• Администратор
  •  
    Внимание! Все зарегистрировавшиеся Aliens! В разделе 'Фото' вы можете принять участие в составлении фотоальбома. Загружайте любимые фотографии, делитесь впечатлениями, старайтесь не повторяться, а через пару-тройку месяцев подведем итог и наградим самого активного медалью "Великий Фотокорреспондент Aliens"!
     

В поисках выгоды {slash, AU, PWP, round robin, romance, Tom/Bill, NC-17}

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

В поисках выгоды {slash, AU, PWP, round robin, romance, Tom/Bill, NC-17}

#1

Непрочитанное сообщение Aliena » 27 апр 2018, 18:53


Авторы: Tritatushechka, Insidious aka Maeuschen Ins
Название: В поисках выгоды
Бета: Insidious aka Maeuschen Ins
Статус: закончено
Размер: большой mini
Категория/жанр: slash, AU, PWP, romance, round robin
Рейтинг: NC-17
Персонажи/пейринг: Том Трюмпер/Билл Каулитц
Краткое содержание: ну что может быть написано в PWP? Секс, конечно!))
От авторов:
Приветствуем любого, кто оказался в этой теме.
Вы наткнулись на первую совместную работу двух авторов – Tritatushechka и Insidious aka Maeuschen Ins.
Но прежде чем начать читать, надо выслушать краткое повествование.
Во-первых, фик выполнен в несвойственной форуму манере. А если сказать точнее – это и не планировало становиться фиком.
Дело в том, что перед Вами предстаёт ролевая игра вышеуказанных лиц. Ролевая виртуальная игра, которая продолжалась две ночи и которая, после совместного прочтения, внезапно обратилась в PWP-mini.
Предупреждаем, что мы ничего не изменяли в содержании – исправлена лишь грамматика. Нет добавлений и приукрашиваний – всё именно так, как писалось тогда, когда мыслей о создании произведения не было ни у одной из нас.
Следует упомянуть - это наш первый опыт, но мы считаем, что это не особо отразилось на выполненной работе. Возможно, не отразилось вообще.
Идея банальна, но она подана так, что лично у нас всё вставало, пока мы писали это хД
Надеемся на тот же эффект и с Вашей стороны.
С уважением, парочка новоиспечённых соавторов, Настя и Женя. =)

Tritatushechka: этот фик родился тогда, когда никто из нас обеих о фике и не думал. Пока вот это писалось и игралось, я осознала, что ролевая игра – лучшая муза XD Так меня и мою «партнёршу», думаю, никогда не пёрло. Ну и, собственно, то, что получилось из игры двух томоадепток-извращенок, мы выкладывай на Ваш суд )) Пы.Сы. Том Каулитц вынес мой мозг! <ЗЗЗ

Maeuschen Ins: ОМГ, вот так всегда: сидишь себе, спокойненько переписываешься-пошлишь, а потом до тебя вдруг доходит, что ты и твой собеседник только что фик накатали! xD Учтите, что это вообще первый за всю мою фикрайтерскую жизнь слэш настолько высокого рейтинга.

Дисклеймер: написание фика преследует сугубо некоммерческие цели, все написанное является совершеннейшей выдумкой и на самом деле никогда не происходило.
Благодарности:
Maeuschen Ins: Мне хочется сказать большое спасибо Тритатушечке. Настя, если бы ты не подбила меня на игру, еще неизвестно, когда бы я решилась настолько откровенно описать секс между мужчинами. Судя по некоторой твоей реакции, справилась я неплохо. Так что СПАСИБО ОГРОМНОЕ!
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Aliena
: Лица, свечи, призрачный туман,
Знаки, кубки, жертвоприношенья,
А на утро – печаль и смущенье,
Так, наверное, сходят с ума.
(c) Margenta
Аватара пользователя
:

#2

Непрочитанное сообщение Aliena » 27 апр 2018, 18:55



***

Утро в Гамбурге выдалось дождливым и пасмурным, и потому Билл появился в университете мокрый и растрёпанный. Но даже в таком виде молодой человек не терял своего обаяния и уникальной женственной красоты: черты лица были всё также идеальны, безупречно подобранный деловой костюм подчёркивал худощавую фигуру, и на лице, чуть влажном от капель дождя, играла яркая улыбка.
Ему улыбались преподаватели и отчаянно флиртовали девушки-студентки. Парни же провожали тяжелыми взглядами, но кто-то всё же здоровался, искренне уважая нового молодого преподавателя.
Билл запоминал их всех, всех по-своему любил, но лишь один парень - студент второго курса - привлёк его внимание больше остальных.
Билл заменял у них пары лишь несколько раз, но тот уникальный образ, те яркость и позитив, исходящие от интересного студента, Билл сумел запомнить отчётливо. Наверное, именно потому он с лёгкостью заметил того парня в толпе студентов и чуть улыбнулся, проходя мимо...
Том проводил преподавателя долгим взглядом и перевернул страницу, снова утыкаясь в конспект. Буквально через полчаса он должен был пересдавать историю искусств; встреча с пожилым профессором была назначена в одной из вечно пустующих аудиторий левого крыла. Почему герр Кляйн не соглашался ставить ему зачет и без совершенно ненужной пересдачи, Том не понимал. Как и не понимал этой загадочной улыбки, только что подаренной ему герром Каулитцем.
Молодого преподавателя Том запомнил хорошо, особенно запомнил то, что ничего о нем не знает. Это и не было удивительным: Вильгельм Каулитц преподавал у них всего пару месяцев. Том хмыкнул. Столь малый срок не мешал, однако, всем молоденьким дурочкам охать и ахать при виде Каулитца. Преподаватель был довольно красив, правда, совершенно не мужской красотой, его высокие гладко выбритые скулы надолго оставались темой обсуждения его одногруппниц в те разы, что Каулитц у них вел. Утонченная фигура, изящные движения, прекрасно сидящая на нем классика...
Том подумал, что если бы герр Каулитц был девушкой, он был бы отменной стервой.
Парень взглянул на часы и, с легкостью оторвавшись от подоконника, отправился к лестнице. Эх, если бы только этот старик поскользнулся где-нибудь и сломал запястье, подумал Том.
Стягивая на ходу плащ и понимая, что снова безбожно опаздывает из-за своей медлительности, Билл почти бегом добрался до комнаты преподавателей и едва открыл дверь, как нос к носу столкнулся с герром Кляйном - преподавателем истории искусств. Тот выглядел, честно сказать, не очень хорошо. Отчётливо проявились тёмные круги под глазами, и чуть желтоватый оттенок кожи на старческом сморщенном лице выглядел пугающе. По всему было ясно, что один из старейших учителей университета подхватил какую-то болячку, и потому и без того серьёзные, холодные глаза буравили ещё больше.
- Здравствуйте. - Билл коротко кивнул мужчине и проскользнул мимо него в пустой кабинет, тут же вешая плащ на вешалку и поспешно доставая из дизайнерского портфеля, выполненного в классическом образце, свои конспекты и подготовленный на занятия материал.
- Здравствуйте, Билл, - герр Кляйн захлопнул дверь так, будто только его - Билла - и ждал, и тяжёлой поступью приблизился к столу.
Билл на секунду замер, но потом снова принялся за свои бумаги.
- Выглядите болезненно, - добро улыбнулся парень, сложив папки в стопку и убрав с глаз тёмную чёлку. - Вы бы отдохнули.
- Не стоит волноваться, - мужчина кашлянул в кулак и посмотрел на Билла с лёгким интересом - если таковым можно назвать холодный пронизывающий взгляд. - Хотя нет... Стоит. Я хотел Вас попросить об одном одолжении.
Билл убрал портфель, достал из футляра очки в тонкой оправе, которые носил лишь для придания образу строгости, и кивнул.
- Я Вас слушаю.
- Билл, - начал герр и снова кашлянул. - Я хотел бы попросить Вас принять зачёт у одного из моих студентов. Вы видите, в каком я состоянии, а за тем студентом нужно следить только так. Шустрый парень.
Билл повёл плечами.
- Не знаю, герр... У меня занятия...
- Не волнуйтесь, - Кляйн перебил его. - Я попрошу Марту Вас подменить. Это всего на одну пару. Выручите. Вы же здесь практику проходите, так?
- Так. - Билл согласно кивнул.
- Вот это Вам моё задание. Справитесь - дам Вам хорошую рекомендацию.
Билл подумал, но всё же согласился. Получив от герра ключи от аудитории и наставления по поводу того, как вести себя с "тем шустрым студентом", Билл попрощался и вышел в коридор.
Герр Кляйн сказал, что его там уже ждут.



***

Том побарабанил пальцами по собственному бедру и снова бросил взгляд на запястье. Дорогие часы говорили, что Кляйн опаздывает уже минут на семь как, и это было совершенно на него не похоже. Как будто исполнилось что-то, о чем он недавно подумал.
- Мечты-мечты, - прошептал под нос Том, закрывая глаза и откидывая голову назад, упираясь затылком в стену.
Послышались торопливые шаги.
Билл как-то слишком бойко вырулил из-за поворота и встал по стойке смирно, когда узнал знакомого ему студента, сидящего на скамье у аудитории.
Того самого, которому, отчего-то, хотелось улыбаться, и вообще - хотелось общаться с ним. Такое рвение к знакомству со студентами Билл у себя раньше не замечал, а потому этот парень, обладающий поразительной красотой, вызывал утроенный интерес.
Билл потоптался на месте, будто принимать экзамен будут у него, и задал совсем уж глупый вопрос:
- Ты?
Том лениво приоткрыл один глаз и увидел стоящего перед собой Каулитца. Преподаватель почему-то выглядел чуть смущенным или взволнованным. Причину тому Том не знал, но отметил длинные, тонкие пальцы, как-то чересчур крепко сжимающие ручку дипломата. Том выпрямился на скамье.
- Что-то не так? – и после небольшой паузы добавил, - герр Каулитц?
Билл расслабленно выпрямился и даже оставил одну ногу. Получилась поза а-ля стерва.
- Да, нет. Всё хорошо. А ты... Вы Том, верно? Пройдёмте за мной.
Билл снова улыбнулся, но уже без намёка на смущение, и, пройдя мимо скамьи, на которой сидел студент, открыл дверь аудитории, пропуская Тома внутрь.
- Прошу Вас, проходите.
Том зашел следом и положил тетрадку на ближайшую парту.
- У Вас здесь занятия, герр Каулитц? Просто сейчас придет профессор Кляйн, мы договаривались. Вы, должно быть, ошиблись?
Он прислонился к той же парте, не обращая внимания на то, что в аудитории находится преподаватель, вообще-то, и ожидающе уставился на брюнета.
Билл снова улыбнулся и поправил очки. Парень, действительно, не был робким и тихим, как ему казалось. От Тома так и излучались уверенность в себе и, должно быть, наглость.
У него был приятный голос и красивые, глубокие глаза. Билл лишь сейчас отметил это.
- Герр Кляйн заболел, и зачёт у Вас буду принимать я. Надеюсь, никто возражать не будет?
- О. - Коротко сказал Том, на секунду задумавшись. Потом потеребил колечко в губе и посмотрел Вильгельму прямо в глаза. - Ну, только если у Вас не возникнет с этим никаких проблем. - Насмешливо добавил он.
Билл призывно приподнял правую бровь, лишённую колечка по табу университета, и облокотился об учительский стол обеими руками. Он не отводил глаз.
- Признаюсь честно, я впервые принимаю зачёт, так что будьте добры, ведите себя хорошо. Будете хорошим мальчиком, и тогда, может, мы поладим. А то я могу быть вреднее герра Кляйна, не в обиду последнему.
- И что же в Вашем представлении "быть хорошим мальчиком"? - в тон преподавателю спросил Том, мельком оглядев его позу. Машинально его руки, до этого скрещенные на груди, опустились вниз; Том шире расставил ноги.
Билл улыбнулся уголком рта. Такое начало "сотрудничества" ему нравилось.
Он снова поправил очки и взмахнул волосами, убирая их за спину.
- Вы... Ну, лучше ты, не будешь мне перечить, оспаривать оценку, повышать голос и доказывать что-либо. Всё равно материал я знаю лучше. И давай не будем терять время. И у тебя, и у меня его очень мало.

- Нехватка времени - самая главная проблема современного общества. - Согласно закивал Том, растягивая губы в наглючей улыбке. - Полагаю, Вы, такой молодой и умный, человек невероятно занятой, да и я, в общем-то, - Том шутливо поклонился, - очень спешу, ну, Вы понимаете. Может, нам и не стоит времени терять?
Том толкнул изнутри колечко языком. Герр Кляйн убил бы его за такое, ей-богу, но Вильгельм вроде парень свой, наверное, понятливый... "Прокатит?", - думал Том, бегая глазами по фигуре напротив.
Билл прищурился и сложил руки на груди, не в состоянии сдержать улыбку.
Наглые с огоньком озорства глаза смотрели в упор, и Билл удивлялся, как они ещё не прожгли в нём дыру. Нет, в этом взгляде не было огня ярости, но было что-то такое... манящее, что ли...
И это колечко, которое Том постоянно задевал кончиком языка, не давало Биллу покоя.

"Спокойствие, только спокойствие".

- А если герр Кляйн по выздоровлению захочет проверить твои знания? Нам обоим ой как попадёт!

"То есть он согласен, - отметил Том. - По крайней мере, не послал меня сразу".

- Я скажу, что был настолько загружен Вами сегодня, что по окончанию зачета просто поспешил избавиться от всех полученных знаний путем тяжелого физического труда, - он натянул правый рукав левой рукой, напрягая при этом правую, давая рельефным мышцам "прокатиться" под тканью, и продолжил, - и по истечении недели благополучно все забыл.
Билл чуть не запищал от восторга, как девочка-семиклассница, увидевшая нового физрука-красавца. Он, как и многие другие люди, имел слабость ко всему прекрасному. А когда тут такое вот "прекрасное" стоит, лыбится, да ещё и на нервы своей идеальностью давит, то реально становится не до зачёта.
Но как тогда? Если он согласится, тот сейчас уйдёт, и чёрт его знает, когда они снова вот так поговорят, увидятся...
- Это так благородно с твоей стороны - всё спихнуть на меня. И не жалко бедного новенького преподавателя, который даже подзатыльник наглецу-студенту дать не может?
- О, ну за что же меня бить? - Том притворно удивился. - Я же такой замечательный. Вы не находите? - протянул он и на секунду коснулся подбородка кончиком языка.
А потом до него дошло кое-что. Кажется, его сносило на флирт. С преподавателем. Хотя нет. На флирт с мужчиной, твою мать!
Билл уже поверхностно жалел, что он не девочка-семиклассница. И вообще, что он не девочка. Вряд ли такой парень может заинтересоваться себе подобным. Ну, он, Билл, заинтересовался ведь! Несправедливость...
- Нахожу, - Билл кивнул и провёл языком по верхней губе, сверкнув пирсингом. Штангу он снимать не стал, даже под угрозой снятия с должности. - Но это не помешает мне принять у тебя зачёт.
Том вдруг замер, невидяще уставившись прямо перед собой. Ему вспомнились его безумные семнадцать, когда он менял девчонок только так - каждую ночь новая. И вспомнил Патрисию, девушку, в которую, как он думал, он был почти влюблен. Они встречались почти месяц, и у них был шикарный секс. А еще у Патрисии был пробит язык. Это было охуительно, подумал Том.
Он сглотнул и снова поднял глаза на Каулитца.
- Может, мы все же договоримся? - он прищурил глаза и добавил. - Вы знаете, я как-то не уверен в том, что готов, Вы же не хотите, чтобы Ваш студент завалил первый же принятый Вами зачет... Вилл?
Билл посмотрел понимающе. Сам совсем недавно слез с этой самой студенческой скамьи.
- Я Билл. И зови меня на «ты», пока никто не видит. - Билл вздохнул и покатал по гладкому столу лист бумаги. - Договоримся? А каковы предложения? Только без пошлостей и предложения денег, - тихо засмеялся он.
Том покусал губы. Черт возьми, в этом университете все как с цепи сорвались! Взятку он давал лишь однажды, еще на первом курсе, немолодой, но отчаянно хихикающей кокетке-экономке. На следующий день преподша пришла в новехонькой юбке, едва прикрывающей ее тощенькие коленки. Том не думал, что Билл предпочитает юбки или что-то в этом роде, когда осматривал его дорогой пиджак. Поэтому он просто не представлял, что ему предложить.
- Вы... Ты прям обломал меня в последних двух пунктах, прямо не знаю, как теперь быть. - Он расстроено уставился себе под ноги, сдерживая смешок. - Ну, допустим, я доучу-таки материал, и то, что ты просто так отпустил студента, останется в полной тайне.
Кончики ушей начали гореть. Давно Том так не наглел в присутствии преподавателя. Хотя... он бы не сказал, что тот был особо против.
Билл шумно выдохнул, расстегнул две верхние пуговки пиджака и помахал перед лицом рукой. Ему стало отчего-то жарко, и он всё спихнул на начинающее подниматься солнце и духоту кабинета.
И в то же время ему нравилась эта игра. Они уже сошли с уровня преподаватель-студент, и теперь каждый тянул на себя, заполучая выгоду. Биллу было просто забавно смотреть на всё это - будто происходящее и не с ним, а он лишь созерцал со стороны. Том нашёл брешь в том, что преподаватель - нормальный, а не пускающий слюни по студенту, - заболел, и теперь просто хотел улизнуть от зачёта. Только вот самому Биллу выгоды от этого не было.
Задумавшись, он отошёл к окну, вытянулся, встав на цыпочки, и открыл окно, впуская в аудиторию сырой свежий воздух. Чёрные волосы взметнулись с порывом и мягко опустились на плечи.
Билл встал у подоконника.
- Ну, так не интересно. Тебе-то хорошо - улизнёшь с оценкой в зачётке, и отлично. А мне никакого удовлетворения. Я так не играю, - улыбнулся он. - Давай, думай что-нибудь взаимовыгодное. Вдруг я заинтересуюсь и пойду тебе навстречу.
С минуту Том стоял без движения. Билл, казалось бы, даже и забыл про него, лишь стоял и вдыхал загазованный гамбургский воздух. А потом студент решил идти ва-банк.
Почти бесшумно - да и звуки штрассе заглушали его шаги - Том направился к стоящему к нему спиной Биллу, по пути доставая из кармана джинсов зачетку и ручку. Билл его совсем не слышал, и это было Тому на руку. Том не знал, почему так поступает, он чувствовал лишь интуитивно, что следует делать, но когда он подошел к молодому преподавателю, вставая за его спиной, положил на подоконник перед ним зачетку, оперся ладонями по обе стороны от тонкого тела, и Билл вздрогнул, Том понял, что не ошибается.
- Ну, давай же, - тихим низким голосом сказал он Биллу почти на ухо, вдыхая приносимый встречным воздухом приятный, отчего-то кружащий голову аромат. - Просто поставь его.

Билл замер, уставившись в раскрытую книжечку, и боялся пошевельнуться, чтобы не спугнуть то, что он чувствовал.
Несмотря на ветер, на метавшиеся от лёгких порывов волосы, он ощущал шеей тёплое дыхание, и спина, казалось, мгновенно взмокла, когда взгляд перешёл на красивые, длинные пальцы рук, стоявших по обеим сторонам от него.
Он неосознанно подвинулся ближе к подоконнику и чуть приподнял голову, смотря в окно. Дыхание сбилось, стало беспокойным. Он боялся просто вот так развернуться и прижаться к этому парню, от которого дурманяще пахло дорогим одеколоном и едва уловимо лосьоном для бритья.
Билл понимал, что тот просто ввёл в игру жестокую артиллерию, и было очень досадно, что его собственные войска сдали. Но не до конца. Оставалась тёплая надежда на победу.
Билл резко развернулся, упершись поясницей в линию подоконника, и пронзительно посмотрел в чуть расширившиеся от удивления глаза. Они стояло непозволительно близко друг к другу. Билл успокаивал себя тем, что это всё же не он первый начал.
- Я всё еще не вижу взаимовыгоды, - на выдохе произнёс он.
Том внимательно смотрел в словно выискивающие в нем что-то карие глаза. Медленно опустил взгляд на пухлые губы, скользнул вниз по открытой шее, приметив россыпь родинок, к каждой из которых вдруг до дрожи в пальцах захотелось прикоснуться, дальше по пиджаку и остановился на небольшой пряжке ремня. Билл как-то нервно вздохнул, и Том едва удержался, чтобы не расплыться в победной улыбке. Да, он соблазнял, и, черт возьми, эту науку он знал куда лучше, чем историю искусств. Он был лучшим на курсе, нет, во всем университете в этой науке.
Он чуть сдвинул руки так, чтобы они касались талии Каулитца, и резко поднял ресницы вверх, впиваясь взглядом в потемневшие глаза Билла.
- А может, - сказал он самым низким и сексуальным голосом, на который только был способен, - мы послушаем, чего хочешь ты?
Билл едва не зажмурился от переизбытка чувств и желаний, которые мгновенно отдались по всему телу.
С одной стороны хотелось выпутаться из этих сильных рук и уйти отсюда подальше.
Ещё хотелось начать играть стерву-преподавателя и завалить Тома на этом зачёте.
А ещё... А ещё хотелось впиться жёстким, можно сказать, грубым поцелуем в эти пухлые, влажные от частого облизывания губы и целовать его до головокружения, до дрожи в ногах, до слабости во всём теле.
Просто хотелось.
Каулитц видел, как ловко Том разрулил ситуацию. Видел, как умело он перевернул всё так, что теперь жертвой был не Том, а он - Билл.
И Билл признавал это. С удовольствием принимал правила новой игры и поддавался.
Он хотел, чтоб победа оставалась не за ним... Казалось, он уже был завоёван.
Сделав над собой усилие, Билл сократил расстояние между их телами, оставив ничтожные сантиметры пространства, и, чуть склонив голову набок, с интересом оглядел идеальный изгиб длинной шеи, к которой тут же прикоснулся холодными пальцами. Кожа под его прикосновениями покрылась мурашками, а сам Том чуть вздрогнул.
Продолжать далее было нельзя. Зачем пугать убеждённого гетеросексуала? Хотя, такой ли он убеждённый?..
Билл улыбнулся.
- Боюсь, мои желания выйдут за рамки того, для чего мы здесь собрались. И очень жаль, - добавил он.
Том протянул руку и мягко стянул с Каулитца очки. Тот не сопротивлялся, лишь на секунду прикрыл веки. Без стекол его глаза казались еще более прекрасными, глубокими, манящими. Том придвинулся еще ближе, разглядывая темные омуты, перебегая взглядом с одного зрачка на другой. Он стоял достаточно близко, чтобы до его лица уже доносилось частое дыхание брюнета, но недостаточно, чтобы почувствовать, насколько оно горячее.
- Я ненавижу рамки. - Прошептал Том и сделал еще маленький шаг вперед. Их бедра соприкоснулись.
Тома повело. Его уже давно конкретно вело, кажется, еще с того момента, как они зашли в аудиторию. Он подумал, хорошо, что его пальцы до сих пор держатся за крышку подоконника, иначе он сделал бы что-нибудь, совсем противоречащее правилам. Только... каким правилам?
А Билл ждал. Пусть его тело дрожало, пусть по вискам бил пульс, но он сдерживал себя.
Том всё сделает сам. Сделает то, чего хочет - он, Билл лишь потом подключится, лишь потом даст что-то в ответ.
Сейчас он просто ждал.
Он просто смотрел в глубокие глаза, мягко скользящие по его лицу, просто ощущал на своём лице дыхание, просто сходил с ума от этой близости и головокружительного желания. Всё нутро будто сцепили прочной нитью и стянули в один узел. Он чувствовал себя загнанным в угол и всё равно свободным. Свободным в своих желаниях.
Билл снова опустил глаза к открытой шее, и чуть дрожащие от волнения руки легли на широкие, крепкие плечи. Том снова вздрогнул, но не сделал никаких попыток отойти или сбросить его руки. Нет. Он стоял всё так же близко, всё так же сводил с ума своей превосходностью и уверенностью.
Билл сжал плечи пальцами и, не поднимая глаз, спросил:
- Чего ты хочешь, Том?
Наверное, Билл сам не осознавал, с какой силой вцепился Тому в руки, но для того это стало последней каплей. Том надеялся забыть это, как страшный сон, но факт оставался фактом: это почти забытое ощущение сильного тела, ухватившегося за него, отнюдь не было новым. Это было примерно год назад по пьяни, но Том хорошо запомнил это ощущение, когда в животе начинает пульсировать огненный клубок, заставляя кровь быстрее гнать по венам, когда горят щеки, а в паху начинает несильно, но сладко тянуть. Том начинал возбуждаться. Игра зашла слишком далеко, и теперь нужно было выбрать.
Том снова коснулся языком металлического колечка, будто это могло помочь ему думать. Думать, когда к тебе фактически прижимается мелко дрожащее тело, было трудновато.
Том оторвал ладони от подоконника и положил их на узкие бедра брюнета, и моментально лицо обожгло мощным потоком горячего воздуха. Том наклонился вперед и прошептал Биллу на ухо, опаляя своим дыханием.
- Все, чего я хочу, это узнать, закрыл ли ты дверь. - И он дотронулся до мочки языком.
Шаг был сделан.
Решительный, разделивший две грани.
Они оба знали, на что идут, и, как видно, отступать не собирались.
Невинная игра вылилась в непреодолимую тягу друг к другу. Физическую, моральную...
Едва Том сократил расстояние между их телами, как Билл неосознанно подался вперёд этим сильным рукам, так, что даже оторвался от подоконника, и вжался пахом в пах Тома, чувствуя, как помутнело сознание, как сладко потянуло внизу живота.
Теперь им руководило лишь желание.
Руки обвили шею, и Билл, словно извиняясь за крепко сжатые ранее плечи, положил ладонь на затылок, под чёрные косички, лаская кожу прохладными пальцами и балдея от этого контраста разгорячённой кожи Тома и его собственной, прохладной.
Он довольно прикрыл глаза, когда губы Тома снова коснулись мочки его уха, и прижался ещё плотнее.
Хотелось быть ближе, максимально.
- Дверь? Вот о ней-то я сейчас думаю меньше всего, - хриплым шёпотом отозвался он и, обхватив лицо Тома ладонями, замер в нескольких миллиметрах от его губ, всё так же не открывая глаз.
Фигея от собственной наглости, Том просунул одну руку между их прижатыми друг к другу телами и несильно надавил на пах брюнета. Тот задохнулся, распахивая глаза, а Том, как ни в чем не бывало, высвободился из объятий и отступил на один шаг, насмешливо приподнимая бровь.
- Так я пойду, проверю?
Билл не нашёл в себе сил ответить что-то внятное. Он сдержанно кивнул, будто отдал приказание, закрыл окно и расстегнул последние пуговицы на пиджаке. Было ужасно жарко.
«Или это кого-то просто прёт?..»
Том неспешно подошел к преподавательскому столу, взял ключ, так же неспешно закрыл дверь и замер. Сердце бешено стучало в висках, нужно было найти в себе силы успокоиться. Черта с два, подумал он, когда обернулся и увидел, как Билл расстегивает пиджак.
- Не раздевайся, - хрипло приказал он.
Билл непонимающе поднял голову. А через мгновение он уже оказался с силой прижат к подоконнику молодым телом, ладони Тома будто пригвоздили его собственные к плоской поверхности.
- Я сам тебя раздену, - добавил Том и сделал, наконец, то, чего уже так давно хотел Билл.

Мягкие губы накрыли настойчиво, но всё же нежно.
Для Билла же любое резкое движение было из области фантастики. В голове всё плыло, глаза пьяно блестели, тело плохо слушалось. Потому он и поддавался легко - сейчас никакой отпор Билл дать не мог. Даже банально вставить слово протеста он не мог.
Да и какой тут протест?..
Поцелуй постепенно перерастал из мягкого в более настойчивый. Вскоре это уже напоминало борьбу за право вести.
Решив, что теперь все сомнения нужно запихать куда подальше, Билл выпутал свои руки из мёртвой хватки Тома и одним движением забрался ему под футболку, ладонями ощущая жар горячего гибкого тела, провёл пальцами по груди и, чуть не с довольным скулежом, по кубикам пресса.
Он спешил, но держать себя...
Он просто не мог.
Том с силой втянул в себя язык Билла, когда почему-то почти ледяные пальцы коснулись пояса его джинсов. Все, что сейчас происходило между ними, сводило с ума, полностью обескураживало, но, черт возьми, это был лучший зачет в его жизни. Нетерпение Билла передавалось и ему, хотелось всего и сразу, и здесь, и у преподавательского стола, и обязательно до молящих стонов, до криков. Резким движением Том сорвал с Билла пиджак, ни не секунду не отрываясь от его губ, покусывая, вылизывая. Целоваться с Биллом было просто до звездочек перед глазами восхитительно, и эта штанга... Том подумал, если бы он смог, он съел бы Билла.
- Как ты хочешь? - Том разорвал поцелуй, тут же стягивая с Билла светлую водолазку, заставив того еле слышно шикнуть, когда Том задел уши. - Прости... - шепнул он и снова припал к влажным губам, обхватывая горячее тело ладонями, скользя вверх-вниз, исследуя мягкую кожу шершавыми подушечками. Билл застонал ему в рот.
- Чёрт... - Билл на секунду запрокинул голову, вдыхая ставший вязким и обжигающим воздух.
В аудитории уже реально, ощутимо пахло страстью, пахло сексом, и только из-за этого хотелось кусать губы, шипеть и чувствовать почти на физическом уровне, как последние остатки разума покидают тебя.
Билл резко дёрнул футболку Тома вверх и сам удивился, как тонкая белая материя не хрустнула под таким напором. Том помог Биллу освободиться от мешающей ткани, и они синхронно откинули тряпку в сторону, тут же вновь прижимаясь друг к другу, исследуя тела беспорядочными грубоватыми прикосновениями, страстно целуясь, кусая красные губы и сдерживая животный рык, так и рвущийся наружу.
Заставив себя оторваться от Тома, Билл обошёл его и спиной, дыша при этом тяжело и хрипло, попятился к столу. Том молча смотрел на него, пока Билл одним резким движением руки не смахнул все бумаги на пол. Ворох белых листов разлетелся в воздухе и осыпался с тихим шелестом на пол. Так же осыпался и разум у Билла.
Он остановился у края стола, сел на него, разведя ноги; пошлая ухмылка коснулась пухлых губ.
- На столе хочу.
Том развязно улыбнулся в ответ и шагнул ему навстречу. Приблизившись к Биллу, Том встал, так же нагло ухмыляясь, скрестил руки на груди и осмотрел результат своих действий. Плоский живот Билла часто-часто сокращался в такт вздымающейся грудной клетке, пальцы нервно поглаживали швы брюк на бедрах, искусанные губы блестели от слюны, а почти черные глаза смотрели с таким желанием, что волосы на затылке вставали дыбом, пуская цепь мурашек вниз по спине. Билл ждал.
Том протянул руку, взял Билла за подбородок и потянул на себя. Брюнет послушно подался вперед, а Том вдруг повернул его голову, и через секунду Билл громко застонал, когда горячие губы коснулись его шеи, и кожу буквально обожгло. Оторвавшись от него, парень внимательно осмотрел красочный засос, удовлетворенно хмыкнул и сделал шаг назад. И еще.
- Попроси меня. - Сказал он, сев на парту прямо напротив Билла.
- Тебя ещё и просить нужно? - Билл ухмыльнулся, ладонью потерев только что укушенную шею.
Он встал, сделал пару шагов навстречу Тому и заглянул в чёрные, горящие ярким огнём глаза.
Снова улыбка, и он обошёл Тома, встав из-за спины, и обвил руками тонкую талию, складывая горячие ладони на часто вздымающейся груди. Пальцами легко сжал твёрдые бусинки сосков и поцеловал в шею, когда Том едва ощутимо дернулся и подался назад, прижимаясь спиной к Биллу.
Ладони прошли вниз, по кубикам пресса, по подтянутому животу, остановились у края джинсов и сжали пряжку ремня.
Том расслабленно откинул голову на плечо стоящего позади парня и, повернувшись, встретил губами губы брюнета. Они неспешно целовались, пока Билл мягко поглаживал металлическую пряжку кончиками пальцев. Вся бешеная страсть перелилась в тягучие поцелуи, когда можно спокойно дышать носом, но делать это совершенно забываешь. Том все настойчивее целовал преподавателя, поглаживая языком его небо и язык, толкая штангу, слушая нетерпеливые вздохи, прижимая одной рукой к себе за шею как можно крепче. Желание уже не было таким безумным, как несколько минут назад, оно не вскрывало вены, но оторваться друг от друга сил просто не было.
Том выдохнул тихое «Билл...», когда умелые пальцы расстегнули пряжку.
Билл вышел из-за спины парня, встал перед ним и мягко потянул ремень на себя, так, чтобы Том встал к нему вплотную. Руки ловко расстегнули ремень до конца, пальцы обхватили язычок замка и потянули вниз. Тут Билл замешкался. Ему казалось, что он торопится, что делает что-то не то, и все это казалось неправильным. Даже в таком состоянии, когда всё тело требует необходимого выхода возбуждения, Билл давал себе осмысление, что происходящее сейчас просто ненормально. Только вот свои сомнения он не выдавал. Билл слышал, как прерывисто вздыхает Том, чувствовал, как мелкой, едва заметной дрожью бьётся идеальное загорелое тело, стоящее перед ним. Он ощущал его жар, его запах… Билл хотел его до жути. Но почему-то медлил…
Том почувствовал, что что-то изменилось, и открыл глаза. Билл стоял перед ним, держа его джинсы за пояс, и смотрел куда-то себе под ноги.
- Что-то не так, Билл? – спросил Том, стараясь звучать участливо. Участливо не получалось, тело требовало разрядки, и все, чего хотелось, это завалить брюнета на облюбованный им стол и заставить его кричать от наслаждения.
Билл поднял голову, заглядывая Тому в глаза.
Он легко пожал плечами, думая о чём-то своём, и, не отвечая, резко прильнул к Тому, снова грубо целуя его, будто что-то доказывал, убеждал.
Сжав руками талию парня, он резко развернул их и, разорвав поцелуй, отозвавшийся в тишине аудитории смачным влажным звуком, толкнул Тома в грудь, подталкивая его к столу.
Движения были резкими, почти грубыми; тело снова отдавалось электрическими зарядами накатившего с новой силой возбуждения, и Билл, морально наступая себе на горло, решил всё закончить. И как можно скорее.
Том сел на стол и чуть подвинулся, давая Биллу возможность устроиться между широко разведённых ног. Билл поставил колено в это пространство и, надавив парню на плечи, навис над ним, тут же перекидывая ноги и устраиваясь на бёдрах Тома.
Садистки поёрзал и склонился над красивым лицом.
- Всё так, Том, всё так.
Непредсказуемость Билла, перемены в его настроении сбивали Тома с толку. Но обдумывать что-либо решительно не хотелось, он отсеял все мысли, когда закрыл дверь этого кабинета, будто оставляя их снаружи. Поворачивать назад было поздно, и плевать он хотел, что он сейчас трахнет собственного преподавателя, - все это было не важно. Важен был лишь обжигающий клубок в животе, заставляющий желать сидящее на нем тело сильнее с каждой минутой.
Том подхватил Билла под ягодицы, сжимая ладонями упругую плоть, отчего тот тут же гортанно застонал, встал со стола и, перевернувшись, положил брюнета на прохладную поверхность, тут же вжимая его в твердое дерево своим телом. Руки дернули еще застегнутый ремень.
- В какие игры ты играешь? – страстно зашептал Том, судорожными движениями дрожащих пальцев расстегивая нехитрую пряжку. – Чего ты хочешь от меня? – Он с силой потерся пахом о выпуклость на брюках Билла, откидывая назад голову и хватая ртом тягучий воздух. Билл под ним задрожал, вцепляясь длинными пальцами в чуть влажную кожу томовых плеч. – Скажи мне... - его руки пропутешествовали по длинным ногам парня и стянули туфли. Том прикусил ушную раковину и просунул в нее кончик горячего языка. Билл снова застонал. – Скажи мне, что ты со мной делаешь?..

Билл чуть приподнял бёдра, когда Том одним резким движением дёрнул брюки вниз, оставляя брюнета в одних боксёрах.
Движения студента были нетерпеливыми, настойчивыми, и хотелось отдаться ему и покорно подчиняться любой прихоти.
Билл карябал ногтями сильные плечи, сам не осознавая того, что делает больно. Чувства рвались наружу, и стоны – судорожные, громкие, нетерпеливые - не могли передать всё то, что происходило внутри. Голова гудела, адреналин рвал вены.
Да, это казалось неправильным и потому так манило, и потому хотелось рискнуть и попробовать. О последствиях он задумается потом.
Билл прикрыл глаза, когда Том, быстро стянув кроссовки, сдёрнул с себя джинсы и лёг на него сверху, между широко разведённых ног. Возбуждённые члены, обтянутые тканью боксёров, соприкоснулись, отчего Билла выгнуло дугой, и он судорожно втянул воздух сквозь стиснутые зубы.
- Чего хочу? - Билл обвил длинными ногами талию Тома и сильно укусил его за шею. Голос был хриплым, тихим, но твёрдым. – Тебя хочу. В себе хочу. Сейчас…
Обжигающая волна жгучего желания прострелила затылок, прокатилась по позвоночнику вниз, дальше до кончиков пальцев ног, отчего они вмиг поджались, и вернулась вверх, собираясь пульсирующим клубком в паху, - и все это от негромких, но наполненных похотью и желанием слов. Нагнувшись, Том впился в призывно приоткрытые губы брюнета, тут же пуская в ход язык, проталкивая его глубоко в рот Билла частыми движениями, как если бы он делал что-то похожее... ниже. Руки нетерпеливо оглаживали влажные стройные бедра, доходя до линии боксеров и обратно, вниз, вынуждая Билла нетерпеливо хныкать и подаваться вперед, чтобы найти как можно больше точек прикосновения с горячим телом, чтобы прижаться уже, наконец, к чему-нибудь горящим пахом, потереться и хоть как-то облегчить эту мучительно-сладкую пытку.
Пальцы Тома, минуя наиболее требующее внимания место, скользнули на поясницу и, огладив мягкую кожу над резинкой ткани, стянули давно лишние боксеры. Студент немного отстранился, чтобы снять мешающую деталь одежды совсем, и окинул взглядом лежащее под ним тело. Билл вдруг как-то совсем неожиданно покраснел и попытался сдвинуть ноги, но Том остановил его одним движением. Облюбовал взглядом узкие бедра, гордо стоящий член приличных размеров, гладко выбритую кожу, и заглянул в глаза наблюдавшего за ним Билла.
- Нам нужна какая-нибудь смазка. – Сказал он негромко и коснулся кончиком пальца напряженно сжатого колечка мышц.
Билл чувствовал себя школьницей, которая впервые спит с парнем лишь по надобности лишения девственности, а не из-за реального желания. Хотя… Пример неудачный. В данной ситуации желание перерастало через все грани.
Оно сводило скулы, заставляло дрожать и скулить от нетерпения, словно щенок, требующий свою порцию молока.
Каждый участок кожи, которого касались тёплые руки Тома, тут же покрывался мурашками, и Билл неосознанно поддавался этим рукам, хотел чувствовать эти прикосновения всюду.
Странно было осознавать, что при всём возбуждении, Билл Тома стеснялся. Изучающий взгляд студента, мягким шифоном скользивший по телу, заостряющий внимание на самых интимных местах, заставлял смущаться, и когда Том стянул с брюнета боксёры, то и вовсе хотелось постыдно прикрыться рукой.
«Таким нужно заниматься ночью, без света, и под одеялом».
Когда же пальцы Тома тронули его ТАМ, то вопреки собственному желанию, Билл громко застонал, рискуя переполошить соседние аудитории.
Но о том, что скоро звонок с пары и что там, за стеной, куча народу, думать не хотелось совсем. Какая вообще разница?..
Уже плохо соображая, Билл привстал и без лишних действий потянул боксёры Тома вниз, дабы уравновесить их положения. Том помог избавиться от последней ткани, и сейчас уже Билл, без вмиг исчезнувшего смущения, оглядывал член Тома.
Он протянул руку и большим пальцем коснулся влажной от смазки головки. Том издал какой-то непонятный звук и сжал руку Билла на своём члене.
- Не нужна смазка, - хрипло выдавил брюнет. – Этого хватит…
Он взял член Тома в плотное кольцо из пальцев и пару раз медленно, дразняще, провёл вверх-вниз. Парень зарычал и стиснул зубы так, что побелели скулы.
Билл похабно улыбнулся, убрал руку и, подняв глаза, встретился с тёмным взглядом.
- Скажи, Том. Чего ты хочешь?
Том неотрывно смотрел в горящие глаза, считая собственные выдохи. Раз. Два. Три.
- Оближи. – Стремительным движением Том поднял руку и коснулся распухших губ пальцами. Улыбка стала еще шире, и Билл, приподняв бровь, открыл рот, впуская себя пальцы Тома один за другим. Раз. Два. Три. Том почти не дышал, когда Билл, словно привязав его к себе взглядом, старательно облизывал длинные пальцы, ласкал чувствительную кожу между ними шершавым языком, когда прикусывал подушечки и толкался в них штангой, когда начал совсем уж развратно посасывать, подаваясь всем телом вперед и назад, что наводило совсем уж умопомрачительные ассоциации. Высвободив влажные пальцы из горячего плена, Том поднес руку к своему рту и облизал мизинец, тут же прикоснувшись им к нежной коже билловых ключиц, начиная вести вниз, оставляя за собой след из мурашек. Слегка огладил его напряженный член, отчего Билл громко вздохнул, и скользнул ниже...
Раз. Два. Три.
Том протолкнул в Билла один палец, на что тот только шире раздвинул ноги. Без нормальной смазки шло туго, но Том был бы не Том, если его это хоть сколько-нибудь это остановило. Медленные круговые движения заставляли Билла закусывать губы и цепляться в крышку стола. Второй палец был встречен тихим стоном, и Том тут же прильнул ко рту Билла, отвлекая и заглушая. Когда два пальца свободно двигались в теле брюнета, Том отстранился.
- Чего я хочу, говоришь? – он как-то недобро усмехнулся, окидывая изнывающего от желания Билла. – По-моему, ты слишком много говоришь. – И он добавил третий палец.
Билл не ответил. И не потому, что ответить было нечего, а потому, что тело уже не слушалось, и нормальной связной речи он воспроизвести не мог.
Всё внимание было сконцентрировано на новых, мозговыносящих ощущениях – на плавно двигающихся внутри него пальцах, на накатывающем наслаждении, которое разливалось по телу, едва Том менял угол вхождения и ритм. Он гладил, ласкал упругое кольцо мышц, выискивая ту заветную точку.
И нашёл.
Едва Том чуть надавил на простату, как Билл сдавленно вскрикнул и крепко зажмурился, закусив губу и царапая идеальными ногтями полировку стола. Казалось, что он способен кончить только от этого – вот от этих ощущений, волной окативших с ног до головы, от ощущений, которые выветривали все мысли, и Билл где-то внутри недоумевал, как он ещё не сошёл с ума.
Понимая, что ему удалось найти «то самое место», Том улыбнулся краешком рта и теперь старался как можно чаще давить на этот бугорок нервов, наблюдая, как перед ним извивается от наслаждения разгорячённое влажное тело, измождённое от его ласк и требующего его внимания.
Том и представить не мог, КАК сейчас Билла разносило от всего этого.
Прошло минуты две, прежде чем Билл с усилием приоткрыл глаза и чуть отодвинул руку Тома от себя, укладываясь опять на спину и призывно раздвигая ноги шире.
Он не сказал ни слова, но Том понял, что можно. Билл готов.

Том быстро наклонился за лежащими на стуле джинсами, достал из широкого кармана фольговую упаковку, привычными движениями вскрыл ее и раскатал презерватив по члену. Он больше не мог терпеть, в паху скопилось столько напряжения, сколько не было, наверное, с его подросткового возраста, и войди он сейчас в Билла без тонкого, но притупляющего ощущения слоя латекса, он бы немедленно кончил.
Билл смотрел на него затуманенным взором, видимо, все еще одурманенный недавними ласками Тома. Весь его вид кричал о том, что он безумно хочет принять в себя член Тома, и обязательно прямо сейчас, когда он, как под кайфом, царапает короткими ноготками нежную кожу бедер, словно указывая дорогу. Том подошел еще ближе, не отрывая взгляда от этой картины, и накрыл ладони Билла своими.
И двинулся вперед.
Билл выгнулся всем телом, когда головка томова члена вошла в его тело, и вцепился в широкие плечи, едва слышно поскуливая.
- Тшшш... – выдохнул Том, беспорядочно касаясь губами лица брюнета, пытаясь отвлечься от огня внизу, преодолевая желание с силой двинуться вперед до звона в ушах. – Расслабься...
Он коснулся ладонями напряженных ягодиц парня, погладил кончиками пальцев кожу над копчиком, и Билл послушно расслабил мышцы, пропуская Тома вперед.
И тут же оба парня синхронно застонали, словно с головой погружаясь в захлестывающий их жар.
Билл привстал, когда Том вошёл в него полностью. Не сказать, что было приятно, но и боль постепенно притуплялась, уступая место тягучему наслаждению. Брюнет был уже так возбуждён, что и саднящего ощущения прочувствовать не мог.
Уткнувшись во влажное плечо Тома лбом, Билл сжал руками его плечи, чувствуя, как пульсирует тело парня и его собственное тоже.
Медленно он поднял ноги и снова обвил ими талию Тома, становясь ещё ближе, так, что его член – возбуждённый до предела, блестевший смазкой на красной головке – оказался между их животами.
- Давай, - коротко выдохнул Билл на ухо Тому и тут же зажмурился, едва парень сделал одно короткое движение назад и вперёд.
Он всё делал предельно осторожно, аккуратно, и Билл с благодарностью осознал, как тяжело это Тому даётся. Наверное, будь он сам на его месте, то точно бы не выдержал и отымел грубо и с болью.
Но он не был на его месте.
Постепенно Том наращивал темп, менял углы вхождения, задавая ритм. Он нежно прикасался губами то к щекам Билла, то к его острым плечам, а руками гладил напряжённую спину, стараясь тем самым отвлечь брюнета от неприятных ощущений, которые, к слову, прошли совсем.
Скоро и сам Билл начал двигаться в такт с Томом. Он не сдерживал стоны, не боялся, что их кто-то услышит. И наслаждался так же стонами и вздохами Тома, который плавно и уверенно двигался в нём…
Они подавались навстречу друг другу, ловя губами свое дыхание, отрывисто целуясь. Тому было хорошо так, как не было ни с одной девчонкой, так, как не было даже год назад. Когда это тонкое влажное тело извивалось под ним, выстанывая его имя, плотно окутывая жаром, когда, казалось бы, воздух вокруг можно было потрогать, отчего он резал легкие с каждым вдохом, с каждым прикосновением искусанных и сладко болящих губ, - тогда Том вообще забывал, что натурал. Именно сейчас, вдавливая брюнета в жесткий стол, наверняка доставляя этим боль его спине и выступающим лопаткам, хотя тот не жаловался, сейчас, сжимая непривычно узкие бедра скользкими пальцами, сейчас, вжимаясь ртом в рот Билла и цепляя его штангу зубами, Том знал, что так и должно быть. Что вот оно – его место в жизни.
И Билл, который вдруг мягко отстранил Тома, потом и вовсе оттолкнул от себя, а затем сделал совсем уж сносящую последние мозги вещь – забрался на стол и, развернувшись к нему, Тому, спиной, опустился на четвереньки, тут же раздвигая бедра, – очевидно, был полностью с ним согласен.
Том дернул брюнета на себя, входя в податливое тело одним движением, и зажал ему рот рукой, когда тот совсем уж дико закричал, почувствовав сильнейшее давление на простату.
Билл укусил Тома за палец, и тот убрал руку, сжав ею его ягодицу.
Брюнет не хотел молчать, не хотел себя сдерживать – пусть все слышат, КАК ему хорошо. Хорошо с человеком, которого он знает всего пару часов и который дарит ему такое наслаждение, которое не дарил ещё никто и, Билл был уверен, никто не подарит.
Да, он был со многими, как с парнями, так и с девушками. Сексуальный опыт позволял сравнивать. Но он, Том, в сравнение ни с кем не шёл. И без этого можно было сказать – он лучший. Он просто до умопомрачения лучший!
Билл прогнулся в спине и зашипел, когда Том обхватил рукой его член, при этом не прекращая частых ритмичных движений.
Накрыв руку Тома своей, Билл задал ритм и уже не знал, куда себя деть от всей той лавины чувств и ощущений, накрывших и пробравшихся в плоть по самое основание. Это был пик наслаждения.
Тот самый пик, когда чувствуешь его сильную руку на своём бедре. Когда он ласкает тебя, когда доставляет сшибающее удовольствие.
И чёрт, хотелось кричать, может даже материться, вести себя, как последняя шлюха, быть покорным и податливым.
Он чувствовал, что завершение уже скоро.
Но кусал губы, крепко жмурил глаза и пытался дышать ровно, что удавалось весьма плохо, чтобы продлить ещё всё то, что происходило между ними.
Внезапно Том замер и прижал Билла к себе, скидывая его ладонь со своей руки, обхватившей член. Парень нетерпеливо застонал и подался бедрами назад, пытаясь создать между горевшей кожей хоть какой-то трение, только чтобы не пульсировало так болезненно внизу живота. Но Том лишь прижал его крепче и прикусил ухо, начиная поглаживать напряженный донельзя член неспешными, почти неощутимыми движениями.
- Ну, так как? – спросил он хриплым шепотом в перерывах между целованием мокрой соленой кожи и на мгновение сжал руку. – Сдал я зачет?
Билл вдруг крупно задрожал и зашипел, словно разбуженная змея, пытаясь одновременно вывернуться из цепких объятий и насадиться глубже:
- Чертов ублюдок, не смей останавливаться, скотина, не то, клянусь, я выебу тебя сам, да так, что мало не покажется. Не провоцируй меня, блядь. – Он дернулся еще раз и взвизгнул: - Да пусти же ты меня!
Истерика Билла долбила по вискам, отзываясь пульсацией в самом напряженном сейчас месте. Разъяренный, но безумно хотящий его брюнет – это была самая порочная, самая возбуждающая сцена в его жизни. Том несильно толкнулся вперед, заставляя Билла прервать свою речь и громко ахнуть.
- А разве тебя не учили в педагогическом, что материться при студентах нельзя? – негромко спросил Том и снова сделал слабое движение.
- Сука, Трюмпер, кончай языком чесать, - Билл в очередной раз слабо простонал, царапая прижатую к груди томову руку. – Кто из нас еще много болтает? Сделай это, давай же! – Снова перешел он на истерические нотки, чувствуя, что если Том не сдвинется сейчас же, сию секунду, он, Билл, умрет от перевозбуждения. – Трахни меня-ааа-ааа...
Том резко притянул брюнета к себе, подаваясь бедрами вперед, заставляя Билла едва ли не плакать, и тремя мощными толчками довел его до бурного оргазма. Почувствовав, как горячие, пульсирующие в бешеном ритме мышцы часто сокращаются вокруг его члена, Том не выдержал и, сильно укусив Билла за плечо, кончил.
И они оба рухнули на стол.

Билл минуту созерцал стену перед собой, восстанавливая дыхание и пытаясь осознать всё то, что только что произошло, потом охнул, дёрнулся, пытаясь вылезти из-под тела Тома, нагло расположившегося на его спине.
- Блядь, Том. Хули разлёгся? Тяжёлый же!
Том открыл глаза, довольно хрюкнул и чуть приподнялся, с усмешкой наблюдая, как Билл приподнимается на локтях, оглядывается на него из-за плеча, но вставать, кажется, не собирается.
Кожа брюнета глянцево блестела в свете палящего солнца, чёрные прямые волосы, раскинувшиеся на плечах, отлично входили в цветовую гармонию с бледной кожей, и чёрные глаза, с расширенными как от наркотиков зрачками, изучали внимательно и нагло. С превосходством.
- Так я сдал зачёт? – переспросил Том и снова лёг на брюнета, прижавшись грудью к его спине. – Или придётся повторить для поддержания эффекта?
Билл прыснул от смеха и чуть неуклюже развернулся к Тому передом, тут же сжимая его лицо ладонями и остервенело кусая за нижнюю губу.
- Теперь сдал. Взаимовыгода налицо. У вас потрясающие познания, Трюмпер. Вот она – гордость университета.
Том улыбнулся и провёл ладонью по голому влажному бедру, потом вверх, по талии, к груди, шее, и остановился у лица, погладив большим пальцем гладкую щёку. Билл изменился в лице - он смотрел сосредоточенно, о чём-то думал, и это что-то вмиг заставило стать серьёзным.
Встал вопрос: что делать с этим всем дальше?
Том внимательно смотрел в лицо Биллу, который, по-видимому, о чем-то напряженно думал. Том догадывался, о чем. Он студент, Билл – да герр Каулитц, вообще-то! – его преподаватель, а они только что занимались сексом. Том растянул губы в довольной-предовольной улыбке, вспоминая этот самый секс, после которого еще не угомонилось сердце. Черт возьми, да за еще один такой раз Том готов был продать душу дьяволу! Ну, или что более прозаично, отказаться от секса с девушками.
Но какие отношения могли быть между ним и молодым преподавателем? Том снова заглянул в лицо Биллу, но тот отвел взгляд.
А плевать на все, мелькнула мысль.
Том наклонился вперед и мягко прикоснулся к истерзанным им самим губам, провел языком по нижней и, чуть наклонив голову, углубил поцелуй. Билл лениво отвечал; спешить было некуда, после такого сумасшедшего секса на страсть не оставалось сил, поэтому они мягко обхватывали губы друг друга, наслаждаясь чуть соленым от пота вкусом. Разорвав поцелуй, Том прикрыл глаза и вздохнул, а затем посмотрел Биллу в глаза и произнес:
- Вы знаете, герр Каулитц, я все еще не уверен в том, что знаю материал на «отлично». – И, поймав непонимающий взгляд глубоких карих глаз, улыбнулся, теребя пирсинг. – Я думаю, мне понадобятся несколько частных уроков.
Билл смотрел в наглые-наглые глаза и улыбнулся, откинув голову назад и опершись затылком о гладь стола.
- Пока что, Трюмпер, Вы показали хорошие результаты. А вот… - он кинул взгляд на часы, висящие над доской, - через десять минут мы будем точно уверены, что с Вами делать, и нужны ли дополнительные задания.
- То есть? – Том посмотрел удивлённо.
- То есть то, что через десять минут начнётся пара, которую вести у Вас буду я. Вот счастье-то, а, - Билл пожал плечами и привстал, прикоснувшись губами к скуле парня. – Подъём. Работа и учёба не ждут.



THE END


Россия-Казахстан
ночи 18-19 мая, 2010 г.


"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость