьян, тебе почудилось. Как ты мог сесть за руль в таком состоянии? У тебя не сработали подушки безопасности! Ты мог умереть! – Билл повысил голос, отчего Том со стоном схватился за голову.

- Клянусь, я видел кого-то, я не настолько пьян, чтобы галлюцинировать.

- Хорошо, давай я тебя сейчас полечу. Опять, - Младший Каулитц усмехнулся. Он взял со столика заранее приготовленные вату и перекись. – Сейчас будет щипать немного. – Билл приложил вату к брови Тома. Тот поморщился. – Тихо, вот так. Ты знаешь, - вдруг сказал парень, - я ведь очень испугался. Я прямо видел, как твою машину занесло, как она ударилась об этот фонарь. Я пока бежал к тебе, думал, что у меня сердце остановится. Понимал, что если с тобой что-то случилось, я умру прямо там. А еще я думал о том, что последние слова, которые я тебе сказал… это…

- Билл…

- Я ведь даже так не считаю, - перебил Тома брат. – Я не знаю, что меня заставило это сказать. Я вообще не соображал, что говорю, меня просто несло куда-то не туда.

- Билл, постой, - Тому вдруг пришла в голову интересная мысль. Даже боль немного прошла. Он приподнялся на локтях, проигнорировав боль в груди, и посмотрел на близнеца. – То есть ты хочешь сказать, что никого на дороге не было?

- Да, только я, но я стоял в метрах ста от тебя. Если не больше.

- Но не могло же мне поглючить?

- Сколько ты выпил?

- Дело не в этом, я уверен.

- А я уверен, что ты перебрал, - отрезал Билл и поднялся на ноги. – И мне очень жаль, что я стал этому причиной. Я прошу прощения. И уверяю, что все, что я сказал фигня. Я так не думаю. Хотя я до сих пор не желаю, чтобы мама приезжала. С тех пор, как я вернулся домой, ты постоянно ходишь в синяках. Не хочу для нее такой же участи. – Парень помог брату встать и проводил его в спальню на второй этаж.

Пока Том мылся, он перестелил постель. В ванной Каулитц-старший много времени не провел, он вышел оттуда уже по привычке в чем мать родила, выставляя на обозрения синяки и ссадины, которые он получил в последнее время. Еще не зажившие царапины от собачьих когтей, ссадина на брови, наливающийся синяк от ремня безопасности на груди. Том оглядел себя в зеркало и вздохнул. Возможно, Билл прав, и матери пока не стоит приезжать домой.

- Ложись, - сказал Билл, пряча глаза. Ему все еще было неудобно смотреть на абсолютно обнаженного брата. Он краснел, отводил глаза и думал о том, о чем думать нельзя было совершенно.

Том аккуратно лег и накрылся простыней. В голове роились самые разные мысли, но парень понимал, что ничего путного на пьяную и больную башку не надумает. Выключив свет, Билл лег рядом с ним, обняв одной рукой, придвинулся очень близко. Том боком чувствовал тепло его тела, отчего по коже побежали мурашки. В его крови все еще играли алкоголь и адреналин, поэтому близость Билла как-то резко подняла температуру его тела.

- Том…

- Что? – Каулитц-старший сглотнул.

- Я тоже люблю тебя. – Том повернулся к Биллу и посмотрел в глаза. В темноте они блестели и казались огромными. Парень понял, что его повело. Захотело выразить все, что он успел испытать сегодня за день. И он не нашел способа лучше, чем поцеловать Билла в губы. Снова. Но на этот раз не было того шока и растерянности, голова была на удивление ясной. Он навалился на парня всем телом, ложась сверху, размыкая языком губы, немного грубовато и напористо целуя, кусая. Он раздвигал ему челюсти до упора, всасывал к себе в рот язык Билла, слыша в тишине ночи, как оглушительно пирсинг стучит о зубы. Целовал глубже, яростнее, сильнее. Он не мог понять, больно делает или приятно. Это было не так важно. Он должен сказать, показать, выразить. Укусить губу и тут же поласкать языком пострадавшее место. Он почувствовал, как робко Билл кладет ему ладони на плечи и гладит руки. Они сказали друг другу все, что хотели сказать. Том с влажным звуком прервал поцелуй и, посмотрев в затуманенные и ошалевшие глаза брата, тихо произнес:

- Завтра ты спишь у себя в комнате.

Билл опустил ресницы и кивнул. Через секунду Каулитц-старший лег на свою сторону кровати и закрыл глаза.

Прости, Билл, так надо.



Глава № 7

Самое глупое времяпровождение, которое только можно для себя придумать – это сортирование DVD-дисков по тематике и названиям. Однако Билл целый день пытался себя чем-нибудь занять, чтобы как можно реже попадаться Тому на глаза. Сам же Том исподтишка наблюдал за братом, прикрывшись учебником по политологии. Наблюдал с грустью, потому что вид у Билла был крайне печальный: брови слегка насуплены, уголки губ все время норовили опуститься вниз. Том понимал, что сам виноват в плохом настроении брата. Тот проснулся в прекрасном расположении духа, улыбнулся близнецу широкой солнечной улыбкой, которая очень быстро стекла, стоило только Тому повторить свои вчерашние слова. Сегодня ночью они спят по отдельности. Видимых причин для этого было две: их вчерашняя ссора, чуть не закончившаяся для Тома весьма и весьма печально, и поцелуй, который сам Том и спровоцировал, но который определенно точно не должен был случиться. На самом деле причина была одна, но озвучивать ее Каулитц-старший не торопился. Он вообще не был уверен, что она стоит расстроенного лица Билла. Но держался, делая вид, что ему совершенно все равно.

Когда учиться надоело, Том решил заняться своей машиной. Выглядела она печально: правый бок оцарапан и помят, фара разбита вдребезги. О страховке, конечно, можно забыть, поэтому придется либо ездить так, либо ремонтировать самому. Том потратил полдня, обзванивая всех своих знакомых, пытаясь найти мастерскую, где ему бы продали фару подешевле. Так как без фары он ездить не сможет вообще.

- Билл, я отлучусь ненадолго, мне надо с машиной разобраться, - сказал Том жующему брату, заходя кухню. – Ты бы не сидел дома. Сходи в кино, там сейчас какой-то клевый фильм показывают.

Билл кивнул, не отрывая взгляда от телевизора. Том вздохнул, обещая себе, что по возвращении чем-нибудь займет близнеца. Вернулся он, правда, уже поздно – часам к восьми. Машина его сверкала новой фарой, а денег на карточке заметно поубавилось. Покраску автомобиля пришлось отложить до лучших времен. Билл, естественно, никуда не пошел. Сидел дома, как сыч, дрейфуя по просторам Интернета. Том сразу же принял решение.

- Так, Билл, хватит киснуть, собирайся, пойдем в кино, – с порога заявил он, глядя на то, как нехотя брат поднимает голову от компьютера. Он выглядел забавно и по-домашнему. Никакого лоска, как при выходе на люди: собранные в хвост волосы, чистое, ненакрашенное лицо, вытянутые на коленях спортивные штаны, серая футболка. Удивительно, но такой Билл тоже вызывал определенные желания. Хотелось схватить его в охапку, повалить на кровать и целовать-целовать-целовать.

Том покачал головой, отводя взгляд. Все-таки он конченный извращенец. Ни один нормальный человек не испытывает такого по отношению к своему брату.

- Что мы забыли в этом кино? У нас DVD-дисков полно. Я сегодня чуть не чокнулся, пока их сортировал, - скривился Билл.

- Просмотр фильма в кинотеатре – это совсем не то же самое. Так что собирайся. Я заказал билеты на девять тридцать вечера. – Том вышел из комнаты, намекая, что спорить больше не намерен. Билл спустился в гостиную вовремя. Волосы он так и не распустил, и накрашен был не очень ярко. Том понял, что собираться куда-то и идти Билл не хотел совершенно. Однако Каулитц-старший твердо вознамерился хоть как-то скрасить сегодняшний день, а так как развлечений в Лойтше немного, выбора у них особо не было.

Том запер дом и жестом показал брату, куда надо идти. Не удержавшись, он слегка прикоснулся к его локтю пальцами, отчего и он, и Билл вздрогнули. Том понять не мог, почему от малейшего физического контакта, их обоих трясет, но факт налицо. Это был даже не столько сексуальный трепет, сколько восторг, радость, счастье. Том поклялся себе, что сегодня будет держаться от брата подальше. Он боялся, к чему все это могло привести, но наравне со страхом он чувствовал и рождавшееся где-то глубоко внутри предвкушение.

В будний день в кинотеатре народу было немного. Когда парни брали билеты, заняты были всего восемь мест в середине зала. Им достались места позади всех.

- Ты любишь фантастику? - спросил Билл, разглядывая билеты.

- Безумно. Особенно ту, где задействованы машины и роботы. Садись, вот наши места. – Братья приземлились на сиденья, разложив вокруг себя попкорн и бутылки с колой. Билл сел, широко раздвинув ноги, и запустил руку в стакан с кукурузой.

- И часто ты ходишь в кино? – спросил он, пока на экране мелькали трейлеры будущих прокатов.

- Нет. Только если с какой-нибудь девушкой начинаю встречаться. Хотя и в этом случае редко. Не вижу причин тратить на это время.

- Сразу в постель? – заинтересовался Билл.

- Ага. На меня не действует та фигня, что, мол, пока девушка недоступна, она интересна. Все мои отношения начинались с секса. Если мне нравилось, да и девица оказывалась неглупа, то тогда я предлагал ей второе свидание. Если нет, то адьос.

- Да ты засранец.

Том фыркнул.

- Я не засранец. Если девушка ложиться ко мне в постель, только чтобы потом нацепить на меня обручальное кольцо, то она дура. Таких и обломать не грех. Я хочу спать только с той, которой нравится секс со мной, которая ищет того же, что и я.

- А таких нет?

- Мне не попадались, - покачал головой Том. – Одним нужны серенады и любовь с первых секунд знакомства, другим – деньги. Я не имею ничего против них, но мне такие не нужны.

Начался фильм, и парни замолчали. Но один вопрос жег Тома изнутри. Он не мог его не задать.

- А ты? У тебя же были какие-то отношения. Не верю, что тебя пасли в духовной школе круглые сутки.

Билл усмехнулся и стал вертеть в руках пластмассовую трубочку.

- У меня не было отношений. То есть… была одна девушка, когда мне исполнилось семнадцать. Я ей очень нравился, она – мне, но у меня всегда было слишком много проблем со школой, меня нельзя было среди ночи выдернуть на вечеринку, я не мог сорваться на весь уикенд на лоно дикой природы. И вообще я был странным. А еще в тот период, когда я испытывал сильные эмоции, Демон мог вырваться наружу. А секс, как ты понимаешь, вызывает очень сильные эмоции. Когда мы пытались… ну, ты понимаешь… я чуть не убил ее. Начал затягивать на ее шее шарф. Она решила, что я так шучу, но я не шутил. – Билл повернулся к брату и внимательно на него посмотрел. Свет от экрана тускло освещал его лицо, не давая рассмотреть в деталях.

- Мне очень жаль.

- Ничего. Тогда я порвал с ней и больше ни с кем не пытался. Хотя потребность была… дикая. Иногда выть хотелось и на стенку лезть. И я стал краситься, везти себя вызывающе. На меня все слетались, как мухи на варенье: парни, девушки – без разницы. Один даже пытался меня изнасиловать. Не повезло ему. Чуть яиц не лишился. В общем, весело было.

«Это не очень-то весело. Было поначалу, да в подростковый период. Знаешь, что он вытворял? Любо дорого посмотреть»

- Мы, кажется, фильм пришли сюда смотреть, - напомнил Том, чувствуя себя не в своей тарелке.

- Ага. – Билл повернулся к экрану, запихивая в рот горсть попкорна. А вот Том не смог так быстро переключиться. Мысль о том, что у брата никогда никого не было многое, несомненно, меняла. Теперь он точно не имел никакого морального права даже думать о Билле в этом плане. Впрочем, у него и до этого были довольно сомнительные права. Это ведь не могло быть просто так? То, что они чувствовали, стоило им только прикоснуться друг к другу. У Тома вообще никогда ничего подобного не было. Парень провел ладонью по руке Билла. Мелкие волоски на руках встали дыбом, Том не удивился бы, если бы в темноте зала увидел электрический разряд. Он переплел свои пальцы с пальцами брата и откинулся на сиденье. На Билла старался не оглядываться, чтобы не видеть удивленный взгляд. Он не собирался ничего объяснять. Ему просто хотелось чувствовать.



~~XXX~~



- Означает ли то, что было в кинотеатре, что я прощен? – поинтересовался Билл, бросая в кресло свою куртку. Том напрягся и сделал вид, что не понимает, о чем это он.

- Прощен? За что, интересно?

- За то, что я сказал тебе вчера. Я думал, что ты все еще злишься. – Билл повернулся к брату и скрестил руки на груди.

- Нет. Ты сказал, что сожалеешь, что ты так не думаешь. За что мне еще злиться? – пожал плечами Том.

- Но тогда… то, что ты мне сказал…

- Про то, что мы теперь спим по отдельности? Это не имеет к этому никакого отношения. Прости, я думал, что ты понял.

- Понял что? К чему тогда это имеет отношение? – Билл подошел к близнецу ближе. Казался он немного рассерженным.

- Просто мы … между нами что-то происходит. Это не должно зайти далеко, - попытался объяснить Том, хотя ему самому его доводы казались не убедительными.

- М-м-м-м, а чего ты боишься? Своего морального падения? – спросил Билл, закидывая брату руку на плечо. Лицо его остановилось буквально в двух сантиметрах от лица Тома. – Или моего? Ты боишься, что не удержишься и трахнешь меня? – прошептал он в самое ухо близнеца. У Тома по коже побежали мурашки. Он схватил Билла за талию, заставил сделать несколько шагов назад, чтобы вместе с ним упасть на кровать.

- А ты хочешь, да? – Он повел руками по бедрам Билла, залезая под ремень джинсов. По всему телу начали распространяться волны жара и возбуждения. Билл прогнулся в пояснице. Не было нужды отвечать – ответ и так был очевиден. Да, он хотел. – И тебе совсем не кажется это ненормальным?

- В моей жизни вообще ничего нормального не было. И я не собираюсь играть по чьим-то чужим правилам и соблюдать ненужную мне мораль. Я хочу чувствовать, понимать, что я жив. С тобой у меня нет с этим проблем. Ты можешь только ответить «да» или «нет». Если да – ты сейчас остаешься здесь. Если нет, то ты уходишь и все. Больше мы эту тему не поднимаем.

Том внимательно посмотрел на ожидающего ответа Билла. Ему хотелось остаться, но у него был план. И он не мог бросить все и жить секундой. Не мог и все. Парень с сожалением встал с кровати.

- Зачем тогда нужно было начинать все это? Я предлагал тебе забыть, - возмущенно сказал Билл.

- Прости. – Том вышел из комнаты. Что-то тяжелое ударилось о дверь, стоило только ему ее закрыть.

Этой ночью братья долго не могли уснуть. Том ждал, пока ляжет Билл, однако тот не торопился. Из-под его двери пробивался свет, и тянуло табаком. Каулитц-старший за это время успел пятнадцать раз пожалеть, что все это затеял, он неспокойно ходил по комнате, каждые пять минут проверяя, не выключил ли брат свет. Это случилось только часам к трем ночи. Том аккуратно подошел к двери и прислушался. Было тихо. Терпеливо выждав четверть часа, Том как можно осторожнее нажал на ручку и толкнул дверь. Она с тихим скрипом приоткрылась, и парень заглянул внутрь. На кровати, подтянув под себя ноги, спал Билл. В комнате настолько сильно пахло сигаретным дымом, что Тома затошнило. Он тихо подошел к окну и открыл его, впуская холодный воздух. После этого парень сел на кресло и вытянул ноги. Он надеялся только, что ждать придется не очень долго. Однако время шло, а ничего не происходило. И Том начал клевать носом. Стараясь не уснуть, он пытался чем-нибудь себя занять. Ничего, кроме как сидеть и разглядывать брата, не придумывалось. И думать о том, что будет завтра, как они будут общаться, что говорить друг другу. Том не думал, что все будет так, что Билл поставит ультиматум, и вывернуться не получится. Он только надеялся, что все не зря. Не успев додумать мысль, Том уснул.

Разбудил Каулитца-старшего тихий вскрик, раздавшийся со стороны кровати Билла. Том резко открыл глаза и увидел то, чего ждал всю ночь. Не медля ни секунды, он вскочил со своего места, подбежал к постели и влез брату на бедра. Руки он завел за голову и обмотал запястья заговоренной веревкой. После чего наклонился к самому уху и прошептал:

- Слышишь меня, сука?

Билл дернулся под ним. Прошло несколько секунд в тишине, и когда Том решил уже было, что ничего не получилось, Билл сказал:

- А ты соскучился, как я погляжу. Приятно. А ведь как все обстряпал, я даже купился. Что тебе надо?

- Я ведь могу убить тебя, ублюдок. Ты же знаешь, что могу.

- Можешь, - прошептал Демон. – Но не захочешь. Потому что в этом случае коньки отбросит и твой дорогой братец.

- А с чего ты взял, что моя жизнь мне не дороже? – парировал Том. Демон несколько секунд молчал, раздумывая, блефует парень или нет.

- Да ладно. Это была шалость. Прости, не удержался. Ну получил ты пару синяков, что теперь? Будешь дуться? – И вот тогда Том решился посмотреть в черные глаза Демона. На один вопрос он получил ответ. Теперь остался другой.

- Конечно, нет. – И поцеловал Билла в губы. Это было странное чувство: будто что-то сильно ударило в грудь, и внутри отдалось болью. Это была не физическая боль, но сильнее ее Том никогда ничего не испытывал. Будто душа разорвалась на тысячу кусочков. Будто кто-то разрывал ее прямо сейчас. Том впился в губы Билла еще сильнее, чувствуя вкус крови на языке. И боль потихоньку отступила. Парень тут же прервал этот своеобразный поцелуй и стал разматывать руки брата. Тот поморщился и открыл глаза.

- Том?

- Привет, - ничего умнее Том придумать не смог. Он как можно незаметнее запихал ненужную уже веревку под подушку и нервно улыбнулся.

- Что ты здесь…

- Я могу передумать? – перебил младшего брата старший. – Ты задал мне вопрос, я дал неверный ответ. Могу я передумать?

- Ты хочешь сообщить мне об этом прямо сейчас? И в такой странной позе? – хмыкнул Билл.

- Да. – Том поцеловал Билла второй раз за ночь. На этот раз нежно, зализывая ранку на губе, проникая языком в рот, чувствуя, как Билл подается ему навстречу, целуя в ответ. Он не стал ничего спрашивать, хотя наверняка очень хотелось. Он вдруг испугался, что Том уйдет. Он так устал быть один, он просто хотел немного тепла. А кто, как ни Том, мог его дать? К черту гордость, к черту разум, к черту родственную связь. Да пусть весь мир катится к черту! Они сами готовы отправить его туда, если хоть кто-то вознамерится им помешать.

Том чуть отстранился и провел рукой по голове Билла, по щеке и вниз по шее. Погладил по кадыку, а потом зарылся рукой ему в волосы. Такого простого прикосновения уже было мало. Том наклонился, втягивая Билла в еще один поцелуй, и лег на него сверху, придавливая к кровати своим телом. Он хотел слиться с ним, вобрать его в себя, чтобы Билл пустил в нем свои корни. Он знал, что действует правильно. Так должно быть, это было предопределено задолго до этого момента. Еще там, в утробе матери, они были одним целым. Они должны пройти через это снова.

- То-о-ом? – настойчиво позвал Билл. Том понял, что какое-то время лениво массирует брату шею, углубившись в свои ощущения и эмоции. Он потянул за край футболки Билла и снял ее, обнажая худой торс, нетронутый загаром, открывая глазу маленькие соски, проткнутые сережками. Билл неожиданно покраснел под изучающим взглядом. Том поцеловал его в подбородок и повел языком вниз по дергающемуся кадыку до впадинки между ключицами. Нежно ткнулся губами в центр горла, в самое уязвимое место. Билл сглотнул, чувствуя как защекотало где-то в груди чувство легкой опасности, заставляющее мелкие волоски на теле вставать дыбом. Том провел руками по его груди, задевая соски, губы переместились ниже. Жар и возбуждение разливались по всему телу, оголяя нервы, вынуждая тело реагировать на ласки. А сердце в груди билось так быстро и отчаянно, что, казалось, сейчас просто вылетит из груди.

Только не уходи. Только не останавливайся. Только не оставляй меня одного.

Том вновь поцеловал Билла в губы, неожиданно напористо и страстно, почти грубо, вытесняя из головы все мысли и страхи. Парни перекатились на кровати. Теперь Том лежал на спине, а Билл сел на него сверху, целуя сильную грудь, лаская пальцами кубики пресса, вдыхая мускусный мужской запах. Он погладил грудь брата, чуть надавливая на кожу длинными ногтями, оставляя еле заметные белые борозды, с наслаждением глядя, как Том лениво и довольно улыбается. Они оба стояли на пороге запретного удовольствия, и это сильно кружило голову, заставляло учащаться пульс, перегонять горячую кровь быстрее по венам. Дыхание учащалось, и казалось, что если руки не переплетутся, а губы не соединятся, то произойдет конец света. Быть ближе, прижаться теснее, подарить нежность и любовь сейчас. Будет ли у них на это время потом?

Том схватил Билла за бедра, притискивая к себе так, чтобы тот почувствовал всю степень его возбуждения. Билл чуть не задохнулся от осознания того, что Том хочет его. Еще один поцелуй в губы, и он опять лежит на спине, цепляясь за сильные плечи брата, чувствуя как жар приливает не только к низу живота, но и к щекам. Оттого, как Том по-хозяйски залез к нему в штаны, сдергивая их до середины бедра, и схватил его между ног, заставляя выгибаться и кусать губы от неожиданного и неведомого ранее наслаждения. Это было стыдно – вот так открываться перед кем-то, даря жадному взгляду все свои эмоции. Но стыд этот не охлаждал возбуждение, а скорее заставлял сильнее плавиться в нем, яростнее отдаваться и принимать. Билл не заметил, как Том снял с него штаны совсем и раздвинул ему ноги, такая открытость вынуждала щеки пылать еще сильнее. Тем временем Том начал целовать внутреннюю сторону бедер любовника, дурея от тяжелого запаха секса, медленно наполнявшего комнату и уносившегося тут же сквозь открытое окно. Чуть солоноватая кожа под языком, очень нежная и гладкая, подрагивающий живот под ладонями. И низкий томный стон, когда он впервые в жизни, черт возьми, медленно и неглубоко взял в рот. Том сосал не спеша, желая лишь возбудить еще сильнее. У него у самого уже давно пылало между ног так, что хотелось выть. Он протянул руку вверх и надавил Биллу на губы двумя пальцами. Тот вспыхнул уже который раз за день от циничности этого жеста, не вязавшимся с тем, как нежно и бережно Том облизывал его снизу, даря непривычные, но невероятно сильные ощущения, от которых поджимались пальцы ног. И все же губы он раскрыл, впуская в рот длинные изящные пальца, смачивая их слюной, водя мокрым языком по кругу, посасывая, пока Том не отнял их у него и не… Ох, ты черт! Билл сам хотел этого, но не думал, все будет настолько остро: его будто обожгло внизу. Он давно уже не боялся боли, она преследовала всю его жизнь, но не ожидал, что и боль может приносить наслаждение, сродни самой нежной ласки. Да такое, что закатывались глаза, а бедра невольно подавались навстречу. Он не мог больше этого терпеть. Стиснув руками простыню так, что нежная ткань начала расходиться под ногтями, Билл с тихим вскриком кончил, попав спермой Тому на лицо и грудь. Тот привстал, рукой вытирая с себя вязкую жидкость, лицо его пылало, а дыхание было частым и прерывистым. Он свалился рядом с братом на кровать и сунул себе руку в так и не снятые штаны. Однако Билл отвел его ладонь в сторону, быстро стянул с брата оставшийся предмет одежды и посмотрел на гордо вздыбленный член примерно такого же размера, как и у него самого. Рука Билла легла на твердую плоть. Том дернулся, как от разряда тока, и глухо застонал, с силой сомкнув веки, под которыми будто взрывались яркие петарды. Билл стал ласкать любовника, как ласкал бы себя, быстро – Тому нужно было сейчас именно это – и уверенно. И жесткость движений с лихвой компенсировалась нежной лаской губ на губах, которую Том принял с жадностью и страстью. Через какое-то время он застонал в поцелуе, дернулся и кончил, чувствуя, как его лавиной накрывают нереальный кайф и долгожданное сладкое чувство единения.

- Вытри простыней, - посоветовал Том после нескольких минут расслабления. Билл лениво выполнил просьбу, скинул испорченную простынь на пол и прижался к брату, накрывая их мокрые от пота тела одеялом. Глаза слипались, а из тела, казалось, вынули все кости.

- Том… - вдруг позвал Билл.

- Что?

- Спасибо.

- Обращайтесь, - хмыкнул Том и затих. Билл провалился в сон следом за ним.



Глава № 8


Том проснулся оттого, что в лицо ему навязчиво лез солнечный лучик. Поморщившись, парень перевернулся на другой бок и уткнулся носом в чьи-то волосы.

- Доброе утро, - прошептали над ухом. Том открыл глаза и увидел перед собой бодрого улыбающегося брата.

- Доброе. Который час?

- Десять утра.

- И какого черта ты меня будишь ни свет, ни заря? – возмутился Том, зарываясь носом в подушку.

- У тебя экзамен через два часа, забыл? – напомнил Билл брату. Тот в отчаянии застонал.

- Вставай. Я уже умылся. Твоя очередь. – Том нехотя встал с кровати и направился в ванную. Вид у него был помятый и невыспавшийся. По самым скромным подсчетам, он спал всего четыре часа, и как в таком состоянии ехать на экзамен представлялось с трудом. Каулитц умылся холодной водой и посмотрел в зеркало.

- Я переспал со своим братом. – Ничего не произошло: потолок не рухнул, земля не разверзлась, и ад не поглотил его. – И я не жалею. Это было лучшее, что со мной случилось в жизни, - продолжил он.- И, надеюсь, это не значит, что я моя жизнь – дерьмо.

Закончив философствовать, Том, наконец, взялся за зубную щетку.

Через десять минут умывшийся и посвежевший Каулитц сидел на боковых перилах балконе и курил. Дул прохладный утренний ветер, солнце уже давно встало, однако еще не успело согреть остывший ночью воздух, поэтому Тому, стоявшему на свежем воздухе в одних хлопковых штанах, было холодно.

- Ты сегодня идешь завтракать или нет? Я уже есть хочу, - заглянул на балкон Билл.

- Сейчас докурю. Можешь без меня начинать.

Уходить Билл не торопился. Он вышел на балкон, обхватив себя руками, и глубоко вздохнул.

- Мы будем обсуждать то, что произошло сегодня ночью? – спросил он. Том пожал плечами.

- А что там обсуждать? Ты хотел этого, я хотел этого, все шло к тому, что это должно было случиться. Что тут обсуждать?

- Да, ты прав. – Братья немного помолчали, наслаждаясь свежим воздухом. – А тут раньше была лестница, - вдруг сказал Билл, ткнув пальцем Тому за спину. Тот обернулся и кивнул.

- Да, была. Гордон снес ее семь лет назад после того, как воры по ней залезли в спальню. Унесли половину маминых украшений, но, к счастью, никто не пострадал. А дверцу замуровал. – Том слез с перил, показывая, что дверца, некогда соединявшая балкон и пожарную лестницу, действительно теперь не открывается.

- Не сидел бы ты на ней, - недовольно заметил Билл. – Чуть дернется эта дверь, навернешься со второго этажа и сломаешь себе шею.

- Да она намертво прикручена. Даже слон теперь ее с места не сдвинет, - отмахнулся Том.

- Многое тут изменилось за десять лет.

- Да ну, только мелочи.

- Вот именно. Мелочи, но они очень заметны тому, кто помнит дом таким, каким он был тогда. Обои везде другие, лестницы нет, входная дверь перекрашена, наша комната вообще изменилась до неузнаваемости. Теперь там живешь ты один. А если приедет мама с этим Гордоном, то мне вообще не будет здесь места, - задумчиво сказал Билл.

- Не пори чепухи. Это твой дом, тебя здесь любят. А когда приедут мама и Гордон, ты будешь спать со мной. Ты теперь всегда будешь спать со мной, а уж маме мы это как-нибудь объясним. Ладно, пошли жрать, а то я опоздаю.

Через полчаса Том уже был готов выехать.

- Когда будешь? – спросил Билл, глядя на то, как его брат обходит машину со всех сторон, пытаясь определить виден ли поцарапанный бок или нет.

- Часам к пяти точно освобожусь, я надеюсь. Ты только на улице особо не гуляй – та чокнутая псина где-то до сих пор шастает.

- Я даже не знаю, чем заняться.

- Поищи мне работу: купи газетку, полазай в Интернете. Не можем же мы вечно просить деньги у матери, а жить на что-то надо. Ты только записывай все телефоны, я по ним сам звонить буду, окей? – Том подмигнул близнецу. Тот кивнул.

- Хорошо, я поищу.

- Ну давай. – Том уже было хотел залезть в машину, но передумал, подошел к брату и притянул к себе за пояс джинсов. – Целоваться на прощанье будем?

- Как влюбленная парочка?

- Ага.

- Давай.

Том улыбнулся и на пару секунд прикоснулся своими губами к губам Билла в поцелуе:

- М-м-м-м, я буду очень торопиться домой.

- Езжай уже, - хмыкнул Билл и оттолкнул брата в сторону машины. Тот отсалютовал ему рукой, сел в авто и рванул с места. Билл пару секунд смотрел ему вслед, а потом закрыл гараж и ушел в дом.



~~XXX~~



- Да что за день такой сегодня, а?! – Том еще раз повернул ключ зажигания, машина натужно захрипела, а потом заглохла. Парень в бешенстве ударил по рулю. – Давай, милая, ну давай, заводись, пожалуйста. – Автомобиль никак не отреагировал. - Ах ты кобыла старая! – Том вышел из машины и пнул правое колесо.

- Что случилось, молодой человек? – Парень обернулся и увидел, что к нему обращается полицейский.

- Да вот, не заводится.

- Причины?

- Я пару дней назад попал в аварию – собака на дорогу кинулась. Ну вот, я думаю, что что-то не дочинил. Да вы не волнуйтесь, я сейчас позвоню друзьям… - начал вилять Том, но служитель закона его перебил.

- Зачем же. Мы сейчас поможем вам отогнать машину до ближайшего сервиса. Эй, Эд, тащи сюда трос. Сейчас мы человека откатим, - обратился полицейский к стоящему возле машины напарнику.

Том всплеснул руками, но спорить, естественно, не стал. В автосервисе пришлось торчать долго, однако к закрытию мастера не успели устранить неполадку, хоть и содрали с Тома целую кучу бабок. Возвращаться парню пришлось на общественном транспорте. В итоге дома он оказался только к одиннадцати вечера злой, голодный и уставший, как собака. И он думал, что придя домой, сможет отдохнуть? Черта с два!

- Ты вообще-то мог и позвонить, - холодно сказал Билл, глядя на то, как брат уплетает спагетти с сыром. Том не стал отвечать, понимая, что чтобы он не сказал, это будет использовано против него. Иногда его близнец сильно походил на мать. Билл открыл рот для того, чтобы сказать что-то еще, как в дверь позвонили. Братья застыли и переглянулись. – Ты кого-то ждешь? – поинтересовался Билл. Том покачал головой.

- Ты иди-ка лучше в свою комнату, а я открою. – Парень встал, вытер салфеткой рот и направился в холл. Дождавшись, когда Билл скроется на втором этаже, он открыл дверь… и порадовался тому, что отправил брата наверх. На пороге стоял священник местной церкви отец Йохан. – Добрый вечер, святой отец. Чем обязан?

- У меня есть к тебе разговор, Том. Впустишь?

- Да-да, конечно, проходите. – Каулитц посторонился, пропуская служителя церкви в дом, после чего закрыл за ним дверь. – Присаживайтесь на диван. Чаю?

- Нет, спасибо, - отозвался святой отец.

- Так что вы хотели? – спросил Том, садясь в кресло. Он немного нервничал и надеялся, что Билл будет вести себя тихо. Священнику определенно не стоило знать, что брат все еще дома.

- Это насчет твоего брата. – Том похолодел. Он нервно усмехнулся, вытер вспотевшие ладони о джинсы, облизал губы и бросил беспокойный взгляд в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

- А что такое? Вы его нашли? Он жив?

- К сожалению, мы до сих пор не осведомлены ни о его месторасположении, ни о его здоровье.

Том мысленно вздохнул с облегчением. Это единственное, что ему нужно было знать. Он как-нибудь разберется сам, без помощничков, которые лучшим средством от демонов считали хорошую порку.

- Значит, сюда вы пришли проверить, не скрываю ли я Билла? – Том решил, что лучшая защита – нападение.

- Нет, я сюда от отца Пауля. Он просил тебе кое-что передать на словах. Это касается твоего брата и, возможно, поможет тебе найти его, - сказал отец Йохан. Том напрягся и подался вперед.

- Я слушаю.


~~XXX~~



- Что он хотел? – Билл возник за его спиной так резко, что Том испугался. Он медленно закрыл входную дверь и прошел мимо брата на кухню попить водички – в горле пересохло.

- Он здесь по поручению отца Пауля. Тот все еще ищет тебя, считает, что ты опасен для общества. Тем более скоро опять полнолуние и времени у него не так уж и много. Отец Йохан спрашивал меня о тебе, говорил, что ты, скорее всего, подался в большой город. Там легче затеряться, типа в маленьком все друг друга знают. И уж тем более священники знают практически всех жителей, даже если те неверующие. Ну, это его слова, - пояснил Том, отпивая из чайника.

- Мне, наверно, лучше пока не светиться, кто-нибудь обязательно расскажет обо мне этому отцу Йохану.

- Да, ты прав. – Том подошел к брату, обнял его за талию и поцеловал в губы. – Интересно, чтобы сказал отец Пауль, узнай, чем мы тут занимаемся в свободное время?

- Он бы решил, что я околдовал тебя своей демонической силой, - усмехнулся Билл.

- А ведь он был бы прав. Ты околдовал меня. – Том втянул близнеца в глубокий чувственный поцелуй и погладил его спину, прижимая к себе. Какое-то время на кухне раздавались только влажные звуки поцелуя, редкий стук пирсинга о зубы и чуть слышные стоны. Том повернул брата так, что тот уперся задом о столешницу, и поставил колено ему между ног. Билл запрокинул голову, подставляя шею под поцелуи. Том медленно заскользил губами по нежной коже, а потом засосал ее, не удержавшись от возможности поставить отметину. Билл ерзал под ним, елозя пахом о его коленку, задирал ему футболку, добираясь горячими ладонями до кожи. И издавал сладкие стоны. Такой чувствительный и горячий. У Тома крышу сносило.

- Сейчас мы пойдем в спальню, - прошептал он близнецу на ухо. – Только мне надо умыться, я весь провонял бензином сегодня, а потом…

- Потом? – хриплым от возбуждения голосом спросил Билл.

-У меня для тебя есть подарок.

- Да?

- Ты его получишь прямо вот сюда. – Том хозяйским жестом схватил Билла за зад.

- Кажется, кто-то вошел во вкус, - усмехнулся тот, отстраняясь.

- О, да. Вчера я тебя просто пожалел. Но сегодня я оторвусь по полной, - бахвально заявил Каулитц-старший, характерно двигая бровями.

- Иди уже, мойся, - рассмеялся Билл.

И все же, несмотря на уверенный тон, Том немного трусил. Больше всего на свете он ненавидел во время секса думать об ответственности, но в данной ситуации было достаточно сложно забить на это. Однако стоило ему только зайти в комнату Билла, как все мысли быстро выветрились из головы. Брат лежал в постели и курил, старательно стряхивая пепел в хрустальную пепельницу, волосы были распущены, спускались по плечам на спину и на грудь, на шее наливался мощный засос, тело Билла было прикрыто снизу лишь легкой простыней. Он выглядел, как бог разврата.

- Не меня ждешь? – спросил Том, сдергивая с бедер полотенце и кидая его в кресло. – У меня кое-что есть. Прикупил по дороге. – Парень кинул брату небольшой тюбик с прозрачным гелем внутри. Билл прочитал этикетку и чуть покраснел.

- Значит, за этим ты заехать успел, а мне позвонить – нет.

- Упс, - произнес Том, залезая на кровать. Он дернул Билла на себя и поцеловал в губы, сходу залезая ему языком в рот. Ему уже порядком надоели разговоры. Билл охотно ответил, закидывая любовнику на шею руки, притягивая ближе к себе. Стянув с близнеца тонкую ткань, Том лег на него сверху, и оба парня застонали от прикосновения кожи к коже. Губами вниз по шее, поцелуй в ключицу, еще ниже до проколотого соска. Том схватил маленькое колечко губами и потянул, отчего Билл дернулся под ним.

- Больно.

- Прости, - тихо сказал Том, зализывая пострадавшее место. Теперь Билл дернулся повторно, но, судя по раздавшемуся стону, не от боли. Внезапно Том остановился и помутневшими глазами посмотрел на брата. – Повернись.

- Что? – нахмурился Билл. Его брови на секунду сошлись на переносице, а потом его осенило. – Нет. – Он стал ерзать, пытаясь приподняться на локтях, но Том дернул его за талию на себя и настойчиво повторил:

- Повернись, Билл. – Он повел ладонью брату по спине, нащупывая пальцами выпуклые шрамы, но тот выгнулся, стараясь уйти от прикосновения. Наклонившись, Том поцеловал Билла в шею и попросил еще раз.

- Ты извращенец, - вздохнул младший Каулитц.

- Это у нас семейное. – Обрадовался Том, помогая любовнику повернуться. Он откинул его волосы в сторону, обнажая то, чего так стеснялся Билл. В тусклом свете ночника шрамы не казались такими уж ужасающими, как днем. Том легонько прихватил зубами татуировку на шее брата, потом стал осыпать поцелуями спину вдоль шрамов, провел языком по длинным белым отметинам, массируя руками ягодицы, раздвигая их, приподнимая, скользя ладонями по внутренней стороне бедер. Он провел большим пальцем от копчика до самой промежности, отчего Билл нетерпеливо подался назад и обернулся. Его пухлые и блестящие от слюны губы были приоткрыты, Том не мог удержаться от желания поцеловать их, облизывая и посасывая, делая поцелуй чувственным и глубоким. Он был готов кончить только от этого, все тело покалывало то ли от пота, то ли от возбуждения. Том шарил по телу руками, залезая везде, до куда мог дотянуться, щипал проколотые соски, делая их до невозможности чувствительными, гладил истекающий смазкой член, нежно и ненавязчиво массировал судорожно сжимающееся колечко мышц, показывая, что хочет туда. Сейчас. И целовал так яростно и глубоко, что начинала болеть челюсть. Ему стало невозможно жарко, Билл под ним был тоже горячий и влажный. Дрожащий, жаждущий, стонущий, гибкий, плавящийся под его ласками. С громким звуком Том прервал поцелуй и прошептал:

- Я хочу тебя сзади. – Фраза будто ударила по оголенным нервам. Билл зажмурился, опустил голову, а потом вдруг приподнялся на локтях, покорно вставая в нужную позу. У Тома в глазах помутилось от той готовности, с которой брат подчинился ему. Это чертовски возбуждало. И не только его. Том не стал тратить уж очень много времени на подготовку, понимая, что Билл не кончил еще только чудом. Он легко скользнул перемазанными в смазке пальцами меж бедер, скорее лаская, чем растягивая. Обещая и дразня. Там было горячо и тесно. Голова кружилась от одной только мысли, что сейчас можно будет войти туда, оказаться в плену гладких мягких тканей.

Том подхватил партнера под живот, другой направил свой возбужденный член ему между ягодиц и надавил, глядя, как раскрываются перед натиском мышцы. Билл напрягся и зашипел, вынуждая любовника приостановиться. Том поцеловал его в середину спины, шепча что-то успокаивающее, и не двигался. Не понятно, откуда вообще рождались слова, потому что мозг плавился, не пропуская в себя ни одной мысли. Том чудом сдерживал себя, отвлекаясь на собственный шепот. Через какое-то время Билл расслабился и выгнул спину, облегчая скольжение. Том тут же двинул бедрами один раз, другой, чувствуя, как плотно обхватывают его член гладкие мышцы. Горячо, сильно, но, черт возьми, не до конца! Он дернул Билла на себя, насадив его до упора. И глухо застонал от того, как плотно обхватили чувствительную плоть нежные стенки входа. От сверхчувствительной головки до самого основания. Билл вцепился ногтями в подушку.

- Еще, Том.

- Еще?

- Да-да-да-да! – И Том задвигался резче, раскрывая Билла к себе навстречу большими пальцами, глядя на то, как толстый член с набухшими венами исчезает в растянутом до предела анусе. Нет, он не мог на это смотреть, потому что яйца уже готовы были лопнуть. Том быстро двигался, поддерживая Билла рукой за талию, потому что у того разъезжались колени. Его руки скользили по мокрой от пота коже, он не мог ухватиться крепче. Том быстро и часто дышал, постоянно облизывая губы, чувствуя соленый привкус на языке. В груди разрасталось какое-то сильное чувство, эйфория, счастье, радость, будто он, наконец, обрел то, что хотел обрести давно. Том гладил Билла по бокам, дергал на себя, входя глубже и резче, создавая невероятно приятное трение между членом и стенками узкого прохода. Билл, казалось, вообще ничего не соображал и не знал, что нужно делать. Жжение и боль плотно сплелись с невероятно ярким удовольствием. И все это хотелось как-то выплеснуть, выразить, ему казалось, что он сейчас взорвется от переполняющих все его существо эмоций.

- Помоги мне… кончить, - услышал он сдавленный голос Тома.

Билл сильнее выставил попу и подался назад, интуитивно сжимая мышцами его член. Том судорожно вздохнул, впился пальцами в бедра любовника и кончил, не в силах больше себя сдерживать. После чего повалился вперед и оперся локтями о постель, стараясь не задавить близнеца своим весом. Он никогда раньше не расходовал столько сил и эмоций во время секса, его будто провернули через мясорубку и выжали все соки. Но парадоксальным образом, он чувствовал себя чистым изнутри.

- Не выходи, - прошептал Билл, закидывая руку за спину, чтобы прижать брата к себе. Том одной рукой быстро довел его до оргазма, поддерживая другой его голову, чувствуя, как Билл дрожит под ним, глядя, как пот бежит по его лицу. Почувствовав глубокое удовлетворение и негу, он поймал одну капельку возле виска губами, а потом поцеловал брата в губы. Билл отвечал лениво и медленно, позволяя любовнику глубоко проникнуть ему в рот языком. Сердце потихоньку замедляло свой ритм, разгоряченные сексом тела начали остывать и покрываться мурашками. Хотелось отчего-то говорить всякие глупости и признаваться в любви, но придумывать слова и складывать их в предложения сил не было, поэтому Том лишь, не торопясь, вышел из Билла и встал с кровати, чтобы кинуть ему полотенце. Сам Билл встать был не в состоянии.

- Я в душ и вернусь, - мягко сказал Том, поцеловав брата в лоб.

В ванной парень провел минут десять, стирая с себя следы секса. Захотелось курить. Том заглянул в комнату, где оставил брата, и увидел, что тот уже спит, завернувшись в простынь, словно бабочка в кокон. Улыбнувшись, Каулитц-старший зашел внутрь, взял оставленные на столе сигареты и тихо прокрался на балкон. На улице тепло, дул легкий, уже по-летнему теплый ветер, небо было звездным. Романтика и красота. Улыбнувшись своим мыслям, Том щелкнул зажигалкой и по старой привычке сел на дверцу, расположенную сбоку балкона. Она тихо скрипнула и начала открываться. От ужаса Тома прошиб пот, он в отчаянии махнул руками, чувствуя, как сила притяжения тянет его назад. Лишь чудом ему удалось схватиться скользкими пальцами за железные прутья балкона. Выпала из пальцев и упала со второго этажа на землю, раскидывая вокруг себя искры, сигарета, зажигалка упала тоже, разлетевшись вдребезги. Том резко рванул вперед, подальше от края балкона, сердце отбивало в груди бешенный ритм, а в ушах шумела кровь. Парень сглотнул, с недоумением глядя на то, как качается со скрипом дверца. На негнущихся ногах Том подошел к ней и присел на корточки. Шпингалет был вырван с мясом. Том помнил, что Гордон приварил его накрепко, чтобы ни дай бог дверца никогда не отворилась. Но она отворилась, и у Каулитца не было сомнений по поводу того, кто ее открыл. Тома затошнило то ли от пришедшей в голову мысли, то ли от пережитого ужаса. Он сделал один глубокий вдох, второй, голова сильно закружилась, а из глаз неожиданно брызнули слезы. Усилием воли заставив себя сдержать неуместные рыдания, парень поднялся и потер руками лицо. Тому было страшно и паршиво, его трясло, как в лихорадке, а сердце никак не могло успокоиться, перегоняя по венам бешеный адреналин. Он хотел еще раз закурить, но не нашел зажигалки. В животе поселилось противное чувство страха и безысходности. Демон пытался убить его. Руками его собственного брата, которого он любил, которого он только что…Бля-а-адь… Стараясь не смотреть на Билла, Том пересек комнату и спустился на первый этаж. На кухне должна была быть еще одна зажигалка. Закурив, парень стал лихорадочно ходить по комнате, пытаясь привести в порядок свои мысли. Так Билл или не Билл? Кто мог с мясом вырвать приваренный намертво шпингалет? Только человек, имеющий при себе какие-то приспособления. Билл весь день был дома, да никому и не нужно было залезать сюда и открывать эту дурацкую дверцу. Значит, это Демон руками Билла чуть его не убил. Опять. Том судорожно затянулся, и дым попал не в то горло, отчего парень закашлялся. Похоже, шутки кончились, а скоро полнолуние, и это значит, что встреча с Демоном не за горами. К этому нужно подготовиться.

Приняв решение, Том потушил сигарету и быстро поднялся на второй этаж в свою комнату. Он включил свет и стал рыться в массивном столе. В одном из шкафчиков стола был тайник, куда он не так давно спрятал изрядно потрепанный, разбухший и обгорелый дневник отца Пауля. Парень кинул его на крышку стола. Туда же полетели книгу по оккультизму и религии. Ему нужны были ответы на вопросы. Зачем Демону убивать его? Чего боится адская тварь? Как ее убить, не убив при этом брата?

Том чувствовал, что начинает злиться. Эта тварь очнулась слишком быстро, слишком быстро взяла контроль над его братом. И если Билл когда-нибудь узнает, что Демон заставлял его делать… Парень в бешенстве сжал зубы. Демон и так принес Биллу слишком много боли. Это нужно остановить как можно скорее. Он думал, что у него больше времени, но оказалось, что его у него нет совсем.



Глава № 9

- Том? Ты что здесь делаешь? – Каулитц-старший обернулся на голос и увидел в дверях брата. Тот с недоумением оглядывал близнеца, сидящего на скамейке перед домом, и стоящую рядом урну-пепельницу, усеянную окурками.

- Думаю, - ответил Том, потушил сигарету и улыбнулся Биллу. Сонному, растрепанному, завернутому по самую шею в белую простынь.

- Ты давно встал?

- Да. – Том поднялся со своего места и зашел в дом. – А ты соня. Как ты себя чувствуешь? – спросил он, притягивая брата к себе, и поцеловал в губы.

- М-м-м. Превосходно, только задница немного болит. Ощущение не из приятных.

- Прости, такова уж цена за удовольствие.

- Ну да. Моя, - фыркнул Билл. – Ты-то себя чувствуешь просто отлично.

Том зарылся лицом близнецу в шею, руками прижимая его к себе крепче, и грустно усмехнулся. «Да, конечно, братишка, ты прав. Просто превосходно».

- Что за нежности с утра пораньше? Я, между прочим, еще зубы не чистил.

- Предлагаю не вылезать сегодня из кровати, - сказал Том. – А часа через два заказать пиццу.

- У меня задница болит вообще-то, - напомнил Билл.

- Еще есть рот и руки, не боись.

- Я-то не боюсь. Ладно, только закажи пиццу сейчас. Ты, может, и поел, а вот я еще нет. Голодный, как волк. Я пока в душ. – Том разорвал объятья, отпуская брата. Проследив за тем, как он поднимается по лестнице, взглядом, парень начал быстро действовать. Он практически взлетел на второй этаж, взял в своей комнате приготовленный заранее листочек и четки. После чего уже в комнате брата, он скинул с кровати грязное постельное белье и негромко начал читать с листа, стараясь не запинаться о латынь. Закончив, он сунул четки под матрац и спокойно стал перестилать постель. К тому времени, как Билл вышел из душа он успел и постелить новое белье, и заказать пиццу.

- Как ты думаешь, пока нам несут пиццу, мы что-нибудь успеем? – спросил Том, глядя на свежевымытого близнеца. Он, чуть наклонившись, пытался найти в шкафу нижнее белье.

- Том, ты озабоченный. – Билл закатил глаза.

- Бросай там копаться и иди сюда, - настойчиво сказал Том брату. Тот покачал головой, но шаг в сторону кровати сделал. Потом еще один и еще, но у самой постели вдруг остановился, замешкавшись. Том дернул близнеца на себя, заваливая на кровать. – Вот так.

- И что дальше? – приподнял проколотую бровь Билл.

- А дальше детям до шестнадцати смотреть не рекомендуется.


~~XXX~~



В сервис за машиной Том смог выбраться только к вечеру. Если бы не одно дело, которое ему нужно было сделать в Магдебурге, то парень бы сегодня ни за что бы не вышел из дома. Спать хотелось страшно. Ночью Том уснул от силы на два-три часа, а потом еще строил из себя секс-гиганта, утомив и себя, и брата. Но если тот сейчас мирно спал в заговоренной кровати, то Тому предстояла долгая поездочка. Человек, с которым ему предстояло сегодня побеседовать, жил в одном из самых отстойных районов города. Вдобавок дом его стоял достаточно далеко от других зданий, и выглядел, мягко говоря, не важно. Ремонт там делали в последний раз, судя по всему, еще во времена римской империи. Том вышел из машины и достал из кармана небольшую бумажку с адресом. Сверившись, парень подошел к входной двери и постучал. Сначала было тихо, он даже решил, что никого нет дома, но через какое-то время раздались шаги, и дверь распахнулась. На пороге стоял невысокий мужчина лет пятидесяти с суровым лицом, одетый в старые джинсы и клетчатую рубашку. Вид у него был крайне недоброжелательный.

- Герр Шварц?

- Чего надо и кто ты такой?

- Меня зовут Том Каулитц. Один человек сказал мне, что вы можете мне помочь.

- Что за человек?

- Он просил передать вам это. – Том достал из кармана небольшой конверт и передал его мужчине. Тот осторожно взял его, распечатал и прочел письмо.

- Все ясно, мой дорогой братец совсем чокнулся в этой своей церкви. Проходи, парень. – Мужчина посторонился, пропуская Тома внутрь. Прежде чем закрыть дверь, он быстрым взглядом оглядел улицу. – Ну и чем я тебе смогу помочь?

- Я хочу знать все о Демонах.

Шварц усмехнулся и указал Тому на старое продавленное кресло, приглашая сесть. Дом внутри выглядел немного лучше, чем снаружи: мебель была хоть и старая, но со вкусом подобранная, занавески на окнах чистые, пыль вытерта, а запах в комнате витал приятный. Определенно какие-то травы.

- Если ты хочешь знать все о Демонах, то тебе нужно самому быть Демоном. Я могу рассказать тебе только то, что знаю я. Только вот зачем тебе это?

- Чтобы помочь одному очень хорошему человеку.

- А этот хороший человек одержим? - в лоб спросил Шварц. Том нервно сцепил руки на коленях и кивнул. – Тогда если хочешь ему помочь, то убей его поскорее.

- Неужели нет никакого другого способа? – вскинул голову парень.

- Даже если и есть, то я не знаю. Вот что я тебе скажу, парень: пока Демон сидит в человеке, то в опасности все, кто находится рядом. Но больше всего страдает сам одержимый. Его надо убить до тех пор, пока Демон окончательно не завладел его душой. В противном случае он утащит ее в ад вместе с собой, когда туда соберется, конечно. Или пока его туда насильно не отправят, что более вероятно.

- А зачем Демоны вообще вселяются в человека?

- Они не могут действовать сами, только получив контроль над телом, а это, кстати, не так уж и просто. Душа человека, или сущность, как называют ее скептики, борется с Демоном, не дает ему контролировать тело. Поэтому эти адские твари не любят перебегать с жертвы на жертву и делают это в самых крайних случаях. Такое могут практиковать только очень сильные Демоны, верхушка адской иерархии. Такие завоевывают контроль над телом в считанные часы, и питаются они как раз душой жертвы. Но, к счастью, они редко бывают на земле, предпочитая поручать мелкую работенку Демонам помладше.

- Что за работенка? – задал новый вопрос Том.

- Разное. Но чаще всего – это убийства неугодных: священников, охотников, людей, творящих добро.

- Охотники? Кто это такие?

Шварц ответил не сразу. Он подошел к большому шкафу, открыл одну дверцу и достал оттуда бутылку виски.

- Будешь?

- Нет, спасибо, я за рулем.

Мужчина налил коричневую жидкость в стакан, поставил бутылку на место, сел в свободное кресло и только тогда ответил на вопрос:

- Это закономерность: если есть Демоны, то должны быть и охотники за Демонами. Это же есть в каждом первом сериале про нечисть! В одних сериалах это Избранные, в других – кучка озлобившихся людей с трагедиями за спиной. В нашем мире больше распространен второй вариант. Я когда-то был охотником, но сейчас уже стал старым.

- Сколько вам лет? – удивился Том.

- Почти семьдесят.

- Выглядите моложе.

Шварц усмехнулся и отпил из своего стакана. А Каулитц задал следующий вопрос:

- Но неужели не придумали способ, чтобы изгнать Демона из человека?

- Способов более двухсот, но ни один больше не действует на этих тварей. Они становятся сильнее и умнее и не оставляют после себя свидетелей. В первые месяцы после начала одержимости еще можно что-то сделать, но потом Демоны вцепляются в душу с такой силой, что отправляются в ад только с ней. Сколько времени одержим твой «хороший человек»?

- Пятнадцать лет.

Шварц поперхнулся виски и закашлялся.

- Сколько? И он еще соображает? Одержим не полностью?

- Нет. Но десять лет он провел в духовной школе.

- Все равно это очень много. Либо Демон вам попался очень слабый и юный, либо твой знакомый очень сильный духом человек. Хотя Демоны редко в таких вселяются: слишком уж хлопотно. Однако в любом случае думать надо было раньше, сейчас уже ничего нельзя сделать. Ты должен убить его как можно скорее, или перепоручить это дело охотникам. Скажи мне, где ты живешь, и я скажу, куда следует обратиться. – Мужчина выжидающе посмотрел на Тома. Тот пожалел, что за рулем и не может выпить. Все надежды, что он возлагал на эту встречу, рухнули в один миг. «Ничего нельзя сделать», «должен убить» - это не то, что он хотел бы услышать. Но неужели все так безнадежно? Неужели это конец? Убить Билла. Да они смеются над ним. Он не сможет убить брата, он не сможет смотреть, как его убивают другие. Без Билла он ничто и никто. Он не сможет жить без него.

«Я хочу жить».

Господи, за что им это? Почему раньше никто не догадался спасать Билла, когда еще можно было спасти? Они только-только обрели друг друга. Том вспомнил Билла таким, каким он вышел к нему сегодня: в белой простыне, растрепанный, немного опухший ото сна. Родной, любимый, самый красивый мальчик на свете. Младший братишка, которого он поклялся спасти и защитить. И что теперь? Как он будет его спасать? Как он скажет ему, что должен убить его как можно скорее? Билл ведь так хочет жить нормальной, человеческой жизнью.

- Эй, парень, тебе сильно дорог этот «хороший человек»?

- Дороже его у меня вообще никого нет, - хриплым голосом ответил Том.

- У меня есть нож, который сделает все так, что Демон не сможет утащить его в ад. Но действовать надо быстро, а бить точно в сердце.

Каулитц поднял на мужчину воспаленные глаза и медленно кивнул:

- Давайте.



~~XXX~~



Домой Том ехал, когда уже было темно. Разговор с бывшим охотником никак не шел у него из головы, а последние инструкции и слова, которые говорил ему Шварц, будто каленым железом выжгли у него в мозгу. Парень посильнее вцепился в руль, стараясь не гнать слишком сильно. Наконец, он въехал в Лойтше, а через несколько минут уже остановился напротив гаража. Зайдя домой, парень почувствовал приятный запах, доносившийся с кухни.

- О, привет. Как раз вовремя, а я тут ужин приготовил, - весело сказал Билл, заметив на пороге брата. Он крутился возле плиты, нацепив мамин фартук. В сковородке жарились аппетитного вида колбаски, а на столе стояла уже готовая картошка-фри. – Иди мой руки и достань пиво из холодильника.

Том почувствовал спазм в горле, а сердце в груди сжало от такой сильной боли, что помутилось в глазах. Стараясь справиться с эмоциями, он наблюдал, как Билл перекладывает большими щипцами колбаски из сковороды на тарелку и напевает какую-то веселую детскую песенку. Том быстро подошел к брату, развернул его к себе и крепко поцеловал в губы, сжимая его в руках до хруста костей.

- Ох ты, я вижу, кто-то очень и очень голоден, - улыбнулся Билл, когда близнец прервал поцелуй.

- Очень. – Том оперся лбом о лоб Билла, пристально глядя ему в глаза.

- Ну так иди, мой руки и садись за стол.

- Сейчас. Билл…

- Что?

Рукой Том провел брату по волосам и погладил шею, а потом прошептал:

- Я люблю тебя.

Билл недоуменно вскинул брови, но ответил:

- Я тоже люблю тебя.

- Я сейчас. – Том отпустил близнеца и быстро пошел наверх. В ванной он быстро умылся холодной водой, а потом достал из-за пазухи большой охотничий нож в кожаных ножнах. Недолго думая, парень спрятал оружие под ванну и внимательно посмотрел в зеркало. Выражение глаз у него было затравленное. Моргнув, Том попытался исправить положение, но боль уже не хотела уходить из глаз. Он мог только надеяться, что Билл ничего не заметит.



~~XXX~~



Следующая ночь и день превратились для Тома в пытку. Он не знал, что делать, как себя вести, что говорить брату. Билл чувствовал что-то, но списывал нервное состояние близнеца на приближающееся полнолуние. А оно надвигалось стремительно. Оттягивая подготовку к ночи, Том не выпускал брата из спальни, исцеловывая его губы, лаская руками тело, снова и снова доводя Билла до оргазма. Так он и сам забывал, что сегодня ночью… сегодня ночью… Том не мог даже произнести это про себя. Все казалось нереальным, призрачным, как в кино. Просто какой-то чертов фильм, или кошмарный сон, а он никак не мог проснуться. Это просто не могло кончиться так.

Но пришло время, когда Билл уже сам напомнил брату, что пора спускаться в подвал.

- Знаешь, когда я проснусь завтра, то первым делом пойду в магазин и куплю мороженого. Я что-то тут подумал, что тысячу лет его не ел. Хочу лимонного или фисташкового. Почему-то до ужаса люблю, когда оно какого-нибудь безумного цвета: кислотно-желтого или синего, - тарахтел Билл, забинтовывая себе запястья. Чем больше он говорил, тем тяжелее становилось Тому. Внутри будто могильной плитой придавило. Парень заметил, что у него трясутся руки только тогда, когда не смог зажечь из-за этого свечку. – А потом я накормлю мороженым тебя. Его ведь можно использовать по-разному. Ты не против? – Билл обернулся к брату и заметил, что тот стоит, опустив голову, и смотрит на руки. – Том, ты в порядке? – с беспокойством просил он.

- Да-да, я в порядке, - очнулся Каулитц-старший. – Конечно, мороженое – это хорошо.

- Ты нервничаешь, - сказал Билл, подходя к близнецу. Том кивнул.

- Да, немного. Ты-то отрубишься, а мне тут… беседовать. В прошлый раз мне не очень-то понравилось.

- Ты можешь сидеть снаружи. Он, наверно, не сможет вырваться.

- Нет, я в порядке. Просто не по себе.

- Думай о том, чем мы будем заниматься после, - сказал Билл, улыбнувшись.

«Одержимому ничего не говори. То, что знает он, то знает и Демон. Предупредить Демона – это значит упустить его. Он сделает все, чтобы спастись. Ни при каких обстоятельствах не смей говорить, что собираешься делать».

- Об этом и буду думать. – Том попытался улыбнуться, но когда понял, что не выйдет, закрыл глаза, поцеловал брата в губы и прижал к себе.

Билли.

Билли.

Билли.

Билли.

Билли.

- Том, что-то не так, - серьезно сказал Каулитц-младший, отстраняясь. Том прикрыл глаза, вздохнул, а потом улыбнулся.

- Все в порядке. Просто сейчас мне придется тебя привязывать, а это не очень приятно.

- Да ладно, - отмахнулся Билл, подошел к кровати и лег на нее. – Представь, что ты возьмешь меня прямо тут, привязанного. Ууух.

- Это твоя сексуальная фантазия? – усмехнулся Том, затягивая ремень на запястье брата.

- Вообще-то нет. Связываний и порок мне в жизни хватило. Не хватало еще о них грезить.

- А жаль.

Том с притворным сожалением вздохнул.

- Я говорю: извращенец, - закатил глаза Билл.

Когда все было готово, часы показывали десять вечера. Демон мог проявиться в любую минуту, но сидеть и терпеливо ждать было невыносимо. Том пододвинул стул к самой кровати брата и стал гладить его по голове и говорить, что они будут делать завтра и послезавтра. Он чувствовал себя невероятным лжецом, и от этого было так паршиво, что впору было лезть на стену.

- Что ты со мной как с маленьким, - недовольно заявил Билл. – В прошлый раз ты со мной так не носился.

- В прошлый раз я не знал, на какой кобыле к тебе подъехать, - усмехнулся Том. – Тем более ты мой маленький братишка. Я всегда буду с тобой.

- Во мне метр девяносто!

- Хоть три. Ты все равно маленький и глупый.

- Эй! Пользуешься тем, что я не могу тебе врезать! – возмутился Билл. Том рассмеялся.

- Не правда. Потом отвяжу и повторю. – Он наклонился и поцеловал брата в губы. И в этот момент почувствовал, что началось. Том быстро отошел от кровати, подошел к шкафу и вытащил оттуда нож, который перенес сюда утром, когда Билл еще спал. Обернувшись на близнеца, который лежал неподвижно на кровати, парень спрятал оружие за пояс джинсов и прикрыл его футболкой и кофтой. После этого он отодвинул стул подальше от близнеца и сел на него. Прошло несколько секунд, Билл медленно закрыл глаза и почти сразу же открыл их. Теперь они были черные, демонические. Том сглотнул.

- Добрый вечер, Том, - сказал Демон. – Раз снова тебя видеть.

- Я бы не сказал, что вечер такой уж добрый, - ответил парень, облизывая пересохшие губы. – И уж я-то точно не рад тебя видеть.

- Очень жаль, что ты так думаешь.

- Ты пытался меня убить, - прошипел Том, которому надоели уже все церемонии.

- Я? – искренне удивился Демон. – Не стоит на меня наговаривать. Тебе показалось.

- Не ври, это ты сорвал шпингалет на дверце! – взорвался Каулитц, вскакивая. Злость – это то, что ему сейчас было нужно. Она отвлекала от того, что ему предстояло сделать.

- О, нет, милый. Если бы я хотел тебя УБИТЬ, то я бы тебя убил. Это было только маленькое предупреждение. – «Билл» прищурил глаза. – Или ты думаешь, что я не знал, что ты там читал на досуге, пока Билл не видел? Книги по оккультизму, экзорцизму. Тебе не надоело искать черную кошку в темной комнате? Или все эти попытки помешать мне двигаться к моей цели? Мне надоело это уже, Том. Я начал злиться и решил, что тебе стоит напомнить, с кем ты имеешь дело. Я предупредил тебя один раз и второй. Третьего предупреждения не будет.

- Вот тут ты прав, - усмехнулся Том и резким движением вытащил из-за пояса нож. – Больше никаких предупреждений.

- Опаньки. – Демон был удивлен. Его глаза нехорошо прищурились, а крылья носа раздулись, как у хищника, почуявшего дичь. – У охотников был? Хороший ножичек, ничего не скажешь. И что ты с ним намерен делать?

- А ты не догадываешься?

- Не имею ни малейшего понятия.

- А ты подумай.

Демон не ответил. Он стал внимательно следить за каждым движением Тома, и даже дернулся пару раз в оковах, желая оказаться поближе.

- Если ты сейчас пытаешься использовать на мне свои фокусы с галлюцинациями, то могу сказать сразу: добрые люди меня не только ножиком снабдили, - сухо сказал Том.

- Ну что ты. И в мыслях не было. Я буду пай-мальчиком, только скажи: зачем тебе нож?

- Затем, чтобы отправить тебя, наконец, в ад.

- Правда, что ли? – глумливо усмехнулся Демон. – А ты случаем не забыл, что Билли тогда отправится вместе со мной?

- На то мне нож и дали, чтобы ты не смог его с собой утащить.

- Но он все равно умрет.

Том стиснул зубы так сильно, что заболела челюсть. Ему понадобилось какое-то время, чтобы взять себя в руки и ответить:

- Я знаю.

- И ты готов пожертвовать своим братом?

- Я должен его спасти, - ответил Том и сделал шаг вперед.

- Стой-стой-стой. Кто тебе втемяшил в голову эту глупость? Убив брата, ты его не спасешь! Ты убьешь его, а это мало похоже на спасение.

- Ты его не оставишь, не дашь ему жить. – Каулитц почувствовал, что по щекам быстро побежали слезы. Он не мог. И вообще ни секунды не верил, что сможет. – Почему ты вообще выбрал его? Какого черта?!

- Почему не могу оставить? Могу. Если ты поможешь мне, то я оставлю вас в покое. И вы больше никогда обо мне не услышите.

Том поудобнее перехватил рукоятку ножа и внимательно посмотрел на Демона. Вид у того был очень серьезный, не было похоже, что он шутил.

- Да? И с чего бы это?

- Демона не отправляют на землю к людям просто так. У каждого из нас есть миссия.

- Это я знаю, дальше.

- Все просто: ты помогаешь мне выполнить миссию, а я оставляю твоего брата.

- Демоны никогда не оставляют свои жертвы живыми, - сказал Том, вытирая с щек соленые капельки. «Билл» поморщился.

- Это тебе охотники наговорили? Все это чушь. Ну, почти. Мы вполне можем себе позволить такую роскошь. Знаешь, я очень уважаю твоего брата. Пятнадцать лет бороться с Демоном – это очень тяжело. Он очень хочет жить.

- Я знаю.

- Нет, не знаешь. Его желание безгранично велико, хотя что он видел в жизни? Тусклые стены духовной школы? Бросивших его родителей? Священников, которые и ненавидели, и боялись его? Друзей, которые считали, что прикольно иметь в компании фрика? Однако он никогда даже мысли не допускал о самоубийстве. Он боролся за жизнь, а ты так просто хочешь ее у него отнять? Даже не сказав ему ничего? Я был о тебе лучшего мнения. Я думал, что ты любишь его.

Том отвернулся, чувствуя, как тисками сдавливает сердце. Он уже не знал, где хорошо, а где плохо. Не знал, что делать, чтобы помочь брату. Как будет лучше. Он не хотел принимать такие решения.

- А если ты поможешь мне, то представь, как вы будете жить. Нормальной жизнью двух двадцатилетних парней. Да у вас все впереди! Вы будете вместе. Будете учиться, работать, заводить семьи. Или не заводить, как только душе будет угодно! Хотите – сидите дома, хотите – путешествуйте. Представь, как приятно тебе будет показать брату весь мир. Да хотя бы Германию! Он никогда не был в Гамбурге. Подумай, Том.

- И что мне нужно сделать? – спросил Том.

- Ничего. Ты просто сейчас выпустишь меня из дома и будешь ждать. Если у меня получится, то Билл вернется уже утром без меня. Если нет, то ты просто не мешаешь мне. Уберешь заговор с кровати, не будешь встречаться с охотниками и священниками, будешь всем говорить, что не знаешь, где Билл. К концу недели я все сделаю и освобожу твоего брата. Моя миссия будет исполнена, мне надо будет отчитываться перед начальством. Знаешь, бюрократия у нас процветает еще больше, чем у вас. И вернувшись, я займу другое тело. С твоим братом слишком много хлопот. Вот и все. И больше никаких Демонов, боли и страданий. Решайся, Том, тебе нужно только отпустить меня и все.

Воцарилось молчание. Том в растерянности сел на стул. Он понимал, что миссия Демона человечеству радости не принесет, но перспективы, что он описывал, были соблазнительными. Он даже может не знать, что там Демон будет делать, просто отпустит его. Просто отпустит. Том схватился за голову. Верить Демонам нельзя, они лживые и подлые, но какой выбор у него остается? Убить брата? Он не сможет. Он уже не смог. Охотник советовал действовать быстро, чтобы адская тварь даже не поняла, что происходит. А теперь уже поздно. Ведь правда?

Том резко встал и подошел к кровати, подняв нож. Демон спокойно смотрел на него, ожидая, что тот сейчас сделает. И парень решился. Он стал быстро обрезать ремни на руках, на ногах и на груди брата.

- Надеюсь, Билл не узнает, что это я тебя отпустил, - хрипло сказал Том и сдернул с Демона цепь, после чего отскочил в сторону.

- Не узнает. – Демон медленно встал и потянулся. – Ох, как же хорошо. Никаких кандалов, веревок и прочей фигни. Давно я не был свободен. Вот так, по-настоящему. Ты сделал правильный выбор, Том – «Билл» сделал шаг в сторону Каулитца, тот угрожающе поднял нож.

- Не подходи.

- Выпусти меня.

Том медленно подошел к двери, открыл ее и сдернул с косяка крест. Что-то затрещало в воздухе, а потом стало тихо. Парень отошел от проема, позволяя Демону выйти. Тот напоследок усмехнулся Тому и стремительно выбежал из комнаты. Тяжело дыша, Том опустился на пол, выронил нож и закрыл лицо руками. Легче от решения, что он принял, не стало. Сегодня, возможно, все равно кто-то умрет. Из-за него.



Глава № 10

Утром солнце застало в кухне дома братьев Каулитцей полную пепельницу сигарет, немытую чашку с остатками черного кофе, початую бутылку водки и бодрствующего Тома с воспаленными от недосыпа глазами и дрожащими руками. Помятого, пьяного, пропахшего дымом, небритого и разбитого. Всю ночь он ненавидел себя. За все: за слабость, за бессилие, за сомнительную сделку с Демоном. Он не знал, где сейчас брат, жив ли он, вернется ли вообще. Мог только надеяться, что адская тварь сдержит свое слово. Да это даже звучало смешно! Демон, который сдержит свое слово. Время приближалось к семи утра, когда Том затушил очередную сигарету и встал с намерением пойти искать брата самому. В этот момент он услышал, как кто-то открывает входную дверь. Том кинулся туда и, к своему облегчению, увидел озирающегося Билла, кутающегося в черную кожаную куртку.

- Слава Богу. – Он крепко обнял брата и поцеловал в висок. – Ты как?

- Что случилось, Том? Как я… почему я очнулся не дома? – растерянно спросил Билл, заглядывая Тому в глаза.

- Я все объясню, ты только скажи, с тобой все в порядке? Как ты себя чувствуешь? Что ты помнишь? – Каулитц-старший стал осматривать брата.

- Том, я… - Билл вздохнул и распахнул полы куртки. Том ахнул: футболка брата и верхняя часть штанов была залита кровью.

- Ты ранен?

- Нет, это не моя кровь. – Том невольно испытал облегчение. – Я убил кого-то? Том, объясни мне, как такое вообще могло произойти? – повысил голос Билл. Он выглядел так, будто собрался устроить истерику.

- Постой-постой, давай подумаем. Нет, сначала ты пойдешь в ванную, умоешься и снимешь с себя все это, потом мы подумаем, хорошо? - Билл кивнул. - Действуй.

Когда брат скрылся на втором этаже, Том быстро прибрался на кухне и открыл окно, чтобы выветрить противный затхлый запах. Ему самому не мешало бы помыться или хотя бы побриться и почистить зубы. Решив не ждать, пока Билл закончит с водными процедурами, он зашел в ванную. Брат принимал душ, отгородившись от остальной части комнаты прозрачной пленкой. Том осторожно отодвинул ее, желая посмотреть нет ли на Билле серьезных ран. Близнец стоял спиной к нему, водя по телу мылом, на его правой руке Том заметил синяк и несколько небольших царапин. В остальном брат был невредим. В этот момент Билл заметил его, он как-то испуганно дернулся и прикрылся руками.

- Том, что ты здесь делаешь?

- Извини, я хотел убедиться, что ты не ранен.

- Я же сказал тебе, что нет. Подожди меня снаружи.

- Я хотел почистить зубы, - оправдываясь, сказал Том.

- Ты подождать десять минут не можешь что ли? – раздраженно спросил Билл. Том удивленно вскинул брови, но из ванной вышел. Поведение родственника его шокировало. С чего бы Биллу так злиться на него? Или он помнит, кто выпустил Демона из подвала? Что ж, придется подождать, чтобы получить ответы на все вопросы.

В гостиную Билл спустился минут через пятнадцать, завернутый в большой махровый халат. Он вытирал мокрые волосы полотенцем и выглядел получше, чем всего полчаса назад. Том оставил его обсыхать, а сам тоже на некоторое время скрылся в ванной. Физиономия была та еще: колючие щеки, фиолетовые мешки под глазами, лопнувшие капилляры в глазах, искусанные сухие губы. Хоть сейчас на обложку журнала! Чувствовал он себя соответствующе. Ночь измотала, он уже не мог ни чувствовать, ни думать. Только надеяться, но и это стало воистину непосильной задачей.

Закончив приводить себя в порядок, Том спустился вниз и остановился на пороге гостиной. Билл лежал на диване, глядя в окно, и теребил влажные волосы. Он больше не выглядел так, будто собирается падать в обморок, что, несомненно, радовало. Похоже, он немного успокоился. О себе Том такого сказать не мог. Он прошел в комнату и сел рядом с братом, заглянув ему в глаза.

- Ты нормально себя чувствуешь? – спросил он.

- Да, уже лучше. Спасибо.

- Что ты помнишь? Где ты очнулся?

Билл облизал губы, немного подумал и ответил:

- В лесу. Солнце только-только начало вставать, и я очнулся. Вся одежда была в крови, только куртка более или менее чистая. Я очень испугался, но не решился звать на помощь. Не знаю, сколько я плутал по лесу, часа два, наверно, но потом я вышел на ту же тропинку, где мы сцепились с собакой, и только тогда вышел к дому. Что было ночью – не помню вообще. Только вот рука болит немного, а в остальном я нормально себя чувствую. – Билл протянул брату поврежденную руку, тот внимательно ее осмотрел, но что могло оставить такие раны, он не знал. – А как Демон выбрался из подвала? – задал встречный вопрос Билл. Том замялся.

- Я не говорил тебе, но он может воздействовать на меня. Я думаю, что он внушил мне, что стоит его отпустить. Прости, я должен был сильнее сопротивляться. – Парень старался не отводить взгляда, чтобы брат не догадался, что он лжет. – Все как в тумане. Я даже не помню, как выпустил его. Прости.

- Ничего, - мягко сказал Билл. – Нам надо просто выяснить, кого Демон убил или ранил. Чья на мне кровь. Но как?

- Да, это самая удачная идея, - сказал Том. Он немного удивился, что Билл так легко отступился от вопросов, он был уверен, что брат будет вести себя как-то иначе. Как бы он сам себя вел, решив, что убил кого-то? Он сейчас-то чувствовал себя паршиво от одной только мысли, что мог поспособствовать чьей-то смерти! – Если ты проснулся в лесу, значит, оттуда и надо начать поиски. Тебе пока лучше не выходить из дома, поэтому я один проверю местность, хорошо?

- Отличная идея, - воодушевился Билл. – А я приму снотворного и постараюсь ни о чем не думать.

- Да. И Билл… скажи мне. Ты чувствуешь Демона сейчас в себе? – осторожно задал Том главный вопрос. Брат пожал плечами.

- Не знаю. Я его вообще утром после полнолуния редко чувствую. Он на некоторое время затихает, видимо, набирается сил. А что?

- Ничего, просто спросил. – Том постарался не выдать своего разочарования. – Значит, я пойду?

- Иди. – Братья встали с кровати. Каулитц-старший чуть помедлил, а потом потянулся вперед, чтобы поцеловать Билла в губы, но тот в последнюю секунду отвернулся.

- Том, не сейчас.

- Прости. Все, я ухожу. Отдохни хорошенько, окей? – Том улыбнулся и быстрым шагом вышел из дома. Отказ Билла сильно задел его, но он не мог понять, почему именно. Что-то было не так.


~~XXX~~



Лес встретил его прохладой и веселым щебетанием птиц. Том чуть поежился. Понял, что погорячился, не надев хотя бы легкого свитера поверх футболки. Высоко стоящее солнце было обманчиво ярким и не приносило ожидаемого тепла. Все-таки холодная весна выдалась в этом году. Кроме Тома, в лесу никого не было. По крайней мере, так казалось на первый взгляд. Стараясь запоминать дорогу, парень стал продвигаться вглубь чащи, старательно переступая через торчащие из земли корни деревьев, приминая черными кроссовками невысокую еще траву. Искать здесь что-то – это как пытаться найти иголку в стоге сена. Том не знал даже, куда следует идти. Он мог полагаться только на свою интуицию и ничего больше, однако он дал себе слово, что не уйдет, пока не найдет того, кто пострадал сегодня из-за него. А вдруг этот человек ранен и нуждается в помощи? Правда, он не знал, что будет делать. Он пообещал Демону, что не будет мешать ему выполнять миссию. И если он вознамерился кого-то убить, то он должен ему… помочь. Звучало ужасно, но таковы уж были условия сделки.

Но чем дольше Том заходил в лес, тем яснее понимал, что найти ему сегодня что-то не суждено. Он устал, был голоден, вдобавок сказывалась бессонная ночь. Нужно было искать дорогу обратно. Потирая воспаленные глаза, парень шел по направлению к деревне, как вдруг под ногами что-то хлюпнуло. Том опустил глаза вниз и в ужасе шарахнулся в сторону. Прямо на него смотрели большие карие глаза, задернутые поволокой смерти. Белые зубы были хищно обнажены в оскале, а вокруг трупа расползлась гигантская лужа крови, в которую парень и наступил. Это был уже знакомый Тому белый дог, точнее то, что от него осталось. Целой была только голова, туловище же превратилось в кровавое месиво. Рядом с ним горкой лежали окровавленные кости, вынутые из трупа пса. Отвратительное зрелище. Тома резко затошнило от резкого сладковатого запаха крови. Вдобавок вокруг мертвой собаки кружила стая мух, что живописности картине не прибавляло. Такое мог сделать либо психопат, либо чудовище. Демон попадал под обе эти категории. Значит, собака. Том присел на корточки рядом с трупом. И если судить по тому, как сложены кости, это был ритуал. Осталось выяснить, что Демон хотел сделать этим ритуалом. Вызвать духа? Обрести невероятную силу? Что? Все, что угодно – подсказывало подсознание. Все, что угодно. Кстати, объяснялись и раны на руке Билла. Они очень сильно смахивали на укус. И все же собака, несомненно, лучше, чем человек. Тем более к этой псине Том симпатии не испытывал. Теперь можно было возвращаться домой. Только парень собрался встать, как услышал откуда-то сбоку характерный щелчок. У него внутри все похолодело от ужаса. Он повернул голову и увидел, что прямо на него смотрит дуло ружья, которое держит в руках немолодой мужчина с длинными, забранными в хвост волосами.

- Стоять, парень, и не рыпайся.

- Что вам нужно? Вы хотите денег? У меня их нет с собой.

- Денег? – рассмеялся незнакомец. – Денег хотят все, но от тебя они мне не нужны, не беспокойся. Зачем ты убил мою собаку?

- Это ваша собака? – удивился Том.

- Моя.

- Я ее не убивал. Я просто… нашел ее такой.

- А зачем ты здесь ходишь?

- Заблудился немного. – Том попытался улыбнуться. Он медленно поднялся с корточек, держа руки над головой и не делая резких движений. Из ворота футболки, сверкнув боком, выпал медальон, который ему дал Шварц. Взгляд мужчина заинтересовано скользнул по нему.

- У тебя на шее вещь, которую так просто в магазине не купишь. Откуда? – спросил он.

- Друг подарил.

- Твой друг охотится за Демонами?

- Не понимаю, о чем вы. Какие Демоны? Вы чокнутый?

- Не ври мне, - криво усмехнулся незнакомец. – Парни с такими талисманами на шее следы ритуалов просто так не рассматривают. Так кто ты и что здесь делаешь? Ты заранее знал, что увидишь здесь?

- Так это все-таки ритуал? – задумчиво поинтересовался Том и тут же прикусил язык.

- Да, ритуал. И проведен он на собаке, которая натравлена на Демонов. Сила этого ритуала достаточно велика, хотя я не знаю, в чем его суть. И мне до сих пор интересно, кто, черт возьми, ты такой!

- А вы охотник, - догадался Том.

- Я знаю. Отвечай на вопрос.

- Слушайте, это сложно объяснить. Просто с недавних пор я… опустите оружие, пожалуйста. У меня с собой даже ножика нет.

Мужчина нехотя опустил ружье, но настороженность так и не ушла из его глаз.

- Один мой друг попал в беду. Эта история связана с Демоном. Одним. И я хочу спасти своего друга. Вот и все.

- А что с твоим другом? Его похитили? Грозятся убить?

- Да, он может умереть, - ответил Том.

- Я могу помочь тебе убить Демона, и твоему другу больше ничего не будет угрожать. Только расскажи мне все.

Каулитц покачал головой.

- Я не могу. Я должен справиться сам. Я уже просил помощи у охотника. Он ничего путного мне не посоветовал. Сейчас только я сам могу помочь моему другу.

Мужчина и юноша какое-то время смотрели друг на друга, а потом охотник вдруг отступил.

- Как знаешь.

Том расслабился.

- Не подскажите, как мне выйти к деревне? – Мужчина объяснил. Каулитц осторожно стал продвигаться в том направлении, а потом сорвался с места и побежал. Охотник не внушал ему доверия.

Подходя к дому, Том внезапно стал испытывать беспокойство. Он прибавил шаг, а потом и вовсе перешел на бег. В гостиной и на кухне было тихо и пусто. Парень быстро поднялся на второй этаж и ворвался в комнату брата. Тот был полностью одет и накрашен, на кровати лежал его рюкзак, в который он быстро запихивал свои вещи.

- Билл, что… Куда ты собрался? – Брат поднял на парня взгляд. Том сделал шаг вперед, но вдруг увидел, что на него уже второй раз за день направлено оружие. На этот раз это был длинный кинжал.

- Не подходи.

- Что? Билл, что происходит?

- Что происходит? Ты это у меня спрашиваешь? – истерично взвизгнул Билл. – Ты пытался меня убить! Я все вспомнил. Теперь я понимаю, почему Демон сбежал.

- Стой, Билл, послушай. – Том почувствовал панику. Он взял с Демона слово, что тот не будет показывать брату, кто его выпустил из подвала, а вот насчет попытки убийства у них уговора не было. Теперь Билл думает, что он пытался убить его, а Демон сбежал, спасая свою жизнь. Превосходно! – Все не так, как ты думаешь. То есть и так тоже, но… я все объясню, только дай мне шанс.

- Шанс? – зло рассмеялся Билл. – Я давал тебе шанс, ты говорил, что любишь меня и не предашь. И что ты делаешь? Пытаешься меня убить! За что, Том? Что я тебе сделал плохого? Ты тоже боишься меня? Так же, как они?

Том на секунду прикрыл глаза и опустил голову. Ему было больно от того, что Билл так думает. И от того, что брату сейчас больно тоже. Скорее всего, он чувствует себя преданным. И Том не знал, как это все исправлять, как доказать близнецу, что Том не хотел сделать ничего плохого.

- Билл, мне очень жаль. Я… - Том открыл глаза и тут же наткнулся взглядом на угол комнаты. Там лежали четки. Парень тут же вскинул голову и внимательно посмотрел на брата. Тот казался злым: глаза сужены, губы плотно сжаты, скулы напряжены. Только злость и никакой другой эмоции. – Ты не Билл, - уверено сказал Том. Его «брат» вздрогнул.

- О чем ты говоришь?

- Четки в углу. Зачем бы Биллу их оттуда вытаскивать? Утром ты вел себя странно, мне показалось, что тебе все равно, убил ты кого-нибудь или нет. А сейчас ты просто злишься. Биллу бы было больно из-за предательства.

Демон цыкнул и закатил глаза.

- Я просил тебя убрать заклинание с кровати, ты проигнорировал просьбу. Два часа провозился, прежде чем сломать заговор. Так бы ты пришел, и я уже был бы далеко отсюда. Но у меня в матрасе был сокрыт вот этот ножичек. Жаль, что ты оказался таким догадливым, я не хотел тебя убивать.

- Что с Биллом? – быстро спросил Том.

- Ты хотел спросить, что с его душой? Пока нормально. Только заперта очень и очень глубоко. У меня нет времени, чтобы с ней возиться, пришлось задействовать ритуал.

- Ты для этого просил себя освободить?

- Какой догадливый. Я сразу вспомнил ту собачку, оставалось только найти ее и все.

- Ты ведь не собирался выполнять обещание, да? – севшим голосом спросил Том.

- Конечно, нет, - улыбнулся Демон. – Милый глупый Том. Повелся на сказки Демона. Запомни, мы всегда лжем. Впрочем, тебе это знание уже не пригодится. – «Билл» сделал шаг в сторону Тома. Вдруг раздался выстрел и звон стекла. Демон дернулся. – Ты привел с собой охотника! – в бешенстве закричала адская тварь, схватила рюкзак и, толкнув стоящего на пути Тома, выбежала из комнаты. Каулитц упал на столик возле зеркала, больно ударившись ногами о его края. Но у Тома не было времени унимать болевые ощущения. Он резво вскочил на ноги и кинулся вслед за Демоном, забежав по дороге в подвал за ножом. Входная дверь была распахнута настежь, а «Билла» и след простыл. Том выбежал из дома и оглянулся. Рева мотоцикла слышно не было, значит, Демон побежал на своих двоих. А куда он мог побежать? В лес. Нужно было торопиться. Охотник теперь тоже знает про Демона, значит, попытается его убить. Этого нельзя допустить.

Никогда раньше Том не бегал так быстро. Оказавшись на знакомой уже тропинке, Том тут же услышал, как откуда-то сбоку доносятся шорохи, будто кто-то пробирается сквозь кусты. Парень рванул на звук, но никого не увидел. Оглянувшись, заметил промелькнувшую тень. Но Демон, если, конечно, это был он, снова оказался быстрее. Он бегал по кругу еще какое-то время, пока не понял, что больше ничего не слышит, кроме шума деревьев и пения птиц. И местность вокруг была совсем незнакомая. Том начал судорожно оглядываться, пытаясь найти хоть какую-то зацепку, указывающую на то, где он находится, но тщетно.

- Твою мать! – И в этот момент кто-то схватил его за плечи и с силой приложил о ближайшее дерево.

- Заблудился, Томми? Хочешь покажу ближайшую дорогу на тот свет? – оскалился Демон.

- Ты тварь, - сквозь зубы прошипел Том, пытаясь высвободится, но Демон оказался в разы сильнее.

- Ах, какой нехороший мальчик! Обижаешь, а я так много для тебя сделал! Или, думаешь, Билл сам догадался приехать в эту задрыпанную деревеньку?

- Зачем? Ты же боишься меня, как огня!

- Не тебя, глупыш. Только вашего контакта с братиком, - ласково поправил Демон. – Мне становится сложно его контролировать, когда ты рядом. Хотя это было раньше. Сейчас я могу сделать даже так. – Сказав это, адская тварь впилась в губы Тома поцелуем. Он сморщился и попытался уйти от прикосновения, чувствуя отвращение от того, что его целует Демон. – Не хочешь меня целовать? А раньше тебе нравилось.

- Я целовал Билла.

- А я разве не похож? У меня даже глаза нормального цвета.

- Не похож, - отрицательно покачал головой Том.

- Очень жаль. – Демон убрал из голоса ласковые нотки. Глаза его вмиг стали черными. – Потому что это был бы твой последний поцелуй, как с братиком, так и вообще. – Одержимый достал из-за пояса штанов кинжал и одним движением стряхнул с него ножны. После чего приставил лезвие к горлу Тома. Тот вжался в дерево сильнее и задрал подбородок, уходя от острых краев оружия. Страшно почему-то не было. Без брата он все равно не смог бы жить. И если он не в силах его спасти, то лучше уйти. – Ты все обвинял меня в том, что я хочу тебя убить. Нет, милый, когда я хочу кого-то убить, я действую вот так. – Демон отвел руку с ножом назад. – Прощай, Томми. Молись, чтобы мы с тобой никогда не встретились. – А потом Демон как-то странно дернулся и закатил глаза. Через секунду он уже валялся у Тома в ногах, а перед собой парень увидел охотника с ружьем в руках. Судя по всему, он ударил Демона прикладом.

- Ты как? – спросил он. Том кивнул, глядя на валяющегося на земле Билла, и в этот момент услышал звук передергиваемого затвора.

- Нет! – крикнул Том, ударяя по оружию. Оно оглушительно выстрелило в сторону. – Это мой брат!




Глава № 11


Тяжелые оковы на хрупких запястьях смотрелись чужеродно. Том, схватившись за голову, глядел на них и спрашивал себя, когда же это, наконец, закончится. Но ничего не заканчивалось. Каждый день приносил еще больше боли, хотя его чаша страданий уже давно переполнилась. Демон скалился, рвался, рычал, будто зверь в клетке. Или просил отвязать, клялся, что отпустит Билла, соблазнял снова, и снова, и снова, как тогда в подвале. Рисовал перспективы, радужное будущее. Том слушал, смотрел и не мог больше чувствовать ничего. А порой наоборот – ощущал все слишком ярко. Будто чувства, как рождественские петарды, вспыхивали одна за другой у него в груди. Но самым ярким из того, что он испытывал, было отчаяние. Охотник смотрел на него с жалостью, раз за разом предлагая убить Демона и перестать мучить и себя, и Билла, который жил у адской твари глубоко внутри. Но Том не мог. Он просил искать в книгах, в манускриптах, где угодно, любой способ спасти его брата. И охотник, которого звали Грегом, искал и смотрел все с той же жалостью. А Демон смеялся над ним, называл его жалким неудачником и говорил, что даже Билл его теперь ненавидит. Это были самые страшные слова, что он говорил. Том старался не верить им, но Демон вещал убедительно. И все же они нашли способ поговорить с Биллом.

- Ты достал талисман? – спросил Том и покосился на спящего Демона. Удивительно, но этим тварям тоже нужен был отдых.

- Да. – Грег протянул ему деревянный амулет на подвеске. Он походил на католический крест. Отличие было только одно – две лишних палочки, пересекающих вертикальную линию креста. – Но он может не подействовать из-за татуировки на шее. Она блокирует все другие амулеты.

Том задумчиво взял амулет и покосился в сторону Демона. Тот лежал на полу спиной к ним, длинные волосы разметались, татуировка виднелась хорошо. Ее свойства они обнаружили два дня назад: ни один из приборов охотников не реагировал на Демона из-за нее.

- Дай мне нож.

- Зачем тебе? – хмуро спросил Грег.

- Сейчас проверим.

Подойдя к спящему Демону, Том резко схватил его за голову, нацепил на него амулет, а потом, пока тот не успел очухаться, срезал кусок плоти с шеи брата, оттяпав часть татуировки. Крик, раздавшийся в комнате, оглушил всех присутствующих. А на пол тяжелыми каплями стала капать кровь.

- Принеси перекись и вату, - крикнул Том Грегу. Сам он отпустил брата и отполз в сторону. Тот, стеная от боли, лежал на полу, зажимая рану рукой. Охотник вернулся буквально через секунду и протянул Тому вату, пластыри и перекись.

- Это Билл? – тихо спросил он. Том пожал плечами. Тогда Грег достал из кармана фляжку со святой водой и плеснул немного на Билла. Новых криков боли не последовало. Это был Билл. Том вздохнул с облегчением и подошел к брату. Тот обернулся на него и несколько секунд смотрел ему прямо в глаза, а потом резко подался вперед и обнял, звеня цепями, как кентервильское привидение.

- Том.

Каулитц-старший крепко обнял брата, утыкаясь носом ему в волосы и зажмурив глаза. Горло передавило спазмом, и стало очень больно дышать. И он все сильнее сжимал брата в объятьях, боясь, что это снова не он, а то чудовище с его лицом.

Родной маленький братик, наконец-то я тебя чувствую.

- Постой, Билл. У тебя вся шея в крови, дай я обработаю. – Том немного отстранился и откинул волосы брата ему на левое плечо. В глаза Биллу смотреть он почему-то не мог. Было стыдно. Брат позволил ему обработать рану и наложить повязку, а потом и освободить себя от оков.

- Амулет перестанет действовать через три часа. Советую провести время с пользой, - сказал Грег. Он чувствовал себя немного неловко, хоть и находился, по сути, у себя дома.

- Да, спасибо, Грег, - сказал Том, оборачиваясь на человека, который за очень короткий период стал ему другом.

- Спасибо, - повторил за братом Билл. – За все.

Охотник махнул им рукой и вышел из комнаты.

- Где вы раздобыли этот амулет? – спросил младший Каулитц.

- У друзей Грега. Таких же охотников, как он, - ответил Том, убирая на стол ненужную уже перекись. Братья расположились на мягком диване, расположенном возле камина. Дом у Грега был одноэтажный и небольшой. И мебели в нем было тоже немного. В комнате, где находились братья стояли только стол, диван, да телевизор. А стены украшали полки с оружием, книгами и амулетами.

- Ты есть хочешь? – спросил Том и даже встал, чтобы тут же что-нибудь принести брату. Но тот удержал его за рукав толстовки и усадил обратно.

- Ты что-то не то спрашиваешь, - сказал он. Том отвел глаза, но Билл перехватил его голову руками и заставил посмотреть на себя. – Том, у нас три часа.

Братья какое-то время молча смотрели друг на друга, отмечая и измученный вид, и грусть в газах каждого. И хоть Демон каждый день просил электрическую бритву и зубную щетку, Билл выглядел так, будто давно не видел ванны. Да и Том, собственно, не лучше.

- Я так рад тебя видеть. То есть… я вижу тебя каждый день, но сейчас могу даже сказать тебе что-то, - улыбнулся Билл.

- Так ты все видишь? – спросил Том.

- Да. После ритуала у меня будто пелена упала с глаз. Все стало так прозрачно: мысли Демона, его действия и планы. Я помнил, что делал Демон, когда я отключался. Все. И духовную школу, и последний месяц. Как отрывал шпингалет от дверцы, как приставлял нож к твоему горлу – я все это помню.

- Как я пытался тебя убить, - продолжил список Том. Билл улыбнулся и покачал головой.

- Принести нож в комнату, это еще не пытаться убить. А вот отпускать Демона ты не должен был.

- Я был в отчаянии.

- Я знаю. – Билл потянулся вперед и накрыл губами сухие губы Тома. Сначала они целовались неуверенно, но потом со всё нарастающей силой. Это был горький поцелуй, полный боли и отчаяния. Лишенный надежды, но он будто говорил: нас двое и пока что мы вместе. Иногда в двадцать лет тебе кажется, что смерть не страшна. Ты готов бросить ей вызов: прыжки с парашютом, гонки на бешеной скорости, прогулки по перилам моста, но когда смерть касается кого-то близкого тебе, становится уже не до шуток. И не возможно к этому подготовиться, будь у тебя хоть три часа, хоть несколько лет.

- Я так соскучился, - прошептал Том, лаская лицо Билла пальцами. Господи, он был красив даже сейчас, с немытой головой, растрепанный и с синяками под глазами. Он носил в себе Демона, но походил на Ангела. Чувство всепоглощающей нежности и любви затопило Тома до краев, оттесняя на время страх.

- Меня не было всего четыре дня.

- Это были самые ужасный четыре дня в моей жизни.

- Мне так жаль, что тебе приходится проходить через это со мной, - сказал Билл, опуская глаза. Он не был уверен в том, что смог бы пройти через все это один, но глядя на измученного близнеца, он спрашивал себя, имел ли он право так вламываться в его жизнь, переворачивая ее с ног на голову. Имел ли он право приносить столько боли вместе с собой?

- Не жалей. Я рад, что ты сейчас со мной. – Том положил ноги Билла к себе на колени и прижал парня к себе.

- Я тоже. Никому другому я бы не доверил то, что хочу доверить тебе.

- Что, Билл?

- Убить меня, - спокойно сказал Билл. Но кто бы знал, как далось ему это спокойствие!

Том похолодел. Он внимательно посмотрел на брата.

- Ты хочешь, чтобы я убил тебя?

- Да. Это наш единственный выход. Но это еще не все. Я хочу, чтобы ты жил.

- Да ты шутишь? – воскликнул Том. – Да какая же потом будет жизнь? Я же… Господи, да я даже мысли не могу допустить.

- Послушай, Том. Слушай меня очень внимательно и не перебивай, хорошо? – Билл собрался с мыслями, стараясь подобрать правильные слова. Им обоим было нелегко все это принять, но другого выхода из ситуации не было. Демон должен был умереть. - Эти четыре дня после ритуала были для меня пыткой. Я сидел там, внутри своего тела и видел все, как вижу сейчас, но не мог ничего сказать или сделать. Я пытался хоть как-то воздействовать, но это было бесполезно. Но самое ужасное было не это. Я слышал его мысли. И чувствовал то, что чувствовал он. Злость, ненависть, жажду крови. Его воспоминания о людях, которых он убил. Предполагаю, что он показывает это все мне намеренно, потому что воспоминаний об аде нет в его мыслях. Я не знаю, сколько вам понадобится времени, чтобы найти способ изгнать его из меня, но я не уверен, что выдержу хотя бы еще день. И еще я видел тебя. – Билл ласково погладил Тома по щеке, чувствуя под пальцами влагу. Видеть слезы родного человека было невыносимо. – Я видел, как больно тебе на меня такого смотреть. Ты старался помочь, и ты бы смог, будь у тебя больше времени. Но времени нет.

- Но ты же хочешь жить.

- Хочу. Я очень хочу, Том. Я хочу дожить до старости вместе с тобой, окруженный собаками, которые меня не боятся и не пытаются сожрать. – Билл усмехнулся. Сколько времени у него была для пустых мечтаний. Он долгие часы сидел в своей комнате в школе и грезил о будущем, где не было место Демону. Он верил, что когда-нибудь будет жить нормальной жизнью. – Но мне не суждено. И я уже принял решение. Я выбрал это, потому что так больше не могу. У меня была дерьмовая жизнь, Том, потому что я никогда ничего не мог выбрать сам. Сейчас я понимаю, что большая часть решений, что я принял, исходила не от меня, а от Демона. Но смерть свою я могу выбрать? Хоть раз в жизни сам принять решение, без кукловода? Впрочем, было еще одно решение, которое я принял сам.

- Какое? – спросил Том. Билл взял его лицо в ладони и вновь поцеловал в губы. Они никак не могли напиться друг другом, и было так страшно понимать, что эти часы были последние у них. И больше ничего этого не будет.

- Быть с тобой. Этот месяц, несмотря ни на что, был лучшим в моей жизни. – Том закрыл глаза, не в силах сдерживать себя. Прозрачные горячие слезы одна за другой катились по щекам, вымывая напряжение последних дней. Но легче не становилось. Билл стирал капельки пальцами, ловил губами, шептал про то, что он любит и всегда будет рядом.

- Я не знаю, как там. Но, надеюсь, у них будет трансляция Земля.ТВ? – Близнецы одновременно усмехнулись. – Ты только обещай мне, слышишь? Обещай, что ничего с собой не сделаешь. Я не прощу себе, если из-за меня…

- Я не могу, - покачал головой Том.

- Прошу тебя.

Том закрыл глаза и глубоко вздохнул, стараясь хоть как-то уменьшить тяжесть внутри. Он не мог такого обещать, потому что больше не представлял себе жизни без брата. Это было так жестоко. Происходящее казалось дурным сном, чьей-то выдумкой. Страшной, злой, издевательской.

- Я не могу, - вновь покачал головой Том. – Не проси, Билл. Прости, но я не могу пообещать тебе этого. Ты просишь слишком многого.

Билл опустил голову.

- Иногда я спрашиваю себя, для чего я вообще родился? Моя жизнь не принесла ни мне, ни другим ничего, кроме боли. Моя смерть несет за собой еще одну смерть. Так в чем тогда смысл моего появления на свет?

- Билл, не говори так, - запротестовал Том. – Ты лучшее, что было в моей жизни.

- Тогда сделай это для меня. Сделай то, что я прошу.

Каулитц-старший с болью посмотрел брату в глаза и твердо сказал:

- Я обещаю, что убью Демона. Обещаю, что не буду заканчивать жизнь самоубийством. Но жить я не обещаю.

- Хорошо, пусть так. – Билл ткнулся губами брату в шею, чувствуя исходящее от него тепло. Том гладил его по спине и рукам, прижимал к себе крепче. Часы на стене отсчитывали секунды, минуты, часы. Невероятно быстро, приближая роковой миг. Билл хрипло дышал брату в шею, чувствуя дикий страх. Никогда раньше он не молился так искренне. Но не о себе. Чем меньше оставалось от отведенного им времени, тем сильнее он просил за брата. Дать ему сил, терпения, усмирить боль. Он-то уйдет, возможно, туда, где чувств и нет совсем, но Том останется здесь, со знанием того, что своими руками пролил кровь самого близкого и родного человека, не смог спасти, отвести беду. Можно ли вообще жить с таким знанием? Билл не знал, чтобы он делал на месте Тома. Он не знал, смог бы он. И он боялся, что Том не сможет тоже.

- Ребята. Осталось полчаса. Нам лучше перестраховаться, - раздался голос Грега. Братья вздрогнули и синхронно посмотрели на часы. Том невольно прижал Билла к себе сильнее.

- Но почему?.. – Том не договорил.

- Так надо, Том. Он прав. – Билл слез с коленей близнеца, вытирая уже почти засохшие соленые дорожки, неприятно стянувшие кожу, и подошел к охотнику. Не в силах смотреть, как Билла вновь заковывают к цепи, Том отвернулся, а потом и вовсе вышел на улицу. Там он пошарил в карманах, достал сигареты и закурил. Грег вышел минут через пять.

- Так это случится сегодня? – спросил он.

- Билл прав. Больше тянуть нельзя. Ему паршиво находиться во власти Демона, а когда мы найдем альтернативный способ эту тварь из него вытащить – не известно.

- А ты сможешь? – Грег внимательно посмотрел на Каулитца. Тот покачал головой.

- Я не знаю, но постараюсь. – Том быстро сделал несколько глубоких затяжек, выкинул сигарету и зашел в дом.

- Том, смотри. – Голос у Билла был напуганный. Брат взглянул на него и увидел, что медальон, сдерживающий Демона, трясется, будто вот-вот готов взорваться на кусочки. Времени у них осталось мало. Том взял с одной из полок ритуальный нож и смочил его в святой воде, после чего нацепил на шею амулет против одержимости. Зашедший в комнату Грег открыл заранее приготовленную книгу и встал поодаль.

- Билл? – Братья посмотрел друг другу в глаза. Младший был напуган, Том притянул руку и мягко сжал его ладонь, высказывая таким образом свою поддержку.

- Том, скажи маме…

- Билл, не надо.

- Скажи ей, что я ее простил.

Том стиснул зубы, но кивнул. Амулет у Билла на груди начал крошиться, а потом и вовсе взорвался. Билл хотел что-то сказать, но не успел, глаза его заволокло черным. Том размахнулся кинжалом.

Лезвие легко пропороло нежную кожу один раз, а потом и второй.

Тяжелые капли крови одна за другой падали на деревянный пол.

Латынь заполонила комнату.

Серая дымчатая тень, секунду назад отделившаяся от Билла, рванула обратно, но будто стукнулась о невидимую преграду.

- Поздно, сука. Отправляйся в ад, - прошипел Том, сильнее переплетая свои пальцы с пальцами брата, соединяя раны на их ладонях, мешая свою кровь с кровью своего близнеца.

Флешбэк. Два дня назад.

«- Предание гласит, что близнецы рождаются с одной душой, разделенной на два тела. Если душу соединить, то она не пропустит Демона.

- Но прежде его надо выгнать из тела, - возразил Грег.

- Когда я нанес над Биллом нож тогда в подвале, то заметил, что от его тела начала отделяться тень. Отец Пауль говорил мне, что пытался уже так выгнать Демона. Нужно просто испугать его смертью.

- Звучит бредово.

- Если не найдем другого способа, то будем действовать, согласно этому».

Отвратительный пронзительный звук раздался в комнате, Том зажмурился, подавив в себе желание закрыть руками уши. А потом все закончилось. Стало до того тихо, что было слышно тиканье часов.

- Что это было? – спросил Билл, оглядывая своего брата и охотника.

- Ты чувствуешь его? – спросил Том.

- Кого?

- Демона?

Билл прислушался к себе.

- Нет. Вообще не чувствую. – Том свободной рукой снял со своей шеи амулет и нацепил его на брата, и только тогда разделил их руки. Ничего не произошло.

- У меня такое ощущение, ребята, что Демона тут больше нет. Он действительно отправился в ад.

Том улыбнулся, все еще не веря, что у них получилось, что их воистину бредовый план, который он же и придумал, сработал. Он медленно подошел к брату и обнял его.

- Все, Билл. Мы смогли. Мы это сделали.

- Сделали что? Я ничего не понимаю, - прошептал Билл.

- Мы убили Демона. Изгнали его из тебя и убили.


~~XXX~~



- Значит, вам надо было убедить и меня, и Демона, что вы собираетесь нас убить? – еще раз переспросил Билл. Том терпеливо вздохнул.

- Да. Прости, я не мог даже намекнуть тебе. Да и… я не был уверен, что это сработает. Если бы нет… - Том на секунду замолчал. – Если бы не получилось, то мне бы пришлось все-таки убить тебя.

- Ясно. – Каулитц-младший отвернулся к окну. Он все еще не верил, что это случилось и он свободен. Пятнадцать лет ждать, и вот, наконец… И он даже не знал, что делать дальше. Он думал, что умрет сегодня.

- Ты злишься на меня? – спросил Том, внимательно следя за братом. Тот повернулся к нему и улыбнулся.

- Нет, конечно, нет. Просто я еще не пришел в себя. Еще пару часов назад я был уверен, что для нас все кончено, а теперь…

- А теперь у нас впереди целая жизнь. Без всяких Демонов. – Том накрыл руки Билла своими руками, и посмотрел ему в глаза. Билл несмело улыбнулся.

- Ну, ребята, готовы идти домой? – раздался у парней над ухом голос Грега.

- Да, готовы, - сказал Каулитц-старший. Братья встали из-за стола, и Том подал мужчине руку для пожатия. – Спасибо тебе за помощь.

- Да не за что. Ты все сам сделал. Справился бы и без меня.

- Это вряд ли.

- Да, спасибо вам большое. – Билл также пожал мужчине руку.

- Ну тогда, прощайте. Надеюсь, что вам больше не понадобиться моя помощь. И носите амулеты, чтоб ни одна тварь больше в вас не влезла.

Братья в последний раз махнули охотнику рукой и медленно пошли через лес к деревне. Какое-то время они молчали, вспоминая события прошедшего вечера, стараясь привести мысли в порядок. А потом Билл вдруг сказал:

- Знаешь, что я сделаю, когда приду домой?

- Накупишь в супермаркете мороженного и нажрешься? – усмехнувшись, предположил Том.

- Нет, хотя идея неплохая. Я запишусь в тату-салон.

- Что? Опять? Мало тебе татуировок? Демонических?

- Эта будет не демоническая. Обещаю, - заверил Билл. – Я напишу слово «Свобода» на самом видном месте. Большими буквами.

- А ты веришь, что свободен? – спросил Том, остановившись. Его брат остановился тоже, а потом вдруг улыбнулся по-мальчишески задорно, повис у близнеца на шее и сказал:

- Я чувствую, что свободен. – Он с силой поцеловал Тома в губы, прижимаясь всем телом, а потом задрал голову и крикнул во всю мощь своих легких: Я СВОБОДЕН!



КОНЕЦ

"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость