Can I fix your soul {slash, RPF, twincest, Tom/Bill, PG-13}

Aliena
Tell me how you love me with all your heart no more...
Аватара пользователя
Сообщения: 2377
Зарегистрирован: 11 фев 2018, 10:57

Can I fix your soul {slash, RPF, twincest, Tom/Bill, PG-13}

#1

Непрочитанное сообщение Aliena » 21 апр 2018, 00:14


Название: Can I fix your soul
Автор: vzmisha4
Пэйринг и персонажи: Том Каулитц/Билл Каулитц
Рейтинг: PG-13
Жанр: twincest
Размер: mini
Статус: закончен
Cодержание: Самым паршивым было то, что Биллу всегда было мало
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Aliena
Tell me how you love me with all your heart no more...
Аватара пользователя
Сообщения: 2377
Зарегистрирован: 11 фев 2018, 10:57

#2

Непрочитанное сообщение Aliena » 21 апр 2018, 00:18

Раз. Как ты сидишь?

У них всегда была плохая осанка. Вечно сидели, согнувшись в две дуги, мама одергивала "выпрямитесь", а потом и ей надоело - перестала. Позже одергивал Йост, и Билл даже соглашался, с огорчением пересматривая бэкстейджные фотографии - "я слишком вырос, а тут еще спина эта, выгляжу, как длинная кукла, плохо склеенная". Том говорил, что он-то склеен хорошо, хотя за гитарой сидел, как транспортир сам. Но Том-то всегда хвалил себя, в шутку ли, нет ли. Одновременно у тех, кто понимал хоть чуть-чуть в них, создавалось впечатление, что ему совершенно все равно, что он произносит в эту секунду, точно он выполнял какую-то обязанность, норму по комплиментам на свою персону.
Он понимал, как нормальное - считать себя важным в своих глазах, придавать себе значение. Тогда как на самом деле он никогда его не придавал. Билл задал сдвиг баланса еще очень давно - систему, в которой Билл нуждался в поддержке и переживании, а Том давал ему поддержку и переживал за него. Все, произносимое Томом на свой счет, автоматически приравнивались к нулю, оба брата прислушивались с интересом к словам, вылетающим изо рта старшего близнеца, но воспринимали их как что-то абстрактное и не имеющее отношения к реальности, точнее, не имеющее отношение к их реальности. Той реальности, в которой Билл по девяносто раз перемеривал штаны и мчался к Тому спросить, "как", а Том девяносто раз говорил ему, как. По большей части - круто, конечно. Но иногда и "перебор" или "не сидит", честность была существенна.
Однако то, что творилось у них во внутреннем коконе, никак не влияло на наружное - и в итоге оба продолжали крючиться и гнуться, пока Йост самолично не приобрел им два смешных белых медицинских корсета, в которых им теперь полагалось постоянно сидеть, пока они не на публике. Георг, конечно, умирал от смеха, если заставал их в таком виде, поэтому мрачные близнецы сидели в своих корсетах в основном у себя, и наружу не высовывались. Том пару раз порывался снять свой, но Билл не дал.
Поначалу адски болели мышцы с непривычки.
"У меня ощущение, что я окуклившаяся гусеница. У них же там все внутренности перемешиваются, перед тем, как бабочками становятся они. Вот у меня тоже внутри бог знает что творится", Билл ныл в свое удовольствие, а Том - Том молчал, потому что Билл уже ныл, смысла ныть самому не было.
На ночь снимая этот кошмар, они растирали друг другу плечи и поясницы, скуля от удовольствия. Билл быстро уставал, когда сверху был он, а Том нет, он чуть ли не час мог тереть спину младшему, питаясь тем, что тому было хорошо, вминаясь пальцами в теплую кожу, сильно, благо пальцы были натренированные, уверенно, всасывая всеми порами потоки биллового удовольствия, точно массаж все-таки делали ему. Он чувствовал Билла - так, всегда.
Потом они вылупились из своих оболочек и вылетели на волю - красивые, крыластые, с прямыми изящными спинами.

Два. Да тут же.

Самым паршивым было то, что Биллу всегда было мало.
Несмотря на все внимание со стороны Тома, ему казалось, что вниманием он обделен. Тому всегда чесалось спросить "неужели ты не видишь, как я - к тебе?". Но он думал, что Билл не видит, так что что и спрашивать-то, толку. Искренне думал, и, скорее всего, был прав. Билл воспринимал Тома в порядке вещей. И "клево выглядишь", и массажи, и все-все-все. Оно просто было, всегда было, Том дышал в затылок постоянно ведь, а не благодарят же свое сердце за возможность жить.
Можно было бы окунуться в черную меланхолию, решить, что Биллу необходим кто-то еще, что означало бы, что Том не может так заботиться о Билле, чтобы больше ничего нужно не было. Не дозабочивается, мол. А поскольку у Тома был пунктик на дозабочивании, не взирая на то, как Билл это воспринимал, то впору было бы на стену лезть.
Но необходимость в черной меланхолии отпадала - никакого третьего в мироздании Билла не появлялось никогда. Том трахал девчонок, потому что так было нужно, он был должен это делать (так же, как и болтать о себе). Билл же не считал себя должным делать ничего, и сидел, как сыч, в статусе single, сочинял грустнейшие песни об одиночестве, и о Томе, и о том, как прекрасно, что он, Том есть, хотя (что - хотя?!..), а еще о том, что им нужно убежать и спрятаться, и снова убежать, и снова убежать, в каждой песне по-своему, но одинаковым рефреном, и иногда Тому казалось, что он скоро спятит, потому что - куда уж бежать, когда Том и так тут, все время тут, разуй глаза уже, что ли.

Три. Даже никогда.

Они даже никогда не целовались, вопреки общим убеждениям. Никакие литры алкоголя, никакая трава, никакие ненормальные обстоятельства не приводили Тома в такое состояние, чтобы он сумел преодолеть эти эн сантиметров, которые можно было уже линейкой мерить, и прикоснулся своими губами к губам Билла. Столько не живут, сколько он раз об этом думал.
Но он всегда отдавал себе отчет, что этого делать нельзя - примерно такое же нельзя, как раскрыть окно и взлететь. Физическое.
Билл мог сколько угодно думать о том же самом, следя широко раскрытыми глазами за Томом (конечно, первый шаг - только за ним...), но этого не могло произойти. А он ведь именно что думал о том же самом. Уж что-что, а это настолько лежало на поверхности, что для Тома было - как дважды два.
В этом занятии (чтение мыслей Билла) был всего один эксперт на земле, зато самый квалифицированный.

Четыре. Но, все же?

Один раз в классическую физику (где все считали, что нового ничего уже сказать нельзя) пришел умный чувак и создал квантовую физику. И все стало с ног на уши.
Том втайне (от себя тоже - отчасти) надеется, что когда-нибудь Билл (да, да, именно Билл) что-нибудь придумает, и физическое "нельзя" перестанет быть физическим. Том не может придумать этого сам, потому что первый шаг - на самом-то деле, не за ним. Том только защищает. Том оберегает. Том заботится, черт побери, Том заботится.
Том не ломает рамок, это - Биллово.
Билл поймет это, когда-нибудь.
Может быть, еще одна песня.
Может быть, еще один взгляд. (Вечность? День? Секунда?)
Может быть. Может.
"Even though we change
Our heartbeat is the same..."

Ответить