Страница 1 из 1

Ультиматум {slash, AU, romance, POV, R}

Добавлено: 01 май 2018, 20:16
Aliena

Название: Ультиматум
Автор: Romaria
Бета: Одна Вторая Симбиоза
Пэйринг и персонажи: Том Каулитц, Билл Каулитц, Алекс, София, пацан
Рейтинг: R
Жанры: AU, romance, POV
Размер: midi
Статус: закончен
Содержание: Иногда, стараясь разозлить отца, рискуешь угодить в собственную ловушку.
Посвящение: Мыши. Твой вердикт: «Бэмби и его друзья…» был жестоким.

Re: Ультиматум {slash, AU, romance, POV, R}

Добавлено: 01 май 2018, 20:20
Aliena



1. Ультиматум.

- Вильгельм Йорг Каулитц! Ты всегда отличался крайне безобразным поведением, но последний твой проступок переходит все допустимые границы! Ты понимаешь… - дальше я уже не слушал. Какой смысл? Поорет и успокоится. Так было всегда. С самого детства. Хотя, сегодня он разошелся не на шутку. Вон как кричит, даже покраснел, бедный, от усилий. Как бы удар не хватил.

Я сидел в кабинете отца и НЕ слушал, как он меня отчитывает. Точнее, старался не слушать, так как в этот раз отчитывал он меня очень громко и с особым усердием.

Гооосподиии, было бы из-за чего так разоряться… Подумаешь, застали меня в одной комнате с парнем… ну да, мы с ним в этот момент не чай пили. И что? Всякое бывает. Чего орать-то? Ну ладно, ладно… Но откуда я мог знать, что этот пацан несовершеннолетний сын какого-то там посла?! Так сразу и не скажешь, что ему семнадцать всего. Хорошо хоть не тринадцать, что уже радует. А то сидеть бы тебе, дорогой Билли, в тюрьме за совращение. Умница. Докатился. Да не видно по нему было, что он малолетка. Да я вообще думал, что он как минимум мой ровесник, а то и старше! Черт, он мне даже не нравился совсем, просто скучно стало на этом идиотском приеме, захотелось отвлечься, а получилось…

А получилось, что сижу я здесь уже минут тридцать и выслушиваю нравоучительные лекции на тему: «международный скандал и крах финансовой империи из-за безобразного поведения одного конкретно взятого безответственного индивида ».

Ну, хорошо, хорошо, я все осознал, раскаялся и чувствую себя ооочень виноватым… Можно я уже пойду, а? Мы с ребятами вечером в клуб собирались, а для этого мне еще себя в порядок привести нужно. Маникюр там, прическа и все такое…

Чееерт! Как же я забыл-то, мне же ехать не на чем! Я же свою тачку два дня назад разбил, а другую отец теперь точно не даст… Заплакать, что ли, с горя?

Да когда же он уже заткнется, а? Надоел, сил нет. Ему же на какое-то там очередное совещание скоро ехать нужно, этот его, секретарша, недавно напоминал. А я еще денег выпросить собирался… не успею ведь.

Ну и ладно. У матери выпрошу… о точно, мать! У меня же мать есть! Как-то забыл. И машину у нее попросить можно. Она точно не откажет. Она мне никогда ни в чем не отказывает. Только ее отловить сначала нужно. Она же у нас занятая… вечно по этим своим благотворительным обществам шляется. Интересно, что там у нее сейчас, обездоленные пудели или ущемленные в правах выдры? В прошлый раз, кажется, какие-то тюлени были. Хорошо, с машиной решили. Про сына посла она не знает, я же не тюлень, чтобы за моей жизнью следить, поэтому проблем не будет. Ну и пофиг. Так даже лучше…

- Билл, - вдруг слышу совершенно спокойный и какой-то усталый голос отца. А я и не заметил, когда он орать перестал. Может лучше у него все-таки деньги выпросить, мать ведь еще сначала найти нужно… - Ты ведь совсем не слушал меня, правда? В принципе, я привык к тому, что ты меня не слушаешь. Я, наверно, даже сам в этом виноват. Надо было тебя воспитывать, а я занят был, - ну вот, началось… это точно надолго. Я так даже на встречу с ребятами опоздать могу. – Билл, послушай меня, в этот раз действительно все очень серьезно. Если эта информация просочится в прессу, будет загублена не только твоя репутация, но и репутация всей семьи. Ты понимаешь, во что это выльется? Минимум, это расторжение контрактов с партнерами и потеря очень больших денег. Разобраться со всем быстро в этот раз не получится. Посол имеет довольно большой авторитет в нашей стране, и он сейчас в ярости. Говорит, что до встречи с тобой его сын был невинен. И что ты его чуть ли не изнасиловать пытался…

- Что?! Что за бред? – нет, а вот это уже слишком. Вот сейчас я действительно возмущен. Если кого и пытались изнасиловать, так это меня, таким мальчик активным оказался. Да и о невинности там речи быть не может… - Послушай, я ни кого не насиловал. Не пытался даже. Он первый ко мне подошел. Да и про невинность очень громко сказано, этот мальчик поопытнее меня будет.

- Это не важно сейчас, Билл. Про его опыт никто ничего не знает. А вот о твоей репутации все давно наслышаны. Сейчас ты должен быть тише воды. Но ты не будешь, я тебя знаю. Ты можешь уехать из страны на несколько месяцев, пока все это не утрясется. Например, во Францию или Италию… ты же любишь Италию?

- Нет уж! – Италию я, правда, всегда очень любил, и в любом другом случае с удовольствием бы туда съездил, но сейчас речь не об этом. Сейчас это уже дело принципа. Не собираюсь я бежать из страны из-за какого-то малолетнего придурка, который боится своему отцу правду сказать. – Я никуда бежать не собираюсь. И точка. Это не обсуждается.

- Хорошо. Есть еще один вариант. Нужно доказать, что у тебя не было причины приставать к этому мальчику.

- И как ты себе это представляешь? – я иронично усмехнулся. – Как ты сам сказал, о моей репутации знают все. Доказать, что мне нравятся девочки возможным не представляется…

- Тогда мы докажем, что у тебя есть постоянный парень, и никакие другие тебя просто не интересуют.

- Что за бред ты несешь? – я не помню, когда последний раз был так возмущен. Какой, блин, парень? У меня? Ага, Щас! – Да у меня в жизни отношений дольше, чем на одну ночь не было! Где я тебе постоянного парня возьму?

- Ну, приличного парня я тебе найду без проблем…

- Сутенером моим поработать хочешь?

- Билл! Ты забываешься!

- Нет, это ты забываешься! Ты хочешь из меня шлюху сделать? Под мужика какого-то положить? Ты вообще думаешь, о чем говоришь?!

- Про «подложить» речи не было. Тебе просто нужен приличный парень. Для вида. Будешь показываться с ним в обществе, ходить на различные мероприятия. Создавать видимость счастливой семейной жизни. Не более того…

- Я сказал нет! – я вскочил с кресла и в ярости ударил кулаком по столу.

- А теперь послушай меня. Внимательно послушай, - отец медленно поднялся из-за стола, и посмотрел мне прямо в глаза. Я никогда не видел такой железной убежденности в его взгляде. – У тебя три варианта. Первый, ты уезжаешь из страны. Второй, я нахожу тебе приличного парня, который в течение месяца, думаю, этого времени нам хватит, будет играть роль твоей пары. И третий, ты сам находишь себе такого парня.

- А если нет? Если все три предложенных тобой варианта для меня неприемлемы?

- Тогда я лишу тебя всего. Денег, дома, возможности жить в свое удовольствие, ничего не делая. Всего, что ты так любишь.

Да ну? И как ты себе это представляешь? Выгнать меня из дома мать не позволит. Денег тоже даст…

- На мать не рассчитывай, - словно прочитав мои мысли, продолжил отец. – Все деньги ей даю я. В том числе и на благотворительность. И если я только намекну, что она может этого лишиться… - отец криво ухмыльнулся. – Сам понимаешь, пингвины этого не переживут. В этот раз это не угроза. Это ультиматум. У тебя есть три варианта и два дня на выбор. Какой из них ты выберешь, решать тебе. Сейчас ты свободен. Я все сказал. У меня совещание через тридцать минут… Увидимся здесь же, через два дня. Можешь идти.

Из кабинета отца я выходил в полном оцепенении. Твою мать. И что мне теперь делать?






2. Сними его…

Уже больше часа я лежал на кровати в своей комнате, тупо уставившись в потолок. Что мне делать я не представлял совершенно. В то, что он лишит меня всего, я не очень-то и верил. Хотя… у него был такой взгляд. Значит, придется что-то выбирать. Вот только что? Уехать? Бежать как трус, поджав хвост? Нет уж, спасибо, такой вариант мне совершенно не подходит.

Значит, придется месяц побыть семейным человеком. Вот идиотизм-то! Но позволить отцу выбирать мне парня я точно не могу. Черт, это и правда звучит так, будто он мой сутенер и подбирает мне клиента. Нет уж, увольте… Значит, придется искать самому. Ну и где я его буду искать? Объявление в газету дать, что ли: «Сниму на месяц парня для совместного проживания и выхода в свет…»

Красота!

Мне нужна помощь. Один я не справлюсь. Алекс. Мне поможет Алекс. Мой лучший друг. Пожалуй, единственный человек, которого я могу назвать другом. У Алекса мозг устроен не как у других людей, он у нас просто генератор идей… вот пусть и поработает. Надо позвонить ему. Он поможет. Он не подведет.

Вскакиваю с кровати, приняв, наконец, хоть какое-то решение. Ищу телефон… набираю номер друга.

- Привет. Слушай внимательно и не перебивай. Я влип. В этот раз серьезно. Мне нужна твоя помощь. Позвони ребятам и отмени встречу. Через два часа подъезжай к моему дому. Поедем куда-нибудь, где можно поговорить без лишних ушей. Свидетели мне ни к чему. Все. Пока. Жду.

Бросив трубку, я на мгновение замер… столько проблем и все из-за этого пацана, а я ведь даже имени его не помню.

Алекс приехал ровно через два часа, как договаривались. Я же говорил, не подведет…

- Привет, друг, - здороваюсь, падая на переднее сидение его машины.

- Ну и что у тебя стряслось? - смотрит на меня с насмешкой во взгляде. - Я думал, ты как минимум жизненно важных частей тела лишился. А ты ничего, целый вроде.

- Не язви. Для начала, поехали в какой-нибудь ресторан. Что-нибудь тихое, с отдельными кабинетами, чтобы разговаривать не мешали. Я все тебе расскажу, а там уже будем решать, как меня из этого дерьма, в котором я по своей глупости оказался, вытащить.

- Ну, тихое, так тихое, - согласно хмыкает, заводя машину.

- Виски. Много, - заказываю сразу, как только мы заходим.

- Ого! – удивляется друг. – А у тебя, правда, все хреново?

- Ты даже не представляешь насколько…

- Ну и что ты обо всем этом думаешь? – спрашиваю минут через тридцать, рассказав об условии, которое мне поставил отец. Я уже довольно пьян, Алекс же, от силы, выпил пару бокалов.

- Вот оно тебе надо было, а? Там что, такой уж прямо пацан офигенный? – спрашивает, смотря на меня как на идиота. В принципе, я идиот и есть, это ж надо было так вляпаться!

- Обычный там пацан, - бурчу. – Ничего особенного. Черт! Да что же вы все ко мне привязались-то, а? Ну откуда я знать мог, ты мне объясни?

- Ну, все, все. Не вопи. Прости. Давай выдумывать, как тебя из всего этого вытаскивать станем. Уехать для тебя точно не вариант? – спрашивает.

- Нет. Не побегу я, Алекс, не могу, даже не предлагай, - говорю хмуро, наливая очередной бокал виски.

- Ладно. Тогда парень…. Ну и где мы тебе парня брать будем? Да еще такого, который рядом с тобой за месяц с ума не сойдет… - хихикает друг.

- Очень смешно! – возмущаюсь.

- Да и выглядеть он должен соответственно, тебе подстать, чтобы вы парой смотрелись, - продолжает задумчиво.

- Слушай, - смотрю на Алекса: красивый, стильный. Светлые, почти белые, волосы средней длины, тонкие аристократичные черты лица. Прозрачные льдисто-серые глаза, а кожа смуглая. Необычное сочетание. Я тоже тонкокостный, только брюнет. И глаза у меня темные, а кожа очень светлая, бледная. Вместе мы смотримся замечательно. Да и знакомы мы с самого детства… чем не вариант? - А может ты, а?..

- О нет! – яростно замотал головой он. – Во-первых, ты меня переоцениваешь. Я тебе, конечно, друг и все такое… - усмехается. – Но месяц с тобой под одной крышей, в качестве твоего парня, я просто не выдержу. Во-вторых, я даже не би, и все об этом прекрасно знают. Никто в нашу внезапно вспыхнувшую любовь не поверит. Здесь нужен кто-то новый. Кто-то, кого никто не знает, чтобы все можно было списать на внезапность чувств.

- Может, ты и прав, - соглашаюсь с ним. – Но где этого нового взять? Не папочку же в качестве сутенера использовать…

- Ну, про папочку я согласен, но вот в целом идея хорошая, - говорит медленно, будто уйдя в свои мысли.

- Какого черта! – снова возмущаюсь. Да они что, все с ума посходили? – Какая идея? Ты мне что, тоже шлюхой стать предлагаешь?!

- Не кипиши. Никто тебе ничего подобного не предлагал… Как раз наоборот.

- Что ты имеешь в виду? – спрашиваю осторожно.

- Мы тебе не будем искать парня. Мы его тебе снимем, - говорит спокойно, как будто в кино сходить предлагает.

- У тебя с головой все в порядке? Ты совсем с ума сошел?! – ору в ярости. Нет, я от него в полном шоке! Я всегда знал, что у него фантазия богатая, но чтобы настолько…

- Тихо, истеричка. До конца дослушай. Ты никогда про эскорт услуги не слышал? Стоит, конечно, не очень дешево, но для тебя такие деньги точно не проблема. Конфиденциальность там обеспечена. У них все только на этом и держится… И найти там можно все, что угодно, как по каталогу. Манеры, образование… лоск и элита, одним словом. Такого в обществе встретишь, ни за что не догадаешься, кто он, и чем себе на жизнь зарабатывает.

Я задумался. Идея, конечно, полный бред… но с другой стороны, не более бредовая, чем все то, что я делал до этого. Снять парня и вывести его в свет. Наглость на грани абсурда. Как раз то, что мне больше всего нравится. Мои глаза недобро блеснули. Вот только есть одна поправка…

- Идея в целом мне нравится, - начинаю говорить со злым азартом в голосе. - Только никакой «элиты и лоска». Ну, уж нет. Если я собираюсь снять себе шлюху, то я хочу настоящую шлюху! Без всякой наносной мишуры и показухи. И я знаю подходящее место для поисков.

- Где? – рассеянно спрашивает друг, с опасением глядя на меня.

- Там, где им и положено быть. На панели.

- Билл, ты совсем с ума сошел?

- Он хочет войны? Ну что ж, он ее получит. Посмотрим, кто будет смеяться последним.

Ты хочешь шлюху в доме, папочка? Будет тебе шлюха. Только я ее сниму, а не сам ей стану.





3. Знакомство.


На следующий день я проснулся с жуткой головной болью. Похмелье - вещь страшная. Вставать не хочется совершенно, но нужно. Со стоном встаю с кровати и плетусь в душ. Стоя под горячими струями, я вспоминал вчерашний вечер. Ультиматум отца, мой разговор с Алексом… О, черт! Я же, кажется, шлюху себе снять собираюсь. Мало мне в жизни дерьма было, я себе еще найти вознамерился. Да что ж я за кретин-то такой? Что ж меня жизнь ни чему не учит-то, а? Отказаться от своих слов я уже не смогу, Алекс издеваться будет. А этого я не переживу. Значит, придется делать так, как решил. Вчера мы с Алексом договорились, что встретимся сегодня вечером и поедем мне любовь всей жизни покупать.

Ну и фиг с ним. Едем, так едем. Увидеть свой страх я никому не позволю. Макияж. Маникюр. Яркие шмотки. Прическа. Побольше пафоса во взгляде. Красавец!

За всеми этими сборами день пролетел совершенно незаметно. Отца я сегодня не видел. Мать, кстати, тоже. Интересно, а она про ультиматум знает? Сомневаюсь, уверен, отец ей не рассказывал. Да и неинтересно ей это. Со своей второй половиной я должен познакомить их завтра, значит сегодня единственный день, когда я эту самую половину найти могу.

Сейчас у нас без пятнадцати девять вечера, Алекс обещал приехать ровно в двадцать один ноль-ноль. Пунктуален он до отвращения, поэтому через десять минут можно выходить.

Из дома я вышел как раз в тот момент, когда машина друга подъезжала к крыльцу, но он там был не один.

- Твою мать, Алекс, а она здесь что делает?! – возмущенно закричал я. – Ты бы еще всем рассказал, куда и зачем мы едем!

- Эй! Горячий парень, обороты сбавь. Это всего лишь София, она никому не расскажет, ты же знаешь.

София. Сколько себя помню, мы трое всегда были вместе. Один социальный статус, родители общаются, ну и все такое. Нам просто суждено было быть друзьями. И мы были. Но пару лет назад вышла у нас с ней одна неприятная история. Оказывается, она в меня влюблена. Ну, раньше была точно. Вот в один прекрасный день она и решила мне в этом признаться. А я… а что я? Она, конечно, красивая. Стройная высокая блондинка с абсолютно черными глазами. Смотрится очень эффектно. И мозгами ее бог не обидел… Но не нравятся мне девушки! Никогда не нравились. А она не поверила. Говорила, что все люди по природе своей бисексуальны, что если бы я только захотел… А я не хочу! Не хочу и все тут! Со временем вся эта история вроде забылась, все улеглось, но осадок остался…

- Ну что ты, Билли, - слышу ее ехидный голос. – Неужели ты, правда, думал, я могу пропустить, как ты себе мальчика покупаешь?!

И улыбка. Слащавая такая, ехидная. Брр. Аж врезать охота.

- Вот поэтому я и не хотел, чтобы она ехала, - возмущаюсь, а сам тайно надеюсь, может это поможет мне избежать идиотской затеи…

- Так, все! Ты – живо в машину. А ты – еще одно слово и вылетишь отсюда. Всем все ясно? – Алекс. Сказал, как отрезал.

Хмуро киваем, рассаживаемся по местам и, наконец, едем. Куда вообще ехать, лично я понятия не имею. Мне это просто никогда нужно не было. И откуда только Алексу все это известно? Я иногда поражаюсь тому, сколько разнообразной информации помещается в его голове.

Ехали долго. Дома становились все более убогими, люди одеты все дешевле. Поворачиваем за очередной угол и тут, как на витрине. Стоят. В ряд. Аж смешно стало. Смешно и почему-то одновременно жутко.

- Ну что, покупатель, выбирай товар, ты сам этого хотел, – в голосе друга звучала явная насмешка.

- Не торопи меня, я вроде как любовь всей жизни выбираю, - пытаюсь скрыть страх в голосе за иронией.

Едем медленно. Я смотрю на них, они на нас. Кто-то машет рукой, кто-то улыбается, кто-то старается принять сексуальную позу. А мне больше всего на свете хочется домой. От всего этого так противно вдруг стало.

Дешевки. Все как один, дешевки и убожество, куда ни посмотри. Интересно, сколько же это надо было вчера выпить, чтобы в мою светлую голову пришла такая «гениальная» идея? Снять проститутку. На панели. Мгм. Да я просто гений дедукции, мать вашу!

Я уже почти отчаялся и хотел сказать Алексу, что сдаюсь, как вдруг увидел Его. Он стоял один, в стороне ото всех. Он не пытался улыбаться, или заигрывать… просто стоял и спокойно смотрел перед собой. Высокий, стройный. Простая белая майка, широкие джинсы. Правильные черты лица. Разрез глаз немного хищный. Волосы заплетены в тонкие косички, в нижней губе пирсинг. Такой красивый. Может он и не хастлер вовсе, может он просто здесь стоит? Ну не похож он на дешевку! Не похож.

- Стой, - говорю напряженным хриплым голосом. Алекс с Софией вздрагивают и в недоумении смотрят на меня. Удивлены? Да, я тоже. – Вон тот, высокий, с косичками.

Алекс останавливает машину, приоткрывает окно и машет ему. Парень усмехается и идет к нам. Значит все-таки шлюха. Жаль.

- В групповушке я не участвую, - ухмыляется, заглянув в машину, и собирается уйти на свое место.

- Стоять! – рявкнул я. Нет уж, милый, никуда ты не пойдешь. Ты именно то, что мне нужно. Я так решил, так что тебе остается только смириться со своей участью.

Парень замер на секунду, а потом медленно повернулся обратно в нашу сторону. В его хищных почти черных глазах сверкала ярость.

- Сбавь обороты, красавчик. Со мной разговаривать таким тоном нельзя. Правда.

Не знаю, что нашло на меня в тот момент, но я открыл дверь машины и вышел к нему. Друзья пытались что-то сказать мне, но я не слушал. В этот момент в моей голове билась только одна мысль: я должен его получить.

- А как с тобой можно? - спрашиваю спокойно.

- Нужна подстилка, это к ним, – махнул он головой в сторону, откуда мы приехали. - А со мной либо на равных, либо никак. Тебя это устраивает?

- Абсолютно. Более того, это именно то, что мне нужно. Они, - киваю в сторону машины. – Просто за компанию. Ты нужен только мне. Причем надолго. Обсудим условия?

Парень несколько секунд внимательно смотрел на меня. Никто и никогда не смотрел на меня, так явно оценивая. Ему было совершенно плевать, что я подумаю и как себя поведу. Это должно было меня разозлить, но мне почему-то стало весело и спокойно.

- Ну что? - спрашиваю, приподняв бровь. – Нравится то, что видишь?

- Нравится, - усмехается. – Здесь есть на что посмотреть, и это удивляет. Ты не похож на человека, которому нужно платить за секс. Так, что у тебя за предложение?

- За секс я действительно никогда в жизни не платил и не собираюсь. Предложение у меня несколько иного рода. Как ты смотришь на то, чтобы поехать куда-нибудь в тихое место и поговорить?

- Это тоже будет стоить денег. Из-за тебя я потеряю время, возможно, выгодного клиента, а мы можем так и не прийти ни к какому соглашению.

Меня удивило, как грамотно он разговаривает, но я не придал этому особого значения.

- Я заплачу за три часа твоего времени, не важно, придем мы в итоге к согласию или нет. Тебя это устроит?

- Вполне. Здесь недалеко есть один ресторанчик, маленький совсем, и посетителей там обычно не много. Тебя это устроит?

- Вполне, - повторил я его ответ.

Мы вчетвером сидели в ресторане, здесь оказалось на удивление чисто и уютно.

- Ну, так что у тебя за предложение? - спросил парень, когда нам принесли кофе.

- Я хочу снять тебя на месяц, - он удивленно присвистнул. Алекс и София сидели и молча смотрели на нас, не произнося не звука. – Обычные твои услуги мне не требуются. Как я сказал, за секс платить не собираюсь. Мне нужно, чтобы ты жил в моем доме и исполнял роль моего парня, влюбленного в меня по уши. За это я очень хорошо тебе заплачу.

- Зачем тебе это? - спрашивает, откидываясь на спинку стула.

Внимательно посмотрев в его глаза, я почему-то ответил чистую правду.

- Я влип. Нужно прикрытие, - сам не ожидал, что скажу такое. Друзья, кажется, даже дышать перестали.

- Почему именно я?

- Хочу отомстить отцу. Не надо было мне таких условий ставить…

Посмотрев на меня несколько секунд, парень откинул голову и засмеялся. Громко, заразительно, не сдерживаясь.

- Отомстить отцу, говоришь… Ну что ж, дело хорошее. Я согласен, - только в этот момент я понял, что почему-то затаил дыхание в ожидании его ответа. – Когда мне нужно приступать к своим обязанностям, и что конкретно от меня требуется?

- К обязанностям приступишь завтра, что делать тоже завтра расскажу, - сказал я, записывая свой адрес на листочке. – Жить все это время будешь со мной в моем доме. Надеюсь, с этим никаких проблем не будет? Вот адрес. Жду завтра в одиннадцать.

- Никаких проблем, - ответил он, вставая и забирая у меня листок и деньги за потраченное на разговор время. – До завтра.

- Эй, - окликнул я его, когда парень уже выходил. Обернувшись, он вопросительно посмотрел на меня. – Последний вопрос. Тебя как зовут?

- Том, - ответил он улыбнувшись. – Меня зовут Том.





4. Выход в свет.


- Ты совсем спятил?! – так и думал, что София не выдержит первой. – Снять непонятно где непонятно кого. Пригласить к себе домой. Назвать свой адрес. Обещать заплатить такие деньги. Это же рехнуться можно, сделать ТАКУЮ глупость!

- Не понимаю, чем ты не довольна. Я ведь собираюсь привести его в свой дом, а не в твой.

- Алекс! Ну, хоть ты ему скажи! Ты ведь понимаешь, то, что он сейчас делает, это верх идиотизма!

- Знаешь, - отозвался друг. – А я ведь, правда, не думал, что ты решишься на это.

- Ты думал я пошутить решил? Как я сказал, так и будет. И я больше не хочу это обсуждать. Если вы намереваетесь продолжать тему, лучше сразу останови машину, я выйду.

София хотела еще что-то сказать, но быстро замолчала под моим предупреждающим взглядом. До моего дома мы ехали в абсолютной тишине.

- Билл, ты не передумаешь, я знаю, - сказала девушка, когда я уже вышел из машины. – Просто, пожалуйста, прошу тебя, будь осторожен, ладно?

- Эй, малышка, ну ты чего? – я заразительно улыбнулся. – Не переживай. Все будет хорошо. Скоро увидимся.

Помахав друзьям на прощание, я зашел в дом. В душ и спать. Завтрашний день обещает быть длинным. Да и выглядеть я должен хорошо. Ведь завтра приедет Том.

Утром я проснулся необычно рано. Восемь часов. Иногда в это время я только ложусь. Ночью спал плохо, но уставшим не чувствовал себя совершенно, наоборот, внутри все радостно сжималось от предчувствия чего-то хорошего. Подскочив с кровати и сбегав в душ, я начал собираться. Дел еще море, а до одиннадцати часов времени совсем мало. Забежав в гардероб, начал выбирать, что бы мне сегодня такое надеть. Простое, элегантное, без выкрутасов. Джинсы, совсем простые, только талия немного занижена. Узкая черная футболка без рисунка. Высокие, армейского типа, ботинки на шнуровке. Ремень. Широкий, кожаный, с большой пряжкой. Единственное украшение. Я готов.

Всего девять часов утра. Это я даже с родителями позавтракать успеваю! Ничего себе, даже не помню, когда что-то подобное было последний раз. А это даже хорошо. Вот за завтраком и расскажу им о том, что я теперь человек семейный.

Сбегаю по лестнице и врываюсь в столовую. Родители уже там. Отрывают взгляд от своих тарелок… От их ошарашенных лиц мне даже рассмеяться захотелось.

- Билл, так рано? – удивленно спрашивает мама. Я ее дней пять уже не видел, у нас с ней жизненные графики не совпадают…

- Ага, - отвечаю, жизнерадостно кивая и накладывая себе полную тарелку. Аппетит волчий. – Я поговорить хотел. Хорошо, что вы оба еще здесь.

- Я надеюсь, о нашем разговоре ты не забыл? – спокойно вставляет отец. Забудешь тут, как же. Да я ни о чем кроме этого думать не могу.

- О каком разговоре? – недоуменно переспрашивает мама. Так и думал, что он ей не рассказал! Наябедничать, что ли? Да ну, фиг с ним. Это наша с ним война и я собираюсь ее выиграть.

- Что ты. Как я мог! – начинаю сладким голоском. – Только об этом и думал!

- Вот и замечательно, - проигнорировав иронию, продолжает, как ни в чем не бывало. – Сегодня вечером нас всей семьей пригласили на прием к моему партнеру по бизнесу. Какая-то очередная годовщина свадьбы. Явка обязательна, без возражений. И я очень надеюсь, что до этого времени ты скажешь мне о своем решении.

- О своем решении я могу сказать тебе хоть сейчас, - так же спокойно, как и он, отвечаю. Мама сидит и переводит недоумевающий взгляд с одного на другого, ничего не понимая. – Я принимаю твои условия. И сегодня вечером я познакомлю вас со своим парнем. Думаю, случай как раз подходящий…

- Со своим парнем? – мама. – У тебя есть парень?!

- Да. Мы совсем недавно познакомились, - отвечаю ей, не отрываясь взглядом от взгляда отца. – Его зовут Том, и это любовь с первого взгляда. Я не представляю без него своего существования. Без него я буду словно нищий, не имеющий ничего в этой жизни, - голос предельно ехидный, все так же смотрю на отца. – Теперь он будет жить со мной в нашем доме. Он не хотел соглашаться, но мне удалось его убедить. Я надеюсь, вы не против?

- Ну что ты! Как мы можем мешать такой великой любви, - голос отца звучит не менее ехидно.

- Вот и замечательно. Тогда я пойду. Дел еще очень много. Надо освободить место в гардеробе и ванной комнате. Подготовиться, так сказать, а то Том приедет уже в одиннадцать. А сегодня еще и прием… Ну все, до вечера.

Вскакиваю и танцующей походкой иду к двери.

- А я и не знала, что тебе парни нравятся, - слышу потрясенный мамин голос, уже выходя из столовой.

Я уже пятнадцать минут кручусь у окна на первом этаже и жду, когда же приедет Том. Все разбежались по своим делам, и дома я остался один. Прислуга не в счет. Уже почти половина двенадцатого, а его все нет. А вдруг что-то случилось? Что, если он потерял бумажку с адресом? Или еще хуже, банально передумал. Что я тогда буду делать? До мероприятия всего несколько часов, а парня у меня как не было, так и нет и…

Мои горестные размышления прервал гудок автомобиля. Выглянув в окно, я увидел старенький пикапчик, остановившийся прямо у крыльца. У моих друзей просто не может быть такой машины… значит, он все-таки приехал.

- Какого черта ты опаздываешь?! – кричу, сбегая по ступенькам.

- Прости, - говорит, спокойно выбираясь из машины. Сегодня он кажется еще красивее, чем был вчера. – Сначала я попал в пробку, а потом заблудился.

- Я думал, ты не приедешь, - говорю более спокойно, напряжение потихоньку спадает.

- Запомни на будущее, если я сказал, что приеду, значит приеду. Я всегда делаю то, что обещаю, - вижу, что он начинает злиться. А вот это мне совсем не нужно.

- Прости. Просто нам сегодня предстоит еще одно большое мероприятие. Я сам только сегодня об этом узнал. Надо приготовиться, а тебя все нет и нет. Прости.

- Все в порядке. Рассказывай про свое «большое мероприятие», но, может, мы с начала в дом зайдем?

- А, да! – я и забыл совсем, что мы до сих пор на улице стоим. Да что же со мной такое происходит-то, а? – Пошли. Жить нам придется в одной комнате. Надеюсь, ты не против. Сам понимаешь, играть в любовь придется от начала и до конца. В твои обязанности входит сопровождать меня повсюду и смотреть влюбленным взглядом. Думаю, справишься?

- Да без проблем! – ухмыляется, иронично приподнимая бровь.

- Ну вот, собственно, и моя комната… - открывая дверь, пропускаю его вперед. – Том, а у тебя одежда есть? – осторожно спрашиваю.

- Вот, - кивает на маленький рюкзак, кидая его на пол. – Что-то не устраивает?

- Ты только не обижайся. Но сегодня, например, нам идти на какою-то там годовщину, к какому-то папиному партнеру… Сам понимаешь, в том, что на тебе надето сейчас, туда не пойдешь.

- Никаких обид. Я вообще не очень обидчивый. Можешь одевать меня во что угодно, но только за твой счет. Как говорится, любой каприз за ваши деньги…

- Это безусловно, - начинаю тараторить, как заведенный, мечусь по комнате в поисках сумки с кредитками. – Тогда прямо сейчас едем в магазин. Нам нужен смокинг. Что-нибудь простое и элегантное, без лишних наворотов. У меня есть, поэтому, что нужно искать я знаю. Ну, чтобы они сочетались, и мы смотрелись как пара…

- Черт, - обреченно вздыхает Том, выходя за мной из дома. – Похоже с «одевать во что угодно» я погорячился…

- А на чем мы поедем? – останавливаюсь в ступоре. – Я же свою машину разбил. Она еще неделю в ремонте будет, - я с ужасом смотрю на машину Тома, а Том смотрит на меня со смехом во взгляде. Нет уж, на этом кошмаре я точно никуда не поеду. – А, ладно, возьму одну из отцовских. Думаю, в этом случае он против не будет.

На поход по магазинам мы потратили несколько часов, но зато нашли потрясающий смокинг. То, что нужно. Том в нем просто красавец. Кстати, все это время он вел себя на удивление мужественно, даже поныл только один раз.

Времени катастрофически мало, не знаю, успеем или нет. Приехав домой, сразу же иду в душ. Том успеет туда сходить, пока я крашусь и делаю прическу. Ему на все это времени тратить не надо.

Кажется все. Мы готовы. Ну что, вперед? Нам предстоит выход в свет.







5. Шлюха.


Спускаемся по лестнице, родители уже ждут нас внизу, с любопытством следя за нашим выходом.

- Знакомься, дорогой, - говорю, поворачиваясь к Тому. Отец издает какой-то придушенный звук. – Мои родители, Йорг и Симона Каулитц. А это мой Том.

Смотрю, как он с ними раскланивается. Пожимает руку отцу, целует ручку матери. Так, пока вроде все идет нормально. Если я переживу этот вечер, то стану верующим. Нет, честно стану.

До места назначения нам добираться совсем недолго, минут двадцать всего. Том треплется с матерью… как-то подозрительно быстро они общий язык нашли. Сейчас, кажется, о миграции каких-то уток беседуют. Мы с отцом молчим… Наконец-то приехали! Ну, с Богом.

Выходим из машины, заходим в дом. Шикарно. Здесь все шикарно, по-другому и не скажешь. Обстановка, приглашенные люди, даже официанты. Все просто сияет богатством и роскошью. А еще лицемерием и показухой. Ненавижу такие мероприятия. Сейчас буду вынужден со всеми раскланиваться, натянув на два часа улыбку на лицо. Оно у меня после подобных вылазок по нескольку дней болит от перенапряжения. Здесь все искусственное, и все искусственные.

О! София. Стоит, спрятавшись за кадкой с каким-то фикусом, смотрит на меня диким взглядом и показывает знаками, чтобы я подошел к ней. Надо подойти, а то на нее уже люди как-то нехорошо косятся…

- Дорогой, - обращаюсь к Тому. – Я отойду на несколько минут? Надо поздороваться кое с кем… А ты пока поговори с мамой, я смотрю, вы нашли с ней общий язык.

- Конечно, милый. У тебя просто замечательная мама. Только не бросай меня надолго… буду скучать, - легкое прикосновение к моей щеке и полный любви взгляд. У меня аж мурашки по спине от такого взгляда побежали. Если бы я не знал… короче, хорошо, что я знаю.

Отец следит за нашим представлением: лицо вытянутое, во взгляде космос. Если он сейчас засмеется, я его ударю.

Еще раз лучезарно улыбаюсь и иду к друзьям. Там уже и Алекс подтянулся.

- Ну и чего ты тут шаманские танцы устроила, - начинаю шипеть сразу же, как только подхожу к ним. – Ты же людей пугаешь.

- А ты пугаешь меня! - возмущается подруга. – И с каждым днем все больше и больше. То, что ты с ума сошел, я еще вчера поняла. Но притащить его сюда! Билл, это переходит все границы!

- Я тебе еще вчера, кажется, дал понять, куда ты можешь идти со своими границами…

- Все, ребята, хватит, - Алекс, как всегда, само спокойствие и рассудительность. – Так мы ни к чему не придем. Только скандал устроим, а это совершенно никому не нужно. Билл, ты уверен в том, что делаешь?

- Нет, - отвечаю, устало вздыхая. – Но сейчас это не важно. Знаете, а он моей маме понравился…

- Родители знают, кто он такой?

- Нет. Откуда? Я просто сказал, что он мой парень. Ну, отец, конечно, догадывается, что я его нанял. Только где не знает. А мать так вообще все за чистую монету приняла. Не знаю, что мне делать дальше. В этот раз я и, правда, вляпался, да?

- Милый, - София подходит ко мне, нежно положив руку мне на плечо. – Может еще не поздно все отменить? Скажи ему, что больше не нуждаешься в его услугах, заплати за беспокойство и все…

- Нет, Софи, сейчас уже поздно что-либо менять. Как ты себе это представляешь? Я уже представил его как своего парня, если я сейчас все переиграю, будет только хуже.

- Тогда, может, попытаешься себя как-то обезопасить? – Алекс всегда был самым рассудительным из нас. – Узнаешь кто он, где живет.

- Как? Я даже фамилии его не знаю. Ладно. Все. Пора завязывать с разговорами. Нужно идти, меня любимый ждет.

- Только будь осторожнее, очень тебя прошу.

Киваю Софии и иду обратно к своей семье. Лучезарная улыбка, побольше радости во взгляде, можно подходить.

- Ну, как вы тут без меня, - спрашиваю, подходя и легко обнимая Тома за талию. – Не скучали?

- Нет, - отвечает тот, вскользь проводя губами по моему виску. – Твоя мама чудесный собеседник, с ней очень интересно.

- Ну, что ты, Том! – они уже на «ты»? Смущенно хихикает она. – Это ты чудесный. Билл, у тебя чудесный парень! Я очень рада, что ты встретил такого человека как Том.

- Да, я тоже очень рад, - ответил я, взяв бокал с шампанским у проходящего мимо официанта и прижимаясь к боку Тома. Его объятия стали крепче. Идиллия.

Через некоторое время к нам подошел какой-то мужик. Наверное, француз, ну, говорил он точно по-французски. Начал нести какую-то чушь о политике и экологии нашей страны. Я не прислушивался. Вдруг все замолчали, посмотрев на меня. О черт, кажется, у меня что-то спросили… что отвечать я не знал совершенно, так как прослушал вопрос.

Я растерянно посмотрел по сторонам, как будто искал помощь… и тут вдруг, очаровательно улыбнувшись, совершенно спокойно вмешался Том, заговорив, на чистейшем французском. Сказать, что я был в шоке - значит не сказать ничего. Я с детства учил этот язык, но Том… складывалось впечатление, что это его родной язык и он говорил на нем всегда.

Сегодня он был звездой вечера. Том был очаровательным, обаятельным, с легкостью поддерживал любую тему. И он совершенно не стеснялся того, где он находится и с кем разговаривает. Весь вечер мне казалось, что это я был приложением к нему, а не наоборот.

Время летело незаметно. Отец хмуро косился в нашу сторону. Мать была в восторге. Алекс и София постоянно крутились где-то, в пределах видимости, смотря на нас совершенно одинаковыми круглыми растерянными глазами. А я чувствовал себя глупой куклой, ходя за ним молча и лишь изредка кивая, когда кто-то восхищался моим парнем.

Всю дорогу домой я был на взводе. Хорошо хоть меня никто не трогал, а то скандал им был бы обеспечен грандиозный. Но никому до меня дела не было. Отец как всегда был занят, проверяя что-то в своем лэптопе. Том мило щебетал с мамой, похоже, она уже любит его больше, чем меня. Даже обидно. Вот и оставалось мне сидеть и дуться, рассердившись на весь мир.

Дома отец, сразу же попрощавшись со всеми, ушел в свой кабинет. Мама, сказав, что устала, ушла спать. А мы с Томом пошли в мою комнату.

Я накинулся на него с расспросами сразу же, как только мы переступили порог…

- Может, объяснишь мне, какого черта происходит? – я почти кричал, сам не понимая, почему так злюсь.

- О чем ты? Все ведь прошло хорошо? Ты же этого хотел? – он говорил совершенно спокойно, развязывая по пути бабочку. Это бесило меня еще больше.

- Да кто ты вообще такой? Может, объяснишь мне?

- Шлюха. Ты же сам меня снял, помнишь? – криво усмехнувшись, хмыкнул Том.

- Нет. Я не об этом. Ты бегло говоришь по-французски, разбираешься в моде и правилах этикета, в политике знаешь такие нюансы, которые даже меня в тупик ставят… Вот я и спрашиваю: кто ты, черт возьми, такой?!

- Ты хочешь знать? Хорошо. Я расскажу. А лучше я покажу тебе…

Том подошел ко мне, взял меня за руку и отвел в угол комнаты.

- Смотри, - сказал он и, отпустив мою ладонь, вышел, тихо закрыв за собой дверь.

А я стоял и с недоумением смотрел на свое отражение в большом зеркале.







6. Разговор.



Уже почти два часа я сижу на кровати и жду его возвращения. Я не знаю, куда он ушел и что он хотел мне сказать перед уходом. Я вообще сейчас уже ничего не знаю. Кто он такой? Откуда он знает все эти вещи? Я все больше убеждаюсь, что мое первое впечатление о нем было правильным. Ну не похож он на хастлера! Он слишком агрессивный, высокомерный и независимый, чтобы быть шлюхой. И что мне теперь делать? Менять что-либо сейчас, действительно поздно, я уже представил Тома как моего парня и его запомнили. Еще бы… такая сенсация! Сумасбродный сын Йорга Каулитца обзавелся постоянным партнером! Не удивлюсь, если эту новость завтра в газетах напечатают. На первой полосе. Как же они все меня достали со своими сплетнями. Вот почему всем до всего есть дело?

Я настолько ушел в свои мысли, что вздрогнул от испуга, когда дверь в комнату тихонько открылась. Том замер и посмотрел на меня.

- Ты, почему еще не спишь? - спросил он удивленно.

- Тебя жду. Где ты был?

- Гулял. У вас красивый сад… надеюсь, ты не против? – скинув смокинг на стул, Том сел рядом со мной на кровать.

- Нет, что ты. Можешь гулять, где хочешь, - я подвинулся ближе и сел напротив него, поджав под себя ноги. – Может, поговорим?

- О чем? Что конкретно ты хочешь знать?

- Даже не знаю… а что ты можешь рассказать мне? – он устало провел ладонями по лицу и внимательно посмотрел на меня.

- Я не всегда был тем, кем являюсь сейчас, Билл. Но говорить об этом я не хочу, - быстро добавил он, увидев мой вопросительный взгляд. Мне очень хотелось знать о нем все, но если он не хочет рассказывать, ладно. Лезть к нему с вопросами я права не имею. Поэтому мне оставалось лишь согласно кивнуть. – Единственное, что могу сказать, образование я получил неплохое. И прилично вести себя в обществе для меня не проблема. Тебя это устраивает?

- Да. Полностью, - и, правда, вот чего я психую? Он даже лучше, чем я надеялся. Что мне еще нужно? – Наверное, я просто очень удивился…

- Постараюсь запомнить на будущее и больше тебя не удивлять, - снова улыбнулся Том. – Может, спать ложиться будем? День сегодня какой-то бесконечный. Только в душ схожу…

- Давай. Том… - он обернулся, уже идя к двери в ванную, и вопросительно посмотрел на меня. – Последний вопрос… а что это такое было? Ну, с зеркалом?

- Просто когда-то я был очень сильно похож на тебя… - ответил он грустно.

***
Прошло почти две недели с того момента, как в моей жизни появился Том. И меня до сих пор удивляет насколько идеально он вписался в нашу семью. С мамой они теперь лучшие друзья. Один раз он даже сопровождал ее на открытие какого-то питомника. Вернулись оттуда они абсолютно счастливые и довольные жизнью. Отец более крепкий орешек, да и знает он, что Том – явление временное. Но, несмотря на это, относиться он стал к нему намного лучше.

А я… не знаю, как описать это чувство. Мне просто спокойно рядом с ним, а об остальном я стараюсь не задумываться. За эти дни мы несколько раз выходили в свет. Один раз в оперу и пару раз на какие-то приемы. Алекса и Софию я видел только издалека. Их взгляды за это время не стали менее дикими. Зато все остальные просто без ума от ситуации в целом, и моего парня в частности. О после и его сыне ничего слышно не было. Похоже, скандала мне избежать все-таки удастся. Может, прав был отец, когда приказал мне стать на какое-то время тихим семьянином. В общем, все тихо и однообразно.

Хотя, одно радостное событие за это время в моей жизни все же случилось. Мою машину вернули. Пару дней назад привезли из автосервиса, и теперь моя красавица снова со мной. Сегодня мы с Томом решили этим воспользоваться и собрались выбраться на прогулку. Дома сидеть уже просто осточертело. Вот и хотим съездить куда-нибудь. Правда, куда, еще не решили. Не суть важно.

- Ну и куда поедем? – спрашиваю у Тома, садясь за руль своей Chevrolet Camaro.

- Понятия не имею. Давай просто поедем, а по дороге, может, что и придумаем.

- Согласен, - киваю улыбаясь.

Завожу мотор… Боже, как же я по этому соскучился. Мощь, сила, кажется, отвлекись на минуту - и уже ничто не сможет удержать этого зверя. Обожаю это ощущение.

Едем минут двадцать, а куда, так и не придумали, и вдруг вижу знакомые лица… Алекс, София, а еще Райан со своей девушкой Ким. Райана я знаю довольно давно. Отношения у нас очень хорошие, но близким другом я его назвать не могу и сейчас это даже к лучшему. Алекс с Софией при них рот открывать не будут, а значит, допрос с пристрастием мне не грозит. Резко торможу, Том удивленно поворачивается в мою сторону.

- Ты чего?

- Друзей увидел. Подойдем… ты не против?

- Это те, блондинистые, с которыми ты тогда вместе был? – спрашивает, насмешливо глядя на меня.

- Да. Но про тебя только они вдвоем знают, так что…

- Я влюблен, и глаз от тебя оторвать не могу, - перебивает меня, лучезарно улыбаясь.

- Точно, - хмуро отвечаю, почему-то расстроившись, и выхожу из машины.

- Эй, - кричу, направляясь в их сторону, они оборачиваются и начинают улыбаться.

- Привет, - первым до меня добирается Райан, заключая в медвежьи объятия. – Ты куда пропал? Сто лет тебя не видел.

- Нужны вы мне! – отвечаю, высокомерно приподнимая бровь. – У меня есть теперь с кем время проводить.

- Да уж, наслышаны, – с любопытством косится на Тома. – Неужели в этот раз все слухи правдивы, и наш Билли теперь семейный человек?

- На все сто процентов, - прикладываю, паясничая, руку к сердцу. – Верный, преданный и безоговорочно влюбленный. Знакомьтесь, это Том, мой парень. А это… ну, ты потом сам разберешься, где кто.

- Знаешь, - говорит мне Ким, задумчиво глядя на Тома. – А я тебя прекрасно понимаю. Я бы его тоже никуда из дома не выпускала…

- Даже не мечтай! – возмущаюсь наигранно, прикрывая собой смеющегося парня. – Даже близко к нему не подходи! И даже думать в его сторону и то не смей!

- Да кто ей позволит! – восклицает Райан. – И вообще, сейчас вот возьму и обижусь…

- Ну что ты, куда же я без тебя! – начинает успокаивать его девушка, шутливо целуя в щеку.

- Слушайте, а вы куда собирались? Против не будете, если мы к вам присоединимся? – спрашиваю, глядя прямо на Алекса с Софией. Они все еще смотрят на Тома настороженно, но кажется, что они сейчас на меня с кулаками накинутся, я уже могу не опасаться.

- Да никаких особых планов не было, - пожимает плечами Алекс. – Просто собирались в боулинг сходить… хотите – присоединяйтесь. Так даже веселее будет.

Как только мы вошли в здание, друг меня притормозил.

- Удели мне минутку… - черт, а я уж думал, угроза миновала.

- Ты иди, я сейчас… - сказал удивленно смотрящему на меня Тому. – Ну, что? – начинаю агрессивно, как только мы остались вдвоем. – Вот только лекции о примерном поведении мне читать не нужно. Ты же это собрался делать?

- И не собирался. Но… ты точно понимаешь, что ты творишь?

- Твою мать, Алекс! Это не есть «не читать лекции». Чего ты от меня хочешь? Чтобы я в своем необдуманном поведении покаялся? Ну, так каюсь.

- Мне твое покаяние нафиг не нужно. Я тебе не священник. Но, черт, Билл! Если бы ты только мог со стороны видеть, каким ты взглядом на него смотришь… Ты отцу рассказывать собираешься, кто он такой?

- И как ты себе это представляешь? Знаешь, папа, ты только не нервничай, но Том шлюха. Обычная. Дешевая. На панели снял. Но это единственный его недостаток. Честно. А вообще он милый и замечательный.

- А тебя самого этот факт не смущает?

- А похоже, что я смущен?

- Ты идиот, - констатировал он факт. – Но… твой отец ведь знает, что ты ему заплатил за этот спектакль. Или, по крайней мере, догадывается…

- Одно дело догадываться, что я где-то актера нанял, и совсем другое, точно знать кто он и что он. Да отец его в одно мгновение из дома выгонит. И это в лучшем случае, а в худшем, он его выгонит вместе со мной. Нет, - резко выдыхаю, видя, что друг собирается продолжать спор. – Хватит. Я никому ничего не собираюсь рассказывать. И точка. Да и не так уж это и важно. Закончится месяц, и Том уйдет. Давай на этом остановимся, ладно? Пока не поссорились…

Молча кивнув, Алекс пошел к остальным. Напряжение чувствовалось еще минут двадцать, а потом мы все как-то просто об этом забыли. Мы играли, пили пиво, смеялись. Нам всем было хорошо и весело. Как пролетело несколько часов, мы даже не заметили.

Первой засобиралась уходить София, Алекс вызвался ее подвезти. Потом Райан с Ким. Мы с Томом перед возвращением домой решили зайти в кафе.

- Это был очень хороший день, - улыбнулся парень, когда мы уже сидели за столиком и пили кофе. - У меня давно не было таких хороших дней.

- Знаешь, - задумался я. - А ведь у меня тоже. Что будем делать дальше? Может вечером в клуб?

- А ты хочешь? – поморщился Том.

- Да не особо… - я прислушался к своим чувствам. - Странно, но сейчас я хочу завалиться дома перед телевизором с большой чашкой попкорна.

- А вот это твое желание мне нравится намного больше!

- Не думал, что могу захотеть этого в ближайшее время. Мы же и так с тобой почти никуда не выходим. Все время дома. Ну и ладно… домой так домой.

В дом мы входили смеясь и споря, какой фильм будем смотреть.

- Билл, зайди в мой кабинет, пожалуйста, - окликнул меня отец, когда мы с Томом собирались подняться в мою комнату. – Один.

Том вопросительно посмотрел на меня, я пожал плечами, показывая, что сам не знаю, что случилось. Зайдя в кабинет, я сразу увидел их. Мальчишку и его отца. Черт, зачем они пришли?

- Заходи, садись. Питер, - так вот как его зовут! – И господин посол хотели поговорить с тобой.

Я прошел в комнату и опустился на стул. Похоже, нам предстоит серьезный разговор.






7. Мне плохо, Том.


- У господина посла и его сына есть к тебе предложение, - сдержанно начал отец, глядя на меня в упор и предупреждая взглядом, чтобы я не смел показывать сейчас свой характер.

- Вообще-то, это не предложение, - нагло перебил отца пацан. Даже я не всегда себе это позволяю! – Это условие.

Скрипнув зубами от злости, я уставился на него. Вот какого черта, спрашивается, я на него тогда клюнул? Он же просто нереально раздражает. Мордочка у него, правда, ничего… симпатичная. Глаза очень красивые. Темно-серые. Странные, как будто пыльные. Непрозрачные совсем. Темные волосы с мелированной челкой. Стильный мальчик… Но наглый!

- И что же это за условие? - спрашиваю, высокомерно приподняв бровь и откидываясь на спинку стула. К черту предупреждение! Так разговаривать с собой я никому не позволю!

- Ты меня соблазнил? – ухмыляется. – Теперь, будь добр, за это отвечать.

- И кто это здесь кого соблазнил?! – рычу в бешенстве.

- А это не важно, дорогой. Я чистый невинный ребенок… несовершеннолетний. Не то что ты, - отец и посол смотрят на нас молча, не вмешиваясь в перепалку.

- Невинный?! Да ты хотя бы значение этого слова знаешь? – от ярости приподнимаюсь со стула.

- Сядь, - жестко одергивает меня. - Ты сейчас не в том положении, чтобы характер свой показывать.

От этих слов вся моя злость куда-то пропала. Меня объяло ледяное спокойствие. В игры играть со мной задумал, мальчишка? Мал еще, чтобы со мной справиться. Выпрямляю спину, садясь совершенно прямо. Приподнимаю голову и смотрю на него сверху вниз, с царским высокомерием во взгляде.

- И что у тебя за условие, мальчик?

- Я хочу тебя. Ну, не совсем тебя… сам ты мне не очень и интересен. Но мне скучно, поэтому ты будешь меня развлекать.

- И как ты себе это представляешь? Купишь мне накладной нос и рыжий парик? Так прости, это не прокатит. Я не клоун, - надо же какой у меня голос спокойный. Сам удивляюсь.

- Ну, зачем же все воспринимать так буквально? – хмыкает. – Ты будешь изображать роль моего парня. Выведешь меня в свет, так сказать. Покажешь клубы. Познакомишь со своими друзьями.

- А ничего что у меня уже есть парень? – вот теперь я действительно рад, что у меня есть Том.

- Да, я наслышан. Но где был твой парень, когда ты меня в той комнате зажимал?

- Тогда у меня еще его не было. Прости, но встреча с тобой должного впечатления не произвела. Моя жизнь продолжается.

- Да что ты? Избавься от него. В любовь играть продолжишь, когда Я от тебя устану.

- Ты перегибаешь палку, пацан, - почему-то мысль о расставании с Томом, подняла мою злость на невиданные ранее высоты. – Не так уж крепко ты меня и зацепил, чтобы диктовать такие условия.

- Это ты сейчас так говоришь, а если я пойду к прессе?..

- И с чем ты пойдешь? Свидетелем происшедшего был только твой отец. Получается ваше слово, против моего. А мне к тебе приставать незачем, - ухмыляюсь. Спасибо, папа! – У меня парень есть. И ты ему в подметки не годишься.

- Отец, - повышает голос. Надо же, разозлился. Я рад.

- Все будет так, как сказал мой сын, - начинает говорить посол. А я еще думал, что мальчишка ему правду сказать боится! Да он, похоже, вертит отцом как хочет. - Или вы выполняете наши условия, или скандал вам обеспечен.

- Давайте не будем горячиться, - ну наконец-то, папочка, а то я уже начал опасаться, что ты в кому впал. – О том, чтобы мой сын расстался со своим парнем и речи идти не может, - спасибо и на этом. – Но у меня есть встречное предложение. Как вы смотрите на то, чтобы пойти на компромисс? – что? Какой, к черту, компромисс? Выгнать их и забыть как страшный сон! – Ни чьим парнем Билл притворяться не будет. Но Питера под свою опеку он возьмет. Покажет ему клубы, познакомит с друзьями.

- Ну, уж нет! – взвился я. – Не собираюсь делать ничего подобного!

- Помолчи, - прикрикнул на меня отец. – Вас это устраивает?

- Нет! – зарычал Питер.

- Помолчи! – его отец. Сговорились, блин. – Полностью. Спасибо, что уделили нам свое время. О дальнейших встречах договоримся позже. До свидания. Питер, мы уходим.

С этими словами они ушли, а я, наконец, вскочил со стула.

- Какого черта ты это сделал?! – заорал я в ярости.

- Убавь громкость. Ты сам во всем виноват. Надо хоть иногда задумываться о последствиях своих поступков.

- Последствиях?! Да не было бы никаких последствий! Они ничего не смогли бы нам противопоставить. Ты сам прекрасно об этом знаешь. Наказать меня решил? Того, что ты мне парня завести приказал недостаточно? Ненавижу тебя!

Выбегаю из кабинета, громко хлопнув дверью. Черт! А еще более по-детски я себя вести не могу? Взлетаю по лестнице и врываюсь в свою комнату.

- Очень плохо? – с жалостью спрашивает Том, поднимаясь с кровати. Вот только его жалости мне сейчас и не хватало.

- Жалеешь меня? Не надо. За жалость тебе никто не заплатит, – едко выплевываю ему в лицо.

Какого дьявола я несу?! Он побледнел и, укоризненно взглянув на меня, вышел из комнаты, тихо закрыв дверь. Идиот! Я настоящий идиот. Том-то передо мной в чем провинился? Да он меня сегодня спас, практически, одним своим присутствием. Не будь его, все было бы намного хуже. Вот что мне теперь делать? Таскаться с этой мелкой гадостью как с хрустальным шаром? С друзьями его познакомь, по клубам поводи… А не слишком ли рано, такие забавы для такого МАЛЕНЬКОГО мальчика?! И сколько мы с ним будем в друзей играть? Пока я не сдохну, взорвавшись от злости? Как же он меня бесит! Такая наглость в таком нежном возрасте! А его отец? Ведет себя как тряпка, во всем ему потакая. Да и мой тоже хорош… «Как вы смотрите на то, чтобы пойти на компромисс?». Какой к черту может быть компромисс?! Не хочу я никаких компромиссов! Да эту дрянь вообще от общества изолировать нужно! Он же элементарно опасен!

Так. Все. Стоп. Надо успокоиться. А то я себя такими темпами до нервного срыва доведу. Оно мне надо? Было бы из-за чего так переживать. Мне еще перед Томом извиняться предстоит. Зря я все-таки на него наехал. Обидел незаслуженно.

У себя в комнате я просидел еще часа два, пытаясь успокоится. В себя приходить начал уже ближе к вечеру.

Вниз я спускался с намереньем извиниться перед всеми, кого обидел. Да и есть очень хочется… Подхожу к гостиной и слышу смех. Почему-то снова начинаю злиться. Мне тут, понимаешь, плохо, а они смеются. Захожу… Том и мама. Сидят рядышком на диване и оживленно обсуждают открытие какого-то приюта для животных. Как же она достала со своей благотворительностью! Курица.

- Что, опять собачек обсуждаете, милосердные вы мои, - начинаю, зло сощуривая глаза. – Ну, она понятно. Ее кроме обездоленных зверушек ничего в этой жизни больше не интересует. Но ты-то куда лезешь? Или понравиться решил? – в упор смотрю на Тома, он молчит.

- Билл! – потрясенно выдыхает мама.

- Что «Билл»? Скажешь, не так? Да ты вообще кроме своей благотворительности в этой жизни что-нибудь еще видишь?! О каком-то зверье беспокоишься, а о собственной семье позаботиться не можешь! – кричу, в ярости смахивая со столика вазу.

Мама вздрагивает от грохота, всхлипывает и быстро выходит из комнаты, зажав рот ладошкой. Твою мать! Такое чувство, будто я пнул пекинеса, мерзко и противно от самого себя, а удовлетворения никакого.

- Ты что творишь? Совсем с ума сошел? Да что с тобой такое происходит?! – ну вот, совсем замечательно… Отцу сказал, что ненавижу. Маму обидел. Теперь и Том разозлился. Я молодец!

- Мне плохо, Том, вот что со мной происходит! – говорю, ходя кругами по гостиной. - А все мое чертово упрямство! Вот что мне мешало согласиться с отцом и уехать куда-нибудь? Так нет же! Мы же гордые! Мы же не можем сбежать! Идиот! Вот объясни мне, какого черта я сейчас здесь делаю? Лучше бы я сразу уехал, как только он мне это предложил. В Париж, например. Или нет, лучше в Венецию. Я так люблю Венецию… больше всего на свете люблю именно этот город. Так хочу сейчас там оказаться.

- Ну, все. Завязывай себя жалеть, - хмуро посмотрев на меня, рыкнул он. – Поехали.

- Куда?

- А тебе не все равно?

Парень взял меня за руку и повел к своей машине. Запихнул на переднее сидение этого кошмара на колесах и захлопнул дверку. Красота! Мало того, что я привел в дом неизвестно кого, так я теперь еще с этим неизвестно кем неизвестно куда еду






8. Наша Венеция.


Ехали мы долго. Часа два, если не больше. Я даже не представлял, куда он меня везет. Когда машина остановилась, было уже почти темно. Вокруг лес. Домов нет. Машин нет. Людей нет. Мне вдруг стало очень страшно. Ну и куда он меня завез? В голову лезли всякие нехорошие картины, навеянные фильмами ужасов…

- Выходи, - резко бросает мне, выпрыгивая из машины.

- Нет, - черт! Голос-то как дрожит…

- Эй. Ты чего? Испугался, что ли? – спрашивает удивленно. А сам-то ты как думаешь? Завез неизвестно куда, ночью, еще и удивляется.

- Ничего я не испугался, - бурчу, выползая из убежища.

- Билл, я ничего плохого тебе не сделаю, - разговаривает как с маленьким ребёнком! Хотя, после сегодняшнего моего поведения, ничего удивительного в этом нет. – Я просто подумал, что тебе сейчас нужно уехать из дома. Пока ты окончательно со всеми не рассорился.

- А сюда зачем завез?

- Люблю это место, - пожимает плечами. – Это старый охотничий домик. Мы раньше летом с родителями сюда приезжали, - страх моментально пропал. Он в первый раз упоминал о своей жизни, и я затаил дыхание от любопытства. – Сейчас он, правда, обветшал совсем, но думаю ночь здесь провести можно. Пошли.

Подходим к дому, Том с трудом открывает покосившуюся дверь.

- Подожди. Тут где-то свечки должны быть… сейчас зажгу, - он ушел куда-то в темноту и пропал минут на десять; наконец вспыхнул свет, и Том, улыбаясь, вышел ко мне со свечкой в руках. – Проходи. Здесь вполне сносно. Правда, на второй этаж лучше не ходить… но это не так уж и важно.

Иду за ним, с любопытством оглядываясь по сторонам. Дом довольно большой и добротный, сделан по старинке из цельного бруса. Наверно, раньше здесь было здорово.

- Я посмотрел, - продолжает рассказывать. – Камин в порядке. Сейчас дров принесу, огонь разведем, сразу тепло станет.

Я сидел на старом матрасе, который он притащил со второго этажа, укутавшись в плед. Том растопил камин и сейчас старался пристроить на огонь чайник с водой, чтобы у нас был чай. У меня в животе от мысли о горячем чае отчаянно заурчало.

- А у тебя поесть ничего нет? – спрашиваю, вспомнив, что уже несколько часов голоден.

- Черт, - расстроено выдохну он. – А вот об этом я совсем не подумал. Ты подожди, в машине посмотрю, кажется, там что-то должно быть, - вернулся он через пару минут с одной шоколадкой в руке. – Прости. Больше ничего нет. Хочешь, вернемся в город?

- Нет. Не хочу.

Тихо потрескивали дрова. Воздух в комнате согрелся, и стало очень уютно. Мы сидели бок о бок на полу перед камином и пили чай с шоколадкой. Я не мог вспомнить, когда последний раз шоколад был настолько вкусным. Или мне так кажется, потому что Том рядом?

- Расскажешь, что случилось? – тихо спросил он, задумчиво глядя на огонь.

- Не знаю даже с чего начать, - почему-то в этот момент мне так захотелось пожаловаться. Вот чтобы утешали, гладили по головке и говорили, что все будет хорошо. – Наверно, все началось с того, что в жизни моих родителей случился Я. Знаешь, им ведь действительно все равно, что со мной происходит. Им просто на это плевать. Так всегда было. Отец вечно занят, у него постоянно эти бесконечные совещания, командировки, снова совещания. А мать… иногда мне кажется, что каких-нибудь малазийских зайцев она любит больше чем собственного сына, - ну и куда тебя несет, Билл? Злость снова накатывала, как лавина и остановиться я уже не мог. – Когда я маленьким был, так хотелось чтобы похвалили, чтобы гордились и видели какой замечательный у них сын. Я ведь учиться начал только на «отлично», чтобы они довольны были. С каждым новым достижением к ним бежал. А они… мама рассеянно улыбалась, даже не отрываясь от разговора по телефону о каком-то очередном благотворительном мероприятии, ты даже не представляешь, как я эти ее мероприятия ненавижу. А папа поступал еще проще, он давал мне деньги, хлопал по голове и, не оглядываясь, уходил на очередное очень важное совещание, - вытерев кулаком мокрые от злых слез щеки, я с недоумением посмотрел на ладонь. Черт, вот что я творю? Что сегодня за день-то такой, а?! – Ты прости. Тебе, наверное, противно на меня сейчас смотреть. Маленький, богатенький мальчик, которому в жизни все доставалось на блюдечке с золотой каемочкой… Все у него хорошо. Все у него есть. Другие только мечтать о такой жизни могут, а он еще и недоволен чем-то. Сидит тут, жалуется, какой он весь бедный и несчастный!

- Эй…

- Ты знаешь, - продолжил с отвращением к самому себе. – Я все понимаю. Кому-то приходится намного хуже, чем мне… но это МОЯ жизнь, и мне она не очень-то и нравится. Какого черта он меня сейчас воспитывать взялся? Раньше надо было воспитывать, когда мне это нужно было. А сейчас – все! Что вырастили, то и получите…

- Билл, хватит. Все хорошо, – прошептал Том мне прямо в ухо.

Вздрогнув, ведь даже как-то забыл, что он здесь сидит, резко обернулся к нему. Замер, уставившись в его глаза, которые сейчас находились очень близко от моих глаз. Том протянул руку и убрал упавшую мне на лицо прядь волос. Провел ладонью по моей щеке. Затаив дыхание, я потянулся к нему… Нежно. Это было так нежно. На секунду прикоснувшись к уголку моих губ своими губами, он отстранился. Посмотрел на меня и опять потянулся к моим губам. На этот раз поцелуй был более глубоким и страстным. Он исследовал языком мой рот, гладил меня по голове и прижимал к себе все крепче. А я расслабился в его объятиях, полностью ему подчиняясь.

Наконец оторвавшись от моих губ, он крепко меня обнял, притянув поближе к себе, и уткнулся лицом в мои волосы. Не знаю, сколько мы так сидели. Наверное, несколько часов. Мы не двигались и не разговаривали. Просто сидели рядом, молча обнявшись. Как уснул, я даже не заметил.

Разбудил меня легкий поцелуй в висок. Уже светало, камин погас, и в комнате было довольно холодно.

- Привет, - немного хриплым голосом поздоровался Том. – Ты как?

- Нормально. Истерик больше устраивать не собираюсь. Честно.

- Вот и хорошо, - тихо засмеялся он. – Пошли, я тебе покажу кое-что…

Я поднялся и с любопытством пошел за ним. Он открыл дверь и предложил мне выйти первым.

Это было невероятно красиво. Солнце только начало вставать, деревья стояли плотной стеной, и солнечные блики будто прошивали их, заставляя светиться, а между ними струился совсем тонкий ручеек, укутанный плотным туманом. У меня дыхание перехватило от вида этой тонкой туманной змейки.

- Ну, не Венеция, конечно… - смущенно улыбнулся Том, разведя руками.

- Ты не прав. Это Венеция. И, знаешь, она даже лучше чем та, в Италии, потому что это наша Венеция, - прошептал я, прижавшись спиной к его груди, в ответ он обнял меня за талию и уткнулся лицом мне в макушку.

Не знаю, сколько прошло времени, пока мы стояли обнявшись. Из состояния задумчивости меня вывел легкий поцелуй в шею. Я улыбнулся и склонил голову, подставляясь под ласку. Том тихонько засмеялся и, прихватив зубами мочку моего уха, легонько потянул.

- Том, - выдохнул я его имя и, повернувшись, прижался губами к его губам. Легко прикоснулся языком, зацепил колечко пирсинга. Сдавленно выдохнув, он углубил поцелуй, проникая языком в мой рот. Он вылизывал, гладил штангу в моем языке, притягивая меня все ближе и вжимаясь своим телом в мое.

- Хватит, - прошептал, наконец, он, отстраняясь и упираясь лбом в мой лоб. – Пора заканчивать, если мы хотим сегодня отсюда уехать.

- Не хочу уезжать, - простонал я.

- Я тоже, но нужно. Твои родители уже, наверное, с ума сходят. Закатил скандал и исчез в непонятном направлении. Хорошая картина вырисовывается.

- Чееерт, - хнычу, пряча лицо у него на груди. – А можно не напоминать мне о моем вчерашнем выступлении?

- Нельзя. Собирайся. Нужно ехать.

Возвращались мы в прекрасном расположении духа. Он такой молодец, что увез меня вчера из дома. Ради такого путешествия я даже согласен еще раз сесть в эту его кошмарную машину. Когда-нибудь. Не очень скоро.

Первое, что мы увидели, приехав, это чью-то незнакомую мне тачку, стоящую у самых ступеней.

- У нас гости? - удивляюсь. Интересно, кого это принесло?

Родители и гость находились в гостиной и пили чай. Твою мать!

- Что. Он. Здесь. Делает? – спрашиваю почти по слогам, зло косясь на нагло улыбающегося мне пацана.

- Ну что ты, Билли, разве ты не рад видеть своего лучшего друга? - спрашивает эта мелкая пакость. А тон-то какой приторный… убил бы! – Мы сегодня в клуб идем, забыл? Я за тобой в девять заеду. Давай без опозданий. Увидимся, дорогой.

Я даже слова вставить не успел, задохнувшись от ярости, как эта дрянь выплыла из гостиной, одарив меня напоследок ехидной усмешкой.

Как же приятно вернуться домой, мать твою!







9. Наваждение.


- Вот чего он ко мне привязался, а? Ему что, развлечься больше не с кем? Ну, так и я ему не развлечение! – уже полчаса мечусь по комнате, в ярости сшибая все на своем пути. Том лежит на кровати и смотрит на меня, посмеиваясь. – Вот что ты ржешь?! У меня горе, а он ржет как лошадь! – переключаю на него свой гнев.

- Ну, иди сюда, страдалец, пожалею.

Ныряю ему под бок и довольно улыбаюсь, получая поцелуй в макушку.

- Тооом… - тяну, с надеждой поднимая на него взгляд. – А ты пойдешь со мной сегодня? Мне моральная поддержка нужна. А то я ведь его убью…

- Конечно, пойду, - ласково гладит меня ладонью по щеке. Так приятно. – Не думаешь же ты, что я способен пропустить такое развлечение? – добавляет, разрушая весь эффект от сказанных ранее слов.

- Скотина.

- Я или Питер?

- Оба!

Улыбается и целует меня. Ласково. Нежно. Переходя легкими прикосновениями на щеки и подбородок. Вот, реально, скотина. Я тут злюсь, а он такой настрой сбивает…

- Сколько времени? – спрашиваю, нехотя отрываюсь от его губ и смотрю на часы. – Мне собираться нужно, - с сожалением выползаю из его объятий. Даже в этом чертов пацан виноват!

Если уж я вынужден делать то, чего мне делать категорически не хочется, то хотя бы делать это я буду так, как хочу именно я. Душ. Гардероб. Шмотки – шикарные. Очень узкие белые джинсы. Черная майка в обтяжку. Ботинки на толстой подошве. Широкий кожаный ремень. Короткая черная куртка. Черные кожаные митенки на руки. Широкая цепь на шею. Макияж яркий, агрессивный. Я доволен своим внешним видом.

Выхожу, Том смотрит на меня пару секунд: глаза темнеют, дыхание учащается.

- Черт, - шипит, подходя ко мне и притягивая за талию. – Кажется, я тоже начинаю ненавидеть этого твоего пацана. Может, ну его, никуда не пойдем? – шепчет, прихватывая зубами мочку моего уха.

- Нет уж, - отодвигаюсь, упираясь пальцами ему в грудь и высокомерно приподнимая бровь. – Ты ведь, кажется, не хотел пропустить развлечение?..

- Ты мне теперь долго это вспоминать будешь?

- Естественно!

- Злой ты, - горестно вздыхает и плетется к двери.

Выходим из дома, ОН уже ждет у своей машины, нетерпеливо посматривая на часы. А ведь он, правда, очень красивый… Черт! Билл, о чем ты думаешь?! Ты забыл, куда тебя это «красивый» в прошлый раз завело?

- А он куда собрался? – спрашивает, высокомерно тыкая пальцем в Тома. Для меня всю красоту мальчишки враз, будто ведром холодной воды смыло. – Он остается дома.

- Он, - говорит Том, выходя вперед, и слегка хмурится, глядя Питеру прямо в глаза. – Никуда своего парня одного отпускать не собирается. Либо вы едете со мной, либо вообще не едете. Это ясно?

И тут я увидел то, что привело меня в полный восторг. Пацан стушевался! Резко кивнув, он запрыгнул в свою машину и бросил нам, нетерпеливо постукивая пальцами по рулю.

- Вы едете?

- Нет, - заупрямился я. Надо окончательно вывести его из себя. Чтобы ему повторения сегодняшнего дня не захотелось. – Мы на своей машине поедем.

- Зачем? Так ведь проще…

- А это чтобы обратно мы могли сами уехать и не терпеть тебя дольше, чем необходимо.

Он пожал плечами и сорвался с места, резко нажав на газ. Я ухмылялся, Том смотрел на меня со смехом в глазах.

До места назначения доехали быстро. Пацан гнал, как сумасшедший, мне даже пришлось напрячься, чтобы не уступить ему. Друзья уже были на месте и ждали, заняв удобный столик на балконе второго этажа.

- Знакомьтесь, это Питер, - кривлюсь, произнося его имя. Алекс и София разглядывают его с любопытством. Представляю друзей, приземляясь рядом с уже успевшим сесть Томом. И тут эта сволочь мелкая опять меня удивила. Ослепительно улыбнувшись, он схватил Софию за руку и поцеловал запястье, глядя ей прямо в глаза. Подруга слегка покраснела и опустила взгляд. Это еще, мать вашу, что такое?!

- Билл, а ты не говорил, что он такой милый.

- Он не милый. Он несовершеннолетний!

- Ну, об этом мы уже наслышаны, - хихикает, косясь на Тома. А этот… этот… даже как его назвать не знаю! Сидит и лыбится, радуется, что опять меня из себя вывести удалось.

- Может, выпьем уже, а? – спрашивает Алекс, глядя на нас, как на цирковых зверюшек, с жалостью и недоумением.

- А ему нельзя. Он еще маленький, - говорю ехидно. Ведь понимаю же, что веду себя как последний кретин, но ничего с этим поделать не могу.

- Перестань, - вмешивается София, улыбаясь и поглядывая на мальчишку. – Мы сто лет никуда не ходили. Давайте просто повеселимся.

Я хотел было еще что-то вставить, но заткнулся, почувствовав пальцы Тома, ласково поглаживающие меня по пояснице. Скандалить сразу расхотелось. Хотелось жмуриться, жаться к нему и мурлыкать, как кот. Тут принесли наш заказ, и я, с благодарностью схватив бокал, осушил его залпом.

Музыка грохочет, пустых стаканов становится все больше, смех все громче. Том постоянно прикасается ко мне, сводя с ума. Хотя, если бы не он, пацана я бы прибил еще час назад. Он ехидничает, острит и не перестает флиртовать с Софией. Что злит больше всего, так это то, что подруга с удовольствием позволяет ему это делать.

Алекс исчез минут двадцать назад, и теперь мы сидим друг напротив дуга. Парочками. Двойное свидание какое-то, чтоб его.

…ммм. Том! Убери руку из-под моей футболки! Хватаю стакан с виски, тяну к губам. Чувствую мягкий захват пальцев на запястье. Слышу тихий голос.

- Тебе не хватит? – как завороженный ставлю стакан обратно на стол.

- Ооо, а какой у нас Билли, оказывается, мальчик послушный, - вот же гаденыш!

- Перестань, - мягкий упрек Софии, и ЭТОТ затыкается. Кажется, сейчас я понимаю его лучше, чем кого бы то ни было. Вот же черт! – А пошли, потанцуем. Это всех касается, - оглядывает нас, приподнимая бровь. По опыту знаю, лучше согласиться.

Тесно. Жарко. Тело пульсирует в такт грохочущей музыке. К спине прижимается Том, срывая крышу. Откидываюсь ему на грудь и начиню тереться об него всем телом. Слышу сдавленный стон. Чувствую впивающиеся в бока пальцы.

- Прекрати! – почти мольба.

- Ты сам это начал, - шепчу, поворачивая голову и зарываясь пальцами в его косички. Легко целую в губы и быстро отстраняюсь, продолжая танцевать. Поворачиваюсь к нему лицом, не переставая двигаться. Только для тебя. Я танцую только для тебя. Чувствую, как кто-то прижимается к моей спине… Том рычит и угрожающе скалится. Хватает меня за руку, тащит куда-то прочь из толпы двигающихся под музыку тел. Я безвольной куклой следую за ним, едва успевая перебирать ногами. Затолкнув меня в одну из VIP-комнат, он резко закрыл дверь на ключ. Я даже испугался, увидев выражение его глаз. Дернув за руку, прижимает к стене, вжимаясь в меня всем телом. Проводит рукой по лицу, глядя на меня мутными от желания глазами.

- Ты даже не представляешь, как я тебя сейчас хочу, - прошептал, наклоняясь и проводя языком по моей шее. Я выгнулся, сжимая в кулаках его рубашку. Как же хорошо… Чувствительный укус его зубов. Мой стон. Его мягкий горячий язык. Дрожь моего тела. Чувствую его пальцы на ремне моих джинсов и понимаю, что еще немного, и я не смогу остановиться.

- Нет, - шепчу ему в губы.

- Почему «нет»? – спрашивает и трется об меня бедрами. У меня от этих его движений голова закружилась. Собираю все свои силы и отталкиваю его. Смотрит с недоумением и обидой.

- Я хочу тебя, - говорю мягко, взяв в ладони его лицо. – Но не здесь. Можешь считать меня старомодным, но я не хочу, чтобы наш первый секс был в комнате какого-то клуба.

- Домой?

- Да, - улыбаюсь. – И прямо сейчас.

До машины мы добирались почти бегом.





10. Встреча.


- Том, убери руку, - говорю спокойно, хотя внутри все в узел завязывается.

- Нет, - хмыкает и продвигает ладонь выше по моему бедру, останавливая в опасной близости от ширинки. Я вздрогнул. Машина вильнула. - Следи за дорогой, - мягкий голос. Жесткие пальцы.

Вот только доберемся живыми до дома, и я его убью. Теплая ладонь на тыльной стороне моего бедра… если доберемся.

Дом. Никогда так не был рад вернуться домой. Останавливаю машину. Собираюсь открыть дверцу… резкий рывок, и он впивается в мои губы. Захватывает зубами. Почти больно. Почти…

- Том, - шепчу ему в рот. – Уже приехали. Пошли. Маленько осталось.

- Не могу, - шепчет почти с испугом в голосе.

Резко отталкиваю и буквально вылетаю из машины. Недовольный стон. Хлопок двери. Тяжелое дыхание за моей спиной. Он догнал меня уже на лестнице, схватил за талию и прижал к себе, впиваясь в мою шею.

- Нельзя, - шиплю сквозь зубы. – Нас родители застукать могут. Думаю, они расстроятся, увидев такую картину. Ты же не хочешь расстроить мою маму? - несу всякую чушь, лишь бы что-то говорить, потому что если я сейчас замолчу, плевать мне будет и на лестницу, и на родителей.

- Я тебя убью! – тихий, вперемежку с отчаянием, смех мне в шею. Глубокий вдох. Резкий выдох. Отстраняется. Коридор. Дверь. Комната. Резко впечатывает меня в стену, больно ударяя затылком.

- Тооом, - сам не знаю чего в моем стоне больше, боли или наслаждения.

- Прости, - мягкий извиняющийся поцелуй, нежное прикосновение горячего языка.

Руки на спине. Руки на ягодицах. Выгибаюсь, упираясь затылком в стену. Чувствую, как он расстегивает мой ремень. Стаскиваю с него футболку. Проникает руками мне в джинсы. Кусаю его за плечо. Стон.

Снимает с меня футболку, спускается поцелуями по груди вниз. Стаскивает джинсы. Обводит языком звездочку.

- Кровать, - хриплю, сквозь зубы.

Поднимается с коленей и буквально кидает меня в центр постели. Падаю, запутавшись в одежде. Снимает с меня ботинки, джинсы. Раздевается сам. Ложится рядом со мной, спускается поцелуями по шее, непрерывно гладя мое тело руками, обводит языком соски, сжимает один зубами. Закрываю глаза, комкая простыню в кулаках. Проводит пальцами по члену, обводит языком головку. Вскрикиваю и зажимаю кулаком рот. Поднимается, скользнув по мне всем телом. Убирает мою руку, впивается губами в мои губы.

Яростный поцелуй. Мощные толчки. Темнота.

***
Просыпаюсь, лениво потягиваясь и чувствуя приятную ломоту во всем теле.

- С добрым утром, - хриплый шепот и поцелуй в шею, от которого я начинаю улыбаться.

- Доброе, - шепчу, поворачиваясь к нему и нежно проводя пальцами по его лицу. Ловит губами мои пальцы, легко зажимая зубами, проводит по ним языком. – Надо в душ.

- Мгм, - хмыкает, не отрываясь от своего занятия. Тихо смеюсь и, наконец, выбираюсь из постели.

Душ принимали вместе. Горячая вода, его еще более горячие руки. Он вытирал меня мягким полотенцем, а я мурлыкал и терся об него всем телом.

- Тебе лучше перестать это делать, - выдыхает, ставя отметины на моей шее. - Если ты, конечно, собираешься сегодня спуститься к завтраку.

- Не знаю даже, чего сейчас хочу больше. Позавтракать или чего-нибудь другого, - ухмыляюсь, приподнимая бровь.

- Давай так, сначала завтрак, потом «что-нибудь другое». Есть очень хочется… – смущенно улыбается, проводит рукой по моему боку, коротко целует в губы и со вздохом сожаления отходит в сторону.

В столовую мы входили, переглядываясь и хихикая, как два идиота. И тут как будто в стену с разбега… Да как же он меня достал-то уже!

- А у тебя что, своего дома нет? – садясь за стол, спрашиваю с иронией у счастливо улыбающегося мне пацана.

- Есть, - кивает, радостно показывая все зубы. И взгляд невинный-невинный. – Просто ты вчера так неожиданно исчез. Неизвестно куда, неизвестно с кем. Я же волновался, дорогой.

Том начинает кашлять, подавившись соком. Отец весело блестит глазами, пряча улыбку за чашкой кофе. А я хочу кого-нибудь убить. И я даже могу сказать кого конкретно. Хорошо хоть мамы нет, и не надо отвечать на ее вопросы.

- Папа, - прошу вежливо. – Убери его куда-нибудь, пожалуйста, если не хочешь быть отцом убийцы.

- Меня в свои дела не вмешивайте. Я вообще на совещание опаздываю, - позорно спасается бегством тот.

- Ну и чего ты хочешь от меня сегодня? – спрашиваю суровым голосом. Блин, цирк какой-то, честное слово.

- Как ты смотришь на то, чтобы сходить в кино? Вдвоем? Последний ряд, что-нибудь романтическое… про зомби, например.

- Забудь, - Том. Спасибо, родной, хоть ты меня не бросаешь. – Никакой зомби-романтики. Я тебя к своему парню ближе, чем на три метра не подпущу.

- Я к твоему парню уже был гораздо ближе… - Том молча смотрит ему в глаза. И… ву-аля! Мелкая гадость опускает взгляд и смиряется со своей участью! – Ну, тогда хоть в кафе… - вот как он это делает, а?! Надо обязательно попросить, чтобы научил. – Слушай, - обращается уже ко мне. – А позови Софию, она прикольная.

И тут я вдруг разглядел в его взгляде то, чего не замечал раньше. Одиночество. А ведь он здесь совершенно одинок. И ко мне он пристал не потому, что так уж сильно хочет мне досадить, а потому что ему идти больше некуда. Вот черт. Не будь у меня Алекса с Софией, я ведь был бы точно таким же. Но это еще не повод, чтобы его любить! Все равно, он та еще наглая гадость!

- Значит так, - начинаю ворчливо, злясь на себя за эту мимолетную симпатию. – Никакой Софии. Друзей у меня не так уж и много, чтобы их тебе на растерзание отдавать. А в кафе сходим. Только сначала в магазин. Мне кое-что из одежды прикупить нужно.

- О! Магазины я люблю! Жду в машине, - восклицает он, радостно вскакивая из-за стола и уносясь на улицу. На что я подписался?

- У нас ведь, кажется, планы были, - обиженно пробурчал Том.

- Прости. Ты же понимаешь, он не отвяжется. Давай его по-быстрому на прогулку выведем, и весь оставшийся день будет нашим…

«По-быстрому» не получилось. Поход по магазинам оказался неожиданно интересным и продуктивным. Мы с пацаном (ужас какой!) так увлеклись покупками… У него оказался почти идеальный вкус и чувство стиля. Про Тома мы забыли почти сразу, и ему оставалось таскать за нами пакеты, недовольно пыхтя себе под нос.

В кафе мы пришли в отличном расположении духа, полностью довольные жизнью. Ну, мы с ЭТИМ были довольны,… а вот Том не очень. Но шоколадное пирожное и чашка кофе изменили положение в лучшую сторону.

Минут через тридцать мы выходили из кафе, весело смеясь. Отвлекшись на разговор, я потерял бдительность и не удержался от испуганного вскрика, когда резко открывшаяся дверь чуть не ударила меня по лицу.

- Осторожней можно?! – угрожающе прорычал Том, обнимая меня за талию и оглядывая на предмет повреждений.

- Томас?! – послышался удивленный возглас. Я почувствовал, как напряглись его руки на моей талии, когда он поднял взгляд от моего лица. Что происходит? – Вот это встреча! – радостно протянул незнакомец, скалясь в неприятной усмешке. – Рад тебя видеть, брат!





11. Исповедь.


Брат? Это брат Тома?! Внимательно рассматриваю стоящего напротив меня парня. Они с Томом совсем не похожи. Том намного красивее. А этот… не знаю, как сказать. Похоже он на пару лет младше его. И весь какой-то… идеальный. Как будто с обложки журнала содранный… даже как-то неприятно. Прическа, костюм, обувь. Все невероятно дорогое. Вот что меня очень удивляет, откуда у брата Тома могут быть деньги на такую одежду? Даже у меня некоторые шмотки дешевле будут.

- Вот уж кого не ожидал увидеть, - продолжал глянцевый. – Думал, ты уже загнулся в какой-нибудь подворотне.

- Жаль тебя разочаровывать, Джейкоб, но у меня все прекрасно, - голос у Тома какой-то тусклый. Никогда не слышал у него таких интонаций. – Что ты делаешь в стране? Неужели дед поводок ослабил?

- Это тебе поводок всегда нужен был, - а злости-то сколько в голосе! – А я как-то и без него обхожусь. Смотрю, ты себе новою подружку завел? – продолжает, окидывая меня презрительным взглядом. Я напрягся всем телом от ярости, в этот момент кинуться на него мне помешала только сильная рука Тома на моей талии.

- Тебе лучше сбавить обороты, Джейк, если не хочешь по зубам получить, - черт! Он же мне сейчас ребра сломает! Если бы не его железная хватка, я бы и не понял, в какой ярости он находится. Остальные, вроде бы, ничего не заметили. – Думаю, на сегодня общение с родственниками пора заканчивать. Такие вещи лично для меня требуют очень тщательной дозировки. Всего тебе самого наилучшего. Пит, пошли, - кивнув брату, Том повел меня к выходу.

- Я передам привет деду, - донеслось нам вслед ехидное восклицание.

- Может быть, расскажешь, что это было? - спросил я, уже сидя в машине.

- Давай дома, хорошо?

Всю дорогу мы угрюмо молчали. И, самое удивительное, что даже сидевший за рулем мальчишка не выдал ни одного ехидного замечания.

- Рассказывай! – выпалил я, как только мы вошли в мою комнату.

- Так сразу? - усмехается. – Может быть, дашь мне пару минут, чтобы перевести дыхание?

- Ага. А потом тебе понадобится отдохнуть, а после подкрепиться. Том, кто это был?

- Это был мой брат. Но ты ведь и сам уже это понял, правда?

- Расскажи мне. Пожалуйста, расскажи мне все. Ты ведь не хастлер, да? С твоим гонором и наглостью это просто невозможно, - он тихо рассмеялся в ответ на эти слова.

- Значит, говоришь, неудачная из меня шлюха получилась?

- Совершенно отвратительная, - киваю, соглашаясь.

- Ты прав. Я уже давно хотел все тебе рассказать, но не знал, как это сделать. Боялся твоей реакции. В каком-то смысле, я даже рад, что все так сложилось... Рассказ будет долгим. Ты только не перебивай меня. Хорошо? – вздыхает, устало проводя руками по волосам. Замолкает на пару минут, как будто собираясь с силами. – Думаю, имеет смысл рассказать все с самого начала, чтобы потом к этому уже не возвращаться.

Моя мать англичанка. Из очень богатой семьи. Старые деньги, титул и все такое. Отец, немец среднего достатка. Не бедный, но для семьи матери его деньги были ничем. Гроши, которых даже на один приличный прием не хватит. Они познакомились совершенно случайно, она была в Германии по каким-то делам. Сломалась машина, отец помог, в результате любовь на всю жизнь. Мой дед со стороны матери настоящий педант, приверженец правил и этикета. И, как ты понимаешь, когда она привела в семью шумного, не очень богатого немца, никто этому факту не обрадовался.

У отца семьи не было. Единственный ребенок, отца своего никогда не знал, воспитывала его одна мама, и та очень рано умерла. Этот факт ему тоже популярности у семьи моей матери не добавил. Тем более, у деда на жизнь его дочери, которую он считал своей собственностью, были грандиозные планы. Брак с сыном партнера, слияние компаний, почет и уважение. Все предельно просто и ясно, а тут такое… Дед выдвинул ей ультиматум: либо она подчиняется, либо он лишает ее всего. Мать выбрала моего отца и уехала с ним в Германию, - я слушал его исповедь, затаив дыхание. Он рассказывал медленно, не торопясь, как будто переживая все события. – Родились мы с братом. И все у нас было хорошо, пока не умерла мама. Рак легких. Она даже не курила никогда, представляешь? – грустно улыбнулся Том. – Отец умер через семь месяцев после нее. Отказало сердце. Он просто не захотел без нее жить. Мне тогда было тринадцать, Джейку – семь. Единственным нашим живым родственником был дед. Так мы оказались в Англии.

Ты не представляешь, насколько мне было трудно. Джейкобу было легче или он просто умнее меня. Он правильно сказал сегодня, поводок ему никогда не требовался, он сразу же нашел подход к деду, просто выполняя все, что ему говорят. А я… я хотел свободы, той, к которой привык дома. Я жутко скучал по отцу, я очень любил его. Мы были друзьями. Я привык, что меня считают за равного, со мной советуются, прислушиваются к моему мнению. И вдруг появляется чужой, холодный человек, приказывающий, что мне делать и не слушающий, что я думаю по этому поводу. Я сначала пытался бунтовать, но усмирили меня довольно быстро, детально объяснив, что я никто и звать меня никак. Пришлось смириться. Учиться меня отправили в Итон, - у меня даже рот приоткрылся от удивления. – Который я с блеском окончил. Дальше по плану я должен был вступить в семейный бизнес и жениться. Вот с последним-то и вышла загвоздка, так как жениться я не желал категорически. В своей ориентации я к тому времени уже был точно уверен. Как ты понимаешь, этому факту в моей биографии дед, мягко говоря, не обрадовался. В общем, из дома меня вышибли быстро и с треском. – Том замолчал на минуту, переводя дыхание. – Дед очень надеялся, что я приползу к нему на коленях, вымаливая прощение за свои грехи. Но, слава Богу, к тому времени я уже был совершеннолетним и мог делать все, что хочу. От отца мне досталось небольшое наследство, и я решил вернуться на родину и открыть на эти деньги свое дело. Тот ресторан, в котором мы были, помнишь, он мой.

- Но, - все-таки встрял я. Ничего не понимаю. – Как же… почему ты оказался на панели? И как смог бросить свой бизнес на целый месяц?

- У меня не один этот ресторан, и очень хороший управляющий. Я могу позволить себе не появляться там неделями. А все вопросы можно решать по телефону. А насчет второго твоего вопроса… Дед не хочет оставить меня в покое окончательно. И периодически кто-то из его людей наведывается проверить как у меня дела. И тогда я делаю что-то такое, чтобы его позлить. То официантом притворюсь, протирая столики в своем же ресторане. То ящики разгружать пойду. Глупо, знаю, но это что-то вроде развлечения для меня, из вредности. В этот раз я их заметил, когда подходил к ресторану, ну и черт меня дернул «на панель» пойти… Я только у той стены встал, когда ты со своими друзьями подъехал. Не представляешь, как я удивился. Я даже предположить не мог, что буду иметь такой успех, - криво усмехнулся он. Помолчал немного, а потом продолжил, глядя на меня с какой-то грустной улыбкой. – Не обижайся, но ты мне тогда таким наивным показался. Это надо было додуматься, сначала из машины выйти, потом деньгами трясти у меня перед носом, а в довершении всего еще и адрес свой оставить! Да как тебе это вообще в голову пришло?! Это же надо было додуматься до такого… шлюху снять. Я ведь тогда приезжать не хотел… поэтому и опоздал. Но ты меня заинтриговал. То, что ты правду говоришь, я видел. Не знаю, но почему-то это удивляло больше всего. Да и что отца позлить хочешь… Эти чувства мне тоже были очень понятны. Мне было так весело. Я уже давно не испытывал таких сильных положительных эмоций как при знакомстве с тобой. Это и стало главным доводом, почему я согласился. А еще ты мне понравился. Очень. Такой красивый, наивный и решительный. Мне очень хотелось увидеть тебя еще раз, - закончил говорить Том, посмотрев мне в глаза.

Я молча смотрел на него несколько секунд, а потом встал и вышел из комнаты, тихо закрыв за собой дверь. Мне надо подумать.





12. Предательство.


Я шел по ночному городу, совершенно не представляя, куда иду. Да и не важно это сейчас. Вот как мне на все это реагировать? С одной стороны, я дико зол на Тома. Он же меня идиотом каким-то выставил. Маленький наивный мальчик, совершенно ничего не понимающий в этой жизни. Выпусти его в большой мир, и он погибнет там в два счета. У меня до сих пор в голове его слова звучат: «Не обижайся, но ты мне тогда таким наивным показался…. Да как тебе это вообще в голову пришло?! Это же надо было додуматься до такого… шлюху снять.»

А что мне делать оставалось?! Ведь понимаю же, что идея была на редкость идиотская… Но не мог я на попятную пойти! Не мог, и все тут! Ведь стоило только отступить, и Алекс с Софией надо мной потом годами бы ржали. Вот я бы точно ржал, окажись они в такой ситуации. И бежать я не мог. Неприспособлен я для побегов.

С другой стороны, он не шлюха, а вполне обеспеченный молодой человек. И это ой как радует. И со мной он все это время возился не из-за денег, а потому что я ему с самого начала интересен был. А вот это уже не просто радует. Это уже, практически, заставляет пищать от счастья. Совру, если скажу, что за все это время ни разу не задумывался о том, что будет, когда этот месяц закончится. И мысли мои в такие моменты были далеко не радужными.

Понятия не имею как вести себя в этой ситуации. С одной стороны, я злюсь. А с другой… если бы не его ложь, сейчас его в моей жизни просто не было бы. И эта перспектива пугает меня до смерти. Значит, нужно прощать…

Я устал и довольно сильно замерз, совершенно забывшись в своих мыслях. Возвращаться было довольно далеко, поэтому я решил зайти в ближайшее кафе, согреться и чего-нибудь перекусить. Долго пил кофе, задумавшись о чем-то совершенно неважном. Домой я вернулся только под утро.

Том встретил меня, стоя посреди комнаты и глядя каким-то затравленным взглядом. У его ног лежал тот самый рюкзак с вещами, с которым он приехал в мой дом.

- Это что? – спина мгновенно покрылась потом от паники.

- Я подумал, что ты захочешь, чтобы я ушел из твоего дома…

- Том, ты совсем дурак? – спрашиваю, начиная успокаиваться. – Ты больше не думай, ладно? Это явно не твое. Сумку в шкаф засунул, разделся и лег спать. Быстро.

Начинает улыбаться, отпинывая в сторону ненавистный мне предмет. Подходит и, притягивая к себе, начинает целовать шею, иногда прикусывая кожу. У меня все мысли из головы выветриваются, когда он так делает.

- Нет уж, - высокомерно вздергиваю бровь, отодвигаясь на безопасное расстояние. – Я еще вроде как зол. Так что сегодня тебе явно ничего не светит, - и грустно вздыхая, добавляю. – Спать очень хочется. Я сейчас просто упаду от усталости, – смеется, быстро чмокает меня в висок и начинает раздеваться, готовясь ко сну.

Утром я проснулся от нежных поцелуев в живот,… к завтраку мы спустились только часа через полтора. Удивительно, но мама все еще была дома и пила чай, сидя в гостиной. Наверное, мне все-таки надо извиниться перед ней за ту мою истерику. Я ведь так этого и не сделал. Да я ее и не видел толком с тех пор. Том тут же начинает улыбаться, заводя оживленный разговор, а я стою рядом и собираюсь с силами. Черт, да я уже ревновать начинаю, такая у них идиллия! Я на них отцу нажалуюсь, пускай сам со своей женой разбирается!

- Мам, - решаюсь, наконец. – Я прощения попросить хотел. Ну, за ту истерику, - Том смотрит на меня с гордость во взгляде, мягко улыбаясь. – Простишь?

- Уже давно простила. Но спасибо, что сказал. Садись, посиди с нами. Хочешь чаю?

- Хочу, - вдруг соглашаюсь неожиданно для самого себя.

Это было здорово. Я даже и не знал, что моя мама умеет говорить о чем-то еще, кроме страдающего зверья. Мы болтали часа два. Обсуждали какую-то ерунду, от общих знакомых до новинок в кино. Я никогда так не разговаривал со своей матерью. Как-то по дружески, что ли? Даже не предполагал, что с ней можно так разговаривать. Правда, потом ей позвонили, и она опять убежала куда-то, кого-то спасать. Но впервые в жизни меня это не разозлило.

- Ну, вот видишь, - сказал после ее ухода Том, подсаживаясь ко мне поближе. – Это было не так уж и страшно, правда?

- Психолог доморощенный, - недовольно ворчу в его шею, не желая признать правду.

День мы провели дома, занимаясь ничегонеделаньем. Валялись на диване в гостиной, целуясь и периодически бегая в кухню, своровать чего-нибудь вкусного. Болтали о всякой ерунде и очень много смеялись.

Я даже расстроился, когда ближе к вечеру, приехал Алекс. Не то чтобы я не рад был видеть друга, просто в данный момент мне вообще никого не хотелось видеть, кроме Тома.

- Билл, - тихо позвал парень, останавливаясь на пороге гостиной. Я в этот момент пытался увернуться от Тома, который щекотал меня с особой жестокостью. – Билл.

- Да. Да, сейчас, - отвечаю, давясь от смеха. Отвлекаться от столь увлекательного занятия не хочется совершенно.

- Может, оторвешься от своей шлюхи и уделишь мне пару минут своего драгоценного времени? - вдруг очень жестко спрашивает Алекс, высокомерно приподнимая бровь. – Время для общения с ним у тебя еще есть. Ты же его на месяц снял.

- Шлюха? О чем он говорит, Билл? – я вздрогнул, в ужасе уставившись на входящего в комнату отца.

- Я… ты не так понял, - начал лепетать я, вскакивая с дивана.

- Ты так и не рассказал отцу про своего парня? – спросил друг с наигранным удивлением в голосе. – Вы разве не знаете? Это другие знакомятся, влюбляются, а ваш сын поступает проще. Он просто покупает себе все, что хочет. Вот и парня себе он купил. Наш Том обычная проститутка. И Билл его снял там, где и принято снимать. На панели.

- Это правда? – спросил отец почему-то у Тома. На меня внимания никто не обращал. А я стоял и не мог сдвинуться с места, даже звука выдавить не мог.

- Да, - совершенно спокойно ответил он.

- Пошел вон. Убирайся из моего дома. Немедленно.

Том кивнул и вышел, так и не взглянув на меня. Отец тоже ушел, ничего больше не добавив. Я в тот момент просто не мог поверить, что все может так быстро, глупо и нелепо разрушиться. Я не желал в это верить!

- Я, пожалуй, тоже пойду, - как-то неуверенно сказал Алекс. Мне показалась, что на секунду в его глазах промелькнуло сожаление.

Но сейчас мне было на это наплевать. Я просто не мог прийти в себя от предательства одного из самых близких людей в моей жизни. Все, что я мог в этот момент, это стоять и проклинать себя за то, что не сумел остановить человека, без которого не хочу жить.






13. Без тебя.


Том исчез из моей жизни два дня назад, и с тех пор я ничего не хочу. В тот вечер я пытался его догнать, но когда я, наконец, смог снова двигаться и делать хоть что-то, его уже не было. Он просто сел в свою кошмарную машину и уехал. Помню как в тот день, когда он приехал в наш дом, я ждал его, крутился у окна, желая поскорее увидеть. Мне даже перед самим собой было слегка неудобно за такое свое нетерпение. Если бы я только мог знать о тех чувствах, которые буду испытывать позже… Самое желанное зрелище для меня на данный момент - это его механический монстр, снова въезжающий в нашу ограду. Как тогда. Только сейчас это не нетерпение. Это необходимость. Черт, Том, как же мне жить без тебя?!

Я бы сам кинулся искать его, но не представляю где. Я ведь знаю о нем только то, что он сам про себя рассказывал. Том не говорил мне ни свою фамилию, ни домашний адрес. Единственная зацепка – это тот его ресторанчик, в котором мы договаривались о сделке. Но я, опять же, не помню адреса. Я даже не пытался его тогда запомнить. Мне это не нужно было.

Господи, каким же я был тогда идиотом. Все в игрушки играл. Развлекался. Адреналина мне не хватало. Вот и получил по полной. Теперь в моей жизни столько адреналина, что от его передоза даже шевелиться не могу.

Как же мне его вернуть? Что сделать, чтобы он снова был рядом? Я никогда и ни с кем не чувствовал себя так, как с ним. Таким спокойным, нужным. Счастливым? Хотя, это я был счастлив, а он? Что чувствовал он? Был ли он счастлив рядом со мной? И если был, то почему ушел? Может быть, я все себе придумал? Может быть, на самом деле и не было всех тех чувств, эмоций, из-за нехватки которых я сейчас на куски разваливаюсь?

Я не плачу. Не кричу от горя. Не устраиваю истерик. Просто лежу и тупо смотрю в потолок. Уже двое суток. Не встаю. Ни с кем не разговариваю. Не ем. Не переодеваюсь в чистую одежду. Я просто думаю о нем.

Вчера (или сегодня?) заходила мама. Что-то говорила мне. Пыталась уговорить меня поесть. Но я даже не посмотрел на нее. Наверное, сейчас она чувствует себя рядом со мной в своей тарелке. Интересно, на ее взгляд я сейчас достаточно страдаю, чтобы уделить мне толику своего драгоценного внимания? Я похож на ее пушистых подопечных? Хотя, я опять к ней несправедлив. Она ведь действительно переживает за меня. Надо завязывать с такими мыслями. Да и Тому бы не понравилось, что я так о ней думаю…

Том. Как он мог так легко меня оставить? Неужели, я так мало для него значу, что он смог так легко уйти от меня?.. Надо завязывать с этими мыслями. От них еще хуже.

Тогда о чем думать? Отец? Вот про него я сейчас точно думать не хочу.

Алекс? За что он со мной так? Что я сделал, чтобы он настолько меня ненавидел? А если это не ненависть, тогда что? Что должно было произойти, чтобы самому близкому человеку в моей жизни захотелось меня уничтожить? Ведь он же видел, что значит для меня Том. Не мог не видеть. Он знает меня лучше, чем кто бы то ни было. Иногда мне кажется, что он знает меня даже лучше, чем я сам себя знаю. Это благодаря ему в моей жизни появился Том. И из-за него же он из нее исчез.

А еще он может мне его вернуть. Ведь он-то точно знает адрес того переулка, в который мы ездили искать мне шлюху. Адрес ресторана он знать должен. Он не забывает такие вещи. Но захочет ли он помочь мне? Не думаю. Зачем ему это нужно, если он сам все и разрушил? Только почему? Почему он решил разрушить все?

Мои мысли прервал тихий стук в дверь. Наверно, опять мама пришла меня кормить. Ну и ладно. Сейчас маленько постоит, увидит, что я не хочу, и уйдет. Только надо глаза закрыть. Не хочу видеть это ее скорбное выражение лица. Вот, правда, мне плохо, а она слезы льет. Раздражает…

Тихие шаги, направляющиеся к моей кровати. Дыхание. Чувствую взгляд смотрящих на меня глаз. Минута… две. Ушла.

В себя меня заставил прийти поток ледяной воды, вылившийся на голову. Я вскрикнул, рефлекторно вскочив с кровати и ничего не понимая. Вытер руками мокрое от ледяной воды лицо. И уже решил наорать на нее и выставить из комнаты, но…

- София! – вот это удача. Орать на нее намного проще, чем на мать. – Какого черта ты творишь?!

- Не смей орать на меня, Вильгельм Йорг Каулитц, я тебе не твоя мама! – закричала в ответ подруга, так громко, что я даже немного растерялся. – Кстати, насчет твоей мамы… - добавила она, убавив немного громкость. – Почему она звонит мне и бьется в истерике под названием «Мой сын умирает, помоги!». Какого черта с тобой происходит?

- Том ушел, - отвечаю безжизненным голосом, вспомнив о забытом на секунду горе.

- И ты решил, что это прекрасный повод лечь на спинку и сложить лапки… – с иронией усмехнулась девушка. - Как же вы меня достали, - добавляет с тяжелым вздохом, после секундной паузы.

- «Мы» это кто? - спрашиваю осторожно.

- Вот что, - говорит уже совсем тихо, будто не слыша моего вопроса. – Ты пока иди в душ, а я уберу мокрое белье и принесу какой-нибудь еды. Потом ты поешь, и мы поговорим.

- Я не хочу…

- Билл, я не спрашиваю тебя, хочешь ты, или нет. Я говорю, иди и делай.

Когда я вышел из душа, постель уже была относительно сухой, и на ней стоял поднос с какой-то едой.

- Садись и ешь, - строго приказала София, решительно всовывая мне в руки бутерброд и заставляя сесть. – Послушай меня, ладно? Алекс…

- Я не хочу говорить о нем! Даже имени его при мне не произноси! – закричал я на девушку, вскакивая с кровати. – У меня больше нет друга! Это все из-за него случилось!

- А ты знаешь, что случилось у него?! Или тебя как всегда только твои проблемы интересуют?!? Он к тебе за помощью пришел… а ты!

София вдруг опустилась на пол и тихо заплакала. На меня словно опять ведро холодной воды вылили. Я кинулся к ней и обнял, сев рядом.

- Ну, ты чего? Ну не надо... Не плачь. Рассказывай, что там стряслось?

- У него мать его отца с любовницей молодой застала. Скандал устроила жуткий. Побежала таблетки какие-то глотать. Ты же ее знаешь… любительница спецэффектов, блин. Орала, что жить не хочет. Ее в какую-то клинику психиатрическую забрали. Вроде как для профилактики. Бедный Алекс, чуть от стыда перед соседями не сгорел… Билл, он сам ни за что мириться не пойдет, а ты ему сейчас так нужен. У тебя ведь ничего смертельного не случилось, все еще исправить можно. А у него… и вообще, ты сам виноват! Он всегда бежит, как только тебе его помощь нужна, а ты!.. – вот теперь мне все стало понятно. Все ясно, просто и логично.

- А я сволочь. Я знаю. Пошли.

- Куда?

- Исправлять все, что я натворил. Сначала с Алексом, потом все остальное. Пошли.







14. Вернись ко мне.


- Это тебе за то, что на Тома наехал, - спокойно сообщил я, хладнокровно вытирая только что разбитый о нос Алекса кулак. – А теперь пошли на кухню, жаловаться будешь. И меня заодно покормишь. Я два дня ничего не ел… жрать хочу, ужас!

Он посмотрел на меня. Помолчал. Снова посмотрел. Потом подошел, стиснул меня в объятиях так, что ребра затрещали. Отпустил. Снова посмотрел и помолчал… и повел на кухню кормить и жаловаться.

Уже два часа сидим на кухне и выслушиваем его. Я такой сытый, что мне уже даже как-то и нехорошо. Алекс, видимо, решил меня накормить от всей своей виноватой души.

София за это время не сказала ни слова. Просто сидит, смотрит на нас с ехидным удовлетворением и грызет яблоко.

- Билл, - робко позвал парень. – Ты прости меня, а? Я даже не знаю, что тогда на меня нашло, просто…

- Просто талант к мелодрамам от матери унаследовал, - закончил я за него. И серьезно посмотрев, добавил. – Эту тему мы закрыли, причем навсегда. Но на будущее запомни, еще одно плохое слово о Томе, и твой труп никто и никогда не найдет. Он мой парень. И точка. И сейчас мы этого моего парня поедем возвращать.

- А почему ты его раньше вернуть не попытался? – с любопытством спросила София.

- Да где бы я его искал?! Я же адрес не запомнил! А этого, вон, рядом не было, чтобы дорогу показать!

Мы уже подъезжали к месту назначения, когда они, наконец, перестали надо мной хихикать. Машина останавливается, я выхожу. Не скажу, что сильно нервничаю, но руки слегка трясутся.

- Вы в машине подождите. Я сам, - сказал я им, и, посмотрев на все-таки лучшего друга, усмехнулся. – А тебе, с таким лицом, вообще лучше пока на людях не появляться, - Алекс хмыкнул и болезненно поморщился, притронувшись к разбитому носу.

Захожу в ресторанчик - он и вправду такой милый, как мне запомнилось.

- Извините, - останавливаю проходящего мимо официанта. – Вы не подскажите, как мне найти управляющего? А еще лучше, если Том здесь…

- Тома здесь нет, - слышу у себя за спиной спокойный и интеллигентный голос. Удивленно поворачиваюсь и внимательно смотрю на мужчину лет сорока стоящего передо мной. – Вы ведь Билл?

- Да.

- Том предупреждал, что вы можете появиться. И просил передать, чтобы вы его не искали. Сказал, что это никому не нужно.

- Но…

- Нет. В ближайшее время он здесь не появиться и адрес его вам тоже никто не скажет.

Я не стал с ним спорить, так как это было совершенно бесполезно. Я это видел. Лишь бросил, уже уходя:

- Он не прав. Это нужно мне. И я его найду. С вашей помощью или без.

- Ну, что? – спросила подруга, подбегая ко мне. – Ты узнал, где его искать?

- Нет. Здесь мне никто ничего не скажет. И сам он тут появится нескоро.

- И что будешь делать дальше?

- Буду ждать, когда появится, - пожал я плечами. – Отвезите меня домой. Хочу побыть один. Обещаю звонить, хорошо питаться и не пугать маму, - засмеялся, увидев их встревоженные взгляды.

Я сидел у себя в комнате, и думал о том, что мне делать дальше. Долго ждать не хотелось совершенно, но как найти его быстро я так и не придумал. Потихоньку во мне стала зарождаться злость. Да, я ступил, когда сразу не бросился за ним. Но я просто был в шоке. Это-то он должен понимать? Или он меня всю жизнь винить будет? Вот найду его, поцелую, а потом очень тщательно перепишу его паспортные данные, его адрес, и адреса всех его ресторанов. Чтобы ему в будущем просто деться от меня некуда было. А в то, что это самое «будущее» у нас вообще случится, я почему-то верил как в непреложную истину. Но пока я не придумал, как его приблизить, нужно сделать то, что я могу сделать прямо сейчас. Помириться с отцом.

Стучу в дверь его кабинета, прося, с несвойственной мне скромностью, разрешения войти. Отец сидит за столом, секретарша стоит у него за плечом, держа какие-то бумаги.

- Можно с тобой поговорить? – спрашиваю робко.

Этот его собирается выйти, но отец останавливает, не давая сделать этого. Вот значит как. Разговаривать не хочет. Думает, чужое присутствие мне помешает. Глубоко вздыхаю, собираясь с силами, и выпаливаю всю правду от начала и до конца. Отец слушает, хмурится, но не перебивает.

- Это правда? – спрашивает меня, когда я, наконец, замолчал.

- Клянусь тебе. Ты даже можешь проверить его паспортные данные, когда я его найду. Но проблема в том, что я не знаю где его искать.

- А ты уверен, что его нужно найти?

- Да, - отвечаю, твердо глядя ему в газа. – Я без него не могу.

- Простите меня,- вдруг вмешивается в наш разговор отцовский секретарша, как же он меня раздражает. – Господин Каулитц, я проявил необоснованную смелость и попросил вашего шофера сопроводить Томаса, когда он уходил. Он ехал за ним на своей машине до самого дома, чтобы убедиться, что Томас благополучно добрался. Он был в непростом состоянии… и я самонадеянно решил, что это не будет лишним. Если вам нужно, то это адрес его квартиры.

Я стоял, хлопал глазами и не знал, чего мне сейчас хочется больше, придушить его за то, что так долго не говорил, что у него есть адрес Тома, или расцеловать, потому что он единственный, кому удалось узнать этот так нужный мне адрес. Склонив голову в знак уважения, и протянув отцу листочек, секретарша - наверное, нужно все-таки начинать называть его по имени - с достоинством удалился.

- А ты говоришь «секретарша», - насмешливо хмыкнул отец, глядя ему вслед.

Еще пару минут постояв, и глупо похлопав глазами, я, наконец, очнулся. Выхватил у отца бумажку и выбежал из дома.

Никогда дорога не казалась мне такой длинной. За это время в моей голове прокрутилось столько мыслей, что казалось, она сейчас взорвется от напряжения. Подъезжал к нужному мне дому уже на грани истерики. Остановив машину, я сидел в ней еще несколько минут. Жаль, что я не курю, сейчас эта вредная привычка очень бы мне пригодилась. Глубоко вздохнув, я решительно вышел.

Подъезд…

Лестница…

Нужная мне дверь.

Руки дрожат просто ужасно. Дышать почти больно. Господи, как же это тяжело, просто поднять руку. Сердце билось как бешеное когда я, наконец, все-таки решился постучать. Слышу тихие шаги… щелчок замка… дверь открывается. Смотрю на него пару минут, а потом шепотом произношу:

- Вернись ко мне.





15. Вместо эпилога.



Смотрю на ночной город через окна его квартиры, кутаясь в теплый плед. Слышу его тихие шаги у себя за спиной. Я счастлив. Подходит ко мне, обнимая за талию и прижимая к своей груди.

- Как же я счастлив, - шепчет мне на ухо, целуя в висок. – Ты не представляешь как я рад, что мы вместе.

- А мы бы и не расставались, если бы ты не сбежал… - не скажу, что я зол или обижен, просто какой-то прилипчивый едкий страх, что он снова может уйти, до сих пор остался.

- Прости меня. Пойми, прошу,… мне просто стало страшно. Я ведь знал только то, что чувствую я, а о твоих чувствах понятия не имел, и когда ты там стоял, ни слова не говоря… мне так плохо стало.

- Я же в шоке был, Том.

- Да я почти сразу это понял, но гордость идиотская и обида ничего сделать не позволяли.

- Ты в следующий раз, когда обидишься, накричи лучше или даже в зубы дай, но уходить не смей. Понял? – Том хмыкает, утыкаясь лицом мне в волосы, и произносит тихо-тихо:

- Люблю тебя, - поднимаю взгляд, смотрю ему прямо в глаза, проводя пальцами по его лицу, и шепчу.

- И я тебя… поехали домой.

- Прямо сейчас? Может лучше утром?

- Нет, - хмурюсь, упрямо сжимая губы. Улыбается и целует меня, проникая руками под плед и проводя пальцами по моей спине. – Хорошо. Утром, так утром.

Тихо смеется и ведет меня в спальню.

Домой мы приехали даже не утром, а уже ближе к вечеру. Мама кинулась обнимать его, как родного. Без остановки приговаривая как она счастлива, что он приехал, и что она очень надеется на то, что теперь я перестану грустить. Том поглядывал на меня блестящими от смеха глазами и уверял ее, что задержится в нашем доме надолго. Я не против такой перспективы.

Вечером ужинали в столовой всей семьей. Отец по поводу встречи особого энтузиазма не проявлял, но был весьма корректен и любезен. Я пока и на это согласен. После ужина он сразу удалился в свой кабинет, а мы втроем сидели в гостиной и болтали. Точнее, болтали мама и Том, а я, свернувшись калачиком у него под боком, наблюдал за ними.

Вы только посмотрите, какая идиллия! Она и, правда, его больше меня любит! С другой стороны… ну и ладно. Хоть в чем-то у нас с ней взгляды совпадают. Я ведь его тоже люблю.

На следующий день было решено встретиться с друзьями в каком-нибудь клубе. Надо познакомить их поближе. Да и Тома с Алексом мирить надо. Я ему рассказал обо всем случившемся, но…

При встрече друг явно нервничал и смущенно опускал взгляд.

- Я хочу извиниться за свое поведение, - робко начал он.

- Не нужно, - перебил его мой парень. – Билл мне все объяснил. Давай просто забудем об этом. Ладно? - друг согласно кивает, радостно соглашаясь. – Кстати, - продолжает с улыбкой Том. – Этот распухший нос тебе очень идет. Смотрится шикарно.

Со смехом садимся за столик и заказываем выпивку. Вдруг замечаю счастливую Софию, которая идет к нам в обнимку с… ПИТЕРОМ?! София и пацан? Какого…?!

- Привет, - как ни в чем не бывало здоровается подруга. Вскакиваю, хватаю ее за руку и оттаскиваю подальше ото всех.

- Поверить не могу! Как ты посмела сотворить подобное?! – гневно шиплю ей прямо в лицо. – Он же… он же… несовершеннолетний!

- Просто он очень похож на тебя, - мило улыбнувшись, отвечает эта предательница. – Я всегда испытывала слабость к наглым самоуверенным засранцам. А день рождения у него вчера был…